Victory boy

Victory boy Как выглядит мечта? Задайте этот вопрос пяти разным людям, вы получите пять разных ответов. Потому что нет универсального желания для всех, для каждого это что-то своё особенное, личное. Для частного предпринимателя, к примеру, мечтой может быть съездить на Мальдивы; для кассира из ближайшего магазина – оплатить хотя бы коммуналку, чтобы хватило и на еду; для человека без определенного места жительства мечтой может быть своя собственная квартира, пускай однокомнатная, пускай не в лучшем состоянии, зато своя. Для Чон Чонгука, девятнадцатилетнего студента третьего курса Сеульского университета, заветным желанием является Порш. Нескромно. Но для детей из богатых семей это в порядке вещей. Нет, Чонгук не разбалованный хулиган, который хамит любому, кто посмотрит на него без должного уважения. Он знает, что это самое уважение ещё надо заслужить, не словами, а поступками и добрыми делами. Он живет по принципу «сегодня мечта, завтра цель, послезавтра – реальность». Сейчас парень находится на том самом этапе «цель», поэтому наспех собирается на свой первый урок вождения. Он честно отзанимался все уроки теории, вызубрил всевозможные правила дорожного движения, сдал экзамен по теории, и сейчас настало время практики. Честно говоря, он очень сильно волнуется, ведь никогда не садился за руль и сегодня сделает это впервые. Плохо сделает или хорошо, – вот, о чём переживает Чонгук. Для него очень важно показать себя достойно и не опозориться даже перед незнакомыми людьми, потому что его лицо знает весь Сеул. Парень решил одеться так, чтобы было удобно, поэтому выбор пал на свободные синие джинсы, такого же цвета и материала пиджак и обычную чёрную футболку, которую шили на заказ и на которой красуется его личный «логотип» JK. Известный бренд одежды Calvin Klein давно сотрудничает с отцом Чона, да и он сам является лицом этого производителя, поэтому может себе такое позволить. Его образ простой, удобный и в тоже время приличный. Спортивки – это максимум для дома. Родители научили его помнить о том, что если выходить на улицу, то всегда одеваться подобающе, ведь отец – медийная личность, его семья является чуть ли не главным интересом журналистов, поэтому надо всегда быть готовым встретить на улице папарацци. Всегда держать лицо, всегда быть наготове и не расслабляться ни на минуту. Поначалу было очень тяжело, но потом это стало привычкой, чем-то таким само собой разумеющимся. На улице весна, солнце радует своим теплом, а птички – своим приятным пением. На обочине у особняка уже ждёт водитель на том самом заветном Порше, за рулём которого Чонгук грезит оказаться. Он расчесывает отросшие волосы, пальцами расправляет чёлку, чтобы она лежала в ровном проборе и обрамляла лоб, потом натягивает свои любимые белые кроссовки и прощается с мамой, которая готовит на кухне что-то очень вкусное, судя по запаху. Закинув на плечо рюкзак от Louis Vuitton, Чон направляется к машине и садится на переднее сидение. – Здравствуйте, Чонгук-щи, – здоровается и слегка поклоняется его личный водитель, Пак Чимин. Он на пять лет старше Чонгука по возрасту, но на лет десять младше по уму. У него воистину тяжелая жизнь: родители погибли слишком рано, так что молодой парень вынужден был бросить обучение в университете и пойти работать, чтобы обеспечить себя и младшую пятнадцатилетнюю сестренку. Семья Чон всегда относилась к нему хорошо и не скупились на чаевые, он для них как второй сын. Отец сказал, что вскоре отправит его закончить высшее образование, и у Чимина в тот момент аж глаза загорелись. – Доброе утро, Чимин-щи, – ответно кланяется Чонгук. Чимин ловко выруливает на дорогу и направляется в центр города, где Чона будет ждать его инструктор по вождению. – Вы волнуетесь? – Пак на секунду поворачивает голову на младшего, внимательно смотрит на его профиль и переключает внимание обратно на дорогу. – Да, – не врёт Чонгук, – не хотелось