Похождения Кристины Скороходовой

Тот, кто представлялся в контакте Миндалëм Ивановичем, незамедлительно отреагировал на заявление Кристины о дружбе, и велел встретиться в культурном центре. Кристя знала, что в этом центре сокрыты все богатства жизни: там и музицировали, и ставили спектакли, и проводили литературные вечера, и выставляли картины, и даже учили бальным танцам. Кристина никогда не упускала случая побывать в этой обители искусства, а выучиться благородно танцевать было одной из её заветных мечт. Да и если этот Миндаль выбрал для встречи такое место, сразу видно, что он не дворовый забияка. Войдя в сверкающий декоративными люстрами зал, Кристина увидела в одном углу музыкантов, изучающих нотную грамоту, в другом — литераторов слушающих стихи какого-то нескладного паренька. А посередине и по всей площади зала кружились кавалеры и дамы. Настоящие — в одежде, сшитой под моду девятнадцатого века. Всё это напоминало старинную повесть — благородную, блестящую, романтичную. Кристина давно уже заходилась в восхищении и приглядывалась к кавалерам, нет ли среди них свободного. Вдруг она почувствовала, что позади к ней кто-то приблизился. Обернувшись, она увидала парня, одетого кавалером и имевшего, между прочим, очень аристократическую внешность: кожа белая, волосы светлые, глаза голубые. — Вы мне писали — я прочёл и принял ваше предложение, — заговорил он, совсем, как Евгений Онегин. — Надеюсь, вы так же исполнены эстетики. Миндаль Иванович Кристе сразу понравился: она как раз мечтала, чтобы её любимый был противоположен ей во внешности. Так, своей светлостью глаз и волос этот парень дополнял её зелёные глаза и тёмные волосы. Она тут же поведала ему о себе: — Даже больше. Я, можно сказать, только эстетикой и живу. И главное в ней для меня — поэзия. Мои стихи уже публикуются на всевозможных источниках и читаемы уже многими. — А я танцовщик высшего класса по культурным танцам. И признателен, что у нас с вами много общего. Позвольте в таком случае пригласить вас на вальс. Под раздавшиеся звуки рояля, Миндаль Иванович элегантно подал Кристине руку, которую она приняла смущëнно: — Только сначала... скажите мне, как танцевать в этом вальсе. — Просто вальсируйте, легко и плавно, и танец пойдёт сам. Он осторожно пошёл с Кристиной в ритме мелодии; она двигалась сначала медленно, стараясь угадывать все движения партнёра, а потом сама не заметила, как вальс её захватил. Она, словно леди из прошлых веков, в зале, сияющем златым светом тысячей огней, летала по паркету с самым любимым своим человеком, которому уже готова отдаться и душой, и сердцем... Мелодия стихла, пары стали расходиться, но Миндаль Иванович всё ещё держал Кристину в своих объятиях, по видимому, любуясь ею. — Как ваше имя? — тихо спросила Кристя. — Евгений, — взмахнул волосами юноша, отчего девушка не сдержала умильной улыбки. «Евгений... Значит, "благородный". Однако, судя по известным произведениям, мужчины с таким именем горделивы и капризны... Нет, нет, конечно, я рассуждаю слишком наивно.» После бала Миндаль Иванович любезно предложил: — Вы, наверное, знаете, что для влюблённых танец имеют особое значение, потому что после него кавалер ведёт даму за стол. Этот столик на двоих нам будет очень кстати, правда? — Правда, правда, конечно! — зачастила Кристина. Она давно так жаждала взаимной любви, что, даже едва познакомившись с Миндалëм, готова была следовать за ним. Однако на выходе из культурного центра неожиданно произошло нечто невежественное: какой-то входящий старичок неуклюже наступил Миндалю на ногу. — Пётр Семёныч, смотрите, куда идёте! — рассердился он. А старик раскинул ему объятия: — А, Евгений Иваныч, здорово! А я на концерт направляюсь. Как ваша учёба, как жизнь? Но Миндаль отстранился от него, как от дворового пьяницы: — Как всегда, всё отлично. Вас мои дела не касаются, слушаете свои симфонии, и слушайте дальше. Старик лишь добродушно улыбнулся и ушёл на второй этаж, а Миндаль Иванович, выйдя с Кристиной на улицу, объяснил: — Этот Пётр Семёныч настоящий неряха. Вечно