Только Бизнес

Сбавив скорость, машина медленно повернула на залитую солнечным светом родную улицу. Было приятно, наконец, вернуться домой. Тут все осталось именно так, как и в день, когда он уехал, не считая, разве что, погоды. Ранняя осень почти ничем не отличалась от жарких летних дней, в то время, как последнее его пребывание здесь было омрачено промозглыми февральскими ветрами и, конечно, не только ими. Безмятежное настроение стремительно улетучилось. В груди болезненно кольнуло от воспоминаний, которые только и ждали подходящего момента, чтобы вылезти наружу. Он резко осадил себя. Сейчас было не время и не место об этом думать, хотя бы сегодня, когда он не видел свою семью целое лето. Он просто не имел права испортить вечер встречи с родными воспоминаниями о нем. Гарри тяжело выдохнул и перевел взгляд на окна своего дома. Было светло и он мог только догадываться, удасться ли застать кого-то сейчас или все-таки нет. Возможно, их вообще не было дома? Уголки губ дрогнули в легкой улыбке. В таком случае сюрприз получится еще более удачным. Он не стал заранее предупреждать о своем визите, решив вместо этого устроить своеобразный сюрприз. Что поделать, он всегда был неравнодушен к нездоровой дозе экспромта. — У тебя красивый дом, — одобрительно присвистнул Оливер, заглушив мотор, заставляя Гарри вынырнуть из размышлений. — Самый лучший, — широко улыбнулся он. Отстегнув ремень безопасности, он потянулся на заднее сидение, чтобы достать рюкзак. В багажнике также лежала его большая спортивная сумка с личными вещами и еще несколько бумажных пакетов с подарками семье и друзьям. Пусть у него и не получится увидеть мелких братьев в этот раз, но зато это будет им приятным сюрпризом от любимого старшего брата, когда они вернутся домой на осенние каникулы. — Спасибо, Оливер, — искренне поблагодарил Гарри, протягивая руку для рукопожатия. — Если бы не ты, я бы добрался сюда в лучшем случае к четырем утра. Не лучшее время для встречи с родными, — криво усмехнулся он. — Пустяки, мне все равно по пути. Компанией веселее, чем одному, — отмахнулся тот. Оливер стал для Гарри буквально спасителем. Поезд, на который у него изначально был билет, отменили в последний момент, ближайший попутный рейс был только поздно вечером, и если бы не он, Гарри бы еще не скоро смог попасть домой. Они выбрались из машины и Оливер любезно открыл багажник, который был до отказа завален сумками и пестрыми пакетами. Гарри ловко выудил свою спортивную сумку, в то время, как друг помог ему достать остальные вещи. Их было не так уж и много и Гарри вполне мог донести их и сам, но Оливер лишь проворчал, чтобы тот не выделывался и, взяв два больших пакета, направился вслед за Гарри к входной двери. — Серьезно, Гарри, пора бы уже научиться не отказываться, когда тебе предлагают помощь. Гарри только закатил глаза. Возле двери он остановился, сердце волнительно забилось в ожидании долгожданной встречи и он уже предвкушал эмоциональную реакцию родителей на его внезапный визит. Словно перед прыжком в воду, набрав в легкие воздуха, он как можно тише повернул ключ в замочной скважине и легко толкнул входную дверь. Справа со стороны гостиной раздавались голоса и он, не став терять драгоценные секунды, ступил на порог, уступая также место другу, который семенил по пятам, нагруженный пакетами с подарками. Как только Гарри перевел взгляд в сторону гостиной, в глаза сразу бросились ярко рыжие волосы мамы, которая при виде него застыла на полуслове. Кажется, она что-то до этого говорила, но теперь ее глаза были широко распахнуты. — Гарри! — она едва не сбила его с ног, и Гарри рассмеялся, крепко обнимая мать. Та, едва придя в себя, отодвинулась, прищуриваясь. — Вам предстоит очень много объяснений, молодой человек. Гарри шуточно поднял