Отныне и навсегда

      Если бы пол года назад мне сказали что я во время перерыва без узрений совести сбегу с работы на собственную свадьбу, я посчитал бы этого человека полным идиотом. Но чёрт, сейчас всё было именно так. И я ни на долю секунды об этом не жалел. Амала была тем человеком, ради которого я чуть не распрощался с жизнью. В сравнении с этим, выговор казался детским лепетом.       Когда мы вернулись из Индии, на нас навалилось безумное множество задач, которые требовали немедленного решения. Заполнение документов о командировке в министерстве (а точнее о её окончании), помощь Амале с магазином и бытовые вещи. Всё же, возвращаться к привычному ритму жизни было сложнее чем мы думали и свадьбу пришлось отложить.        Но такого настроя хватило не на долго, и уже через 2 недели после нашего возвращения мы подали документы. Да, возможно это чертовски неподходящий момент. Мы оба завалены работой по горло. Но как же хотелось жить полноценной жизнью. Без условностей в виде недомуж жених и недожена невеста.       Амала никогда не хотела пышной свадьбы, да и я не горел желанием тратить время на это. Поэтому мы решили не затягивать и пожениться без всей ненужной мишуры, а из гостей позвать только Кирана и Лиму, как шаферов с обоих сторон.        В моём гардеробе было не так много вещей подходящих под понятие «свадебных», но серый костюм который я купил ещё в Индии подошёл как нельзя лучше. Да и вообще, кто придумал эти рамки? В конце концов, это наш с Амалой праздник и только нам решать, что делать и как одеваться.        6 месяцев назад мы с Амалой начали встречаться. Тогда я не знал к чему это приведёт, и думал, что если это будет ошибка, то это будет моя величайшая ошибка в жизни. Как оказалось, это была моя величайшая награда. Кто бы мог подумать, что идти на поводу у своих чувств не всегда плохо.       В отличие от меня, Амала была сама себе начальником и взяла выходной, оставив Сану за главную. Мы договорились встретиться у регистрационного офиса.        Когда я подошёл ко входу в здание, там уже стояли две знакомые мне фигуры. Киран и Лима. Очевидно, Амала куда-то отошла. Но помимо них, была ещё одна. До боли знакомая, но я не мог понять, кто этот человек и что он тут делает.       Через минуту нервный ком, который успел появиться за столь короткое время, испарился.        — Кэролайн.        Девушка обернулась. Передо мной стояла никто иная, как моя младшая сестра. Та самая, над которой я любил подшучивать всё детство, и единственная из моей семьи, с кем я общался до сих пор. Я не мог понять одного: как она узнала о сегодняшнем? Мне оставалось только догадываться, но я до жути не любил тайны.        — Что ты тут делаешь? , — любопытство взяло верх над предубеждением.       — Это я ей сказала. — послышался тихий но уверенный голос моей невесты. Амала положила руку на моё плечо. Видимо, я так погрузился в свои мысли, что не заметил, как она подошла.       Я обернулся и увидел её. Чёрт, я видел её самой разной. Сонной, уставшей, накрашенной и в отпадном платье, в элегантном костюме, и во всех этих случаях она была прекрасна. Но сейчас я понял, что бесконечность действительно не предел. На Амале было белоснежное платье средней длины с воздушными рукавами, полностью покрывающими руки, а передние пряди волос были аккуратно заколоты на бок. Я много раз говорил ей что она красивая, но эти слова, казалось, потеряли всякий смысл. И если бы сейчас меня спросили, что для меня красота, я бы без сомнений ответил: «Амала».       — Невероятная. — это прозвучало тише, чем шёпот, но я был уверен, она это услышала. Застенчивая улыбка, появившаяся на её лице стала тому подтверждением.        Амала вновь завладела моими мыслями. Один её взгляд и я, казалось, готов положить весь мир к её ногам. Сделать что угодно, чтобы она не переставала улыбаться и оставалась в моих объятиях как можно дольше.       Из мыслей в реальность меня вернул настойчивый голос сестры:       — Думаешь, я смогла бы пропустить свадьбу собственного брата? Это было бы преступлением. — за несколько лет Кэролайн не изменилась. Подростковая импульсивность сошла на нет, но острый язык — неотъемлемая часть её характера, осталась с ней на долго.       