"Сча́стливы вместе"

Прошёл месяц. Месяц, в котором боль отступила, но не исчезла — просто перестала кричать. Маша поправилась. Лаура всё это время была рядом: молча, надёжно, как стена. Отец помог с переездом, закрыл вопросы с безопасностью и обеспечил их всем необходимым на первое время. Дом они создавали вместе. Не просто стены — убежище. Он был роскошным, продуманным до мелочей, словно мечта, воплощённая в квадратных метрах. В цветах и текстурах в основном распоряжалась Мария — свет, нежность, воздух. Но ванная и спальня остались за Лаурой. Ванная была облицована чёрным мрамором с тонкими золотыми вкраплениями — и стены, и пол. Душевая кабина — под тот же мрамор. Чёрная мраморная раковина на тумбе из тёмного дерева. Большое зеркало с мягкой встроенной подсветкой. На тумбе — стакан с двумя зубными щётками, паста, кремы, средства по уходу, лаки, десятки «женских мелочей», которые делали это пространство живым. Рядом — навесные полочки с гелями и шампунями, сушилка для полотенец, аккуратная вешалка. Даже унитаз — чёрный мрамор с золотом. Всё выглядело дорого, но не кричаще. Спокойно. Уверенно. Спальня — в тёмно-зелёных, глубоких тонах. Широкая кровать из тёмного дуба по центру. По обе стороны — ковры в виде медвежьих шкур. У окна — туалетный столик с косметикой. Над кроватью — картина с их совместной фотографией. По бокам — тумбы со светильниками. На потолке — 3D-панно ночного неба. Шкаф-купе слева. Плазма напротив. За дверью — бельевой ящик. На окнах — плотные тёмные шторы. Кухня и гостиная были объединены и, наоборот, выполнены в светлых тонах. Большой диван, журнальный столик, плазма на стене, светлый ковёр, нежные обои, изящная люстра. Кухня — бледно-розовые оттенки: столешницы, плита, холодильник. Мягко. Тепло. В тот день Лаура сидела в своём кабинете — полностью из тёмного дуба — и подписывала документы. Мария ходила по магазинам. Она искала скатерть. День рождения Лауры был уже близко. В одном из магазинов она наконец нашла её — нежную, с лепестками роз. Купив всё по списку, Маша уже собиралась домой, как вдруг почувствовала, что ей плохо. Резко бросило в пот, подступила тошнота, в глазах потемнело. Мгновение — и она уже лежала на полу. Вокруг — медики, вызванные персоналом. — Что… произошло?.. — тихо спросила она, открыв глаза. — Вы потеряли сознание. При сроке четыре недели и сильном токсикозе это неудивительно, — спокойно ответил врач. — Т-токсикоз?.. Осознание ударило резко. — Стоп. Что?! Какой токсикоз? Вы что-то путаете! — Мы ничего не путаем, — врач показал прибор. — Анализ и тест. Беременность. Примерно четыре недели. — Но… от кого?.. — прошептала Маша. И память беспощадно вернула тот вечер. Баев. Она закрыла лицо руками и тихо всхлипнула. — Не переживайте, мамочка. Всё будет хорошо. Домой она ехала молча. По дороге заехала в аптеку и купила ещё два теста — чтобы убедиться. Дома Лаура спала. Маша переоделась, разложила покупки и ушла в ванную. Пятнадцать минут. Две полоски. Ключик. Срок — четыре недели. — …Как и говорили, — прошептала она, тяжело вздохнув. От усталости и эмоций она забыла убрать тесты и легла спать. Ночью Лаура проснулась. Уснула рано — организм уже отдохнул. Она пошла на кухню, включила кофемашину, а затем зашла в ванную умыться. И увидела тесты на раковине. — …Всё-таки успел. Сука. Злость вспыхнула — и тут же погасла. Ребёнок был ни в чём не виноват. Об аборте не могло быть и речи. Да и риск для Маши был слишком велик. Она убрала тесты в карман халата и пошла пить кофе. По дороге набрала маму. — Алло, мам. — Привет, котёнок. — Мам… — Что не так? Ты мой котёнок. — Ладно, ладно… — Чего такая радостная? — Как тебе сказать… Маша беременна. — Ого. Поздравляю… Но вы же ЭКО не делали? — Не делали. Это от Баева… — Так. Нос кверху. Не кисни. — Она ещё не знает, что я узнала. — А ты как узнала? — Моя растеряшка забыла тесты на раковине. — Твой отец так же узнал о тебе. — Похоже, семейное. Лаура рассмеялась — и этим разбудила Машу. — Всё, мам, люблю. Она сбросила звонок. — Привет, малыш. Ты чего проснулась? — Пить захотелось… — Понятно. — Ты какая-то загадочная. — С мамой болтала. Лаура взяла Машу на руки. — Малыш… ты ничего не хочешь мне сказать? — Вроде нет… а что? Она достала тест. Маша занервничала. — Тише. Я всё поняла. Это Баев. — Прости… — Чшш… ты ни в чём не виновата. Я тебя люблю. — И я тебя. — Я уже нашла врача… — Не надо. Лена будет вести нашу беременность. — Нашу?.. — Конечно нашу. Маша прижалась к ней. — Как ты себя чувствуешь? — Тошнит… — Тогда сделаю тебе смузи. Он помогает. Лаура посадила Машу на стол. — Не болтай ногами. — Так бы сразу и сказала. Смузи был готов. Маша отпила и закрыла глаза от удовольствия. — Божественно. — Какие планы? — В издательство, часа в два. — Я с тобой. — Не надо… — Я теперь тебя оберегаю. Это не обсуждается. — Ладно… Они снова легли в спальне. Лаура обняла Машу, прижав к себе. — Засыпай, малышка. Я рядом. — И я тебя люблю. И дом, наконец, дышал тишиной.