неуклюж, растрëпан, неопрятен... Правда, в отличии от многих таких стариков, умеет ценить музыку... И я завёл с ним знакомство исключительно из-за этого! — Но ведь он не молод, его можно понять, — возразила Кристя. — Кроме того, старых людей нужно уважать, и стараться не замечать в них недостатки. — Ах! — махнул рукой Миндаль Иванович, по-видимому, не принимая этот совет и поспешил сменить разговор. — Я бы предложил нам пойти в ресторан, но там шум, суета, и мало ли какие люди встретятся. Пообедаем лучше у меня дома. — Согласна! — вновь заулыбалась девушка, радуясь, что идёт к любимому в гости. Когда сели в автобус, Миндаль галантно уступил ей лучшее место возле окна; Кристина смотрела на то, как маленькие старинные дома сменяются высокими современными, и пребывала в состоянии небывалого блаженства: как же ей повезло с парнем! Да и жил Миндаль Иванович в доме, не слишком современном на вид, но относительно новом. А когда Кристина поднялась на шестой этаж в его квартиру... перед ней раскинулась роскошь, о которой она давно бросила мечтать. Бархатная, на старинный манер, мебель, паркетный пол, высокие потолки, изысканные ковры — всё это в обыкновенной квартире беспредельно восхищало девушку. Она тут же вошла в гостиную и устроилась на алом диване, но Миндаль предупредил: — Обедать будем на кухне, а то ненароком что-нибудь испачкаем. К столу были поданы спагетти в томатном соусе и салат из капусты и помидоров. Наслаждаясь вкусом этих лучших блюд, Кристина спросила: — Сам стряпал? — Что ты, еду мне готовит мамаша. Она меня так любит, что переселилась в мою квартиру. — И она не жалуется на такую судьбу? — удивилась Кристина. — А зачем ей жаловаться? Она всё успевает, даже бухгалтером работать. Родители ради меня всюду пойдут, никаких денег не пожалеют! Впрочем, я и сам делаю себе жизнь, и уже многого достиг. И в институте, и культурном центре отличный авторитет имею, и на большую зарплату мебель в гостиную купил... Красота! Миндаль Иванович зашёлся от гордости. А вот Кристина начала беспокоиться: если этот миловидный паренёк такой гордый да ещё обслуживается родителями, то хорошим мужем он определённо не станет. Ведь она искала себе не просто парня, а друга на всю жизнь! Поэтому она решила как следует проверить своего нового знакомого: — А как бы ты отнёсся к домашним питомцам в своей квартире? Тут Миндаль сморщился и отмахнулся: — Нет, в своей квартире я бы их точно не потерпел! Кому только животные дома нужны?! Только дорогую мебель портить! Кристина поняла всё с этим человеком. Животных она считала неотъемлемой частью своей жизни. Своему будущему мужу она приписывала определённые качества и взгляды. Миндаль Иванович им не соответствовал. Она встала из-за стола и тихо сказала: — Будь по-вашему, Евгений. Было приятно провести с вами время. — Как? Уже покидаешь меня? — разочаровался Миндаль Иванович. — А как же наша дальнейшая дружба? Кристина резко обернулась и сказала сердито: — Дружбы не будет, потому что мне с вами не по пути! Кристина уходила прочь в глубоком разочаровании и досаде. А ведь ещё совсем недавно она улыбалась от блаженства! Какое-то сожаление заставило её оглянуться на дом Миндаля Ивановича и пролить слëзы. «А ведь он всё-таки красавец! — проскулила она, но тут же встряхнула себя: — Ну, и какой от этого толк? Никакого! Ведь на деле это оказался отъявленный эгоист, набитый богатей, собственник... Да, именно собственник и больше никто! Ему на всё начихать, кроме своей драгоценной собственности! И что за люди такие пошли, право?! Всё себе оттяпывают, а об окружающих не думают совсем!! А миленькая девица ему, должно быть, нужна была чисто для развлечения. Ну, а если б всё-таки вступили в брак? Тоже хорошего было бы мало: эти чересчур заботливые родители повисли бы у меня на шее, да и он тоже. А мне нужен такой, чтобы хоть что-нибудь умел сам готовить. И животных бы любил, не то что собственники какие-то! Да, сомнений нет, что вся эта глупость, произошедшая со мной, не являлась любовью. Но я буду продолжать поиски! Буду, буду!!»