Библия от Азирафаэля

«Я странствовал вместе с пастухами, когда явился Гавриил и рассказал о рождении Сына Божьего. Первым делом я вознёс Ей молитву, а после мы побеседовали. Гавриил сказал, чтобы я приглядывал за семьёй, но не сопровождал, как было с Моисеем. Он почти сразу удалился. Давно я не видел его в таком приподнятом настроении, он почти светился! Нет, конечно, почти светился от радости, ведь в своём торжественном явлении людям ангелы светятся. Младенец спал, как и полагается любому ребёнку в таком возрасте. Благодать и Божественное присутствие внутри меня во много раз возросли — за время жизни на Земле я успел отвыкнуть от такого их количества, поэтому почувствовал какую-то эйфорию. Я давно не был так счастлив — наверное, с самого Сотворения мира и первых людей. Мы поклонились Младенцу и отправились благовествовать о Рождестве Христовом. Пока мы шли к ближайшим поселениям, я смог успокоить свой взбудораженный разум и всё обдумать. Радость сразу унялась — Иисусу уготована нелёгкая судьба. О ней на Небесах уже было известно, но я знал её содержание без деталей. Впервые за долгое время мне в самом деле страшно. Рядом со мной будет расти Сын Божий. Как я могу приглядывать за Ним, если Он во много раз мудрее меня? Мне кажется, я бесполезен в этом деле. Я даже не могу защитить Его — Он должен будет умереть. Господь будет смотреть на меня глазами Своего Сына и узнает, какой я бесполезный ангел. Страшно, очень страшно…»

***

Кроули, который был уже Кроули, нашептывал сидящему на камне Иисусу в ухо: — Ты же голоден. Преврати камни в хлеб. Или Ты не Сын Божий? Поешь, восстанови силы. Ты достаточно наголодался за эти сорок дней. — Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих, — он улыбался, демон не видел этого, но мог чувствовать. Он бы зарычал от злости — обычно люди были сговорчивее и могли согрешить даже от одного его присутствия, но всё же был профессиональным Искусителем и знал, что жертву пугать нельзя. Они переместились на крышу храма. Ветер трепал свободные одежды обоих. Иисус обернулся и осмотрел Кроули. Тот прилагал все усилия, чтобы подтолкнуть Сына Божьего к злу. — Посмотри, — с усмешкой начал демон, — Внизу — пустота. Не оставит ли Тебя Твоя Мать, если Ты шагнёшь в бездну? Её ангелы подхватят Тебя, если Ты оступишься. На секунду в его голове проскользнула мысль, что ему стоит стараться лучше, потому что в таком случае шанс увидеть Азирафаэля возрастёт. Иисус улыбнулся (улыбнулся так, будто что-то понял, или Кроули показалось?) и ответил: — Сказано: не искушай Господа, Бога твоего. «В таком случае я точно грешник», — думал Искуситель, вылетая с Сыном Божьим куда-то за пространство Земли. Его начинало порядком воротить от этой невинности, с которой ему отказывали. В то же время Кроули ужасно тянуло к Христу — хотелось прилипнуть и никогда не отходить. Так же было с Азирафаэлем. Демон тянулся к благодати, исходящей от них обоих. Она освещала его душу и ощущалась первым солнечным лучом, коснувшимся чешуи после длительного нахождения в холодной комнате. — Посмотри, — наиболее вдоховенно и проникновенно начал Кроули. Он ужасно гордился собой за тон, которым произнёс это единственное слово, — Посмотри, это все царства мира, вся их слава. Ты получишь их, если поклонишься Дьяволу. Представь, Иисус, всё будет твоим! — для демона было уже делом чести искусить этого упрямца. Он держал Христа за руки, чуть потрясывая. Его змеиные глаза лихорадочно блестели и бегали по спокойному лицу Божьего Сына в попытках отыскать малейший намёк на сомнение. — Грязная, наверное, работёнка? — неожиданно спросил Иисус. Он не только не потерял своей доброжелательности, но будто исполнился сострадания к замершему от удивления существу, — Искушать людей, окунаться в их грех? Кроули молчал. Он никогда не задумывался об этом, хотя порой на него волнами накатывало сильнейшее отвращение. — Я здесь… Должен болтать и сомнения сеять, — наконец произнёс он, наклоняя голову и под углом вопросительно глядя на Иисуса. — У тебя отлично получается, — улыбнулся он, — Не будь я Божьим Сыном, я бы сдался тебе после первого твоего слова. Не то чтобы я поощряю, нет, — он коротко рассмеялся, — Но эта затея была заранее обречена на провал. Я понимаю, силам Ада надо как-то заявлять о себе, — он сочувственно поглядел на демона. Кроули злился на всех вокруг, потому что понимал, что это правда, — Всё равно спасибо. Ты показал мне всю красоту мира. Теперь я уверен, что моя смерть не будет напрасна. — Зло содержит семена саморазрушения, так? — проворчал Искуситель, возвращая Иисуса в пустыню.