Наше лето
11 августа 2023 г., 16:19
"Так просто сказать, когда ты не рядом,
Так просто молчать, когда всё ясно по взгляду.
Не просто прощать, когда рушишь клятву.
Мы хотим доверять, но так сложно понять,
Где ложь, а где правда."
Егор Крид – Время не пришло
– Вот теперь позволь объяснить, почему мы должны тащиться именно в горы?! – начал орать Чанбин у подножия горы, от чего в лесу пожалуй основная часть птиц разлетелась в разные стороны.
– Я не заставляю вас идти на самую вершину, нам нужно всего лишь подняться до первого обрыва, это недалеко.
– Тогда я с него сброшусь, как только мы туда дойдем.
– Эй, Чонин. – Бан Чан окрикнул младшего, который шёл позади всех. – Давай, шевелись быстрее, а то Чанбин сейчас с ума сойдёт.
– Но зато его сразу видно, такой яркий. – одобрил Ён его новый цвет волос.
За день до похода.
– Сынмин, как думаешь на счёт того, чтобы я покрасил волосы? – Ян сидел в телефоне и просматривал различные варианты и цвета для покраски, тем временем как Ким сидел за компьютером и играл в новую игру, которую только недавно установил Чон. – Если хочешь, покрась, если тебя конечно родители после этого не убьют, а какой цвет? – он наконец-то закончил первый раунд и повернулся к младшему, который по всей видимости искал тот самый цвет, который хочет. – Вот, такой, красиво же? – он показал фотографию, где волосы были насыщенного ярко-малинового цвета, но при этом переливались в коралловый, будто перламутр. – Тебе не кажется, что это слишком яркий цвет? Или здесь просто контраста накручено. – старший взял в руку телефон и начал смотреть то в него, то на Чонина, как бы присматриваясь, подойдёт ему или нет. – Хотя знаешь... Можешь прямо сегодня идти на покраску, тебе будет идти, к тому же с такой длинной волос, будешь хоть чем-то отличаться от нас остальных. – Хорошо, но ты пойдешь со мной! – Чон схватил его за руку и практически сразу же потащил к выходу из комнаты. – Эй, но почему я тоже должен туда идти? – Чтобы мне скучно не было, пошли! К тому же, я не рискую тебя одного оставлять у себя дома. – Ладно, но только за компанию.* * *
– Вау, как же здесь красиво... Всё таки хорошо, что я фотоаппарат взял. – Хёнджин каким-то чудным образом оказался впереди всех и быстрее добрался до нужного места, после чего просто начал снимать всё, что окружало его, это было небо, цветы, деревья, птицы, ну и собственно остальные семь парней. А после он и вовсе решил снять видео. – Эй, ребята, как настроение? – Чего? – Хан переспросил его, после того как поставил свою палатку. – Ты что, снимаешь? – Да, скажи, как ощущения. – Ну, мне здесь нравится, природа, свежий воздух, красивые цветы, думаю, здесь можно будет хорошо провести время, даже не смотря на отсутствие связи и интернета, иногда полезно провести время наедине со своими мыс... – Его прервал Феликс, который сплел два венка из ромашек и одел ему на голову, а затем он подошёл к Хёнджину со вторым венком. – Что ты собираешься сделать? – Джин опустил камеру и наклонился, чтобы Ликсу было удобнее. – Не двигайся. – Феликс одел ему на голову веночек и взял камеру с его рук, после чего отбежал к Джисону и начал снимать. – Джинни, ты просто само очарование, сделай что-то милое. – Малыш, это больше твоя прерогатива. – Ну сделай, тебе жалко что ли? – после его слов Джин начал пытаться делать эгьё, хотя он скорее больше дурачился, но всё равно удалось развеселить публику, после этого Ликс сам посмеялся, развернул камеру к себе и подбежал к парню обнимая его. – Мы красивая пара, так ведь Хени? – Конечно дорогой. – Я конечно извиняюсь, что прерываю вашу романтику,– Феликс тут же обернул и приблизил камеру к Лино, который достал топор и воткнул его в землю. – но кто мне будет помогать с дровами? – Позови Чана, он хорош в этом. – обратился к нему Хан, затем подошёл и одел свой венок на него, от чего Минхо стал сразу более расслабленным и улыбнулся младшему, он просто не мог на него злиться.* * *
