Теплая юность в майской раскраске.

—Тебе еще не надоело так кататься? Мы до площадки так никогда не доедем.—Возмущенно повторял Минхо. Джисон буквально останавливал его на каждом шагу. То кошечку увидит, то божья коровка на нос ему сядет, то везут его слишком быстро, капризный до жути он. —Ц, да дай ты мне спокойно погулять! Гуляй, а не бубни, как старая бабка, а то сейчас отведу тебя к соседке, поболтаешь с ней.—Цокнув произнес Хан, даже не обернулся. Все на карусель засматривается, а там лошадки, кареты и тыквы, нашел на что смотреть. —Пошли уже, я на качели хочу, не тебе же одному развлекаться. —Какой же ты нытик, Минхо! —Это я нытик? Ты сейчас договоришься у меня, я тебе сигарету не дам.—Пригрозил Хо. У Джисона не было друзей постарше, как у Ли, так что зачастую ему приходилось делиться с этой занозой. Самое интересное, что такая угроза правда работала. —Ой ладно! Пошли уже, вон и площадка кстати, беги к качелям, а я пока что сам доеду, чтобы тебе не надоедать.—Парень отпустил теплую руку. —Не задерживай только, хорошо? Пожалуйста, я хочу с тобой поговорить и просто побыть рядом, пока никого нет на площадке.—Жалобно проговорил Минхо. Сейчас сделает милые глазки и возлюбленный точно не устоит. Это так же один из его приемов, хотя сейчас уже было не понятно, он ли это или просто крик души. —Ну хорошо, раз ты так просишь, то постараюсь.—Младший подставил щеку, сокращение его времени это не дешевое удовольствие, но Хо отделается лишь один поцелуем. Юноша послушно чмокнул избранника в щеку, пока никого нет по близости, а в особенности всяких пожилых женщин, которые начали бы орать на них за пропаганду такой мерзости. А то еще и подойдут и сделают что либо. Это конечно не желательно. —Все, я побежал, жду тебя!—Ли скрылся за поворотом, побежал к площадке. Главное, чтобы он сейчас коленки не разбил, а то опять придется его битый час уговаривать обработать их йодом. Время то идет, солнце все ниже опускается к земле. Еще час и будет темно, надо бы поторопиться, а то в темноте на скейте не покатаешься. Переломать все себе только можно. Джисон оттолкнулся он дороги, покрытой асфальтом с рисунком велосипеда. Ему бы не стоило тут ездить, то его это не волновало. Ветер приятно пробирал до костей, жара спадает и на улице все более приятно. Птички поют, звук льющейся воды из фонтанов и шелест листьев. Красота. А еще и любимый человек сидит на площадке и послушно ждет. Нельзя заставлять его ждать, их время сочтено. *** —Заждался?—Раздался голос позади Минхо. Хан напугал его, как и всегда. У Ли скоро волосы седеть начнут, а возлюбленный только и ждет этого, мол скоро и так на пенсию. Многого он хочет конечно. —Ну наконец-то, мне надоело тут одному торчать.—Закатив глаза Хо оглядел парня напротив. Он такой смешной с взъерошенными волосами, ветер постарался. Захотелось даже рассмеяться, но надо держать себя в руках. —На чем торчишь?—Ехидно улыбнувшись поинтересовался младший. Опять эти его шутки, но на них уже есть пару сотен замечательных ответов. —На тебе. А теперь садись уже. —Ну как скажешь, Минхоша.—Джисон залился смехом. Сам пошутил, сам и посмеялся. Ничего не остается делать, если его шутку не оценили, а она между прочим была одна из самых лучших. —Иди сюда, шутник хренов. Юноша протянул руки, чтобы заключить любимого в теплые и крепкие объятия. Как же хорошо, что вечер четверга это не вечер пятницы или субботы. Сейчас бы тут было море детей, взрослых, да и вообще весь парк был бы заполнен так, что тут уединиться нельзя было. А в данный момент тут ни души. Все сидят дома, делают уроки и отдыхают после рабочего дня. Юноши тоже были бы не против так отдохнуть, но по одному домой возвращаться не хотелось, да и закроют их там. Наверняка родители уже вернулись, а мама Джисона уж точно. На его телефон то и дело поступали звонки и сообщения, поэтому он просто кинул его в рюкзак к Минхо и сел к нему. Мальчишкам было комфортно даже в