Escape

Примерно через час раздался стук в дверь. — Да? — откликнулся Алекси. — Привет. В комнату вошёл довольно высокий, стройный мужчина, полностью одетый в чёрное. Его волосы были длинными, почти до пояса, светло-русыми и вьющимися. Глаза его были светло-зелёными, на лице небольшая щетина. А ещё довольно милая улыбка. И этот симпатичный и с виду доброжелательный молодой человек — Бес? — Я думаю, ты уже наслышан обо мне, — он протянул Алексу руку, — Можешь называть меня Бес. — Алекси, — мальчик ответил на рукопожатие, нисколько не испугавшись. — Извиняюсь, что раньше не зашёл, — оправдался Мирко, — Был немного занят, — Каунисвеси вложил закладку в книгу и отложил её, — Ну что? Как тут у тебя дела? — Да вроде неплохо, — ответил Алекси, — Вчера ещё потряхивало немного, сегодня вроде бы уже не боюсь. — Это хорошо, что ты нас не боишься, — сказал Лехтинен, — Нечего нас бояться, мы адекватные. По нему было видно, что он пришёл просто познакомиться, и понятия не имеет, о чём говорить с мальчиком. Тот это заметил: — А можно вопрос? — после успокаивающих объятий двоих участников банды в нём проснулась какая-то необоснованная смелость. — Конечно, — разрешил Мирко. — Почему Бес? — в третий раз Алекси задаёт этот вопрос, но впервые напрямую этому человеку, — Парни сказали, что ты вспыльчивый. Но по тебе вообще не видно, что ты можешь быть злым. — Да, я более агрессивный, чем остальные, — признался мужчина, — Меня легче всех вывести из себя, я менее терпеливый и местами злой. Но я ничего не сделаю, если не будешь провоцировать. — Не буду, — с улыбкой на лице пообещал Каунисвеси. — Я уже заметил, что ты спокойный, — усмехнулся Бес, — На тебя ещё никто не жаловался. Только и говорят, какой ты милый да послушный. Обычно нам спустя два дня уже пытаются создать какие-то проблемы. — Зачем? Вы же действительно всегда отпускаете всех, — ответил Алекси, — Вы хорошо относитесь. Я пока что ничего плохого в вас не заметил, — признался он, — Ну, кроме того, что вы за мной следили и похитили. Мирко в голос рассмеялся: — Ну ты уж извини, не без этого. Мне Свинтус все мозги проел, когда бесился из-за того, что не мог тебя нигде поймать. Так что мы тоже попотели, знаешь ли. — А где он, кстати? — опомнился Алекси, осознав, что в последний раз видел Порко в ту ночь, когда они привезли его сюда. — В городе, задницы наши прикрывает, — ответил Лехтинен. — Я всё ещё удивляюсь, как вас за всё это время ещё не поймали, — сказал Алекс. — Ну я что, зря семь лет учился на информационной безопасности? — с усмешкой ответил Мирко. — Ого! — удивился Каунисвеси, — Так это ты всё делаешь? — По большей части да, у парней немного другие обязанности, — продолжал пояснять Бес, — Но они тоже молодцы, довольно скрытно себя ведут и лишний раз нигде не светятся. — Наверное, с моей стороны немного неправильно этим восхищаться, но это действительно гениально, — сказал Алекси, — И вас реально ни разу не ловили? — Нет, никого из нас, — ответил Мирко. — Мощно, — единственное, что мог сказать Алекс. — Тебе тут комфортно? Всё нормально? Если что-то не так, говори, — все парни по очереди уже сказали мальчику эту фразу, и он от неё уже порядком устал. — Всё хорошо, спасибо. — Домой хочешь? — Мирко Лехтинен не был бы Мирко Лехтинен, если бы не задавал провокационные вопросы. — Не знаю, — на несколько секунд задумавшись, тихо ответил Каунисвеси. — Что так? — усмехнулся Бес. — С одной стороны, меня по сути похитили, мне должно быть страшно, все вокруг переживают и гадают, где я, и что со мной, я не вижу своих друзей, не хожу в школу и всё такое, — начал Алекси, — Но с другой стороны, как только я вернусь домой, вынос мозгов мне обеспечен. Родители и так возились со мной, как с новорождённым котёнком, а теперь так вообще ни на шаг от меня не отойдут. — Мдаа, конечно, — Мирко был в курсе ситуации с родителями Алекса. — Потащат меня то в полицию, то ещё куда-нибудь, — продолжал возмущаться Каунисвеси, — Куча вопросов, все будут вокруг меня бегать и уделять кучу внимания. Никакого спокойствия. — Да уж, конкретно мы тебе жизнь подпортили, — усмехнулся Лехтинен. — А может я у вас останусь? Мне тут не так уж и плохо, — рассмеялся Алекси, давая понять, что шутит, — Я бы даже сказал, хорошо. — Нормально ты устроился, — засмеялся в ответ Мирко. — На