бы опозориться, а то об этом тут же напишут во всех изданиях и польют грязью. Водитель задумчиво мычит. – Знаете, Чонгук-щи, я думаю, что вам не следует так сильно об этом беспокоиться, вы ведь совсем юный, это логично, что у вас нет водительского удостоверения. – Да, но… – Наоборот, даже если так и произойдёт, вы сможете использовать это себе в пользу. – О чём ты говоришь? – Ну смотрите, сыновья богатых отцов обычно с подросткового возраста за рулём. Без прав, естественно. А вы делаете всё по-честному, никто не сможет в этом случае сказать, что отец купил вам права. Чонгук полминуты о чём-то размышляет и в конце концов соглашается. Мысль Чимина вполне логична и разумна. Ему определенно нужно перестать волноваться, а то уже вон, ладошки вспотели. ****** До места они добираются минут за тридцать. В другое время это было бы гораздо быстрее, но в час-пик просто невозможно, особенно в центре, где самые большие пробки. Чонгук где-то на подсознании задумывается, что, возможно, надо было назначить вождение на попозже, ибо не представляет себе, как он будет ехать в таком потоке машин. Ещё врежется в кого-нибудь. – Чонгук-щи, соберитесь, вы справитесь, я в вас верю, – говорит напоследок водитель. – Да, конечно, спасибо, Чимин, – благодарит Чон, – я наберу тебя, когда закончу. Они прощаются и Чонгук выходит на улицу, аккуратно закрыв дверь машины. Из недавнего смс от инструктора он знает, что будет практиковаться на сто сороковом мерседесе. Для начала неплохо. Он глазами ищет автомобиль и найдя его у обочины в пятидесяти метрах от себя, направляется к нему. Инструктор стоит около водительского места, облокотившись руками о крышу, и что-то листает в телефоне. Его каштановые не особо уложенные волосы развеваются ветром, а на чёрной футболке на спине виднеются помятости. – Здравствуйте, вы Ким Тэхён? – подойдя поближе здоровается Чонгук, на что второй отлипает от машины и заинтересованно осматривает подошедшего с ног до головы и обратно. В его глазах отчетливо виден восторг. – Да, это я, – бархатный голос звучит невероятно приятно, но немного хрипло, поэтому мужчина чуть прокашливается. – Не могу поверить, что буду учить самого Чон Чонгука. – Жизнь иногда преподносит неожиданные сюрпризы, – замечает Чон, на что Тэхён улыбается, показывая ровные белые зубы. – Таки да. Садись в машину. Чонгук сначала находится немного в шоке от такого обращения к себе, а потом вспоминает, что Тэхён на десять лет его старше, поэтому быстро остывает и усаживается за водительское сидение. Потные ладошки проходятся по штанам на бедрах. Он только сел, а уже вспотел от жары в салоне. Избавившись от пиджака и положив его на заднее сидение, он обнаруживает на себе пристальный взгляд Кима. – JK это типа твоё имя на английском? – Да, типа того. – Оригинально. Мне сделаешь такое? Только с английской буквой «Ви», – он показывает её двумя пальцами. – Ви? Откуда это взялось? – Это мой псевдоним. От слова «victory». – «Победа», значит. Красиво, – Чон посылает ему очаровательную улыбку, и Тэхён откровенно на неё залипает. – А у тебя красивая улыбка, – выпаливает он, глядя в глаза, отчего Чонгук даже не смущается. – Спасибо. Тэхён ещё десяток секунд рассматривает его и наконец отвлекается, сменяя ласковое лицо на серьезное. – За дело. Заводи машину. Чон не раз видел, как это делает Чимин, поэтому проблем с этим не возникает. Они появляются тогда, когда надо трогаться с места, ведь здесь уже умения Чонгука заканчиваются. – Чонгук, расслабься. Для начала скажи мне, тебе удобно сидеть, или, может, надо кресло подвинуть? Удобство водителя чрезвычайно важно. – Удобно, ничего не надо трогать. – Хорошо. Где педаль газа? С какой стороны? – Хммм, так. Крайняя справа, – немного замешкавшись отвечает Чонгук. – По центру педаль сцепления и крайняя слева – тормоз. – Правильно, молодец. Снимай с ручника. Выжимай сцепление, – Чонгук слушает, – добавляй газу, – тоже выполняет и