Солнечное сплетение

Прогулявший вчера Киба, разглядев его сережки, аж присвистывает. — Скоро ногти красить начнешь? Наруто растягивает губы в улыбке. — А если и начну? Что с того? — Да че ты сразу? Спросил просто... Сраться с Кибой не хочется, но и игнорировать его «просто вопрос» тоже сложно. После физры они задержались в раздевалке дольше всех, поэтому никто больше их разговора не слышит. Саске, Сакура, Шикамару и Неджи от первых двух блоков из-за олимпиады по математике вообще официально освобождены. Наруто уже открывает рот, чтобы высказаться, как дверь в раздевалку распахивается. — Киба, Наруто! Девочки давно сдали ключ, а вы все копошитесь! Асума выглядит взбудораженным. Сегодня он играл с ними в баскетбол. Киба, кстати, ошибся — Асума оказался в состоянии забить даже трехочковый из угла. Наруто быстро натягивает футболку, а Киба бросает Асуме ключ и одобрительно восклицает, когда тот его ловит. — Давайте, давайте! — поторапливает их Асума. Даже хорошо, что он появился. Иначе, наверное, вышла бы крупная ссора. — Не хочется на химию, — говорит Киба. — Может, прогуляем? Наруто фыркает. — Ага. Скажем, что тоже писали олимпиаду по математике. Как думаешь, Кабуто поверит? — У-у-у! Это отличничек Саске на тебя так влияет? Наруто вспоминает о вчерашнем вечере и улыбается теперь уже бесконтрольно и искренне. — Кабуто обещал после каникул объяснить насчет проекта что-то важное. А я единственный из нашей группы могу сегодня быть на уроке. Киба морщится, но не спорит. — Тогда давай хотя бы добежим до магаза? — предлагает он. — Жрать хочется пиздец просто. В столовую не пойду, там сейчас малышня толпится... Тогда-то и обнаруживается, что Наруто забыл в раздевалке любимое худи. Так что они расходятся: Киба — в магазин, а Наруто — добывать ключ. У Асумы своего кабинета как такового нет, но он постоянно заседает не в учительской, а в маленьком помещении, где хранится спортивный инвентарь. Стены там прокурены настолько, что не помогает даже распахнутое настежь окно. Каморка эта находится в закутке за раздевалками — здесь обычно никто не ходит. Оказавшись у двери, Наруто уже готовится постучать, но улавливает за ней странные приглушенные звуки и вдруг остро ощущает тревогу. Она сдавливает его горло ледяными пальцами. Так происходит всегда, когда нужно не размышлять, а действовать. Наплевав на приличия, Наруто хватается за ручку и дергает с такой силой, что, наверное, открыл бы эту чертову дверь, даже будь она заперта. Первое, что он видит: тонкие, почти прозрачные руки Ино, сжатые в кулаки. Банку-пепельницу, наполовину заполненную окурками. Отрывной календарь на стене… Сигаретная вонь в этот раз смешивается со сладким запахом духов. За Ино, распластавшейся на старой парте, возвышается Асума. Самодовольное выражение его лица мгновенно меняется на испуганное — как у человека, который хорошо понимает, что он совершил. Ино поднимает голову и встречается взглядом с Наруто. В ее непривычно пустых, тусклых глазах вспыхивает эмоция: Наруто прочитывает не просьбу даже, а отчаянную мольбу. — Наруто! — хрипит Асума, в одну секунду натянув треники и отпрянув к груде мячей и скакалок. — Тебя стучаться не учили?! Закрой дверь! Наруто не слушает его, даже не смотрит в его сторону. Он в два шага сокращает расстояние до Ино, которая подрагивающими руками одергивает юбку и поднимает с пола сумку. Загораживает ее от Асумы и говорит как можно спокойнее: — Пойдем отсюда. Ино прячет глаза, вжавшись в стену. Наруто предлагает руку, чтобы можно было опереться, но и на этот жест она не реагирует. Стоит, замерев, словно боится шевельнуться. До этого момента Наруто сложно было бы представить, что Ино — смелая, громкая Ино — может выглядеть так. И в то же время — всему ее странному поведению теперь нашлось объяснение. — Я не уйду отсюда без нее, — твердо говорит Наруто, обернувшись к