крайняк уж лучше пристрелите меня, — Каунисвеси мгновенно стал серьёзным, — Иначе я от такого ажиотажа застрелюсь сам. Бес начал смеяться ещё громче, после чего сказал: — Единственный из нас, у кого не дрогнет рука тебя застрелить, это Босс. — Разве? — удивился Алекс, — А мне кажется, Медведь. Босс очень добрый и заботливый, он меня сегодня так мило успокаивал. — Успокаивал? А что случилось? — поинтересовался Мирко. — Да я на ровном месте истерить начал, не так важно, — отмахнулся мальчик, — Разревелся просто так, можно сказать. — Не, Мишка наш на самом деле очень понимающий и сочувствующий человек, — ответил Лехтинен, — Он психологией интересовался какое-то время. А вот Босс вообще бесчувственный. Глыба льда, и никак до него не достучишься. Ему будет всё равно, если на его глазах живого человека расчленят. — Не думаю, — не поверил Алекс. — Чего только в его жизни не было, — Мирко намекнул на то, что это правда. — Ахренеть! — ахнул Каунисвеси, — Но он же сказал, что никогда никого не убивал, и это его принцип? — Не убивал, — согласился Лехтинен, — Но если понадобится, ему будет не влом. — Он выглядит совсем не таким, — сомневался Алекси, — Он сегодня так переживал за меня. — Потому что понимал, что если с твоей психикой что-то произойдёт, и родители поведут тебя к мозгоправам, по твоим рассказам будет легче нас вычислить, — пояснил Мирко. — Не пойду я ни к каким мозгоправам, — нахмурился Каунисвеси, — Я в полном порядке. — Хороший мальчик, — улыбнулся Бес, проводя ладонью по его волосам. — Мы с Мелочью уже говорили о том, что мне и рассказывать по сути нечего, — продолжил Алекси, — Я почти ничего про вас не знаю, хотя вы постоянно со мной. — В этом и секрет, — подмигнул ему Бес, — Ну что? Рад был познакомиться. Я пойду, наверное. Если что, зови. — Я тоже был рад познакомиться, — улыбнулся ему Алекс, — Пока. Мирко вышел из комнаты, и следом за ним вошла Анни. Она принесла ужин, и снова все блюда были будто из дорогого ресторана. — Спасибо большое, — сказал ей Каунисвеси. — Всегда пожалуйста, приятного аппетита, — девушка улыбнулась и ушла. После ужина Алекси достал тортик из холодильника, сделал себе чай (в комнате, на одной из многочисленных полок он нашёл электрический чайник) и снова сел за книгу. Сюжет настолько увлёк его, что он читал до поздней ночи и за один вечер прочитал книгу полностью. Положив её в ящик стола, он отправился в душ, а после нажал на звоночек и лёг спать.

***

Безусловно, родители переживали за Алекси больше всех. Но не меньше волновался и Олли. Саари передала ему о том, что его друга похитили те, кого уже годами никто не может вычислить и найти. Матела напугался, стал искать в интернете какую-либо информацию о том, что мог бы сейчас сделать, чтобы как-то помочь. Матти поручил ему и в школе всех предупредить о случившемся и в первую очередь поставить в известность учителей — может, кто-то что-то знает и поможет в поисках. Но никаких новых сведений и данных ни от кого не было. Полиция допрашивала и Олли, и родителей, и классного руководителя Алекси — была важна любая информация о мальчике, о его местонахождении, когда его в последний раз видели, о последних его сообщениях, о чём он говорил в последнее время, куда ходил, что делал. Конечно же, больше ответов дал Олли — он больше всех остальных знал про Алекса, ведь с родителями отношения были совсем не доверительными, а учительница рассказала лишь об успехах мальчика в учёбе и его поведении в школе. — Мы встретились около его дома, — начал рассказ Матела, в то время как несколько сотрудников полиции, в том числе и Томми, его внимательно слушали, — Пошли в наш любимый торговый центр, мы всегда там гуляем. Обсуждали в основном учёбу и новый альбом Slipknot, — он волновался. Сложившаяся ситуация не могла не пугать шестнадцатилетнего подростка, — Потом пошли в парк, сидели там на лавочке. Алекс рассказывал про родителей. У них тяжёлые отношения, он часто делится переживаниями со мной. — Вы замечали что-то странное в последнее время? — спросил следователь по делу, — Может быть, чувство, что за вами следят? Или каких-то подозрительных людей вокруг видели? — Алекс про это ничего не говорил, — ответил Олли, не скрывая тремор в руках, — Один раз мне показалось, что за нами едет какая-то машина, но оказалось, что