Purr-fect Cafe

      Удивительно, но с момента их разговора Джей начал становиться все ближе к Чонвону.       Чонвон просто появлялся из ниоткуда. Джей списал «суперспособность» к ряду той же, которая позволила новому другу отправить письмо на пятый этаж общежития. Конечно, характер их сближения оставался непонятен. Чонвон встречался Джею во время перерыва, часто становился к нему и Сонхуну в компанию, — так подтягивались и Сону с Минджи, — но никогда не выказывал радости при встрече с Джеем. Скорее изображал презрительный холод, с которым он слегка прикрывал глаза, глядя на друга и зажатую между пальцев сигарету. Чонвон ненавидел сигаретный дым куда больше, чем самого Джея. Однако, стоило Джею не закурить в присутствии Чонвона, как…       — Ты разве не собирался закурить? — выгнув бровь, спросил Чонвон. — С первой пары не видел, чтобы ты прикасался к сигаретам. Неужто бросаешь?       — Вроде того, — Джей усмехнулся. Минджи широко улыбнулась.       — Это же хорошо! Меньше вреда здоровью и…       — Кого ты обманываешь? — на лице Сонхуна отразилось откровенное замешательство. «Земля плоская» — сродни такого стало предположение о том, что Джей выбрал бросить вредную привычку. — Придем в общагу, и снова запыхтишь, как паровоз.       Джей неловко улыбнулся, чувствуя, как чонвонов взгляд начинает потихоньку проедать в нем дыру. Смотреть в его сторону не хотелось; Джей обернулся к Сону в поисках защиты. Сону, как и Минджи, были близкими друзьями Чонвона, однако никогда не останавливали друга от недовольства.       — И с какой стати этот цирк тогда? — цинично спросил Чонвон. — Настолько углубился в геройские будни, что подчищаешь свой образ?       — Тебе же самому не нравится, когда я курю, — отметил Джей осторожно. — Вот и решил при тебе не…       — Дурак? — скорее утверждение. — Делай, что хочешь. Я не твоя мама, чтобы запрещать.       Так растерянно Джей еще не курил. Сонхун хохотнул после, мол, Джея запугивают игровые дизайнеры.       Но Сону и Минджи, в отличие от их странного (Джей пока не смог выбрать другого слова) друга, были всегда настроены по-доброму к иностранцу. Сону ко всем был мил по своей природе. Он не отказал компании Сонхуна, когда они впервые встретились, да и многим во дворе университета махал рукой; уже после первой недели обучения создавалось впечатление, что Сону — какая-нибудь звезда шоу-бизнеса, удосуживающая других своим вниманием. Знакомых у него было больше, чем людей в университете. Минджи предпочитала крутиться в их маленькой компании, но Джей ей определенно нравился. Ни раз она невзначай брала кофе для друга, объясняя это тем, что хочет показать Джею добрый менталитет Кореи. Джею было приятно, но не более.       С Чонвоном было… по-другому. Уникальный опыт. Джей ломал голову какое-то время, из-за чего вдруг Чонвон стал чаще появляться в его окружении и даже шарахался материализовавшегося за спиной первокурсника, когда тот неожиданно громко здоровался. Он как кот — приходил и уходил, когда вздумается, но даже так не складывалось впечатление, что инициатива в общении исходит от него. В итоге, Джей все-таки попросил парня обменяться контактами.       Их переписки соответствовали и коммуникации в жизни.

Диалог с пользователем: Чонвон

      Вы, 11:59.       Ты не видел, я не оставил на улице свою зарядку?

Чонвон, 12:15 зарядку? зачем ты ее доставал на улице?

      Вы, 12:15       Так вышло       Вы, 12:23       Чонвон?

Чонвон, 12:44 после пары отдам

      Вы, 12:44       Спасибо большое       [Стикер]       Вы, 12:50       Где ты?