тишине. Они обменивались взглядами, оба смотрели друг на друга влюбленными глазами. Вроде бы такая мелочь, но эти незначительные взгляды говорили намного больше, чем просто слова. Порой действия передают то, что мы никак не можем сказать. Теплые руки, нежные поцелуи и миллион слов, сказанных шепотом друг другу. Что еще надо для счастья? Наверное принятие такого союза людьми вокруг. Скрываться очень трудно, да и делать вид просто дружбы тоже. Слишком большой риск сорваться, что и случилось с Джисоном вчера. Он не вытерпел и прям у входа прижал Минхо, собственно из-за этого они и тут. Не легко отличаться от остальных, еще сложнее идти против системы, когда все пытаются вас разлучить. Какие же правильные все стали. Пока кто-то из подростков возраста этих двоих беглецов курит, творит непонятно что за гаражами и распускает руки, они всего лишь хотят быть вместе. С каких пор на подобных особей, которые творят вещи намного хуже, стали обращать меньше внимания, чем на просто подростков с нетрадиционными предпочтениями? Ах да, они же наверное мотивируют других стать точно такими же, это же так легко получается! Подобная несправедливость очень злила, это же не честно. Столько всего приходится проходить ради того, чтобы просто быть счастливыми. А ведь всего этого можно избежать, если общество просто примет то, что есть люди, которые отличаются от стандартов. —Сонни, а ты помнишь, как мы познакомились?—Вдруг прервал тишину Минхо и убрал руку, которую уже полностью расцеловал Хан. —Хах, если ты про тот урок, то да. Учитель так смешно бегал с этим халатом, пришлось его водой залить.—Джисон рассмеялся. Хорошие воспоминания. —А помнишь, что мы сказали в тот день, когда признались друг другу?—Хо ехидно улыбнулся. Он обожал это вспоминать. —Мы с тобой тогда сидели за одной партой, я твою домашку спер и ты сказал «Я хочу убить тебя». А я лишь рассмеялся, после чего ответил «Хочу влюбить тебя». Видел бы ты свое лицо, никогда его не забуду. —Такое оригинальное признание мне еще никто не делал, никогда его не забуду. А вот Бусю и Мусю помнишь? Это тот кот и кошка у тебя во дворе. Мы их еще кормили постоянно.—Юноша положил голову на плечо ближнего. Улыбка не сходила с лица. Столько приятных прожитых моментов, так и хочется их прожить вновь или же прожить еще больше такого. У них же вся жизнь впереди! Или же нет? —Конечно же я их помню! Жаль, что я так и не смог забрать их домой, а ведь в тот день я все таки уломал маму.—Джисон сделал паузу, вспоминал что-то.—Даже кошки смогут прожить дольше. —Как же я давно не слышал эту фразу от тебя. Я рад, что счастье кошек продолжает жить даже после их смерти, так они продолжают жить, пускай даже не физически. —Мы же так же, как и они, будет счастливы вместе после смерти?—Странный вопрос. —Конечно же, Сонни! Мы будем вместе всегда, даже смерть нас не разлучит. Ты же знаешь меня, как этот город.—Весело ответит Минхо, но с грустью шепотом проговорил себе под нос вопрос, который засел в голове еще со вчера.—Может быть в следующей жизни мы сможем быть вместе? Смерть не разлучит парней, а родители разлучат. Беглецы совсем потеряли бдительность, слишком сильно погрузились в воспоминания забыв о том, что у Хана включено местоположение. Вот же дурак. Разговор прервал крик примерно в пяти метрах от беглецов. —Джисон, живо иди сюда! Ты допрыгался уже, я из тебя всю твою дурь выбью!—Не сложно догадаться кто это. В этот раз Хану уже не выкрутиться, мать все видела. Ой что же его ждет, надо удирать пора не поздно. —Мам, не кричи, я не вернусь домой!