о чудо, машина трогается с места. Чонгук на радостях аж восторженно кричит «Я еду, я еду», чем вызывает легкий смешок у Тэхёна. Он, конечно, привык к такому, но почему-то сейчас ему это кажется особенно забавным. – Чонгук, впереди светофор. Какой там свет горит? – парень, судорожно вцепившись в руль, смотрит наверх, туда, где висят светофоры. – Жёлтый. – Это значит, что надо притормозить, – сообщает инструктор и тянется ладонью до левой ноги, нежно проводя по внутренней стороне бедра, – вот этой ножкой. У Чонгука от такого жеста сперло дыхание, сердце бьётся громче, чем сигналит стоящая позади машина из-за того, что уже давно горит зелёный, а они стоят, как истуканы. Точнее, как олени. На удивление, подобное вызывает не возмущение, а подозрительное движение в штанах, которое неудобно цепляется за трусы и доставляет дискомфорт. Ученик на первом занятии и так в стрессе, а тут еще и это. Тэхён заметил эти покрасневшие щеки, это ерзанье по креслу, это сбившееся дыхание и предлагает выход будничным голосом, как ни в чем не бывало: – Давай поменяемся, тут дальше будет сложный перекресток, тебе лучше сесть на пассажирское. Сказано – сделано. Ким ведёт машину профессионально: аккуратно, плавно, без неприятных резких движений, довольно быстро, но не превышая допустимые нормы. Внутри пахнет его одеколоном. Чонгуку дурно от этого вкусного запаха, хочется взять и понюхать его эпицентр – шею. Он сразу ругает себя за подобные мысли, но ничего не может с собой сделать. Чувствует себя полным безумцем. Он хочет своего инструктора. Хочет пройтись губами по его родинкам на лице, по его карамельной гладкой коже, хочется облизать каждый миллиметр шеи, хочется пометить ее синими засосами, а языком проникнуть в его рот и… Чонгука бросает в жар. Он должен думать про дорожные знаки, о которых со всей серьезностью рассказывает Тэхён, но не получается. Он пропускает всю информацию мимо ушей. Как говорится, в одно ухо залетело, через другое вылетело. Что этот человек делает с ним? Чон же всегда был спокойным, сдержанным и неспособным на импульсивные необдуманные действия. Это магия? – Чонгук, ты меня слышишь? О чем задумался? Чонгук выходит из мыслей и осознаёт, что сейчас минут пять просто молчал, пока с ним разговаривали. Ну и как это назвать? Невоспитанность? Возможно. Невнимательность? Тоже вероятно. Вожделение? О да, похоже на то. Он не знает точно. Он знает только то, что в штанах у него уже стало очень тесно из-за непристойностей, которые только что лились в мозгах нескончаемым потоком. Пора приходить в себя. – О знаках думал. – Ух ты, и что надумал? – удивляется Ким. – Ничего, – сухо отвечает Чон. – Понятно. А член у тебя тоже на знаки встал? – спрашивает он, хитро и абсолютно нагло ухмыляясь. А вот такого Чон точно не ожидал. Видимо, его судорожное ёрзанье не осталось без внимания инструктора. – Да нет, не на знаки, на тебя. – Ты хотел сказать «на вас»? – Нет, на тебя. – Ух ты… – он заметно делает голос тише и подзывает пальцами к себе поближе. Чонгук не в силах сопротивляться и придвигается почти вплотную, делая глубокий вдох и пьянея ещё сильнее. – Какой невоспитанный мальчик Чон Чонгук, со старшими не научили разговаривать, – полувозбужденно шепчет Ким прямо на ухо, обдавая его мочку своим горячим дыханием и пуская по телу младшего табун мурашек, – придётся мне тебя научить не только вождению, но и манерам. После этих слов Тэхён влажно и бессовестно обдает языком мочку чонгукового уха, водит им по всему периметру, от верха до низа, посасывает мягкое место, оставляя на нём достаточное количество слюны, чтобы она потекла вниз по шее. Сзади раздается сигнал машины, они снова отвлеклись от светофора, во всю маячащий зелёным. Ким отрывается от уха, облизывает свои губы и трогается дальше. А у Чонгука уже, кажется, слетает последняя катушка. Он уже не в состоянии дотерпеть до конца занятия. – Стань на обочине. – А зачем это? – Стань и