16 карт

***

Пока в доме проходили разборки, Данте с Лирой попивали горячий зеленый чай, сидя на облаке. — Думаю, тебе нужно устроиться на работу. За свой грош везде хорош. — процитировал философ. — Ты прав, друг мой. Нет на свете занятия более невинного, чем зарабатывать деньги. Только вот… Не известно ли тебе, где можно работать? — согласилась Третья. — К сожалению, нет. Если я знаю, что знаю мало, я добьюсь того, чтобы знать больше. Попробуй спросить у нашего друга Куромаку. — Нет стремления более естественного, чем стремление к знанию. Спасибо тебе. — Еще чаю? Выпей чайку — забудешь тоску. — Благодарю, друг мой. Они просидели на облаках до самого вечера. — Думаю, как бы не хотелось, надо возвращаться. Нас часто ждут именно там, куда мы возвращаться не хотим. — Ты прав, но лишь отчасти, друг мой. Нет ничего лучше, чем возвращаться туда, где ничего не изменилось, чтобы понять, как изменился ты сам. — Куда бы ты ни возвращался, вернуться ты уже не сможешь. Или не туда, или не ты. — Что может так сильно изменится в этом доме? Все течет, но ничего не меняется. — Нет ничего более постоянного, чем перемены. Данте спустил облако, они сошли на землю и пошли к дому. — Я бы отдал весь свой гений и все свои книги за то, чтобы где-нибудь была женщина, которую беспокоила бы мысль, опоздаю я или нет к обеду. — продолжил разговор Третий. — Возможно, в этом мире ты всего лишь человек, но для кого-то ты — весь мир. — ответила на это Третья. — Но этот мир может быть большим и ярким, а может — маленьким и тусклым. Знаешь, что пугает больше всего, кроме страха остаться одному? Провести всю жизнь не с тем человеком. — Знаю это лучше, чем ты можешь это себе представить. Нельзя хвататься за того, кто тебя ненавидит, и отталкивать того, кто тебя любит. — Любовь, как вода — ты можешь не чувствовать её вкуса, но без неё ты умрешь. — Любовь… Никогда не испытывала это чувство… Это больше по части Джульетты… — неожиданно для самой себя, она призналась в этом, да еще и ни одной цитаты не вставила. — Признаться, я тоже… — Данте тоже удивился необычному поведению своей собеседницы — Лучше грех явный, нежели тайный. — Слушай… А тебе бы не хотелось… Попробовать почувствовать любовь? — Любовь?. — тут даже он растерялся — Наверное… — В таком случае… Не хотел бы ты почувствовать любовь со мной? Любви нужна воля, а уму — простор. — Я согласен, подруга моя. Любить хорошо взаимно. Подойдя к дому Данте позвонил в дверь. Им открыла Виола, всё ещё злая после ссоры с Пятыми. — А, это вы. Проходите, только не шумите. Лучше сразу ложитесь спать, — она скорее попросила, чем потребовала. Восьмая понимала, что если младшим она приказывать может, потому что они моложе, то с этими двумя она одного возраста, и не имеет над ними такой власти. — Рано в кровать, рано вставать — удел неквалифицированного труда, — ответила на это Лира. — Здоровый сон удлиняет жизнь и сокращает рабочее время, — добавил Данте. — «Совы» ложатся в два часа ночи и спят до полудня. «Жаворонки» ложатся в десять, встают в шесть утра и спят до полудня. — Считают, что успех приходит к тем, кто рано встает. Нет: успех приходит к тем, кто встает в хорошем настроении. — Не разбуженный не знает вкус сна. — Может хватит? — попыталась прекратить это Виола. — Труднее всего вылезать из долгов и из теплой постели в холодное утро. — продолжил Данте. — Долг сводится к сознанию внутренней мощи. — не услышала Виолу Лира. — В жизни нет надёжней стратегии, чем дружелюбие, понимание и смирение. Но эта внешняя слабость требует внутренней силы. — Где дружбой дорожат, там враги задрожат. — Для дружбы нет расстояний. — Просто входите уже. — Восьмая начинала еще больше злиться. — Хватит мне настроение портить! — Разница в возрасте ничего не портит. Расстояние ничего не портит. Мнение родителей ничего не портит. Всё портят люди. Сами. — Третьи были в эйфории, и опять не послушали ее. — Уважение к родителям — это самая высокая обязанность благодарных детей. — Родителям стоит хоть иногда вспоминать, что значит быть ребёнком. — Некоторые родители разбивают детство ребенка на мелкие осколки, не поддающиеся ремонту. — Наша жизнь делится на две части: Когда мы маленькие и хотим повзрослеть, и когда уже взрослые и хотим вернуться в детство. — Просто. Проходите. И. Ложитесь. Спать! — Виола уже буквально тряслась от злости и еле сдерживалась. — Гнев является всегда плохим советником. — Лучший укротитель гнева — кротость. Эти двое не спеша вошли и Восьмая закрыла дверь.