руки вверх. — О, так меня не рады видеть в собственном доме? — театрально поинтересовался он, в притворной обиде. — Что ж, тогда, возможно, мне стоит уйти… Шутливый подзатыльник от матери не заставил себя долго ждать. Теперь он понимал отца, когда тот утверждал, что у Лили Поттер всегда была тяжелая рука. Она тут же снова притянула его к себе. Широко улыбаясь, Гарри обнял мать и положил подбородок ей на плечо. За ее спиной маячил отец, тепло улыбаясь и насмешливо комментируя действия своей жены. Гарри слегка отстранил ее и сделал к нему шаг, когда его внимание привлек человек, появившийся в проходе за спиной отца. Он резко остановился. Его словно окатили ледяной водой, а с лица слетела веселая улыбка. Это не могло быть правдой. Только не он. В проходе в гостиную стоял Риддл. Он выглядел как всегда безупречно, высокий, с идеально уложенными волосами и в дорогом костюме, который так ему шел. Сердце тоскливо заныло, как будто кто-то невидимый только и ждал, чтобы всковырнуть старую рану, что, как он наивно думал, только-только начала понемногу затягиваться. Как бы не так. Ему все еще было так же больно, словно это все произошло только вчера. На секунду Гарри показалось, что мужчина рассматривает его пристальным взглядом, но он моргнул и это выражение быстро исчезло, сменившись чем-то нечитаемым. Гарри списал это на игру света в прихожей, он не хотел думать о том, что на самом деле подсознательно надеялся увидеть в них какие-то отголоски былых чувств. Все было в прошлом, он не мог позволить себе и дальше заниматься самообманом, придумывая то, чего по определению просто не существовало. Боже, он думал, что ему будет сложно вернуться домой, потому что тот хранил слишком много воспоминаний. Он даже и подумать не мог, что ему придется столкнуться с ним лично едва его нога переступит порог. Внутри все заледенело, Гарри стоял, не в силах пошевелиться или отвести взгляд, он полностью утратил способность двигаться, а в ушах поднимался нарастающий гул. Он не знал, как много времени они провели, уставившись друг на друга, прежде чем послышалось недоуменное покашливание матери, которая странно переводила взгляд от него к Риддлу. Мужчина моргнул, словно опомнившись, он неловко прочистил горло, все еще не отрывая взгляда от Гарри. — Прошу прощения, я не думал, что застану вас здесь сегодня, Гарри. Если бы я знал, я бы выбрал другое время для рабочей встречи, чтобы не мешать воссоединению с семьей, — он говорил плавно, тщательно подбирая слова, и ничто не выдавало его напряжения. Гарри же достаточно знал все его повадки, чтобы заметить неестественно ровную спину и слегка подрагивающие пальцы левой руки. Уловив его взгляд в этом направлении, мужчина отвел руку за спину. От его слов больно кольнуло в груди. Он слышал этот голос во снах на протяжении последних восьми месяцев, вживую же все стало только хуже. Когда-то Гарри считал семьей и его, у них даже был дом, куда он почти переехал, были планы… Не было смысла об этом думать, резко одернул себя он, наконец находя в себе силы перевести взгляд на озадаченных родителей, подчеркнуто обращаясь только к ним: — Эм, извините, что не предупредил, я хотел сделать сюрприз. Их лица немного просветлели, хотя в них все еще легко читалось замешательство. В следующий момент он оказался зажат в крепком кольце рук отца. — Твой сюрприз удался, сын. Гарри постарался изобразить подобие улыбки, но он по-прежнему ощущал на себе прожигающий взгляд темных глаз. Послышалось аккуратное покашливание сзади, и он в панике обернулся, вспомнив об Оливере, который все это время стоял, вежливо наблюдая за приветствиями со стороны. Ему стало неловко, он совсем позабыл о друге. Его опередила мама. — Ох, дорогой, ты нас не представишь? — ее глаза просияли. Гарри перевел на нее взгляд, удивляясь