это были просто одинаковые. — Что за машина? — Серебристый Мерседес, — ответил Матела, — Но я не уверен. Не помню, да и не разбираюсь в марках. Но серебристая, — Лалли был спокоен, ведь Йоонас ездил за ними на Лансере. — Из неё кто-то выходил? — Нет, я не видел. Алекси вроде бы тоже, — Олли волновался всё сильнее с каждым вопросом. — Вы не обратили внимание на водителя? — из него тянули абсолютно любую информацию. — Нет, на улице темно было, не увидишь. — Как долго эта машина вас преследовала? — Да она нас не преследовала, — пояснил Матела, — Просто я увидел одинаковые машины у торгового центра и в парке. Я тревожный человек, накрутил себя. Больше мы эту машину не видели, только в тот день. — Кроме машины, было что-то подозрительное? — Я не замечал больше ничего, — ответил Олли, — А если бы заметил Алекс, он бы мне сказал. Всё было, как обычно, и никто этого не ожидал. — Как же эти сволочи шифруются! — психанул следователь и резко кинул ручку в стол, от чего Матела вздрогнул, — Ой, извините, пожалуйста. — Ничего, — выдохнул тот. — Как вы думаете, если Алекси найдёт возможность выйти на связь, кому он первым позвонит или напишет? — спросил второй полицейский, стоящий за его спиной. — Точно не родителям, — честно сказал парень, — Возможно, мне. Ну или Нико. — Нико — это кто? — Это тоже наш друг, мы в одном классе учимся. — Вы знаете, когда в последний раз Нико виделся с Алекси? — На прошлой неделе в выходные, — ответил Олли, — У Нико есть девушка, они часто проводят время вдвоём. — У Алекси были отношения? — спросил третий полицейский. Всего их, кстати, в кабинете было четверо. — Нет, никогда не было, — сказал Матела с абсолютной уверенностью, — С его родителями это было бы проблематично. Да и он даже и не упоминал никогда, что ему кто-то нравится. По крайней мере, я об этом не знаю. Следующими на допрос пригласили родителей. — Во что был одет ваш сын, когда уходил? — Не знаем, — ответила Саари. На её глаза стали наворачиваться слёзы, как только она вошла в кабинет. — Мы немного поругались накануне, и, мы полагаем, что Алекси пытался сбежать из дома, когда мы уже легли спать, — Матти старался сохранять спокойствие, — Мы не видели его. — В какое время Алекси перестал выходить на связь? — Социальные сети показывают, что был в сети в субботу в половину второго ночи, — ответила Саари, — Скорее всего, в этот момент он вышел из дома. Их попросили поподробнее рассказать про конфликты с сыном, и, конечно же, с их стороны ситуация выглядела совершенно по-другому, нежели со стороны Алекси. — Мы просто хотели, как лучше, — Матти опустил голову. — И правильно делали, что никуда не отпускали! — стояла на своём Саари, — Вон, один раз вышел на улицу ночью — и что произошло! — Это произошло не из-за того, что ваш сын вышел на улицу ночью, — пытался облагоразумить её полицейский, — А из-за этих придурков, которым нужны ваши деньги. — Вы совсем ничего не нашли? — с напрасной надеждой спросил Матти, получая в ответ только отрицательные мотания головой и грустные взгляды, — Не хочу я им деньги отдавать. — Понимаем, — сказал следователь, — Но, боюсь, что мы сделаем только хуже, если оставим Алекси у них и будем пытаться их искать. Может, он нам расскажет что-то, и уже тогда мы накажем их абсолютно за все их похищения. — А если они его бьют? Насилуют? — паниковала мама, — Пугают моего мальчика? Шантажируют? — полицейские только развели руками, — Мне ради сына никаких денег не жалко! — Вполне возможно, — вставил одну фразу Томми. — Саари, нельзя так, — отговаривал её Матти, — Они — преступники. Мы не должны платить им за то, что они нарушают закон. Они должны понести наказание. Их нужно найти, а не приносить им деньги мешками. — Они покалечат нашего сына, пока ты его ищешь! — спорила она, — Семь лет уже их не могут найти! Ты хочешь, чтобы он там ещё столько же пробыл? Ты сумасшедший? Надо ребёнка спасать! И мне без разницы, что для этого нужно сделать! Я в муках рожала его не для того, чтобы какие-то пятеро уродов издевались над ним, пока ты впустую тратишь время! — Херра Каунисвеси, — обратился к Матти следователь, — Этот вариант действительно будет самым безопасным. Поиски похитителей не прекратятся, пока мы их не найдём. Это сложно, но возможно. Рано или поздно должно получиться. — Неделя ещё не