—Крикнул на последок парень, схватив ничего не понимающего Минхо за руку и бросив скейт в сторону. С реакцией у Ли было плохо, но уже через пять секунд он сообразил, что произошло. Женщина направилась прямо за парнями. Она явно была очень злая и если сейчас поймает, то обоим точно не поздоровится. Парни никогда не думали, что будут удирать от кого-то, а уж тем более от человека, который может запросто разрушить все их мечты и будущее вместе. Этого больше всего боялись оба, как же они будут друг без друга? Уж лучше они будут шататься по городу, но зато вдвоем, они смогут сделать и вытерпеть все что угодно, главное, чтобы они были вместе. Они — самое ценное достояние друг друга. Расстаться означало смерть, они умрут от тоски. Как же сильно хотел спокойной жизни и понимания со стороны окружающих, а не травли. С каких пор люди должны скрывать любовь? Какой бы она не была, все равно остается ей. Разве правильно заставлять людей жить несчастливо, но зато по заданным рамкам и стандартам? Да к черту всë и всех. Минхо и Джисон не собираются так жить, а уж тем более скрываться и каждый раз вновь бояться разлуки. От осознания жизни, которую выбрали мальчишки, по щекам Минхо потекли слезы. Им не быть счастливыми в этом мире, среди людей, которым стандарты важнее чувств. Им не быть на равне со всеми, им не жить нормально. Дыхание сбилось, ноги устали, но продолжали бежать. Никто не смотрел по сторонам, никто не заметил, как покинул парк, никто не заметил дорогу и несущуюся по ней на полной скорости машину. Три секунды разделили жизнь на до и после. Три секунды, за которые нельзя ничего изменить. Три жалкие секунды, за которые даже нельзя поцеловать в последний раз. Больше не будет поцелуев, в парке был последний. Всего одна ошибка, незначительная деталь. Удар. Лужа крови. Скрип тормозящих колес и громкий пронзительный крик. Проспект был слишком оживлен сегодня и в этот день на нем оказались тела двух парней, чьи руки были навсегда скреплены, их сердца так же остановились в одно время. Как они и обещали друг другу, расстались с жизнью вместе и с улыбкой, ведь теперь все будет по другому. Все будет иначе и не так, как вчера, ведь сегодня значительно лучше. Перед глазами пустота, теперь она будет всегда? *** Звук сирены раздавался на всю улицу. Толпа зевак окружила место происшествия, пытаясь разглядеть то, что находилось в центре, какие же люди любопытные. Хотя это ожидаемо, половина движения проспекта перекрыта. Даже кошки сели на бордюр возле места трагедии, как будто ждали кого-то. В нашем случае начало новой истории долгой любви. —Чего это они окружили нас?—Парень, находящийся в центре событий, аккуратно встал с холодного асфальта, не понимая, что произошло. Но он сразу же бросился к лежащему рядом еще толком не придя в сознание.—Эй, Сонни, вставай! Через пару секунд Джисон открыл глаза, так же с удивлением смотря по сторонам. Увидя Минхо он сразу же бросился ему на шею. Оба не понимали, что произошло. Толпа, машины, сирены, плачущие родители. Все такое странное, а ветер еще и пробирает до костей. —Что случилось? Почему мы тут сидим? Вставай, замёрзнешь сейчас же!—Хан поспешил встать, поднимая за собой и Хо. Тот чуть не упал, пока пытался это сделать, трудно все таки. Но когда они встали дар речи пропал, как будто его и не было. Картина была не из приятных. Перед ними лежало два тела. Два тела, принадлежащих им. Они лежали совсем рядом в луже собственной крови, которая смешалась и пропитала асфальт. Толпа медиков уже подбежала к телам. Все напоминало сон, ведь не может же такого быть. Или все таки может? Столько вопросов, но ни одного нормального ответа, лишь воспоминания, которые понемногу возвращались и складывались в одну картину. —Минхо, мы умерли.—Спустя минуту молчания выдавил из себя Джисон, сам еще до конца не осозновая.—Мы умерли, слышишь? Мы не пережили то столкновение. —Но как же такое может быть, я же прямо сейчас вижу тебя перед собой?