ее необычной реакции, все еще пытаясь выкинуть из головы мысли об определенном мужчине, стоящем в нескольких шагах от него. — Это Оливер, мама. Он капитан нашей команды. Оливер приветливо улыбнулся, опуская на пол пакеты с подарками и протягивая руку для приветствия. В этот момент сзади послышался странный звук, Гарри резко обернулся. Лицо Тома Риддла было бледнее обычного, его губы были плотно сжаты, а венка на виске нервно пульсировала. Сейчас он демонстративно не смотрел в сторону Гарри, повернувшись к его родителям. — Я думаю, мне пора покинуть вас. Мы все обсудили и я не хочу мешать вашему воссоединению с сыном. Всего хорошего. Он поспешно попрощался с Джеймсом и Лили и, все также подчеркнуто не смотря на Гарри, подошел к входной двери. Поравнявшись с Оливером, он на мгновение остановился, занеся руку над металлической ручкой, а в следующую секунду решительно вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Воцарилась неловкая пауза. Спустя несколько секунд родители Гарри спохватились, приветствуя Оливера и пожимая ему руку. Гарри же все также стоял, невидящим взглядом рассматривая дверь, за которой только что исчез мужчина, а все звуки казались ему лишь сторонним шумом. Он очнулся, только когда его рука оказалась в теплой ладони матери. — Ты ничего не рассказывал нам об Оливере, — с укором произнесла она, выразительно смотря на него. — Что… — начал он недоуменно, после чего его накрыло озарение. — О… Ооо! Это не то, о чем вы подумали! Он в ужасе замотал головой, для убедительности махая руками, как будто это могло послужить большим опровержением их ложных выводов. Заметив их выразительные взгляды, красочно говорящие о том, что они ни на секунду ему не поверили, Гарри в панике перевел взгляд на Оливера, ища в друге поддержку. — Оливер — мой приятель, мама! Между нами ничего нет! Мать с отцом скептически переглянулись, а Оливер издал нервный смешок. — Кхм, это правда. Гарри, без сомнения, хороший парень и все такое, но я играю за другую команду, и у меня, вообще-то, есть невеста. Без обид, — он поднял обе руки в извиняющемся жесте. Родители, казалось, поверили ему, но теперь они, к удивлению Гарри, выглядели даже расстроенными. — Значит ли это, что вы не останетесь с нами на ужин, Оливер? — К сожалению нет, мэм. Меня тоже ждут дома, — извиняясь, он улыбнулся и переступил с ноги на ногу, в ожидании посмотрев на Гарри. Тот поспешил протянуть ему руку на прощание, еще раз высказывая благодарность за то, что он подбросил его домой. — Не за что, Гарри, мы — команда, — он открыто улыбнулся и сверился с часами на запястье. — Ну, мне пора. Когда за Оливером закрылась дверь, Гарри приподнял бровь на все еще расстроенные выражения лиц родителей. Мама покачала головой. — Мы с папой просто надеялись, что ты нашел себе достойного парня, — прояснила она, заметив его замешательство. — Мы не хотим больше видеть тебя в том состоянии, в котором ты был зимой. Гарри сглотнул. Если бы они только знали. — Эм, все нормально, как видите, я в порядке. Джеймс и Лили переглянулись, но ничего не ответили. К Гарри же, тем временем, постепенно приходило осознание. Если они приняли Оливера за его парня, то что подумал Риддл? Сердце, словно бешеное, заколотилось о ребра, его кинуло в жар. Это совершенно ничего не меняло. Даже если бы Оливер действительно приходился Гарри парнем, они с Риддлом давно ничего друг другу не были должны. Гарри невесело усмехнулся. Как показала практика, того не смутил даже собственный брак, тогда как Гарри наивно думал, что они состояли в отношениях. Почему тогда первым порывом было догнать его и объяснить, что то, свидетелем чему он только что стал — было не более, чем глупым недоразумением? Он фыркнул, выбрасывая глупые мысли из головы. Не было смысла жить прошлым.

