То, что будет уже завтра

Они ввалились в квартиру, по пути стягивая друг с друга олимпийки. Аомине прижимал Кисэ все плотнее к себе, целуя в уже разбухшие губы. Наконец сняв куртки, парни продвинулись в гостиную, не отрываясь друг от друга. Как они вообще дошли до этого? Наверное, Кисэ предложил поехать к нему после того, как Дайки прижал блондина к стене прямо после тренировки, а Рёта просто не смог отказать. Ведь он уже давно был влюблен в синеволосого, но не надеялся на ответные чувства. Хотя сейчас все говорило об обратном. Аомине вместе с Кисэ опустились на диван, ни на секунду не отрываясь друг от друга. Кисэ испытывал непередаваемое наслаждение, после того, как его усадили на диван и начали целовать, как никогда раньше. Страстно, искусно, безумно. Щуря глаза от непередаваемого удовольствия, блондин отвечал на поцелуи так же чувственно, яростно, томно.. Дайки позволял своим рукам абсолютно все. Его ладони свободно блуждали под футболкой Кисэ, как можно нежнее стараясь теребить уже твердые от возбуждения соски. Рёта извивался под Аомине, цепляясь руками за его шею, подставляя свои губы для новых и новых поцелуев. Наконец, Аомине оторвался от губ блондина, срывая недовольный, даже протестующий стон. Но уже через пару мгновений, когда губами дотронулся до кожи плеча, спускаясь ниже по руке мокрыми поцелуями, услышал судорожный, полный желания вздох. Кисэ не думал, что может быть так хорошо, не верил, что ласками можно пытать, мучать, но сейчас убедился в обратном. Он не слышал собственных всхлипов, полу-стонов, но осязание обострилось до предела. То, что делал с ним Аомине, казалось заставляло кричать в голос, но в тоже время из его уст не вырывалась ни слова. - Кисэ.. Не сдерживайся, - прошептал синеволосый на ушко блондину, опять приподнимаясь к губам Рёты, руками сдавливая затвердевшие соски. Тут же с губ Кисэ сорвался рваный всхлип, а по телу прошла дрожь. Аомине начал стягивать мешавшую футболку с блондина, заодно освобождая его от ремня на джинсах. Кисэ, в свою очередь, помогал Аомине справится с футболкой, а после и сам полез снимать с Дайки верх. После того, как оба остались без верха, Аомине начал рассматривать своего любовника. Подтянутый живот, на котором едва виднелись кубики пресса, совершенно плоская грудь (где-то в глубине души Аомине расстроился, что это не пышногрудая блондинка), тонкая шея и прекрасное, раскрасневшееся лицо с прикрытыми глазами. На секунду ас Поколения Чудес подумал, что только от такого вида Рёты можно было кончить, сам себе улыбнулся и припал к шее блондина, оставляя на шее красные засосы. Целуя шею, переходя на грудь, Аомине руками начал приближаться к ремню на джинсах, пытаясь расстегнуть одной рукой, а второй водил по животу, заставляя блондина выгибаться от таких действий. Но вот и это препятствие, в виде ремня, было преодолено. Ладонью приподняв бедра Кисэ, синеволосый начал медленно стягивать с него оставшуюся одежду вместе с бельем. Рёта поддался легко, даже выгнулся, помогая Дайки с его действиями. Когда от джинс с бельем не осталось и следа, ас Поколения Чудес припал губами к груди блондина, замечая, как сильно бьется сердце Кисэ. Для Аомине все было ново. Не было пышной груди, которую можно было сжать в своих ладонях, сейчас он сжимал только ягодицы Рёты. В сильную, мускулистую ляжку не впиться пальцами. Сам Кисэ всем этим явно наслаждался, следя за Аомине, как тот будто своими поцелуями впитывает сердцебиение блондина. Целоваться можно было бы вечно, если бы не сильное напряжение в штанах. После того, как Рёта оказался совсем нагой, его лицо покрыл розовый румянец, который в совокупности со стыдливо поджатыми ногами казался Аомине очень милым и… возбуждающим? В штанах стало еще теснее, и Дайки поспешил избавиться от них, заставляя эмоциям на лице Кисэ меняться, в порядке «улыбка-удивление-смущение». «Такой… большой…» - про себя подумал Рёта, не замечая того, как уже откровенно разглядывает достоинство Аомине. Ас не мог уже терпеть. Он развел ноги блондина в стороны и уселся между ними. Ему открылся чудесный вид на пульсирующую, слегка припухшую дырочку