– Так, теперь идём искать Чонина~, Йена, ты где? – Хёнджин всё ещё продолжал снимать видео, но на этот раз компанию ему составил Чанбин, в то время как Феликс занимался мясом вместе с Лино и Ханом. – Его трудно не заметить, так что он далеко уйти не мог. – Чанбин заглянул в палатку Сынчонов и сразу же обнаружил пропажу, которая лежала к ним ногами, после чего дал жестами Хёнджину понять, что нужно быть тише и подойти поближе, после чего они наконец-то ворвались в личное пространство макнэ. – Попался! – Хван сразу залез в палатку и хлопнул по заднице Яна, от чего раздался болезненный крик. – Что, от работы пытаешься скрыться? – Будто бы вы тяжёлым трудом занимаетесь. – Что читаешь? – Бин присоеденился к этой парочке и теперь их в палатке стало трое. – А, это? Манхва. – Чонин сел на пятую точку, после чего начал протирать очки, которые только что снял. – Так, всё, дочитывай до конца страницы и пошли, ребята уже скоро шашлыки жарить начнут. – Но младший всё ещё делал вид, что никого не слышит, поэтому Хван передал аппаратуру Со. – Подержи , сейчас будем приходить к крайним мерам. Хёнджин снял с себя куртку и схватил под локти Чонина, после чего начал выволакивать его из временного места жительства, от чего на весь лес можно было услышать крики, что изрядно рассмешило Бина, который всё время снимал это и едва удавалось держать и не уронить камеру. Так и проходил их день, они пожарили и поели мяса, сходили прогуляться по окрестностям, играли в разные игры, по итогам которых решалось, кто будет собирать хворост, убирать или достанет воланчик, который случайно закинули на высоту трёх метров и застряла на ветке. С одной стороны их окружал лес, с другой стороны это был луг, с цветами и травами, которые пропитались солнцем и дождём за всё лето, от чего их аромат стал ещё более насыщенным и приятным. И всё это ребята снимали до тех пор, пока не наступила ночь и они решили устроить посиделку у костра вдали от палаток. Джин сел на бревно и начал придумывать имя для этого насыщенного летнего видео, запечатления того дня, который они навряд ли забудут, после к нему сел Чан, который только принёс дрова, чтобы разжечь огонь. – Что делаешь? – Думаю, как назвать это видео, но ничего в голову не приходит. – "Наше лето", просто и коротко, но зато по сути. Это ведь первое лето, которое мы проводим вместе. – Надеюсь, что не последнее, соглашусь, с появлением вас, в моей жизни стало больше ярких моментов. Крис положил руку на его плечо и похлопал, после чего обратил внимание на пластмассовые кольца, которые хорошо сидели на пальце Хвана. – О, я видел такие же на руке Феликса. – М? А, ты об этом. – Хёнджин немного прокрутил кольца при помощи указательного и большого пальца, он смотрел на них так, будто бы они были обручальными и значили нечто большее, чем просто два куска пластмассы, в которых сделали дырку. – Я подарил ему их ещё давно, с тех пор и носим не снимая, а ты только заметил? – Просто не придавал особого значения, сам колец не ношу, не удобно. – он повернулся назад и заметил остальных шестерых парней. – А вот и пополнение. Парни сели вокруг костра, как раз самое время было спеть какую то балладу под ночным звездным небом в лесу, где составляли им компанию только шум реки и высокие деревья. Гитару, как и обещалось, взяли оба, но теперь надо решить, кто будет играть первым? Этот вопрос быстро решили при помощи всем нам известной игры "Камень, ножницы, бумага", и выиграл Сынмин, значит он первый исполняет мелодию. Всё сразу затихло, приятный запах дыма и треск костра дал этому событию более особую атмосферу, будто бы они действительно какие-то "Бременские музыканты", которые ожили и вылезли из сказки, а теперь со своей музыкой странствуют по всему миру, пытаясь найти своё место в жизни. Нащелкивая пальцами ритм Ким начал играть, аккуратно перебирая пальцами по струнам. В голове это могло назваться нотами или аккордами, но в жизни, для ушей парней это всё превратилось в прекрасную мелодию, под которую все начали подпевать. Чон притащил с собой маршмелоу, которое специально купил для этой поездки начал искать вокруг себя палочки, хотя бы небольшие, в чём ему позже помог Феликс и они вместе принялись поджаривать зефир на костре и раздавать всем остальным ребятам. Чонин сидел как раз на противоположном бревне от Сынмина, из-за чего он не смог лично передать ему лакомство, но здесь были и плюсы: он спокойно мог сидеть