***

— Мой Лорд, дело Бербидж, как вы и просили, — сказал Барти, прочистив горло, тем самым привлекая к себе внимание. Он аккуратно опустил папку с документами на стол и выпрямился, ожидая дальнейших указаний. Босс нехотя поднял на него глаза, небрежно закрывая лежащую перед ним, внушительного размера, папку. Барти озадачено нахмурился, от его внимания не ускользнуло незнакомое имя на лицевой стороне документа. Фамилия Вуд не фигурировала ни в одном из их текущих дел. Новый клиент? Заметив острый взгляд холодных глаз, Барти поспешил отвести взор от привлекшего его внимание файла. Он прокашлялся. — Все готово, босс. У стороны обвинения нет ни единого шанса, — он кивнул на папку, которую только что положил на край стола. — Замечательно, — сдержанно отозвался Риддл. — Что насчет Стюартов? — Мы ведем переговоры, мой Лорд. Они немного… не хотят идти на уступки, но мы это уладим. Аккуратная бровь вопросительно приподнялась. — Мне стоит вмешаться? — В этом нет необходимости, милорд. Мы сделаем все, как полагается. — Я на это надеюсь, Барти. Барти слегка склонил голову в знак того, что указания босса были услышаны. Том Риддл поднялся из-за стола и неспеша подошел к большому окну. Он встал лицом к оконному проему, заложив руки за спину. — Что с Блэком? Барти сглотнул. — Сигнус продолжает свое собственное расследование по пропаже дочери, мой Лорд. Он уверен, что она не могла так просто сбежать и не выходить с ним на связь больше восьми месяцев. Как вы знаете… последний раз ее видели на пути в Лондон и это делает вас, как супруга, одним из главных подозреваемых, несмотря на алиби. Полиция все еще придерживается версии побега с любовником благодаря тому, что последний раз ее карты были обналичены на Сейшелах. Мы также ввели в это дело нескольких свидетелей, которые могут подтвердить, что видели ее на острове в этот период. Если Блэк не найдет новых улик до конца сентября, суд удовлетворит ваш иск о разводе. Все инвестиции сохранятся за вами, естественно. — Хмм, — задумчиво протянул Риддл, не отворачиваясь от окна. — Спасибо, Барти. Неплохо сработано, ты свободен. Кивнув, хоть собеседник и не мог этого видеть, Барти поспешил покинуть кабинет. Простояв так еще какое-то время, бездумно рассматривая осенний пейзаж за окном, Том развернулся и направился к столу. Там, в закрытом файле, его все еще ждало незаконченное досье.

***

Атмосфера, царящая вокруг, очень сильно напоминала их старые безмятежные дни, когда самой большой проблемой был забытый бумажник или предстоящая контрольная со Снейпом. Они договорились встретиться в кафе Фортескью в полдень, это было одним из их любимых мест в те дни. Опустившись за столик у окна, Гарри бесцельно принялся теребить пальцами меню, задумчиво рассматривая неспешно прогуливающихся людей за окном, неровный рельеф отполированной временем каменной мостовой и яркие краски осенних цветов в пузатых кадках у входа в кафе. Вот счастливая пара с мальчиком лет шести дергает за ручку двери в зоомагазин напротив и та податливо отворяется. Ребенок, улыбаясь от уха до уха, тут же исчезает где-то внутри, а за ним по пятам следуют усмехающиеся родители. Видимо, кое-кто сегодня вернется домой с новым другом. Послышался веселый звон колокольчика входной двери, вырывая его из ностальгических воспоминаний о своем первом домашнем питомце и возвращая обратно в настоящее. У входа показалась ярко рыжая голова, а рядом, чуть ниже, каштановая непослушная шевелюра. В вошедших Гарри безошибочно узнал своих друзей. Он привстал, широко улыбаясь и махая им рукой, и те, растянув губы в идентичных улыбках, направились в его сторону. — Тебя не узнать, дружище, — заключил Рон, когда уселись за столик. Он одобрительно осмотрел его с ног до головы и завистливо присвистнул. — И чем вас там только кормят? Гарри засмеялся. Он немного вырос с момента как они виделись последний раз зимой и, как выразилась его мама, даже “возмужал”. Сам Гарри не замечал за собой каких-либо катастрофических перемен, помимо, разве что, роста и немного заострившихся черт лица. — Ничего нелегального, клянусь, — все еще смеясь, поднял он вверх руки, показывая, что