Моя холодная Лиза

      — Кристиночка, просыпайся. — в комнату вошла мама, закрывая за собой дверь.       — Я не сплю, мам. — голос мой совсем глухой и низкий. Лежу на боку, спиной к матери и руку под щекой держу.       — Котик мой, прошу. — голос мамы жалобный, а взгляд наверняка как у кота из Шрека. — Уже месяц прошел. — гладит по бедру, а я лишь ногой дёргаю, намекая, чтобы сбросила она свою ладонь.       Мне неприятны ее прикосновения.               Мне неприятны ее ласковые слова в мой адрес.        Мне неприятно жить с ними под одной крышей.       — Кристина! Сколько бы ты не обижалась, прежде всего не забывай, мы твои родители и живёшь ты пока ещё с нами. Мы один раз дали уже тебе немного свободы, и посмотри во что это вывалилось. То, что тогда делали вы обе, это не нормально! — встала с кровати и начала ходить от стены к стене.       — Ты себя слышишь?! — подрываюсь с кровати резко.       Выгляжу совсем не хорошо, волосы, что вновь стали синими, как тогда, выглядят отстойно. По ощущению как солома, а пижама совсем истрепалась. — Ты себя слышишь?! — голос срывается до хрипов. Пальцы с двух сторон к виску прислоняю и животным взглядом на испуганную мать смотрю. — Вы заставили меня тогда сказать все те мерзкие слова ей. Я морально уничтожила ее. Из-за вас! Человека которого, люблю. Я ее предала! Из-за вас и ваших ебаных принципов! Господи, как же я ненавижу вас! Ненавижу!       Ладонь матери по щеке моей хлыстает, а лицо рефлекторно поворачивается в бок.       Молчу, жду ее слов.       — Прости! Прости, дочка.. — взгляд ее смягчается, а грудь поднимается и опускается чаще чем обычно.       — Знаешь. Знаешь, Лиза бы хотела, чтобы я хоть раз сделала то, чего хочу я, а не вы. И я, с удовольствием выполню ее желание. Либо вы сами меня отпускаете к брату, добровольно. Либо я ни у кого ничего спрашивать не буду. Я перешла ту черту и назад уже пути нет. Я всю жизнь была святым ребенком. Делала все, чего вы хотели. Следовала вашим принципам и помыканием меня, а теперь все! Мне надоело. Вы не принимаете меня такой какая я есть и мой выбор. Да, я такая какая есть. Я никогда не делала чего-то плохого, училась на все пятерки, была идеалом. Как только встретила человека, который открыл мне глаза и помог принять свою личность, вы все разрушаете. Я люблю вас, правда. И я осталась такой же святошей и вашей дочерью, но все. Хватит. Я перехожу в новую школу, в Москве и поживу у Дена.       Мама слушала все это молча, ни разу не перебив.       — Я поеду и верну Лизу. Увы, но с меня хватит. — поворачиваюсь к окну. Спиной чувствую, что мама так и не пошевелилась.        Все так же стоит и молчит. Начинаю снимать постеры и фотографии, сделанные за лето. Каждая уникальна. Такая живая Лиза. Хочу побыстрее приехать и обнять ее, объясниться и сделать все, чтобы это побыстрее закончилось.       — Я услышала тебя. — дверь хлопнула. Голову поворачиваю и в пол опускаю, пряди на лицо падают, а сердце екает.

***

      — Сестреныш! Я даже не знал, что успел так соскучиться за тобой. — крепко сжимает меня в своих объятиях.       — Я тоже, Ден. Я тоже. — утыкаюсь в плечо его.       — Поедем сразу домой? — смотрит в мои глаза, а я опускаю их и смотрю на свои кроссовки.       — Нет, знаешь..у меня тут дело есть, ты отвезешь меня по одному адресу? — не знаю, правильно ли я делаю, что еду к ней, но больше не искать негде.       — Я понял. Поехали. — берет два чемодана и сумку мои, а я портфель свой на плечи натягиваю.       Стою с ноги на ногу переминаясь, звоню в дверной звонок и жду, когда хоть кто-нибудь откроет.       Достать Лизу дома будет просто чудом.       Наконец послышались шаги и приближение к двери. Наконец я встречаю женщину, что смотрит на меня пустым взглядом.        — Эм, ой. Здравствуйте! Вы не помните меня, я..        — Я помню. Саша? — видно, что перебирает все возможные имена в голове, сосредоточиваясь на чем-то. Крутит виски.        — Кристина. А я, хотела про Лизу узнать. Вы бы не могли ее позвать? — за спину ее смотрю и глазами ищу её фантом.        — Лизы нет. — выглядит ее мама подавленно, а голос на имени дочери чуть скосился.        — Ой, а не могли бы сказать, где она. Мне срочно ее нужно найти! — хватаю за руку ее.        — Нет, вы не поняли. — в момент слезы потекли по щекам, а из комнаты доносится плач ребенка. Точно, ее сестра - Сонечка.       — Лизы вообще нет. Она погибла.        — Ч-чего? — розыгрыш? Где камеры? Куда смотреть? — Вы сейчас издеваетесь надо мной? Это она попросила вас так сказать? Я хочу извиниться! Я не специально тогда! — пытаюсь пробиться в квартиру, но Ира лишь в объятия мои падает и скатывается на пол.       Сама не понимаю, когда начинаю рыдать и за волосы ее хвататься. Ничего не шутка и я готова пойти и собственноручно копать ее могилу. Удостовериться.       — Две недели назад она..она выпала с балкона нашей старой квартиры. Боже мой, ну зачем она пошла туда?! — материнский крик оглушил меня . — Знаешь, она..она ведь. Это было самоубийство, она..она ведь. — тяжёлое дыхание.       Она буквально задыхалась от собственного плача.