и не привлекая чьё то внимание любоваться парнем, что он собственно и делал, пока тот не закончил свою балладу. Когда песня закончилась, всё дружно аплодировали, на что Ким решил в шутку поклоняться, а Чонин как раз к этому времени поджарил новую порцию маршмелоу и подсел к другу. – Ты с каждым разом играешь всё лучше, не зря я не сомневался в твоих способностях. На, поешь. – Мин только хотел что-то сказать, как Ян положил ему в рот вкусняшку, которую старший быстро проглотил, больно уж вкусно получилось, после чего он своими щенячьими глазками попросил ещё, а собственно Чон, который знает полностью язык его тела и лица, дал ему ещё. – Ты и правда ведёшь себя как щеночек. – А разве не ты дал мне это прозвище? – Мин проглотил уже и вторую, после чего сам принялся поджаривать зефир на огне, которым в последствии тоже начал делиться с другом. – Я прозвал тебя солнцем, но не щенком, я просто всегда говорил, что у тебя поведение щенка. – когда протянутый зефир был возле его лица, он не взял его рукой, предпочел это сделать ртом, ещё к тому же и так, чтобы губы соприкоснулись с чужими пальцами, от чего Сынмин от неожиданности вздрогнул. – Ребята, вы точно уверены в том, что будете дальше мне доказывать, что у вас кроме дружбы больше никаких чувств друг к другу? – после слов сказанных Чаном, Чонин реально подавился. Снова. Раньше было из-за воды, теперь из-за зефира, но и в этот раз его снова спас Мин, который начал стукать ему по спине. – Боже... Хён, ты что такое говорить... Нет ничего между нами.. – сейчас младший был красный от того, что конечно же смутился, но он всё ещё кашлял, поэтому это его спасало от смущения. – Знаете... – Сынмин поднялся, чтобы подбросить дров в огонь и начал шевелить их палкой. – Если честно, я никогда не представлял, как парень может любить парня, даже не задумывался над этим особо, хотя... Он окинул взглядом всю компанию и сел снова рядом с Чонином, делая задумчивый вид, складывая руки в замок. Все смотрели на него в ожидании, что он скажет дальше, но этого не хотел только розововолосый младший, даже не хотел думать о том, что будет сказано далее, но он держался стойко и не подавал виду, просто смотрел на Кима подкладывая руку под голову, упираясь локтем в колено. – Меня всегда окружали люди нетрадиционной ориентации, но меня никогда не интересовало то, что между вами происходит, когда вы находитесь наедине. Вы не подумайте, что я хочу сказать что-то обидное в вашу сторону или оскорбить, нет, просто... Парни никогда не привлекали, даже не смотря на то, – Он положил руку на плечо Яна и похлопал по нему. – Что мы с ним свели Минхо с Джисоном. Но если честно, Сынмин, не знающий, что о нём действительно думает его загадочный друг, волновался на счёт того, как он отреагирует, что будет дальше и какие это понесёт последствия, ведь самые сокровенные тайны хранились глубоко в сознании младшего, он практически никогда не показывал своих слабых сторон, и никогда не плакал при людях, сам Ким видел это пару раз...Но это уже другая история. –Хён... – Чонин сделал спокойный тон общения, но всё равно было ощущение, что сказанное позже было не всерьёз . – А ты вообще, когда-то смог бы полюбить парня? – Нет. – Резко отрезал Сынмин и посмотрел в черные глаза младшего, в которых можно было разглядеть только отражение огня от костра, но те переживания, которые были глубже, скрылись за ярким отражением пламени. В этот момент, у Чона было ощущение, будто бы его сердце начало понемногу колоться, из-за чего он почувствовал неприятную боль, которая исходила изнутри, то ли душа плакала, то ли сердце заболело, но сейчас это было уже не важно. "Может... Он со временем изменит своё мнение... Или же легенда врёт и желания не сбываются? А может стоит просто немного подождать?" Этими мыслями он успокоил немного свои мысли и едва ли сложил их снова по полкам, будто библиотекарь, но в его голове свалилось слишком много стеллажей с книгами, такого количества не было во всех библиотеках мира. Он сумел сохранить невозмутимое выражение лица и улыбнулся в лицо другу ответив всего одним словом: – Хорошо. Сынмин просто тихо кивнул и достал из пакета сырое маршмелоу, решил