—Минхо с непониманием смотрел на возлюбленного, на лице которого появлялась улыбка. Почему же он улыбался? —Мы тени наших душ, Минхоша. Мы теперь свободны. Нам больше никто не помешает быть счастливыми, нас никто не видит, мы в другом мире, где только мы. Можно больше не скрываться, ведь нет смысла! Осознание произошедшего все никак не могло придти. Неужели этот тот мир, где можно быть собой, где нет запретов и рамок? Тут можно быть счастливыми, можно больше не скрываться. Парни с улыбкой смотрели друг на друга, пока сжимали руки друг друга все сильнее. Ветер играл с их волосами, солнце освещало лицо и окутывало вечным теплом. Больше нет правил и осторожности. Мальчишки последний раз посмотрели друг на друга и так же, по прежнему державшись за руки, рванули по тротуару громко смеясь. Это был самый счастливый и искренний смех из всех возможных. Впереди ждет только хорошее, там Минхо и Джисона ждет счастье. Теперь только они есть друг у друга, сейчас слова родителей «вы больше не встретитесь никогда» вызывают лишь улыбку. У вечной любви нет смерти и нет преград. Глядеть на два недавних надгробия с датой 25.05.23 даже не будет грустно, ведь этот конец лишь начало. Начало, когда не нужно будет думать о том, как скрыться и не выделяться, когда не надо слушать взрослых и думать о завтрашнем дне. Каждый уголок города теперь пропитан счастьем. Душа никогда не умирает, пока она счастлива и у нее есть шанс на это счастье. Души Хана и Хо сейчас счастливы как никогда ранее. Они бегают по городу не боясь осуждения, рвут цветы, гладят кошек и стучатся в окна вредных соседок, которые запрещали им рвать их сирень. И что же они на это скажут? Ничего! Абсолютно ничего! Нет ничего лучше свободы, пускай даже такой, не совсем настоящей, но и не фальшивой. Раз не при жизни, то после нее она должна быть. Мальчишки это заслужили, они должны рано или поздно быть счастливы. Все те, кто скрываются, боясь осуждения, заслуживают этого. Не каждый смог пройти бы такое и не прогнуться под давлением, которое сводит с ума. Запрыгнув в первый попавшийся трамвай Минхо и Джисон, как впервые, начали рассматривать пейзажи за окном, по прежнему не отпуская руки друг друга, будто боялись потеряться, но больше такого не произойдет, никто и ничто не сможет спрятать парней друг от друга. А вот и школа за окном. —Прощай, наш «любимый» завуч и охранник. Вы нас больше не увидите у себя в кабинете и на пороге. Надеюсь, что вы будете счастливы от этого, хотя кто ж вас знает.—Хихикнув произнес Джисон и сел на место рядом с возлюбленным, на коленях которого лежал небольшой пушистый комок. Это котенок кондуктора, который уже стал знаменитостью. —Ну что, пойдем как всегда во двор? Сделаем то, что давно хотели?—Ехидно улыбнувшись поинтересовался Ли, заранее зная ответ. Двор Джисона навсегда останется тем самым местечком, в котором всегда будут рады мальчишкам. Пускай рады будут только коты, но это совершенно не плохо. —А ты прям так и тянешься туда, конечно же мы пойдем туда, котеночек мой.—Хан прильнул к любимым и желанным губам, которые отдавали вкусом виноградной газировки, которую Минхо любил до безумия. В этот раз от поцелуя были совершенно новые эмоции. Маленькая мечта сбылась, пункт «поцеловаться в сорок втором трамвае» успешно выполнен. Внутри было лишь спокойствие, счастье и чувство свободы. Теперь возможно все, можно воплотить все свои мечты в реальность. Пейзаж за окном вновь сменился. Большая площадь, окутанная золотым светом и знакомая многоэтажка. —Прощай дом и отец, который делался все, чтобы избавить меня от частички себя же.—Проговорил на этот раз уже Минхо. Беглецы прощались с местами, где были несчастны, ведь сейчас они направляются туда, где не должно быть и мысли о плохих событиях, которые были до. —Рад, что больше не увидишь свою темную комнату?—Поинтересовался улыбающийся собеседник, с которым Хо проведет целую вечность, а главное, что она будет счастливой. —Радуюсь, что не получу за испорченную клумбу ни в твоем, ни в моем дворе.