Тебе надо поесть

— Тебе надо поесть, — сказал Даст скелету, что сидел рядом и уже какую минуту чах над тарелкой супа. — Тебе тоже, — ответил Хоррор и кивнул на его нетронутую тарелку. — Ты последний раз ел вчера утром. — А ты вообще позавчера в обед. «Не слушай его», — шептал Папирус Дасту, — «Ты сам прекрасно знаешь, что тебе это не нужно». — Я не хочу, — противился Даст. — Я тоже, — согласился Хоррор. — Но нам надо. — Вот именно. Отвернувшись к своим тарелкам, они тяжело вздохнули. Есть не хотелось, хоть и душа уже болела от голода. Но есть надо. Умирать из них пока никто не хотел. «Она отравлена, ты разве не видишь? Вот поэтому он и не ест. Он что-то подсыпал, пока наливал тебе суп. Он хочет тебя отравить», — не унимался брат. Конечно, Хоррору не зачем его травить, тем более они, вроде, уже даже больше, чем друзья, но... Но где-то внутри Даст не мог сопротивляться мыслям о том, что еда отравлена. Не то, чтобы он не доверял Хоррору. Нет, совсем наоборот: алоглазый единственый, кто заслужил доверия. Но вот Киллеру, который приготовил этот суп, доверия не было. Дасту даже не казалось, он был уверен в том, что в еде отрава. А еще ему казалось, что Хоррор знает о яде. Но тогда почему тот не сказал? Или тот намекает ему и поэтому ничего не ест? А, может, нет? Может тот не ест просто так? Как же сложно... — Почему ты не ешь? — спросил Даст. На самом деле он прекрасно знал ответ. В конце концов, не впервые. — Ты сам прекрасно знаешь. Мне трудно есть, я не привык, тем более я думаю о Папирусе, что остался один и, возможно, сейчас голодает. Он же добрый. Наверняка все, что я ему притаскиваю, он раздает другим. И я... Это тяжело. Меня намного больше интересует почему ты не ешь? С тобой такое впервые. — Честно говоря... — все же решил открыться Даст, — мне кажется Киллер отравил еду. — Что?.. — растерялся Хоррор. — Стой, тебе это он говорит? Не слушай его. Это же бред. — Я уверен, что это правда. Хоррор протяжно выдохнул и поджал губы. Так. Даста не переубедить в обратном словами. Но это не значит, что его не убедить действиями. — Смотри, — сказал Хоррор и, зачерпнув ложкой суп, проглотил желтую жижу. Даст пришел в шок. «Ага! Значит, он ничего не подсыпал в суп, а только тебе в тарелку! А я говорил! Говорил, что это он отравил твою еду!», — переполошился Папирус. — Не ешь это! — Ты все равно не веришь, да? — честно говоря, это было очевидно. — Даст, нам надо что-то съесть, иначе мы умрем от голода. А это мучительно и долго. От яда хотя бы умирают быстро. — Но... Не знаю... — Даст сомневался. Неужто смерть в любом случае? — Поешь, тогда мы в один день умрем от яда, прямо как Ромео и Джульета, разве не романтично? — Джульета, вообще-то, себя заколола. — Но умерли-то они все равно в один день. Так что давай, ешь. Может, умрем даже в одну минуту. Умирать не хотелось, но... Жить без Хоррора тоже. Да и, очевидно, смерть застигнет его в любом случае. Что ж... Если так поразмыслить, то как он будет без Хоррора? Кто будет проводить с ним время? Кто будет о нем заботится во время болезней и тяжелых ран? Кто будет успокаивать после ночных кошмаров? Лучше действительно умереть в один день. И быстро. Он и так намучался. И Даст несмело принялся есть. Хоррор заулыбался. Это победа. Что ж, ему тоже стоит съесть суп, даже если тяжело, ведь так Дасту будет спококойнее.