его не жарить и съел просто так. Вдруг, в его сознании снова всплыла девушка, которая не давала ему покоя в кафейне, из-за чего он временно отключился и даже не заметил того, что улыбка на лице его друга каким-то образом исчезла, испарилась, всё, нет её. Но это продлилось не долго, он снова улыбнулся, что произошло после того, как парни начали шутить и рассказывать смешные истории вместо страшных, как это обычно положено. Ситуация стала ещё более разбавленной после того, как пришла очередь Джисона взять гитару и сыграть заранее подготовленную песню. Чонин всё это время сидел практически неподвижно обнимая свои колени и просто смотрел на огонь, который будто бы стал живым и начинал гореть всё сильнее, поднимая свои языки пламя как можно выше, из-за чего он мог отвлечься и не думать не о чём, слушая спокойную мелодию подпевая себе что-то под нос. Во всяком случае, так казалось со стороны, он просто шевелил губами, голосовые связки совершенно не напрягались на данный момент. "Теперь я понял смысл фразы, что на огонь и воду можно смотреть вечно, хоть это и абсолютно противоположные стихии, но смотря на них, можешь в зависимости от ситуации отпустить свои мысли и просто смотреть... Смотреть до тех пор, пока или огонь не погаснет, или вся вода не вытечет из реки" Чонин ещё какое-то время посидел с ребятами после окончания прекрасной баллады Хана и ушёл. Да, просто так, молча. Их палатки стояли недалёко от обрыва, поэтому они подумали, что он просто устал и пошёл спать. Собственно так подумал и Сынмин, который должен этой ночью спать вместе с ним. Но нет, Чон пошёл к самому обрыву... И сел на его край. Сегодня была прекрасная звёздная ночь, вокруг и на противоположном берегу можно было услышать ветер, который бродит среди густых лесов, а эти берега объединяла быстрая и холодная река. Где-то вдалеке можно было услышать крики ночной птицы, а запах дыма от костра доносился аж сюда, от чего не было полного чувства одиночества. Сам обрыв состоял из камней, больших и маленьких, именно маленькие Чонин брал и кидал в реку. Сейчас на его лице не было не единой эмоции, а в глазах пустота, которую могли заполнить пейзажи окружающие его, но это была лишь внешняя оболочка, которой никак нельзя было заполнить пустоту, которая постепенно начала появляться где-то глубоко в сознании. Какие чувства он испытывал? Сам ещё понять не мог. То ли это была ревность к вымышленной будущей девушке, то ли горькое принятие правды, или всё таки то, что мечты не всегда сбываются и не всегда всё происходит по нашей хотелке? Да, скорее всего последнее, во всяком случае, пока что он сделал для себя такой вывод. "Такое ведь пустяшное желание, я всего лишь хотел, чтобы он меня любил, но наверное, нужно всего лишь подождать... Наше время не пришло" Если так судить, он никогда особо и не испытывал чувства любви по настоящему, если конечно же не считать детской любви, когда он влюбился в ту самую девочку из соседнего дома, к которой стеснялся подойти, но всё таки подарил ей ромашку, которая росла в их дворе, а после купил и шоколадку, на свои личные сбережения, которых на тот момент было не так уж и много. Но это было в детстве, в то время, когда нет никаких преград, а любовь чистая и невинная. Жаль, что когда мы взрослеем, то перестаем быть таковыми, ищем во всём проблемы, сложности, ссоримся по мелочами, ищем подвохи и много того, что не нужно, мы разучились доверять своей второй половинке, а это уже не правильно. Надо уметь любить, как дети. Где-то в далёком космосе пролетела комета, благо Ян смог отвлечься от камней и посмотрел на небо... Какое же только оно было чистое и ясное, полное созвездий и тайн, млечный путь, который легко можно было разглядеть, а где-то вдоль реки начала появляться луна, которая выстроила свою серебряную дорожку и от воды озарила всё пространство. – В такое сложно не влюбиться... Как же хочется, чтобы эта ночь не кончалась. Тем временем Сынмин всё таки сумел отвлечься от своих бредовых мыслей, но это произошло тогда, когда огонь практически погас, а некоторые ребята и вовсе ушли спать. Он повернул голову в ту сторону, где должен был сидеть Чонин, но его там не оказалось. – А? Где