А мы кружились в солнечном вальсе (KNIGHT AU)

Знаешь, если тебе одиноко, ты ведь всегда можешь позвать меня. Твой путь тернист и мрачен, сам ты хладнокровен и темен, а сердце твое скучает и бьется в агонии. Тебе одиноко потому что ты заставил себя… уйти? Я вижу, ты скучаешь. Я вижу, тебе плохо; Но даже если ты умрешь или уйдешь, ты не утратишь возможности позвать меня, и я приду. (Я правда приду…) — Ты ведь всегда можешь быть моим другом. — В полголоса говорит рыжеволосый рыцарь, смотря в глубокие, может пустые, может полные бесцветности глаза темного всадника, в них он видел все, почти все; Боль тяжело раненого зверя, грудь его пробита, а лежит он в белоснежных обломках собственного особняка, они чернеют с каждой пролитой капли крови; тяжелый мрамор застыл во времени, вокруг утонченных колон вьются гнилые лозы, прямо из шипов вырастают темно-вишневые тоненькие лепесточки хиганбаны, они разрастаются, сплетаются с кустами завявших роз, заключая в свои объятья Аояги, смертельные объятья, покуда ему не светит вернуться; и солнце не светит, сияющая в небе звезда давным-давно потухла, особняк погрузился во мглу, а теплые, мягкие лучи света и не смогли бы пробиться через стальные оконные рамы, а в качестве дополнительной «защиты» выступали тяжелые и неприступные шторы. ≪Мне кажется, мир стал более блеклым?.. А может, он всегда таким был?..≫ Но он сам решился на это. Его секай чернеет. Аояги Тойя сам пробил свое сердце своей же шпагой. — Правда?.. — Переспрашивает Тойя, с дрожащим сердцем прижимаясь щекой к плотной коре дуба, впиваясь ногтями от волнения, царапая древесину, уже не замечая ничего вокруг. — Кажется, тебе очень необходимо подтверждение, — Хмыкнул Акито, но вовсе без злости в тоне, но лишь слегка повысив голос он выдал, — ДА. Правда. Клянусь. — Уверенно отвечает он, хватая синеволосого за запястье, — Ты — мой напарник! Сейчас я увидел шторм в твоем сердце, волны сомнения и твое отражение в море. Ты ведь просишь себя не верить? Ты ведь хочешь этого, но не считаешь себя достойным. Я вижу тебя настоящего под твоими шрамами, поверь мне, позволь взойти с тобой на борт корабля, и будь уверен, мы поднимем флаги и переждем эту мучительную ночь. Положись на меня, Тойя. Только позови меня, и я буду твоим проводником в светлый мир, я стану твоим солнцем. …И маленький луч надежды успел прорваться через широкие шторы.