ему нечего скрывать. — Еще бы, у вас с этим строго, — протянул Рон. Они относительно часто списывались и созванивались в течение этого времени, поэтому Рон немного имел представление об условиях и порядках в профессиональной среде. — Так как насчет..? — с намеком протянул он, кивая на сумку Гарри на соседнем стуле. В очередной раз громко засмеявшись, Гарри выудил из нее бумажный сверток и протянул его Рону. — Держи, — ему не удалось скрыть самодовольных ноток. Друг быстро развернул пакет, взволнованно доставая наружу содержимое. Его глаза округлились, когда он полностью развернул спортивную футболку, на задней стороне которой красовалось имя Виктора Крама с седьмым номером, а спереди, чуть выше груди, витиевато извивалась летящая подпись с автографом его кумира. Рон с благоговением уставился на предмет одежды открывая и закрывая рот, не в силах выдавить из себя ни слова. Гарри с Гермионой насмешливо переглянулись. Гарри так и не рассказал ему, как его любимый кумир очаровался их подругой, решив пожалеть его ранимую психику. Впрочем, он все еще мог передумать. Девушке он привез мягкий кашемировый шарф в клетку, а также красочную коробку шотландских сладостей. Изначально он хотел выбрать ей в подарок какую-то книгу, но после часа брождения по книжным Эдинбурга понял, что совершенно не имеет понятия, чего именно она бы хотела. Тем не менее, Гермиона, казалось, была искренне счастлива получить от него именно такой подарок. Спустя какое-то время обсуждения новостей и сплетен с колледжа, Рон с Гермионой неловко переглянулись, после чего Гермиона приподняла бровь, как будто намекая Рону на что-то и тот прочистил горло. — Кхм, в общем, приятель… мы тут хотели тебе сказать… — он замолчал, очевидно подбирая слова. — Мы, вроде как, теперь вместе. Его лицо покрылось багровой краской и даже кончики ушей окрасились в розовый цвет. Гермиона тоже выглядела слегка смущенной, и она неуверенно ему улыбнулась. Гарри подался вперед, все еще до конца не веря в происходящее. — Вы серьезно? Это же замечательно! — радостно воскликнул он, поднимаясь со своего места, чтобы заключить их в крепкие объятия. На лицах друзей отразилось явное облегчение. — Я уже думал, этого никогда не произойдет, если честно, — полушепотом, нарочито заговорщицки добавил Гарри, отстранившись от них и тут же уклонился от шутливого тычка в бок от Рона. — Что? Давно уже пора. — Эм, да, это как-то само собой получилось, в общем… — все еще смущаясь, протянул друг. — Что ж, я искренне за вас рад, — улыбнувшись, Гарри вернулся на свое место за столом. Друзья благодарно кивнули, наступила неловкая тишина. — А ты..? — осторожно спросила Гермиона. Его улыбка померкла и, пожав плечами, Гарри отвел глаза. — Мне сейчас не до этого и, если честно, мне это не интересно. — Гарри… — Все нормально, Гермиона. Спасибо, — он криво улыбнулся, но его улыбка вышла несколько искусственной. Он подался вперед, с нарочитым энтузиазмом кивая в их сторону. — Так как это произошло?

***

— Как прошла встреча с Мартинезом, Бродяга? Что он от тебя хотел? Гарри, до этого помогающий раскладывать тарелки на стол, на мгновение остановился, прислушиваясь к разговору. Мартинез был другом отца и крестного со времен их службы в полиции и, насколько Гарри было известно, занимал важный пост в отделе уголовного розыска. Хоть их пути с компанией отца изредка пересекались, Гарри не покидало чувство, что на этот раз здесь было замешано гораздо больше. — Да так, — махнул рукой он, усаживаясь за стол. — То же, что и раньше. Расспрашивал за семейку. Они прорабатывают версию побега с любовником. Сложив два и два, Гарри понял, что говорили они о деле Беллатрикс Блэк. Он занял место напротив крестного, незаметно навострив уши. Отец кивнул, как будто и не ожидал другого ответа. Он потянулся к общему блюду с салатом, накладывая порцию себе на тарелку. — Думаешь, это так? — не глядя спросил он. — Я не удивлюсь, правда. Белла всегда была с приветом, — поморщился Сириус, а перед глазами самого Гарри услужливо встал вечер их ‘знакомства’. Он с трудом подавил в себе желание передернуть плечами. — Я не видел ее с выпускного