макнэ? Где Чонин? – Что-то ты стал плохо следить за своим другом, он вроде пошёл в сторону палаток, может уже спит, храпит и видит сладкие сны на протяжении часа, а ты даже не заметил его отсутствия. – Сказал Минхо допивая бутылку пива, а другой держал Хана под ручку. – Та просто... Задумался. – он почесал затылок и положил гитару на свои колени, бессмысленно потревожив пальцами их струны. – Что-то сильно ты задумался, что целый час сидел и втыкал. Посмотри, уже Феликс с Чаном ушли спать. – Сказал Хёнджин начиная ворошить угли в костре, которые никак не хотели сгорать. – Да... Видимо, я действительно, слишком сильно задумался. "Чёрт, да я сам же видел, как он ушёл... Ещё и решил, что он устал, совсем из головы вылетело". – А как на счёт страшной истории? – Минхо своим хищным взором осмотрел всех присутствующих. – Если ты хочешь нашей бессонницы, тогда валяй – сказал Чанбин уже практически доедая снэки Хёнджина, которыми тот изрядно запасся и чуть не скупил пол магазина. – И так... Это история о одной девушке, которая решила свести счёты с жизнью необычным способом, а именно, она призвала демона, чтобы тот использовал её тело для собственных благ, пока оно не превратится в прах. Но было одно условие, этот прах должен быть развеян над самой быстрой и холодной рекой, во время полнолуния, когда луна соприкоснется с рекой, а в лунном свете будет видно души умерших... – Больше похоже на какую-то фантастическую историю, чем на ужастик.– сказал Чанбин прерывая рассказ старшего. – Если не интересно, иди к Чану спать. Так вот, в ночь 21 июня... «В ночь 21 июня, в полночь, она расставила свечи, нарисовала пентаграммы, поставила три зеркала, в руке была чёрная свеча, которой она подожгла остальные. Перед ней стояла чаша и черный нож, она перерезала себе вену и пустила кровь, после чего начала произносить заклятие, когда она произнесла его первый раз – шевельнулся огонь на свечах, когда второй, в комнату залетел ветер, в третий, из чаши постепенно начала исчезать кровь, и наконец-то в четвёртый, все свечи погасли, ветер стих, и она услышала шаги, которые начали исходить от зеркал и постепенно приближались к ней, но на удивление она была бесстрашной и сама начала разговор с демоном: – Ты пришёл? Покажись, если это так, или дай знак. На протяжении пяти минут было молчание, но после она заметила, что пентаграмма начала вращаться, но медленно, будто бы шестерёнки, которые заржавели, после чего она услышала тихи и глубокий голос: – Впервые вижу, чтобы меня вызывали и при этом не боялись, в тебе совершенно не чувствуется страхом, что мне не особо то нравится. Но признаюсь, кровь была вкусная, я бы не прочь выпить ещё глоточек. Так зачем ты меня призвала? – У меня для тебя есть сделка, но для начала покажи свой облик. Пришлось подождать ещё некоторое время, но потом свечи снова загорелись и перед девушкой внезапно появился мужчина. Он был довольно таки молодым и симпатичным, совсем не таким, как изображают демонов на иллюстрациях, но скорее всего, это был лишь один из его обликов. – Так что за сделка? – парень сел прямо перед ней и смотрел в её глаза. – Я отдам тебе своё тело и душу, можешь использовать до того времени, пока я не рассыплюсь в прах, но с условием, что в полнолуние ты должен развеять мой прах над самой холодной и быстрой рекой при лунном свете, где с обрыва люди кончали с собой. – Необычная заявка, но почему именно там? – Там покончил с собой мой любимый, я уже не могу жить без него и умерла изнутри, поэтому смысла жизни нет, осталось только убить тело. После этого парень кивнул и с следующим дуновением ветра просто исчез, у девушки сразу же потемнело в глазах и она упала на пол. Когда очнулась, её не было дома, она была в каком-то пустом подвальном помещении, где был свет одинокой лампы накаливания, она осмотрела себя и увидела по всему своему телу пентаграммы с перевёрнутым звёздами, и возле каждой была цифра. После в комнату зашёл зрелый полный мужчина, но на его лице была маска, он принёс с собой какой-то странный чемодан, а когда открыл, там было множество всяких разных инструментов. После он подставил под нее миску и сделал укол в вену, видимо это был