узнаешь. – Нет, детка, придётся потерпеть. Здесь процессом управляю я. Дразнит. Нагло издевается над выдержкой младшего. ******** Через двадцать минут в окне не видно машин, не видно людей, – полная глушь. Они заехали в лес, проехали немного вглубь и добрались до места, где очень ровная и видно, что недавно положенная кольцевая дорога. – Это специальная площадка нашей автошколы. Сюда иногда приезжают для того, чтобы заниматься с особо тугими учениками. – То есть, я по-твоему, тугой? – Чонгука возмущает такое высказывание. – Нууу, твою тугость я самолично сейчас проверю, Чон Чонгук, – звучит очень двузначно, но младший не успевает ничего ответить, потому что в ту же секунду его страстно целуют. Поцелуй мокрый, непристойный, грубый, Тэхён нагло проникает языком меж губ Чонгука и вылизывает его рот изнутри. А Чон отвечает не менее дико. Они сплетают языки, пробуют друг друга на вкус, как самые голодные звери в этом лесу, они не могут насытиться, им всё мало. – Сядь на меня, – приказывает Тэхён, хлопая того по бедру. – Неудобно, руль мешает. – Я сказал сядь, – он хватает Чонгука уже за ягодицу и грубо сжимает её сильными руками с длинными пальцами. – И штаны снимай, они тебе сейчас не пригодятся, – и снова поцелуй. Чонгуку тяжело дышать, возбуждение накатывает с новой силой, но он послушно садится тому на бедра, раздвигая широко ноги. – А ты заставь меня их снять, – дразня шепчет на ухо, после чего широким мазком облизывает чужую шею в том месте, где обычно брызгают парфюм. На языке оседает странный, но одновременно приятный вкус: смесь одеколона и природной солоноватости кожи. – Ещё одно слово, и твой прекрасный костюмчик Кэльвин Кляйн пострадает. Тэхён цепляется за край штанов пальцами и тянет вниз, показывая, что его лучше слушаться с первого раза. Младший, сдавшись, медленно расстёгивает пуговицу и ширинку, наблюдая за туманным взглядом инструктора, который направлен ему в область паха. Как только Чон оказывается без нижней части одежды, Ким хватается за кромку белья и тоже его снимает. – Ммм… – восторженно мычит мужчина, реагируя на идеально мягкие и в то же время упругие ягодицы парнишки, которые он обеими ладонями сминает, изредка шлёпая и наслаждаясь недовольными вздохами Чона. – Я, конечно, подозревал, что у лица всемирно известного бренда одежды прекрасное тело, но чтоб настолько… Я не могу оторваться от твоей сладкой попы, Чонгук. Эти слова затмевают здравые мысли еще больше. Чонгуку приятно это слышать, приятно осознавать, что он находится в руках такого невероятно красивого мужчины. Ему нравится эта немалая разница в их возрасте, нравится то, что их могут увидеть, это добавляет экстремальности ситуации и адреналина в крови. Он чувствует под своими ногами тэхёнов бугорок и у него появляется непреодолимое желание раздеть и его тоже. Увидеть и оценить его тело тоже. – А ты не разденешься? – он отрывается от губ Тэхёна, которые уже слегка опухли и покраснели от непрерывных терзаний, и смотрит на того сверху вниз из-под полуприкрытых век. – А ты хочешь? – пьяно улыбаясь отвечает. – Вопросом на вопрос нехорошо отвечать, господин Ким, – уголки его губ тоже поднимаются вверх. – Я так и не услышал ответа на вопрос. Ты хочешь? – Да. Хочу. – Ну так раздень тогда. – Давайте выйдем из машины. – Снова на «вы»? Ты определись, мальчик, – сказав эти слова, инструктор медленно проводит всем языком от подбородка до щеки, оставляя мокрую дорожку. Сжав задницу Чона ещё раз, старший открывает дверь и позволяет тому выбраться наружу. Свежий воздух им обоим не помешает, учитывая, что они оба красные, вспотевшие и возбужденные до предела. Легкий ветерок разбрасывает каштановые волосы в еще больший беспорядок, образуя гнездо на голове, но эта небрежность выглядит просто превосходно, по мнению Чонгука. Он минуту стоит, полностью нагой ниже пояса и любуется своим учителем, заостряя особое внимание на стоящем колом члене, скрытым под слоем