Асуме. Тот собирает остатки самообладания и, пройдя мимо, захлопывает дверь. Подпирает ее спиной. — Ты кем себя возомнил, пацан? — спрашивает Асума вполголоса. — Спасителем? Рыцарем? Ино — взрослая деваха, а не малолетка! Так что выметайся отсюда — и никому ни слова, если не хочешь испортить ей жизнь. Наруто продолжает стоять на месте. — У вас ведь есть жена. Скоро родится ребенок... Ино за спиной вдруг всхлипывает. — Со своей женой я разберусь сам. А ты не лезь не в свое дело и выметайся. Все понял? Видимо, на лице Наруто отражается нечто, из-за чего Асума решает зайти с другой стороны: — Прояви солидарность. Ты тоже мужик и должен меня понять. Если не сейчас, то когда будешь в моем возрасте... Нет-нет-нет. Все, что Наруто должен — действовать. Он разворачивается, хватает Ино за руку, и от резкого движения она дергается, распахнув глаза. В них стоят слезы. — Валим отсюда! — зачем-то орет Наруто. Может, для того, чтобы ее разбудить. Что есть силы он отталкивает опешившего Асуму от двери и крепко-крепко сжимает руку Ино, пока они бегут в гардероб. Асума не стал за ними следовать — то ли растерялся, то ли не захотел поднимать лишнего шума. — Перемена у вас уже закончилась, — ворчит вахтерша, глядя, как они спешно отыскивают и накидывают куртки. — У Ино закружилась голова, поэтому ее отпустили домой. А я ее провожаю! — ослепительно улыбается Наруто. Вахтерша смеряет их подозрительным взглядом. — Вы примчались сюда как угорелые, поэтому как-то не верится. Она была у медсестры? — Конечно! — отмахивается Наруто. — Иначе как бы ее отпустили? Когда они оказываются на улице, Ино тихо его благодарит. И добавляет: — Не нужно меня провожать. — Нужно. Я доведу тебя до дома. Даже на руках могу понести, хочешь? Ино слабо улыбается. — Нет. — А еще могу вызвать такси... — Нет! — Хорошо. Тогда пойдем пешком. — Не отцепишься, да? — качает головой Ино. — И как ты догадалась? Минут пять они идут в сторону ее дома в молчании. Наруто знает: поговорить нужно, но не хочет слишком давить. Повезло, что сегодня нет дождя и довольно тепло — Ино не замерзнет в своих легких туфлях. — Зачем ты?.. — неуверенно начинает она. Наруто не думает ни секунды. — Потому что тебе нужна была помощь. — Я не какая-то безвольная жертва... Голос у нее срывается. — Ты страдала, — говорит Наруто. И повторяет: — Тебе нужна была помощь. Ино останавливается. — Разве тебе не противно? — А почему мне должно быть противно? — Это так... грязно, и я... Мне самой мерзко... Наруто хочется ее обнять, но он не уверен, что стоит ее сейчас трогать. Поэтому, убрав руки в карманы куртки, просит: — Расскажи мне, что произошло. И, когда она не отвечает, просит еще раз: — Пожалуйста, Ино. Это очень важно. Она смотрит себе под ноги и продолжает молчать. Наруто замечает, в каком беспорядке ее волосы, видит засохшие на щеках слезы, и у него сжимается сердце. — Хорошо. Хочешь, устроим обмен? — Как это? — отмирает Ино. — Я поменяю свою тайну на твою. Идет? — Ты смеешься... — Нет. Я говорю серьезно. Согласна? Ино шмыгает носом. — Только если это и правда стоящая тайна... Вот теперь она больше похожа на себя. — Мы с Джирайей поссорились из-за сережек. Он сказал, что их носят только… педики, и я ответил, что он прав. Поэтому мне пришлось уйти. Знаешь, есть один парень, которого... Мы с ним, в общем, встречаемся. Глаза у Ино округляются. — Встречаетесь? — Тебе противно? — возвращает ей вопрос Наруто и улыбается. — Нет! Нет, просто... я удивлена, вот и все. Ты это с ним постоянно переписывался? Наруто кивает. — Ну как, стоящая тайна? Кажется, что Ино вот-вот начнет расспрашивать и строить догадки, но этого не происходит. Сделав глубокий вдох и длинно выдохнув, она садится на скамейку, у которой они остановились, и наконец решается поделиться. — Это началось в десятом классе. Я сама не поняла, как все закрутилось... Пару раз он попросил