Большая маленькая проблема

      Во дворце стояла гробовая тишина. Тишина, которая мешала сосредоточиться на мыслях. От такой хотелось бежать, что, собственно, Россия и планировала. И правда, зачем оставаться здесь, будучи наказанной на всё на свете? Ну, положим, не на всё, но на самое важное! Как жаль, что папенька не мог её понять! А ведь такое далеко не в первые! Русское Царство наказывал Россию ещё на прошлой неделе. Империя тогда ежедневно мыла всю посуду и подметала полы во всем дворце. Это несказанно раздражило Россию, но, увы, перечить ни в коем случае было нельзя. Да и припомнить, когда это вообще можно было, тоже трудно.       Россия с ненавистью бросала вещи в какой-то мешочек, который обнаружила у себя в комнате. Платья, одеяло и какие-то другие ткани, деньги (сколько нашлось в её маленькой копилочке — она всё взяла). «Брать надо самое важное» — полагала девушка, — «А там и посмотрим!». Она одела накидку и накинула капюшон на голову.       Было около четырех утра, когда Россия с грохотом выпрыгнула из окна своей комнаты. Благо, приземлилась она мягко и ничего не повредила. «Всё, как во сне, только с вещами», — думала она, — «И без кролика. Главное… не провалиться под землю»…       «Да ну, все это вздор!» — девушка усмехнулась своим же мыслям, отряхнув с себя сухие листья, что прилипли к подолу платья. «Всё это откровенный вздор! Так, все, небезопасно здесь боле оставаться. Сейчас выйдет кто! Нужно спешить» — решительно подумала Россия и сделала несколько не менее решительных шагов, после чего сразу же остановилась: «А идти-то куда?»       Девушка огляделась. Она вот-вот выйдет за территорию дворца. Кажется, мысль «А идти-то куда?» появилась раньше времени в её голове. Ну ничего. Еще несколько шагов и будет улица. От туда нужно будет куда-то бежать. Но куда, куда? «Лучше сначала покину территорию дворца» — подумала Россия. Ей показалось, что те несколько секунд обязательно помогут ей что-нибудь придумать.       Вот она и на улице. Почти никого не было. Но всё же стоит поторопиться. Россия набрала полную грудь воздуха и… Побежала направо от дворца. Нет, нет, уже налево! Опять направо? Ан, нет, прямо от дворца! Да, именно прямо! Бежит, со всех ног! Упс, она с кем-то столкнулась:       — Барышня, будьте…       А что «будьте» Россия не расслышала, потому как она неслась настолько быстро, насколько могла.       Кажется, те несколько секунд, за которые она все же покинула свой дом, помогли ей. Она бежала в сторону леса.       Небо было ясным, как глаза младенца. Солнце нагревало пока ещё не душный и не жаркий воздух. Всё это только горячило желание России бежать. Куда? Она не знает. Но ей это точно надо. Несомненно надо.       Последний домик, который являлся по праву одной из лучших гостиниц Москвы. За ним уж конец города. Рядом с ним стояла чья-то карета, запряжённая лошадями. Кажется, сюда кто-то совсем недавно приехал. А в голове у юной девушки назревал план…       Россия запрыгнула на козлы и погнала лошадей. Лошади нехотя побежали, но получив ещё удар и ещё, помчались из-за всех сил, как минуту назад бежала Россия.       — Wohin?! — послышался чей-то мужской крик. Он напугал девушку и та ещё раз дернула вожжи. Сердце сильно заколотилось, где-то в висках начинала кипеть кровь, а руки предательски дрожали.       «Что ж я делаю?!» — думала Россия. Однако отступать назад было бы грубейшей ошибкой. Поэтому она лишь вела лошадей вперёд. Как всё же хорошо, что Москва научила её управлять этими животными!       — Ты чего разорался? — из гостиницы вышел Пруссия. Он непонимающе смотрел на брата. Однако увидев отсутствие горячо любимой Австрией кареты и эти австрийские полные горечи и почти что слёз глаза, рассмеялся.       — Да чего ж ты смеёшься?! — с истерикой в голосе спросил Австрия, — Я столько денег потратил на эту... карету… И за что?! За то, чтобы её вот так просто угнали?! Там мои вещи! Эта карета, она… она…!       — Ой, ты сам виноват. Я говорил тебе, нельзя тут так оставлять. Русские — народ безбашенный.       — Завались! И так тошно, — отмахнулся Австрия, сев на землю. Он закрыл лицо руками и просто думал, что ему дальше делать, — Надо же мне было такую карету оставить здесь?       — Не реви.       — Я не реву, идиот! Я не ребёнок!       — А мне кажется, что сейчас ты на соплю зелёную более походишь, чем всегда, — подмигнул Пруссия. Он просто не мог не подколоть своего брата.       Да, Австрия скоро точно взорвётся. И от обиды за карету, и за обиду на брата. Тот в свою очередь всю дорогу тарахтел о том, какой он классный. Слушать несколько часов подряд от Пруссии про Пруссию для Австрии оказалось пыткой. И даже сейчас этот кудрявый будто бы специально не собирается умолкать! Пруссия лишь продолжал смеяться.       — Только ведь приехали, а уже все вещи растерял! Ха-ха-ха!..