какой-то наркотик или обезболивающие, потому что она не почувствовала то, как её мизинец с цифрой один отрезали. Но к сожалению, она это видела. Не издавала никаких звуков, были только слёзы, которые постепенно текли из глаз и кровь, которая фантаном хлынула и текла прямо в миску. Сам же маньяк ничего не говорил и молчал. Постепенно, каждый её палец начал исчезать, но она совсем этого не чувствовала, лишь изредка всхлипывала от того, каким бесчеловечным образом с ней поступают. Но зато она поняла, цифры – это последовательность и чем больше цифра, тем это более важная часть тела, но кто знал, что под цифрой 21 будет её язык?... Когда она лишилась языка и глаз и уже не могла ничего не видеть и не говорить, то у нее ещё хватало сил дышать. У нее не было кисти рук, ступней, всё висело срезом над большим тазом, куда стекала вся кровь. По смыслу, душа уже давно должна была покинуть её тело, но нет, демон специально делал так, чтобы она жила до того момента, пока её тело не превратится в прах, даже если выдрут её сердце, если мозги заморозят и приготовят, то всё равно некая сила будет делать её живой. Она ничего не чувствовала, но сейчас понимала, что демон видимо решил сыграть с ней в злую шутку. После глаз последовали уши, после ушей пошло расчленение, сначало были сломаны кости, а затем и вытянуты все жизненно важные органы. Но кто бы мог подумать, что после того, как этот ублюдок в черных резиновых перчатках выжмет всю кровь из сердца и печени, решит их поджарить и сожрать? Но она всё равно не могла этого понять, а его задачей было выпотрошить девушку, что к счастью для нее быстро кончилось, ведь после ей не пришлось сильно мучаться, её просто поместили в огромную печь и сожгли до тла, только после этого, как она думала вначале, её душа обрела покой. И вот она видит со стороны, как её прах собирают, а в помещение заходит тот самый демон, которого она призвала и ухмыльнулся, после чего отдал деньги, забрал банку с прахом и будто бы испарился, предварительно захватив с собой душу убитой. И вот, они уже стоят на краю обрыва и ждут, когда луна появится на горизонте. – Почему ты так со мной поступил? Я ведь просто хотела умереть. – душа села на самый край обрыва и смотрела вниз, собственно так свисали и её кучерявые каштановые волосы. – Но ты ведь умерла, если я не ошибаюсь. А на счёт всего остального, нужно уточнять свои желания. – Он сел рядом всё ещё держа эту чёртову баночку, чуть ли не в прямом смысле этого слова. – Так я уточняла.. чтобы ты использовал моё тело и рассеял прах.. – Я так и сделал, я использовал твоё тело, чтобы вернуть долг этому канибалу, а прах... Собственно, вот он. Ты не уточняла о том, какой смертью умереть хочешь, поэтому я сделал выбор заместо тебя, извини, но мысли читать не умею. – Тогда... Время приступать. – она встала и хотела уже броситься вниз, к реке, но бледная рука остановила её. – Падай, но прежде ты должна знать о том, что проклята, на тебе лежало проклятие ещё до смерти твоего жениха, а ты усугубила это, заключив сделку со мной, поэтому твоя душа будет жива только раз в год и только в этот день, ночь 22 июня, всё остальное время тебя просто не будет существовать, не как человека, не как души. Из плюсов, в этот один единственный день, ты сможешь встретиться с своим возлюбленным. – он развеял прах и девушка тут же исчезла и будто бы сама рассыпались полетела вслед за тем, что осталось от её тела.» После окончания истории Минхо посмотрел на Джисона, который сидит и обнимает его руку практически начиная плакать. – Эй, Сони, ты чего? Такая страшная история? – Нет... – он вытер свои глаза и спрятался в капюшоне своего серого худи. – Девушку жалко... Она только раз в месяц сможет приходить к своему любимому... – Джисон, это ведь всё не правда, не больше, чем просто миф, но вот что интересно. – Хёнджин зажёг фонарь на телефоне и посветил им в своё лицо, говоря тихим ужасающим голосом, подходя ближе к парочке, а огонь в костре уже погас. – Минхо, ты нам рассказал эту историю потому что это произошло здесь? – Нет, на противоположном берегу. – он прошептал это, хватая фонарик из кармана и смотря на Хёнджина ужасающим взглядом. – Спасибо, но от этого легче не стало, чаги, пошли спать. – Хан явно начал нервничать и трясти за руку своего парня, который продолжал баловаться с Хваном. Тут уже и Чанбину с Сынмину стало стрёмно: огонь погас, Минхо рассказал страшилку, от которой реально стало стрёмно, Хан вот-вот разрыдается, единственный источник света это полная луна и в придачу ещё Хёнджин пугает. – Стой, Джин, сегодня какое число? – Бин спросил об этом, потому что у него как раз сейчас был телефон в руках. Хён просто перевернул телефон и нажал большим пальцем на кнопку разблокировки. – Ну... Если брать в счёт то, что сейчас перевалило за полночь... 