меня остаться, чтобы помочь выставить оценки и отметить пропуски — я же все-таки староста. Я быстро догадалась, что это был только повод. Он сделал мне пару комплиментов, а потом... Потом стал писать, говорить, что сходит по мне с ума... Можешь не верить, но раньше я о нем в таком смысле даже не думала. Я не знаю... Наверное, мне было лестно, что он обратил на меня внимание. Парни всегда меня замечали, но это были... мальчики, а он — взрослый мужчина. Ино прерывается, и Наруто дает ей время собраться с мыслями. Она кусает губы и нервно теребит край сиреневой юбки. — Да, мне было приятно ему нравиться, — продолжает она. — И он был... очень настойчив... Я подумала: почему бы и нет? Он все время говорил, как мне повезло, что первый у меня — он, а не какой-нибудь сопляк-ровесник. — Ино невесело смеется. — А потом мне просто надоело. Я поняла, что больше... не хочу. Что по-настоящему мне нравится другой, и совершенно все равно, насколько он опытен... — Шикамару? — Да, — выдыхает Ино. — Мне нравится Шикамару. И я ему нравлюсь. — Но почему тогда?.. — Почему я все равно трахаюсь с женатым мужчиной? — Она кривится, как от боли. — Потому что у меня нет выбора. Перед глазами встает образ Асумы, нависшего над Ино, и кровь у Наруто закипает. Тогда, в каморке, он чувствовал нечто, похожее на ужас, а теперь в ушах начинает шуметь от подступающего гнева. — Значит, он тебя заставляет? — Я давно пыталась с ним расстаться. Еще до того, как у него начался роман с Куренай. Я сказала, что мне нравится Шикамару. Думала, он отпустит меня, если поймет, что чувств у меня нет... Но своим признанием я просто выдала ему против себя оружие. — В смысле? Ино прячет лицо в ладонях. По звуку вибрации слышно: мобильный в ее сумке разрывается от звонков и сообщений. — У него есть мои фотки... Понимаешь? — Глаза у Ино закрыты, но Наруто все равно кивает. — Он сказал, что Шикамару их увидит, если я не буду слушаться. Сказал, что после этого Шикамару никогда не захочет даже общаться со шлюхой... — Ино! — возмущается Наруто. Она отнимает ладони от лица, размазывая слезы. — Найдешь для меня слово получше? Это правда! И мне стыдно! Я ненавижу, ненавижу себя! На них косится случайная прохожая. Наруто награждает ее таким взглядом, что она, отвернувшись, спешно ретируется. — Ты ни в чем не виновата. — Скажи это Куренай! — Но ведь ты… — Я не понимаю, зачем я нужна человеку, у которого есть жена! — выкрикивает Ино. — Почему он не может оставить меня в покое?! Я ведь не могу поговорить с Куренай, даже пригрозить этим не могу — она беременна. Ей нельзя волноваться… Наруто физически, до зуда в кулаках, ощущает желание разбить Асуме лицо. Он должен защитить Ино. Тряхнув головой, она достает из сумки мобильный и принимается листать сообщения. — Он пишет, чтобы мы оба молчали, если не хотим проблем. Сначала угрожает, потом признается в любви — все как всегда. — Не отвечай ему, — говорит Наруто. — Тебе нужно домой. Я провожу тебя, а потом вернусь в школу. Я со всем разберусь. — Ты? Что ты можешь сделать? — качает головой Ино. — Об этом никто не должен узнать, иначе мне точно конец. Наруто сжимает зубы. — Ты хочешь продолжать спать с ним против своей воли? Нет. Так нельзя! Нужно поговорить с Данзо. Пусть уволит этого мудака! — За что? За измену жене? Я уже совершеннолетняя, и… — Ино! — Не выдержав, Наруто берет ее за плечи и хорошенько встряхивает. — Очнись! Он шантажирует и насилует тебя! Как ты можешь это терпеть?! У нее начинают дрожать губы, а взгляд снова стекленеет. Мысленно Наруто дает себе по башке. — Прости, — быстро говорит он, прижимая ее к себе. — Я разберусь. Я помогу тебе, обещаю. — Данзо тебя ненавидит. Он тебя не станет слушать. Не поверит, — бормочет она ему в плечо. — Как же мне стыдно… В эту секунду Наруто только и может, что сказать: — Все будет в порядке. Все будет хорошо, слышишь?