одежды. – Так и будешь стоять? Вернувшись из прострации, парень подходит к Тэхёну и оглаживает чужой половой орган через штаны, иногда надавливая и прихватывая, заставляя мужчину облокотиться об автомобиль и запрокинуть голову назад. Легким движением руки расстегиваются пуговица и короткая молния, после чего следует шумный вздох облегчения. Чонгук берет второго за затылок и заставляет посмотреть на себя, после чего жадно целует, вводит язык в алые губы и облизывает его щеки изнутри, издавая пошлые мокрые причмокивания. Воздуха чертовски не хватает. Пососав напоследок нижнюю губу, он с трудом отрывается от Тэхёна и идёт поцелуями вниз, прикасаясь влажным ртом к подбородку, шее, плечам и ключицам, твердым соскам, прессу с восемью кубиками и дальше ведет кончиком языка по дорожке волос, конец которой прячется под нижним бельем. – Трусы от Кэльвин Кляйн, как здорово, – неразборчиво комментирует Чонгук с чужим членом во рту, обводит крупную розовую головку и присасывается к ней губами, создавая вакуум и неописуемые ощущения для Кима. Ответ не заставляет себя ждать. Тэхён резко подаётся бёдрами вперед, входя глубоко в чонгукову глотку, забирая возможность что-либо говорить. Он не дает ему отстраниться, схватив за волосы на затылке, и внимательно наблюдает за лицом младшего. Дождавшись, пока оно хорошенько покраснеет и пока парень не начнёт кашлять, он наконец отпускает, позволяет отдышаться и смотрит с довольной улыбой, съедая взглядом. ******** Чонгук вздрагивает в тот момент, когда Тэхён приставляет головку к анусу и слегка надавливает, предварительно хорошенько растянув узкие стенки внутри и обильно нанеся смазки с, вроде бы, клубничным вкусом. Он чувствует себя сыром в бутерброде, потому что с обеих сторон прижат горячими поверхностями. Грудь жжёт от раскаленного на солнце капота, а сверху его вжимает в металл разгоряченный мужчина. Он одной рукой давит на поясницу, а другой держит голову, заставляя младшего лечь и щекой. Тэхёну нравится доминировать. Он кайфует от осознания, что один из самых богатых и красивых парней столицы сейчас находится в его власти. Он готов кончить от одного только вида этого прекрасного, податливого и отзывчивого тела под ним. Довольно толстый член плавно скользит внутрь Чонгука, даря незабываемые ощущения обоим. Ким ослабляет хватку рук и полностью отдаётся чувствам, эпицентр которых находится немного ниже пупка. Медленные движения позволяют Чону привыкнуть к тэхёновым размерам и расслабиться, он пробует на вкус совершенно новые эмоции, не испытываемые ранее. Поначалу было абсолютно неприятно и слегка больно, парень даже хотел остановить всё это дело, но, когда инструктор наклонился и шепнул на ухо нежное: «Доверься мне», он доверился. Отдал всего себя незнакомому человеку, которого видит впервые в жизни. Мысли заходят в то русло, которое осуждает и ругает самого себя за такие глупости, кои он творит. Он, известная личность, позволяет себя трахать в каком-то лесу какому-то инструктору по вождению. Бред. Но из навязчивых липких осуждений в своей голове вырывает резкий сильный толчок, от которого, Чонгук может поклясться, видит звёзды. Бесконечные такие, яркие настолько, что слепит. Тэхён точным движением задел комок нервов, называемый простатой, получив в ответ сладкий низкий стон. Этот звук ласкает слух и отпечатывается в сознании, все его существо требует ещё и ещё, поэтому Ким начинает двигаться резко и под определенным углом с каждым проникновением задевает ту самую точку, каждый раз срывая с уст младшего крик. Крик превосходного и ни с чем не сравнимого наслаждения. Тэхён чувствует, что уже на грани, что пиковая точка совсем близко, поэтому выходит из теплой плоти, остервенело раздвигает половинки попы, массирует большим пальцем раскрасневшуюся влажную дырочку и рывком проникает вновь, срываясь на животный темп. От чонгуковых стонов закладывает уши, приближая накатывающий оргазм. Член, твёрдый, как