прошла, — мужчина стоял на своём. — Представить боюсь, что они с ним сделают за эту неделю, — Саари утёрла слёзы с щёк. Томми пожал плечами. — Не переживайте, — попытался успокоить её полицейский, — От них возвращались абсолютно все, кого они похищали, и все вернулись абсолютно целыми и здоровыми. — Сколько предыдущие жертвы находились у них до освобождения? — поинтересовался Матти. — От трёх дней до четырёх недель, — сказал один из сотрудников, которую большую часть времени, как и Томми, молчал и внимательно слушал. — Мне не дают покоя те фото из видеосообщения, — после длительной паузы сказал отец, — Они действительно сделали это с моим сыном? — Всё может быть, — вздохнул полицейский. Лалли снова кивнул. — Я не могу поверить, что нет другого выхода, кроме оплаты! — Каунисвеси был почти в бешенстве. — К сожалению, — вздохнул следователь, — Это будет безопаснее, как минимум. Неизвестно, что они с ним делают. — Подстава невероятная, — Матти сел на стул и опустил голову на ладони, — Вернётся — из дома не выпущу. — Я бы посоветовал Вам поменять своё отношение к сыну, — сказал полицейский, — Он действительно уже не маленький. А такое происходило и со взрослыми людьми за сорок. — Найти бы его сначала, — вздохнула Саари. Они снова уехали домой ни с чем. Алекси нет уже третий день. До нового послания от Босса ещё долго, и неизвестно, что может произойти за это время.

***

Вечером сотрудники полиции сразу с нескольких участков решили снова заняться этим делом и суммировать всё, что у них есть. Один мужчина стоял у доски и собирал на ней всю имеющуюся информацию, в то время как остальные собирали все данные, которые у них были. — Итак, что мы имеем, — начал он, — Давайте. — Пятеро парней или мужчин. Возраст неизвестен, — сказал один из сотрудников. Вихтинен, полицейский у доски, схематично зарисовал это. — Есть Босс, — на схеме это тоже отметили, — И четверо подчинённых: Медведь, Свинтус, Бес и Мелочь. — Четверо высоких, один маленького роста, — добавил кто-то. — Стойте, а может быть такое, что Босс — это тот, кто маленького роста, а не тот, у кого позывное Босс? — предложил один из присутствующих, — Реальный глава группировки должен как-то отличаться от остальных. — Возможно, но маловероятно, — сказал Вихтинен, всё же помечая Босса как главу банды. — Да всё может быть, это нельзя исключать, — вставил Томми. Эту версию откидывать не стали, но приоритетной была всё же та, что Босс — это действительно глава банды. — Имена неизвестны, — начал перечислять кто-то из дальнего угла комнаты разочарованным голосом, — Местонахождение неизвестно. Внешность неизвестна. Записи голосов нет. Отпечатков пальцев не нашли. — С ума сойти, — вздохнули несколько мужчин в один голос. Томми про себя тихонько посмеялся, но на его лице по-прежнему не было ни единой эмоции. — Что-то ещё есть? — спросил Вихтинен. — Каждая жертва была похищена в разных районах Хельсинки. Деньги перечислялись на разные счета, оформленные на разных людей, причём среди всех баз данных страны их нигде нет. Каждый похищенный описывает разные машины, которые видел перед похищением или после, — продолжил полицейский. Вихтинен понял, что эти данные только усложняют им задачу: — Что ещё есть? — Только один из похищенных сказал, что парни всё время в балаклавах и чёрной одежде, — дополнил кто-то, — Глаза у всех голубые, кроме мелкого — у него карие. Томми смутился. Он всегда считал, что у него серые глаза, а у Мирко — зелёные. Но сейчас эта ложная информация им даже на руку. — Они похищали девушку один раз, — сказал следователь, — Домогательства и насилие отрицает. Говорит, что не трогали и вообще редко попадались на глаза. Она в основном сидела в подвале. — У них есть домработница или горничная, но почему-то каждый похищенный называет разные имена, — сказал капитан полиции, просматривая дело одного из похищенных, — Либо разные девушки, либо она представляется разными именами и не говорит настоящее. Кто-то говорил, что девушка вообще не называла своего имени. — Всё это очень странно! Записав всю известную информацию, Вихтинен психанул и кинул фломастером в пол. Сегодня они снова ничего не сделали для того, чтобы хоть как-то продвинуться в этом расследовании. Томми донёс всё увиденное и услышанное до Босса, и тот остался довольным его работой.