***

придурок: Где тебя носит? придурок: Прогуливаешь? придурок: ? От ярости Наруто трясет. Он сползает по стене и впутывает пальцы в волосы, стараясь унять эмоции. Он обещал Ино со всем разобраться. Нужно придумать, что делать дальше. Наруто: выйди Наруто: прямо сейчас Наруто: я на втором этаже Сейчас идет история. Во время урока у Хирузена выйти можно когда угодно и без проблем. Саске не спрашивает зачем, ничего не уточняет — просто вырастает перед Наруто секунд через тридцать. Сначала, кажется, хочет что-то сказать, но потом замечает, в каком тот состоянии. Наруто рассказывает ему и об Ино, и о своей попытке поговорить с Данзо. — Он хочет все замять! — срывающимся шепотом выдавливает Наруто. — Сука! Знаешь, что он сказал? Что Ино сама вертела хвостом! Саске хмурится. Он все еще не произнес ни слова. — «Еще один такой концерт, Узумаки, и вылетите из школы», — кривится Наруто. — Как будто мне не похуй на школу! Я бы сам отчислился, если бы это помогло Ино. Данзо меня не слушает, поэтому остается только вправить мозги Асуме… — Отпиздишь его? Он выше и сильнее тебя. Но даже если получится, он просто тебя посадит. Этого хочешь? — Система, которая обеспечивает справедливость. Так ты говорил? Вот и посмотрим, насколько она, блядь, справедливая. Асума угрожает ей! Если я что-нибудь ему сломаю, он какое-то время просто не сможет появляться в школе. — Можно действовать правовыми методами. Если Ино напишет на него заявление… Наруто качает головой. — Не станет она этого делать. Она даже мне еле-еле рассказала правду. — А ты не думаешь, что она могла тебе соврать? Поэтому и не хочет… — Нет! Она говорила правду. Я видел ее глаза. — Ну конечно, — хмыкает Саске. — Ты же великий чтец по глазам. — Завались! Ино не врала, и это не обсуждается. Нужно что-то делать с Асумой. Сегодня же я… Саске хватает его за плечи и встряхивает точно так же, как он сам совсем недавно — Ино. — Не глупи. Есть другой способ. В его глазах горит решимость, и Наруто в эту секунду отчетливо чувствует: они двое — команда. Действуя вместе, они способны изменить весь мир.