и, если честно, не горю желанием это менять. Думаю, до нее наконец дошла безнадежность ее положения с Риддлом. В семье все знали, что это дохлый номер, но только не Белла. Может, у нее все-таки появились мозги? — хохотнул он. — Риддл тот еще холодный кирпич. Гарри опустил глаза, делая вид, что занят едой, хотя все, что он делал, это неопределенно водил вилкой по тарелке. Слышать эти разговоры было чем-то сюрреалистичным. Почему он, черт возьми, никогда раньше не слышал о ней? Может быть, слышал, но не обращал внимания? Не то, чтобы Гарри когда-либо интересовался ненормальной семейкой крестного. В чем он был уверен, так это, что он никогда не слышал о ней в контексте Риддла ни до, ни, тем более, после начала их ‘отношений’. — В общем, они все могут там хоть глотки друг другу перегрызть, главное, чтобы дядюшка не отозвал инвестиции из его компании. Их банкротство станет для нас ударом. От обилия ненавистной фамилии у Гарри начинала болеть голова. Он аккуратно отложил приборы и постарался незаметно потереть виски. — Все в порядке, дорогой? — заботливо поинтересовалась мама. — Да, просто… Может, поговорим о чем-нибудь другом? — Кстати об этом, — как бы между прочим осведомился отец. — Мне показалось или при встрече с Риддлом ты вел себя немного странно, сын? Ты ничего не хочешь нам рассказать? Гарри замер. Он попытался, чтобы в его взгляде читалось только легкое недоумение. Биение его сердца, однако, казалось, было слышно за мили отсюда. — На что ты намекаешь? — осторожно спросил он. — Просто интересуюсь состоянием своего сына. Обычно ты ведешь себя по-другому. — Не понимаю, о чем ты, — несколько грубо ответил Гарри, намекая, что разговор закончен. — Хм… Гарри прикрыл глаза, пытаясь успокоиться, но у него все равно этого не вышло. В груди поднималась буря. Отодвинув тарелку, он резко поднялся из-за стола. — Я наелся, спасибо, мама. Намеренно не глядя на отца, он задвинул стул, попрощался с крестным и вышел из кухни. Возможно он вел себя чересчур подозрительно, но он ничего не мог с собой поделать, он оказался просто не готов к подобному допросу. Как только на втором этаже хлопнула дверь, Лили, колеблясь, кинула многозначительный взгляд на своего мужа. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — Невозможно. Мы бы знали, — резко отрезал тот. — Хм… — О чем вы? — Сириус непонимающе переводил взгляд с Джеймса на Лили и обратно. Они же смотрели только друг на друга, на лице женщины подозрительность сочеталась вперемешку с неверием, выражение же лица Джеймса можно было охарактеризовать как крайне суровое. Очевидно, мужчина принял для себя какое-то решение, потому что в следующую секунду он резко поднялся из-за стола с мрачным решительным выражением на лице. Лили испуганно попыталась схватить его за руку. — Подожди, что ты задумал? На лице Джеймса играли желваки, его взгляд был сосредоточен на настенных часах, пока он отточенными движениям застегивал манжеты на рубашке. — А ты как думаешь? — наконец процедил он. — Разберусь с ним по-мужски. Она подорвалась со своего места, преграждая ему путь. — Джеймс! Ты не можешь знать наверняка! Ты не можешь просто взять и обвинить его в том, чего мы даже не знаем! — И что ты предлагаешь? Сидеть и смотреть, пока этот… педофил совращает нашего сына? — последние слова он буквально прорычал, его глаза налились кровью. — Что, черт возьми, тут происходит?! — в конце концов заорал Сириус, он вскочил, ошалело переводя чумной взгляд с Лили на Джеймса. Оба замерли на месте, как будто только сейчас осознали, что они здесь не одни. — Джеймс думает, что Риддл… что-то сделал с Гарри, — скривившись, словно ей было больно выдавливать из себя слова, тихо произнесла Лили. В ее глазах стояли непролитые слезы. — Что это с ним он тайно встречался тогда. Сириус оторопело сделал два шага назад, открывая и закрывая рот, как будто пытался что-то говорить, но из его рта не выходило ни звука. — Что..? — еле слышно выдохнул он. — Мне тоже интересно услышать, откуда у вас такая информация, — послышался спокойный голос сзади. Все трое как один повернулись в сторону дверного проема, где, сложив руки на