***

      — Спасибо. — грею ладони о кружку горячего чая.       — Вот, возьми. Эти письма нашли в ее кофте. Она написала их для Мишель, Кости и тебя. — отдает смятый и почти порванный лист бумаги.       — А вы? Как же? Она вам не оставила ничего? — глаза слезятся, а я голову задираю наверх.       — Нет. Ничего. Я была не самой лучшей матерью. После ее похорон я узнала.. — отворачивается, а агуканья младшей дочери заглушают тишину. — Мой уже почти бывший муж издевался над моей девочкой. Она, боже..боже мой, я не могу сказать этого. — в кулак свой всхлипывает.       — Я знаю. — шепчу ей. — Она рассказала мне об этом перед моим уездом.       — Ты..единственная кто знал. Насколько я знаю, даже Мишель и Костя не знали об этом. Я была худшей матерью, слепой и глупой, чтобы не заметить то, что творится перед носом. Она ведь скрывала это. Я ведь была уверена, что ее проблема с наркотиками из-за ее собственной дурости. Какая же я непутёвая. У меня осталась только лишь она, — взгляд кидает на дочь маленькую. — Если бы не Соня, я бы полезла в петлю за своей Лизой. Почти каждый день я слышу ее тихий и слабенький голос. Когда скорая забирала ее, она была ещё жива и молила о смерти.       — Костя и Мишель не выходят на связь уже больше недели. Я даже не знаю где они и что с ними. — крутится на месте не зная куда деть себя.       — А Олег? Что с ним?       — Скоро суд. Грозит больше пятнадцати лет. Урод, боже мой, какой же урод. Я любила этого человека, а сейчас готова собственными руками разорвать его. Будь проклят! — шмыгает носом и глаза вытирает.       — Пожалуйста. Пожалуйста, отвезите на ее могилу. — встаю со стула оставляя чашку на стол, чуть разливая чай.       — Да, только..только, я сразу уйду. Я не могу там появляться. Не могу. Как только вижу фотографии на надгробии, сразу хочется к ней отправится. Ничего. Мне всю жизнь расплачиваться и мучиться за то, что не доглядела.       Провожу ладонью по предплечью матери и обнимаю со спины всхлипывая.

***

      « Ты можешь выкинуть этот листок ещё до того как начала читать, но если все же решишься, дочитай до конца. Я ненавижу тебя за то, что твои слова стали балабольством. За то, что ты предала меня в тот самый трудный момент. Я доверилась, ты уверила меня , что я могу довериться тебе.» — читаю вслух, запинаясь от собственного рыдания.       «Я ненавижу себя за то, что убиваюсь по тебе, когда ты в то время живёшь свою счастливую жизнь. Ненавижу, что вообще позволила появиться в своей жизни. Ненавижу за то, что я конченая дура, которая вела себя так с тобой. Мы обе хороши. Мы обе друг друга стоим, но я скажу лишь одно. Ты, блять, стала очень мне дорога. Могу ли я назвать это любовью? Наверное, могу. Я полюбила тебя и твой внутренний мир. Все твои недостатки стали на задний план, я видела лишь хорошее. У нас в принципе и не было будущего. Когда-то это произошло бы. Я не держу зла, сама виновата. Моя судьба была такой и что-то сделать с этим я не смогла. Приняла все это. Я верю, что когда-нибудь ты дашь протест своим родителям и построишь свою личность, а не то, что лепили они. Ты не идеальная. Ты не самая интересная. Ты не самая привлекательная. И ты не лучшая, но я люблю тебя. Казалось, что я никого не люблю. Даже себя. Но, я ошиблась. Если то чувство, что внутри меня бушует это любовь, то это благодаря тебе. В какой-то мере я рада, что в тот вечер забрела в тот переулок и наблевала тебе на кроссовок.» — заканчиваю и смотрю на крест. На улице ярко светит солнышко, а по коже гуляют мурашки.        — Прости. Прости меня, что наговорила тогда тебе все эти грязные слова.        — Знаешь, Лизка, я сделала чего ты хотела. Я дала отпор родителям. Ты ведь даже не представляешь, что сделала для меня приходом в мою жизнь. — пальцами очерчиваю контур фотографии.        Как всегда, такая угрюмая, но такая красивая.        — Я очень много лет назад читала книжку и там был такой стих.. — задумываюсь. — : « Лиза, ты — любовь моя, Улыбка нежная твоя С ума сводила и сведет, В любовь меня перенесет. Лиза, ты — моя мечта, В тебе и ум, и красота, Ты драгоценна для меня, Не по чем мне грусть осенью холодною, ведь холод мой с Лизой.»       – Ты мой холод, Лиз. Пусть мы и встретились летом. Значит, лето с холодною Лизой. Не звучит, понимаю. Тогда оставим как есть. Холод осени с Лизой. — выдавливаю улыбку. Смотрю на бумажку в ладони своей и подхожу поближе.       — Я тоже люблю тебя. — опускаюсь голыми коленками на землю и целую фотографию приклеенную к мрамору.