***

Какаши, которого Саске попросил выйти в коридор посреди урока, выглядит сбитым с толку. В непонимании он переводит взгляд с одного на другого. — Ребята, что случилось? — Вы должны внимательно меня выслушать, — начинает Саске тоном, которым в будущем будет диктовать условия даже тем, кто привык только приказывать. — Речь идет об Ино. — Так… — Какаши скрещивает на груди руки. — Учитель Асума ее насилует, — оглянувшись по сторонам, выпаливает Наруто. — Я сам видел. Прямо здесь, в школе, в кладовке для инвентаря. Он преследует ее, угрожает, держит в страхе… Из-за маски половина лица Какаши не видна, но он отчетливо бледнеет. — Это очень серьезное обвинение. — Все, что сказал Наруто — правда, — говорит Саске. — Он пришел с этим к Данзо… — Господину Данзо, — машинально поправляет Какаши. — Плевать! Вы ведь его даже не уважаете. Так вот, Данзо сказал, что это Ино спровоцировала Асуму. — Но почему она сама не поговорила с директором? Саске кривит губы. — А вы как думаете? Ей стыдно. Несмотря на все, она считает себя виноватой. Из-за двери слышно, как беснуются ученики, которых оставил Какаши. Но он не обращает на это никакого внимания, напряженно обдумывая услышанное. Вспоминает какие-то детали, сопоставляет с тем, что сейчас узнал. Наруто понимает: он им верит. — По этой же причине и в полицию она не пойдет. — Саске смотрит на Какаши в упор. — Но что-то нужно делать. Асума не может здесь больше работать. — Я с этим согласен, — кивает тот, — и все же у меня нет полномочий решать кадровые вопросы. Саске прищуривается. — Вы можете надавить на Данзо. Вы можете сказать, что выдвинете свою кандидатуру на должность директора. Насколько я понимаю, никто, кроме него, не горит желанием получить это место, поэтому сейчас он в беспроигрышном положении. Но вы можете спутать ему все карты. И в таком случае он либо уволит Асуму, чтобы вы не стали его конкурентом, либо вы получите… полномочия решать кадровые вопросы и сами разберетесь с Асумой. Глядя на Саске, Наруто не сдерживает восхищенной улыбки. — Я и правда не хочу становиться директором, — бесцветным голосом произносит Какаши. Между ними воцаряется тишина, нарушаемая гомоном брошенного класса. — Так значит, вы хотите, чтобы с Ино или кем-нибудь еще в этой школе случилось то же, что и с Рин? Какаши отшатывается, как от пощечины. — Я не!.. — Тогда вы именно так и поступите, — отрезает Саске. — Потому что это будет правильно. Это будет справедливо. Раньше Наруто не видел у Какаши такого живого — и полного боли — взгляда.

***

На историю Саске не возвращается. Уходя из класса, он взял с собой вещи. Наруто тем более не хочет сейчас видеть Хирузена. Так что они, миновав причитающую вахтершу, просто сваливают. — Я помню Рин. Это та красивая девушка с фотографии, — говорит Наруто, когда они выходят из машины у реки, рассекающей Коноху. Саске привез их к набережной. — Что с ней случилось? — Это не моя тайна. — Но ты воспользовался ею, чтобы помочь Ино. Мне нужно знать, что произошло. Саске смотрит на него, пытаясь понять, видимо, уровень праздности его интереса. Что-то для себя заключает и все-таки говорит: — Рин, Обито и Какаши вместе учились. Они дружили, но многим Рин не нравилась. Она была ребенком беженцев и хорошо говорила только на родном языке. Над ней издевались, распускали разные слухи, и ее внешность только подливала масла в огонь. Обито всеми силами ее защищал, но однажды ему пришлось уехать куда-то с родителями. Ненадолго, может, на пару дней. Ответственность за Рин легла на плечи Какаши, и он не справился. Саске замолкает. — Что именно произошло? — почему-то шепотом спрашивает Наруто. — Она покончила с собой, — сухо отвечает Саске. — Не выдержала травли. Никого, разумеется, не наказали. — Обито винил Какаши? — Нет. Но дружить с ним больше не мог. Все становится ясно. — Поэтому Обито бесплатно тренирует тех, у кого… Наруто не договаривает, но Саске кивает. — И я думаю, что Какаши работает в той же школе из-за чувства вины. Поэтому пора ему совершить поступок. Выглянувшее из-за облаков солнце отражается в воде. Наруто вспоминает тот день на море; ему хочется оказаться там, посмотреть, как оно выглядит в хорошую погоду. Саске достает пачку сигарет и произносит себе под нос: — Последняя осталась. Наруто легко касается его пальцев своими. — Я тоже хочу. Щелкает колесико зажигалки. Они курят одну на двоих, и на этот раз Наруто, затягиваясь, почти не кашляет.