22 второе число... Он, и Чанбин сразу стали будто бы статуями, но Ким молча сидел и потягивал пиво из стеклянной бутылки, хотя сейчас самому было жутко страшно, а что если они потревожили чью-то душу? – Что-то... Холодно стало та и спать хочется... Пойду я к Ликсу пожалуй. Доброй ночи. – первым ушёл Хёнджин, а за ним и Со, сказав, что ему стало плохо. Самым последним из трёх слушателей ушёл Ким, как только услышал странное шуршание в кустах, будто бы там кто-то ходит. Может быть это просто какой-то зверь, но как мы знаем, ночью воображение может очень сильно разыграться. – Вот ведь трусишки. – Минхо засмеялся и поднялся, смотря на красивое звёздное небо. – В смысле? – Сегодня ведь...22 июля, а не июня. Лето уже заканчивается, а они перепугались все. Ладно, пошли спать? – Только если мы действительно спать будем. – Джисон поднялся с бревна и подошёл к своему парню, который тут же положил свою руку на мягкие и упругие ягодицы младшего. – Ничего не могу обещать. Тем временем Сынмин пришёл в свою палатку и думая, что Чонин уже давно спит тоже хотел просто лечь рядом и уснуть. Но не тут то было, как только он туда залез, то обнаружил, что одеяла как лежали свернутыми так и лежат, к ним даже никто не прикасался. – Йени... Куда он делся? Сынмин быстро выбежал из палатки, из-за чего тем самым чуть не снёс и практически перевернул её, но на встречу шли Минсоны, из-за чего младший испугался их и они по очереди с Минхо начали орать друг на друга. – Ты чего орёшь?! – крикнул в последствии Хо, от чего в последствии чуть не разбудил остальных. – А ты чего орёшь? – сказал это Ким и скрылся в чаще леса, которая вела к тому самому обрыву. Они ещё стояли какое-то время и смотрели ему вслед, будто бы увидели какое-то привидение. –... Больше не давать ему пива... Он потом неадекватный. – Дайте уснуть! – послышался сонный и хриплый голос Феликса. – А вот не дам. – Минхо ударил по их палатке. – Вот возьмём ещё и потрахаемся здесь, правда Сони? – Иди ты к лешему! – Хорошо. – Минхо молча развернулся и пошёл в лес поглядывая назад, точно зная, что Хан побежит за ним. – Здесь всё равно не далеко, заодно Сынмина встречу, видимо его тоже послали. – Эй, стой! Я же пошутил. – Джисон подбежал и прыгнул на него со спины, от неожиданности Минхо чуть не упал, но сумел удержать равновесие, придерживая парня за ноги, а младший в свою очередь держался за шею. Когда они уже смогли зафиксироваться на месте, Хан наклонился и поцеловал Хо в щеку. – Пошли спать. – Хорошо, моя пандочка.* * *
Тем временем Сынмин уже около двадцати минут бродил по лесу, в надежде найти своего друга. Позвонить он естественно не мог, потому что какая связь может быть в лесу в горах? Он даже не стал тревожить на этот счёт других парней, пускай лучше просто посчитают его полным психом, к тому же, он был твердо уверен в том, что сам сможет найти Чонина, который по непонятной причине куда-то ушёл. "Лишь бы с ним всё было хорошо... Он и так ведёт себя крайне странно." Но вдруг его что-то отвлекло, это был резкий крик птицы, из-за чего он не заметил корня дерева, которое видимо Богом было задумано для того, чтобы люди через него спотыкались. Правда упал он не совсем удачно, поскольку колено было рассечено. Не зная, хорошо, что он одел шорты или нет, поскольку, если бы одел штаны, травма могла быть не настолько серьёзной, но с другой стороны, он порвал бы их. Даже не чувствовалось то, что идёт кровь и довольно сильно, не чувствовалось то, как пекли руки от того, что он содрал с них кожу, когда приземлялся. Ким встал на целое колено и посмотрел в небо, будто бы собирался молится, чтобы наконец-то найти младшего, но вдруг его сердце встрепенулось от вида звёзд и их количества, а деревья величественно стояли над ним, давая как бы понять, что они главные здесь. Как вдруг он резко вспомнил о страшилке Минхо: "...