—Серьезность сейчас ни к чему. Многоэтажки сменялись такими же панельками, набережные парками, а магазины ларьками и старыми остановками, одна из которых наша и по совместительству конечная. А вот кстати и она. Чмокнув Минхо в щеку и посмотрев в его глаза, которые со всей любовью смотрели на него и сияли так, будто в них звезды, аккуратно взял за руку и со смехом вывел возлюбленного из этого душного транспорта. Жаль, что пушистика пришлось оставить там, но они еще обязательно встретятся! Знакомая тропинка вела к знакомым домам, наполненных счастливыми воспоминаниями. Пора бы создать парочку новых. Надо только вновь пересечь арку, но надо наконец-то оставить на ней свой след. Рядом валялся баллончик с краской, на который парни хитро поглядывали, оба понимали, что хотят сделать. Первым осмелился Джисон, взяв баллончик он нарисовал немножко кривую половинку сердца, которую Минхо должен дорисовать, чтобы навсегда связать их. Это серьезный шаг, но Ли не раздумывая сделал то, что так давно хотел. Мальчишки заинтересовано исследовали двор, в котором были каждый день, но сейчас он казался совершенно другим. Он старый, но по настоящему чарующий и в нем воплощали все свои желания в реальность беглецы. Например, Минхо поцеловал Джисона прямо у подъезда, даже не скрываясь. Сделал он это прям перед окном соседки, которая то и дело гоняла их. Это ей месть, а заодно и исполненная мечта. Хан в свою же очередь усадил его на коленки, пока тот игрался с его выжженными, но мягкими, волосами. Оба хихикали, радовались и качались на качелях, как дети, пытаясь поймать ладошками солнце, которое ослепляло их своими лучами, хотя тут по большей части виноваты их челки. Сегодня как минимум три мечты исполнились. Это были самые заветные, но осталась одна последняя. Старые качели скрипят, а карусель превращается в место бесконечного смеха, пока ветер шаманит над прической, которая и так выглядела не очень. В первые двор с неподдельной радостью принимал парней и показывал им иной мир, который они так хотели испытать раньше. Они не хотели скрываться, притворяться и вести себя прилично, поэтому прямо сейчас делают все на перекор всем. Минхо и Джисон со смехом вспоминают, как им хотелось кричать о своей любви друг другу, прокусывать любимые губы до крови и целоваться на виду у всех, забывая о том, что мама не одобрит такое, ведь сейчас им все равно на все принципы и на ее мнение, они его больше никогда не услышат. Сейчас ничего не мешает, ведь это тени душ ходят по дворам. Никто вокруг не видит двух до жути счастливых мальчишек, которые больше никогда не вернутся домой и не потеряют друг друга из-за гомофобных родителей. Это счастье, вечная свобода рядом с любимым избранником, с которым Минхо даже после смерти. —Сонни, смотри!—Ли спрыгнул с качелей и указал рукой на две знакомые пушистые фигуры, это та самая Муся и ее навеки любимый Буся. Именно их тут и хотели увидеть парни. Они догадались, что эта парочка наверняка сейчас там же где они. —Пошли быстрее к ним!—Весело проговорил Джисон и направился к лавке, на которой отдыхала пушистая пара. Они ни чуть не изменились с их последней встречи, а Минхо все так же подходил к ним сзади, но Хан опередил его, на что в ответ получил толчок в бок и привычную фразу «Ты знаешь меня, как этот город». —Наконец-то мы встретились!—Тихо проговорил Хо и сел с краю лавки, на другой же край сел младший. Кошки будто бы улыбались, они так обрадовались при виде знакомых, хотя в их глазах была вида и печаль. Все таки парни, как и они, не смогли быть счастливы при жизни, ведь их так же не приняли. Пушистые друзья залезли на колени к мальчишкам, позволяя им сесть ближе к друг другу. Это очень мило с их стороны. —Получается, что нас так и не приняли при жизни,—Начал говорить Минхо, сидящей на его коленях Мусе. Она внимательно слушала, как человек. Да и понимала все не хуже и была по настоящему счастлива видеть парня. —Но приняли после нее.—Добавил Джисон, поглаживая кота, который облизывал его палец и ласкался. Солнце почти село за горизонт, небо теряло свои краски, а птицы постепенно умолкали. Было слышно лишь мурчание кошек и смех Минхо и Джисона, которые впервые чувствовали себя свободными.