камень, пульсирует внутри Чона и заполняет его своей теплой спермой, которая фонтаном разливается по стенкам. А Чонгук, в свою очередь, уже пару минут назад испачкал собственные ладони. Ким, скорее всего, заметил, что парень кончил, поэтому позволил и себе это сделать. – Ты невообразим, – отдышавшись, подаёт голос старший, – спасибо, Чонгук. – И вам спасибо, Тэхён. – Таки на «вы»? – улыбается мужчина. – Да, я же воспитанный мальчик, «ты» только во время близости, – подмигивает ему Чонгук, на что второй совершенно искренне и беззаботно смеется. – Так ну что, теперь за дело. – Какое? – парень непонимающе поднимает брови. – Как какое? Вождение. За руль садись, – командует старший и указывает на злосчастное сидение. Чон, измученно закатив глаза, безвольно падает в мягкое кресло сто сорокового мерса. Всё оставшееся занятие Ким пытался расслабить Чонгука, травя различные анекдоты, смешные и не очень, но самое главное, что они были эффективные. Парнишка и вправду заметно расслабился. В общем и целом, всё было чудесно. Конечно, он чуть не врезался в полицейскую машину, чуть не снёс столб и чуть не сбил толстого мужика, который переходил дорогу в неположенном месте, ну а так всё прекрасно. Тэхён, имеющий дублирующие педали, не дал случиться непоправимому и контролировал ситуацию. Тэхён уберег. Набравшись эмоций, которые он будет обдумывать и перематывать вечером перед сном, Чонгук прощается с инструктором и снова ловит на себе его заинтересованный взгляд, будоражащий сознание. Ким очень красивый. Ему бы в модели, а не в инструктора. Он и секс с ним тоже очень понравились Чонгуку, который до сегодняшнего дня думал, что является натуралом. Как там он говорил? Жизнь иногда преподносит неожиданные сюрпризы? Но сюрприз ли это? ****** – Алло, Чимин? Я возле заправки, где ты вчера заправлялся. Давай, жду. Через сколько ты будешь? Хорошо, я понял. Чимина нужно подождать пятнадцать минут, он как раз тут неподалёку заезжал на СТО по одному важному делу, в которое не особо захотел посвящать Чонгука. Пусть будет так, он и не особо горит узнавать все подробности. Он ненавидит ожидание, поэтому решает потратить время с пользой – позавтракать, ведь сегодня он ещё ничего не ел. И сейчас, когда стрелка часов завалила за полдень, в животе неприятно бурлит, а во рту пересохло от жары. Чонгук направляется в кафешку, которая находится прямо на заправке. Там он заказывает большой хот-дог и зеленый чай с мятой, после оплаты и получения заказа садится за столик и уминает свой скромный перекус. Парню его возраста это количество еды – ни о чем, так, проглотил и не заметил. Дома определённо надо по-человечески поесть. Когда за окном материализуется чёрный Порш, Чон быстро допивает остатки чая, выбрасывает мусор в ведро и, вытирая на ходу рот салфеткой, выходит с заправки. – Чонгук-щи, что с вами? – удивлённо распахивает глаза Чимин, стоит тому только сесть в машину. – А что не так? – он начинает переживать, потому что ему абсолютно не нужны сплетни за спиной. – Вы выглядите таким… Отдохнувшим, кажется. Таким довольным. Признавайтесь, заезжали «в гости» к какой-то прекрасной даме? – на последних словах водитель хитро мигает бровями. Да, почти. Только не к даме, а к двадцатидевятилетнему мужчине. И не заезжал, а он сам его отвёз. В лес. И нагнул его прямо на капоте тренировочного автомобиля. Чонгук усмехается сам себе, утопая в сладких воспоминаниях. – Нет, просто развеялся. Не придумывай ничего, Чимин. – Понял вас. Куда едем? – В офис Кэльвин Кляйн. – А это ещё зачем? – Чимин, при всём моём уважении к тебе, не забывайся. Я не обязан отчитываться о своих действиях. – Извините, я не из злых побуждений, – Пак стыдливо отворачивается и полностью сосредотачивается на предстоящем пути. Им придётся добираться в другой конец города. Порш трогается с места, прохожие оборачиваются на громкую музыку, исходящую изнутри. Это Чон Чонгук включил Pink Floyd.