над самой холодной и быстрой рекой при лунном свете, где с обрыва люди кончали с собой." – Точно... Обрыв. Сынмин резко сорвался и побежал в ту сторону. Дыхание было тяжёлым, в какой-то момент даже уже начало казаться, что он свернул не туда и попросту заблудился, потому что пейзаж вокруг не менялся – одни деревья, которые всё ещё продолжали подавлять и напрягать своим видом. Когда пришло время отчаяться и просто пойти в некуда, то это безрассудство вывело его к тому самому месту, где находился Чонин и когда он его увидел, то с облегчением выдохнул и подошёл, обнимая со спины и становясь на колени чуть ли не плачя. Ян конечно был удивлен от такого неожиданного появления, но не настолько сильно, чтобы с перепугу упасть, он уже до объятий слышал чьи-то шаги. Внезапно на его лице снова появилась улыбка, которая явно была искренней, в отличии от фальшивой маски, которую он одел на себя, после слов Сынмина. Рука сама собой лягла на чужую и он оглянулся назад: – Хён, всё в порядке? – Наконец-то я нашёл тебя... Я боялся, что с тобой что-то случилось. – он присел рядом с ним и посмотрел в глаза, которые были зеркалом для звёздного неба, из-за чего они буквально казались космосом. – Почему ты ушёл ничего не сказав? – Я? Просто хотел посмотреть ночной вид от сюда, я уже давно был наслышан, что здесь очень красиво... И это действительно так. – Да... Действительно, тогда ты не против, если я составлю тебе компанию? – и снова его рука на плече младшего, это пожалуй уже стало его любимым жестом. В ответ последовал только молчаливый кивок, после чего они просто начали смотреть на полную луну, которая постепенно становилась всё выше и выше. Сынмин только сейчас обратил внимание на то, что на его колене было какое-то пятно, не заняло много труда понять, что это была именно кровь, но он решил молчать, чтобы не нарушить эту гармонию, которая была между ними крайне редко и это не могло не радовать его, потому что всегда можно посидеть в тишине с другом и при этом наслаждаться этой тишиной? А Чонину сейчас просто нравилось находится рядом с ним, даже если это был бы последний их раз, когда они только вдвоем, но он хотел ухватить этот момент. Никто из парней так и не понял, что произошло той ночью? Куда сбежал Сынмин? Где на самом деле был Чонин и чем он занимался? Но то, что произошло, будут знать только они двое, для остальных они просто пошли спать, но перед этим Ким слегка обезумел или увидел что-то страшное, от чего так резко сбежал.* * *
Пару дней спустя
Сынмин лежал в своей кровати и просто не мог уснуть всё ещё смотря в упор в экран своего телефона, от которого скорее всего у него испортится зрение, но сейчас он думал точно не о зрении. – Чёрт, ну, а что я теряю? – он точно что-то печатал, после чего откинул его в сторону, а сам перевернулся на бок. – Ну вот, и дело с концом.* * *
Неделю спустя
– Зачем мы все здесь собрались? – Чанбин первым зашёл в кафе и сел за столик рядом с окном, после чего снял с себя очки и посмотрел на остальных пятерых парней. – Сынмин попросил, сказал, что это что-то очень срочное. – Хёнджин положил сумку рядом с собой и начал рассматривать меню, которое лежало перед ним. – Сам попросил и опаздывает, что-то не похоже на него. – Зато это похоже на Чонина, если вы не заметили его тоже здесь нет, не удивлюсь, если они ещё и придут вместе.– Хан подсел ближе к Джину и тоже начал выбирать что-то, но из десертов. До этого он заглянул в окно и увидел фигуру парня, которая сильно напоминала Чонина. Но мало ли в Сеуле похожих парней? Пару минут спустя в заведение заходит Сынмин, который выглядывал из-за угла и держал руку позади себя. – Извиняюсь за опоздание... В общем, я не собираюсь в этот раз сильно растягивать и у меня для вас сюрприз.... После это парни увидели и услышали то, что действительно очень сильно удивило их, это было тем, кто совершенно никто не мог ожидать.