груди, облокотившись о косяк, стоял Гарри. Прищурившись, он внимательно оглядывал всех собравшихся. На кухне повисла гнетущая тишина. — Ну? Может быть вы меня захотите посвятить в то, с кем и как я встречался? — едко поинтересовался он, приподнимая бровь. — Гарри… — Ты хочешь сказать, это неправда, сын? — резко перебил супругу Джеймс. Его губы были поджаты, а тяжелый взгляд неотрывно сканировал лицо Гарри. — О, так теперь вы решили спросить меня? Мило. Гарри понимал, что не имеет права разговаривать с ними так, но сейчас он был слишком зол, чтобы отдавать отчет своим действиям. Его выбесило то, как они обсуждали его за его же спиной, делая за него собственные выводы. Плевать, что те были правильными. Это ничего не значило. Одна мысль, что отец пойдет разбираться к Риддлу и то, к каким последствиям это может привести, привела его в ужас. Он боялся за отца, он ненавидел Риддла, но даже сейчас он не желал ему таких неприятностей. В конце концов, Гарри не был ничего не осознающим ребенком, он находился в возрасте согласия, и он сам приехал к нему домой в тот злополучный первый раз. Конечное решение стояло только за ним, и Гарри был готов нести ответственность за свои действия. Еще один судебный иск станет для Риддла ударом, учитывая, что расследование по исчезновению его жены все еще не было закрыто, а связь с несовершеннолетним была довольно серьезным обвинением. Больше всего Гарри не хотел, чтобы его самого затаскали по судам. Он не хотел смотреть в знакомое лицо и давать показания под давлением. Он хорошо знал своих родителей — это было бы меньшим из всех его зол, подтверди он сейчас их догадки. — Ты так и не ответил на мой вопрос. Гарри хмыкнул. У его отца была железная хватка, когда дело касалось допроса. — Отвечая на твой вопрос, с вашим прелестным Риддлом меня никогда ничего не связывало. У меня был бойфренд в колледже, мы расстались. Конец истории. Лили громко выдохнула, похоже, она все это время стояла, задержав дыхание. Взгляд отца перестал быть таким колючим, а линия его плеч заметно расслабилась. Сириус, казалось, все еще находился в ступоре. Во рту у Гарри стало кисло. Ему было тяжело им врать, но у него просто не было другого выхода. Он должен был звучать убедительно, чтобы они ему поверили. — Если мы, наконец, это выяснили, могу я надеяться, что за моей спиной больше не будут проводиться спекуляции по поводу моей сомнительной личной жизни? Если плечи мамы поникли и она виновато отвела глаза, то отец не выглядел ни капли провинившимся. — Всего один вопрос. Если вас, как ты выразился, ничего не связывало, почему ты так странно смотрел на него тут, дома? И что означает твоя реакция за столом? — он махнул рукой на кухонный стол, за которым они вчетвером совсем недавно ужинали. Гарри широко улыбнулся и эта улыбка больше напоминала акулью, чем человеческую. — О, то, что меня с ним ничего не связывало, не означает, что я слепой. У меня есть глаза. Мистер Риддл довольно привлекательный, какая у меня еще может быть реакция? На этих словах Сириус поперхнулся, и Гарри всерьез обеспокоился его состоянием. Возможно, последняя фраза была лишней, но у него возникло непреодолимое желание насолить отцу. Кажется, у него получилось. Джеймс побледнел, его лицо стало почти серым, он сжал кулаки так, что на руках выступили жилы. Казалось, он вот-вот взорвется. Его опередила мама. — Гарри Джеймс Поттер! Тебе семнадцать! Если я узнаю, что ты… Гарри закатил глаза. — Да, да, заставишь папу разобраться с ним по-мужски. Я понял. Не переживайте, вам не о чем волноваться. Плевать я хотел на вашего Риддла и все, что с ним связано, — он сделал паузу, а после издал ехидный смешок. — Вы бы только видели свои лица. Он встретился глазами с Сириусом, а после они оба расхохотались. Отсмеявшись, крестный одобрительно хлопнул его по плечу. — Ну ты даешь! Даже я поверил! — в его голосе звучала неприкрытая гордость. Гарри усмехнулся и развел руками в стороны. — Учился у лучших. Самое ужасное было в том, что он даже не чувствовал вины, за то, что так нагло соврал им. Никогда раньше он не был способен на подобное. И в этом, конечно, был виноват тоже Риддл.