Что за...

Болит голова как от удара об асфальт. Кажется, мое тело лежит на нем, я, очевидно, упала. В глазах муть и звездочки, а кто-то очень настойчиво бьет меня по щекам и кричит в уши. Похоже на английскую речь. Иностранцы — не частые встреченные люди. «Милая, ты как?» — еле как открываю глаза, а надо мной кудахчет рыжеволосая крупная женщина, которая, опять же, говорит на английском, и я, о чудо, ее понимаю. «Извините…», — язык заплетается, удивительно, что говорю на английском без особых усилий в таком-то плачевном состоянии — «Что…случилось?» «Ты упала в обморок, дорогая, сразу как прошла через барьер на платформу, видимо толпа и переизбыток эмоций так пагубно повлияли на тебя», — всплеснула она руками. Какая, боже упаси, платформа, и какой еще, нахрен, барьер? В памяти все глухо, мысли не собираются в кучу, а в ушах все еще гудит. Моя спасительница, видимо разглядев мои страдания и покинутое выражение лица, запричитала еще активнее. «Где же твои родители, почему ты одна в такой толкучке? Ты потерялась?» «У меня нет родителей», — об этом неизвестно: в памяти информации о них тоже. Это настолько шокировало даму, что стала меня поднимать, а глаза смотрели с таким сожалением, что я аж смутилась. «Ох, бедняжка, мне очень жаль, мы тебе сейчас о тебе обязательно позаботимся, а мои дети тебе помогут сесть на поезд до Хогвартса! — только сейчас я заметила рыжие макушки за ней, на которые она указала рукой. Да, детей много, и все рыжие в поношенной одежде, видимо многодетная семья и без денег. Я отвлеклась от более важных мыслей, мне все еще не известна причина пребывания на этой платформе. Какой-такой Шмографц, это какой-то неизвестный, малонаселенный город? Тогда почему я туда еду? «Извините, а что такое Шмографц?» — сказала я, выпучив от удивления и шока свои глава. Видимо, это я ляпнула зря, ибо воззрилось на меня все рыжее семейство как на сумасшедшую. «Хогватс! Милая, Хогватс! Артур, видимо, девочка потеряла память после удара головой!» — я мысленно покивала головой в согласии, а тот самый Артур тоже — «Надо бы написать об этом Дамболдору, о ней должна позаботится Поппи!» Еще одни неизвестные мне слова, похоже, это имена. Очень странные имена, такое чувство, что кто-то придумывает имена из рандомных сочетаний букв., Все происходящее не сон, боль была реальная, скоро на моем чудесненьком лбу появится еще больше чудесненькая шишечка. По разговору следует, что Поппи — это врач, ей определенно надо показаться. С ахриневающем все еще лицом иду за поманившей меня той же женщиной и ее огромным количеством детей. Эти же дети таращатся, действительно, не каждый день им под ноги кто-то падает, особенно маленький рыжий мальчик с грязью на носу, носом ел? А два одинаковых брата вообще во всю перешептывались и хихикали, глядя в мою сторону. Еще после того, как я перестала валяться на земле, я заметила, что подозрительно странно смотрю на взрослых снизу вверх, чего уже давно не было, а тот же самый рыжий мальчик с меня ростом. Глянув на свое тело, я впала в ступор так неожиданно, что кто-то в меня врезался. Я, твою мать, ребенок! Вот тут я уже и не знала, что сказать. Возможно, я в коме и это мне все сниться? Все происходящее, к сожалению, до боли реалистично, но у меня нет других теорий. Видимо, моя остановка была долгая, я пялила в пустоту с пугающим лицом, очнулась я от потряхиваний рыжей женщины, о боже, снова, которая смотрела на меня, взволновано. «Дорогая, что случилось? Это последствия удара?» — хотела бы я сама знать, что вообще происходит. «Нет, мэм», — какая еще мэм, где я таким обращениям успела научиться? — «Все в порядке, просто немного болит голова, и я все еще ничего не понимаю». Злоупотреблять вниманием этой доброй женщины — единственный путь, который я сейчас видела, поэтому сделав грустное и шокированное лицо, что, в принципе, не стоило больших усилий, я посмотрела на нее. И это сработало: женщина стала хлопотать вокруг меня еще активнее. «Не волнуйся, дорогая, по приезду в Хогвартс тебя сразу отправят к медиковедьме (кто это еще такая?) и обязательно помогут!» — очень я на это надеюсь, выбора у меня правда нет — «А во время поездки мои мальчики помогут тебе? Правда ведь, дети?» — те, неожиданно, вполне искренне закивали. Так, за очень полезными разговорами, я и не заметила, как меня посадили в поезд, отдали какой-то допотопный ящик, зачем он мне? При этом женщина успела сунуть мне в руки еду (она что, ее в карманах носит?), обняла и погладила по голове, начала зацеловывать своих детей, сказала им напутствия. Прозвенел гудок поезда, те самые рыжие одинаковые мальчики, взяли меня подмышку и потянули за собой. Я все еще с шокированным лицом (теперь это мое перманентное состояние) потащилась за ними. Засунули в купе, подмигнули и сбежали, больно они шустрые. Я села на диванчик и прикрыла глаза, от наплыва непонятной информации голова сильнее разболелась, но из-за постоянного ахриневания я на этом не зацикливаюсь. Почему я в другом теле еду в какой-то Хогвартс (а никто еще мне не объяснил, что это такое), это явно не город. Очевидно, выбора у меня нет, придется уповать на помощь медиковедьмы, какое необычное название врача, и надеяться на чудо. Может, Богу помолиться для ответа? Отвлек меня от мыслей какое-то покашливание. Приоткрыв один глаз, я увидела лохматого черноволосого мальчика в круглых очках. Он взволнованно смотрел на меня своими огромными зелеными глазами и чего-то ждал.