Я порывисто обнял сестру. Несмотря на частые конфликты, я действительно был рад её видеть здесь. Но я не мог понять, как.        Будто прочитав мои мысли, Амала объяснила.        — Помнишь, ты рассказывал о своей семье? Найти Кэролайн в списке контактов не составило труда, а устроить тебе сюрприз — было полностью её идеей.       — Спасибо. — я хотел бы сказать больше, но слова комом застыли в горле. Я нежно, словно выражая благодарность, посмотрел на Амалу. Иногда я не мог поверить, что такая девушка вообще может существовать. Она же, каждый день доказывала мне обратное одним своим присутствием в моей жизни.        По правде сказать, у меня для Амалы тоже был небольшой подарок. По дороге сюда я купил ей небольшой букет лилий, который, как оказалось позже, как нельзя лучше подошёл к её платью.       — Это кстати тебе — я протянул ей аккуратный букет. Амала с удивлением посмотрела на меня, будто увидела нечто из ряда вон выходящее.        — Ну, не смотри на меня так. Можно подумать, я тебе ни разу цветы не дарил.       — Дарил, но я красивее этих в жизни не видела.        — Это же свадьба, пусть и без мишуры. Я не мог оставить тебя без цветов в такой день.        В благодарность, она коротко поцеловала меня в щёку. Поймав мой, полный разочарования взгляд, она ответила:       — Поцелуешь по нормальному уже миссис Лайтвуд, а не Амалу Кхан.       — Идёт, без-пяти-минут-миссис Амала Лайтвуд. — чёрт, как же сладко звучала моя фамилия рядом с её именем. Я вечность готов назвать так Амалу.        Тень улыбки тронула её лицо, но буквально через секунду, флёр влюблённости спал и Амала вернулась к своему обычному состоянию:       — Кстати мы опаздываем, давай, идём. — она протянула руку и я с уверенностью взял её. По правде говоря, после всего пережитого вместе, сейчас я готов был пойти за ней куда угодно. Даже в ад.        В просторном зале, не считая меня, находилось шесть человек. Но сейчас для меня существовала только она. Девушка с горящими как изумруды глазами, которая стояла напротив меня и аккуратно сжимала мою ладонь. Рядом с ней я мог быть кем угодно: надёжным защитником, верным партнёром. Но из всех возможных ролей я выбрал одну. Раз и навсегда.        — Киллиан Лайтвуд, согласны ли вы взять в жёны Амалу Басу?        — Да. — отчеканил я. В голосе не было и намёка на сомнение. Да и откуда ему было взяться?        Мы решили отказаться от клятв. О моих чувствах Амала всегда знала, а в остальном я клялся ей чуть ли не каждую ночь и каждое утро, когда она находилась в моих объятиях.        — Амала Басу, согласны ли вы взять в мужья Киллиана Лайтвуда?        — Да, согласна. — я крепче сжал её руку.       — Объявляю вас мужем и женой. Обменяйтесь кольцами.        Я взял с подноса аккуратное золотое кольцо, покрытое мелкими бриллиантами и надел его на безымянный палец Амалы. Моё же кольцо было простым и в меру широким. До боли скучно, но невероятно практично. Носить необычные и безумно красивые украшения, всё же, была прерогатива Амалы.        Откуда-то издалека послышался голос:       — Можете поцеловать друг друга. — в моей голове этот голос прозвучал очень отдалённо. Очевидно, я сам не хотел его слышать после заветной фразы.        Знал бы этот человек, что для того чтобы поцеловать свою жену, мне не нужно чьё-то разрешение. Эта мысль окончательно сорвала все рычаги, которые итак держались на пределе. Не медля, я обхватил руками её лицо, затягивая в тягучий поцелуй. Амала в ответ обхватила мою шею и встала на носочки, стараясь ещё больше сократить расстояние между нами. Это было слишком нежно, слишком чувственно, слишком хорошо… По правде сказать, я не боялся перегнуть палку, не только потому что мне было плевать на реакцию зрителей, но и потому что я слишком сильно любил эту девушку чтобы портить такой момент. Только любовь. только она была в этом поцелуе. Та самая, неприкасаемая.        Она была мисс Кхан на работе, госпожой Басу в Калькутте, но с этого момента и, как бы банально не звучало, навсегда, она стала миссис Лайтвуд. Моей Амалой Лайтвуд.