Кисэ, с которой стекали капельки смазки. От такой «картины» Дайки на секунду забыл, как дышать. Кисэ же пытался успокоить свое сердце, так часто бившееся в груди. Аомине вновь поцеловал Рёту в пределах грудной клетки, а пальцы прикасаются к столь желанному анусу, обводя по кругу. Чуть проникают внутрь. Слабый стон срывается с губ Кисэ. Сначала Аомине вводит два пальца, постепенно разрабатывая своего любовника. Кисэ поморщился, а по телу прошла волна резкой боли. Взглянув на обеспокоенное лицо Аомине, Кисэ тихо прошептал: - Все в порядке, Аомине-чи… Можешь продолжать, - и на лице появилась полуулыбка. От такого, чуть ли не возбуждающего шепота, Аомине завелся еще сильнее, постепенно вводя уже третий палец. В процессе растяжки Кисэ только жмурился от боли, как вдруг резко выгнулся в спине, прикрыв глаза и прошептав: - Еще.. пожалуйста… Аомине догадался, что, наконец, нащупал заветный бугорок. Простата. Он ввел пальцы в этом направлении еще несколько раз, а затем вытащил, вызвал у Кисэ разочаровано-удивленный стон. - Ты не против, если я войду? - как бы между прочим, спросил Аомине, уже не дожидаясь ответа, поднося свой член к анусу Кисэ. На это блондин только кивнул, положив свои руки на плечи Аомине и слегка сжав их. Резко. Больно. Очень. Аомине вошел слишком резко, слишком быстро, сразу наполовину всего размера. Слезы катились дорожками по щекам. Дайки начал нежно целовать его щёчки, лобик, нос, извиняясь. Затем начал медленно двигаться. Несколько минут лицо мальчишки искажала гримаса боли, но затем она исчезла. Кисэ уже стонал в голос, что заставляло Аомине участить темп. Рёта обвил ногами спину Аомине, преодолевая стеснительность, стараясь ещё глубже насадиться на член. Аомине срывается, с силой вколачивая Кисэ в диван. Он буквально кричит, а темноволосый лишь громко рычит. Стенки ануса так сильно сжимают член, что Дайки непроизвольно рычит и шлепает Рёту по ягодице. Блондин вскрикивает и утыкается лицом в спинку дивана. Пошлое хлюпанье, стоны и крики переполняют комнату. «Ты будешь мой. Только мой и ничей больше…», - думает сейчас Аомине, вколачиваясь в такое податливое тело. Он уже и забыл, что сейчас под ним парень, а не девушка. Нет пышной груди и больше, наверное, не будет. Кисэ, наверняка, ревнивец. Через несколько минут Рёта кончает, сопровождая свой оргазм протяжным стоном. Пара толчков, и Аомине кончает вслед за ним. Они без сил отпускаются на диван. Кисэ прикрывает глаза и тяжело дышит. Аомине смотрит, как равномерно поднимается и опускается грудь Рёты. Вдруг блондин поднимается с дивана и, не говоря ни слова, уходит в ванную. Через несколько минут послышался шум воды, оповещая Дайки о том, что его любовник начал принимать душ. Еще через пару минут дверь распахнулась и в комнату вошел Кисэ. На нем было лишь полотенце, которое висело на бедрах. Взглянув на него, Аомине улыбнулась почти незаметно, только уголками губ. - Аомине-чи.. Если тебе противно, то ты можешь принять душ и уйти. Я ничего не имею против, - Рёта прижался спиной к стене и пытался под челкой спрятать глаза. - Подойди сюда, - четкий приказ. Но Кисэ стоял на месте, даже не шевельнулся. - Не расслышал? Подойди ко мне. На этот раз блондин начал медленно приближаться к дивану, не пытаясь заглянуть в глаза Дайки. - Ты думал, что после всего этого я тебя оставлю? - кивок со стороны Рёты. Резкий рывок, теплые объятия друга. - Какой же ты дурак. Я не такой бесчувственный чурбан, коим ты меня представлял. - Аомине-чи, - начал тараторить Кисэ в грудь аса. - Мне не нужна твоя жалость, я тебя не держу. Если ты не любишь меня, то не надо.. - Если бы не любил, ничего бы и не было, - оборвал речь Кисэ Аомине и заставил посмотреть его к себе в глаза. - Если ты такой романтичный, то с этого момента мы встречаемся. В твоих чувствах я не сомневаюсь, а в своих не дам сомневаться тебе. - А как же.. А что скажут другие? - легкая полуулыбка тронула губы Рёты, но он поспешил её спрятать. - А это уже будет завтра.. Но думаю, никто против не будет. Кисэ кивнул, а Аомине только сильней прижал к своей груди маленько солнце, которое уже никогда не отпустит.