Чонвон, 13:10 проверь в сумке

      Вы, 13:10       Когда ты успел?       Вы, 13:21       Ладно, в любом случае спасибо…       Чонвону же казалось, что его вынудили подписать смертный приговор.       Приглядывать за человеком — дело не из легких. У Джеюна всегда все получалось прекрасно. Хисын из дома выходил редко, а если выходил, то ненадолго, да еще и соблюдая все возможные (и невозможные) правила осторожности: не ночью, через дорогу на зеленый свет, обходя сомнительные районы. Джеюну было достаточно проснуться утром, чтобы весь последующий день не давать Хисыну попасть в неприятности.       А вот Чонвону не повезло. Вместо порядочного и нормального человека, вроде Хисына, судьба швырнула ему в лапы дурака, так и выискивающего проблемы на каждом шагу. Джей не был плохим человеком, но в этом и была вся суть проблемы. Джей был слишком хорошим.       Чонвону не впервой было встречать таких личностей. Сону тоже был хороший — любил людей, помогать им и оказываться рядом, когда нужно. Но, в отличие от Сону, у Джея абсолютно отсутствовал инстинкт самосохранения. Конечно, они жили не в военное время или в эпоху, когда каждый неверный шаг — опасность, но даже бытовые, мелкие дела у Джея выходили из рук вон как плохо. Стоило отвернуться на секунду, и вот Джей уже споткнулся на лестнице, пытаясь не дать телефону Сонхуна упасть первым. Чонвон тогда едва ли успел схватить за капюшон и оттянуть назад, чуть было и сам не полетевший вслед за «другом». Телефон Сонхуна уцелел, Джей тоже. Чонвону казалось, что его опозорили и задели гордость. Он ушел, вовремя удержавшись от того, чтобы выдать Джею почетный подзатыльник.       От слова «друг» Чонвону хотелось самому прикончить Джея. Джей первый начал называть так Чонвона, не зная, что у котов дружба с людьми ни чем приличным не считается. Даже Минджи и Сону Чонвон считал приятелями, знакомыми, удобными людьми, но никак не друзьями. Но и хозяину, — еще хуже, чем другу, — Чонвон перечить не мог.       — А что плохого? — наклонив в бок голову, спросил Джеюн. Он лениво перекатывал вытянутыми вдоль стола руками мячик. Чонвон легким движением сбил игрушку со стола. Джеюн недовольно промычал.       — Все! — фыркнул Чонвон. — Как давно люди и кошки — друзья? Разве не наши собратья тысячу лет назад заключили соглашение, означающее, что наши виды никогда не будут вступать в союзы?       — Но ведь есть одно исключение, Чонвон-а. И мы оба под него попадаем, — Джеюн улыбнулся. — У нас есть хозяева, потому что они нам помогли. Поэтому мы обязаны быть рядом с ними, и…       — Все-все, — Чонвон замахал рукой. — Я понял. Знаю. Но дружба… Разве не слишком?       — Почему? — Джеюн наклонил голову в другой бок, захлопав тускло-оливковыми глазами. — Мы тоже с тобой дружим. И с Моккой, и с другими котами. Что в этом плохого? Я не думаю, что это плохо, Чонвон-а. Я и с хеном дружу, и ты тоже. И Хисын-хен совсем не против. Ты думаешь, Джей против?       — Я думаю, я ему не нравлюсь, — произнес Чонвон. Джеюн как всегда воспринял по-своему.       — Тогда это надо исправлять! Чонвон-а, приводи его к нам, а? Наше кафе всегда сближает людей, Хисын-хен так говорит! Думаю, если ты приведешь Джея сюда, вы сможете сблизиться, и ты ему понравишься. И тогда…       Хисын, поставивший на стол выкинутый Чонвоном мячик, привлек внимание Джеюна. Тот сразу перехватил в руки игрушку и отдал ей все свое внимание. Владелец кафе повернулся к младшему брату, который вновь выглядел серее тучи.       — Джеюн прав, — произнес он. Чонвон от услышанного даже воспрянул духом и выровнялся.       — Джеюн прав?       — Да, — Хисын сел с ними за стол. Несколько посетителей отдыхали в кафе, но были достаточно далеко от его работников, чтобы слышать разговор. — Приводи его к нам, и Сону с Минджи возьми. Я рад, когда ты приводишь гостей.       Благо, увлеченный мячиком Джеюн не услышал ненавистного имени.       — Ты не понимаешь, — Чонвон вздохнул и уставился в одно из окон. Зеркальная от угла обзора надпись на нем гласила: «Friends». Только глаза мозолила. — Он не похож ни на Сону, ни на Минджи. От него одни проблемы!       — Да ну, — Хисын дернул бровями. — Какие?       — Он постоянно хочет всем помочь. Не важно, дать свой конспект или полезть на дерево за воланчиком на физкультуре. В общаге постоянно помогает своей вахтерше лезть на чердак. Ты видел лестницы на чердак? Просто кошмар, — Чонвон запустил руки в волосы и распушил темные пряди. — Я не успеваю жить с таким ритмом. Ну почему он такой?       — Какой? — повторил аналогичный вопрос Хисын. Он параллельно поглядывал на посетителей, убеждаясь, что никто не думает пока уходить и просить счет.       — Я не знаю! — выпалил Чонвон, затем набрал больше воздуха в легкие и продолжил спокойнее, но все еще раздраженно. — В каждой жопе затычка.       — Чонвон-а! — возмутился Джеюн, услышавший нецензурную брань. Чонвон отчетливо представил, как вместе с возмущенным взглядом фантомные кошачьи ушки прижимаются плотнее к голове, а хвост ходит ходуном. — Мы же на работе, Чонвон-а. Нельзя так.       — Так иди и работай. У меня выходной сегодня.        Чонвон сложил руки на груди. Джеюн переглянулся с Хисыном и, получив от него одобрительный кивок, в самом деле отправился проверять, как дела у посетителей. Хисын наконец вернул все свое внимание к младшему брату и сочувственно улыбнулся.       — Люди разные, как и коты. У каждого свой характер, — рассудил он. — Джей просто хочет помогать другим. Разве это плохо?       Чонвон крепко сжал челюсть. Нет, не плохо.       — Я не понимаю его, — выдохнул «кот». — Ладно я. Понятно, зачем таскаюсь за ним, как умалишенный. Но он пытается угодить всем.       — Поэтому и пригласи его к нам, — улыбнулся Хисын, поднимаясь с места. — Совместное времяпрепровождение вне университета сближает. Ты все равно не избежишь судьбы. Так, может, и поладите.       Хисын был прав, но Чонвон встал с места и молча ушел в свою комнату. Это все было слишком. Владелец кафе тихо посмеялся и обернулся на позвавшего его посетителя. И все-таки счет.       Теперь появилась новая задача: пригласить Джея в кафе. С одной стороны, это просто. Подойти, предложить, и вот, они уже здесь. А с другой, они с Джеем и не разговаривали толком. Манера общения Чонвона от природы отталкивала людей, исключением стал давно подружившийся с ним Сону, который еще в младшей школе зачем-то прилип к Чонвону, как банный лист. Минджи шла с ним в комплекте. В итоге оба каким-то образом свыклись с своеобразной природой Чонвона и его вечно-злобном отношении к окружающим. Возможно, потому что с ними Чонвон, как говорил Хисын, менялся.       Но с Джеем Чонвон еще не был близок настолько, чтобы адекватно здороваться при встрече, чтобы вместе гулять или просто проводить время. Пару фраз во время перерыва, проскользнуть незамеченным по коридору, в кошачьем облике проводить до дома, задержавшись под окном пятого этажа, — это все можно, но строить диалог…       Чонвон молча уставился на Джея, проедая дыру в виске юноши. Сегодня похолодало, и долго на улице стоять было не комфортно. Еще этот дурак снова достал сигарету. Как бы пальцы не отморозил. Чонвон подумал, что в следующий раз на пятый этаж притащит перчатки.       Джей говорил с Сонхуном о каких-то аниме. Чонвон знал об этом жанре, даже смотрел вместе с Джеюном парочку, но вклиниться в разговор о чем-то только вышедшем не мог. Он плотнее закутался в кожаную куртку, слишком большую самому по размеру, и с шумом выпустил воздух из легких. Удивительно, но это привлекло сразу обоих информатиков.       — Ты что, анти-анимешник? — выдал Сонхун. Чонвон не смог удержаться и одарил его презрительным взглядом. Первым засмеялся Сону, высказавшись о том, как кринжово сам по себе вопрос прозвучал.       — Нет, просто не понимаю, о чем вы говорите, — хмуро пояснил Чонвон. Смешного он ничего в ситуации не находил, но то, что его вот-вот опозорят, почувстсвовал. — Как, еще раз, называется?       Теперь настал момент Минджи удивляться. Улыбка медленно сползла с лица девушки.       — Тебе интересно такое? — спросила она. Чонвон резко кивнул.       — Да. Я хотел узнать больше про… что вы там говорили, — неуверенно закончил Чонвон. Суть диалога вылетела из головы, стоило Джею неожиданно ярко ему улыбнуться.       — Третий сезон «Синего Экзорциста» выходит. Ты смотрел предыдущие? — осведомился Джей. Чонвон кивнул, силясь выглядеть уверенно. — Тогда присоединяйся к нам. Сегодня как раз выходит новая… Ты не хочешь?       Чонвон и сам не понял, как нахмурился. Джей притих, подумав, что слишком увлекся одной из любимых тем для обсуждения. Обиженным он не выглядел, — кажется, Джей не умел обижаться, — но озадаченным точно.       — В другой раз, — как можно более не грубо постарался Чонвон. — Я хотел…       И сам умолк. С каждым разом разговор выходил все хуже. Почуяв неладное, Сону первый решил закончить неловкую ситуацию и закинул обоим парням руки на плечи, слегка привалишвись собственным весом. Чонвон ненавидел эту привычку и привычно дернул плечом. Рука на нем сжалась сильнее — кажется, Сону первый начал понимать, что с Чонвоном происходило, поэтому и подмигнул ему, прежде чем заговорить с Джеем.       — Хочет-хочет! — выдал Сону. Чонвону захотелось зашипеть и дать лапой другу по лицу; настолько животные желания появлялись редко для оборотня. — Наш Чонвон очень любит аниме, да и во-о-обще-е-е…       — Не хочу, — твердо выдал Чонвон, наконец скинув с себя руку друга. Сону отошел на шаг, прячась за Джеем. — Я о другом хотел попросить!       — О чем? — спросил Джей и слабо улыбнулся. Чонвон сжал кулаки. Взгляд Минджи непонимающе запрыгал между всеми присутствующими. Сонхун выглядел не лучше.       — Пошли все вместе в кошачье кафе.       Молчание. Долгое, в котором пепел с сигареты Джея грустно упал на землю вместе с оставшимся там табаком. Чонвон сказал это таким тоном, будто заявлял об убийстве человека. Желание обернуться котом и дать деру становилось все сильнее. Если бы не спрятанный в сумке ноутбук, Чонвон бы давно забил на следующую пару и отправился домой так, чтобы только подушечки лап сверкали.       Публичное унижение своими же устами.       Удивительно, но идею, после неприятной паузы, поддержали. Чонвон даже пропустил момент, когда в числе диалогов КакаоТолка появилась новая группа: «автор мудак». Конечно, созданная Сонхуном. Помимо знакомых лиц, Чонвон там также обнаружил некто Вонен. На аватарке был хомячок с прифотошопленным бантиком. Как позже оказалось — подруга Сонхуна и Джея. Беседа была создана для их «компании» — мол, тут можно все обсудить, да и потом может понадобиться, а еще посмотрите на мем из тиктока, а вот Минджи думает… Чонвон поверить не мог, что это все происходит в самом деле, и далеко не в позитивном ключе. Сообщения сыпались бесконечно, уведомления пришлось отключить.       Назначили встречу на завтра. Пары по четвергам у обоих курсов удачно заканчивались в час дня, так что можно было спокойно отправиться в кафе и пообедать заодно. Сегодня у игрового дизайна же окончание лекций так же пришлось на это время; информатикам пришлось сидеть до шести. Чонвон, поймав момент, пулей вылетел домой после пары, а после вернулся в университет в обличье кота. Хисыну ничего не сказал, но тот, кажется, и так все понял, ведь умирающего от непонятной тревоги Чонвона встретил с улыбкой.       Теплый слой шерсти лучше всяких курток прятал от прохладного ветра. Университет медленно пустел. Люди только уходили, и с каждым перерывом в его дворе оставалось все меньше студентов. Эспрессо запрыгнул на одну из не самых высоких веток дерева и лениво вытянулся вдоль нее, зевнув. Отсюда открывался отличный вид на кабинет, где сидел Джей. Студент сосредоточенно пялился в экран собственного ноутбука. Иногда к его месту подходил преподаватель, вносил правки, и уходил снова. Методичный процесс чужой работы успокаивал уставшие кошачьи мозги. Хотелось спать.       Эспрессо навострил ушки и поднял голову. Нельзя. Его обязанность — охрана его человека, о каком таком сне может идти речь? Хвост недовольно забил по ветке. Хотелось домой, лечь в теплую кровать, выдохнуть и проверить, что такое этот самый «Синий Экзорцист». Но нет, неделю назад человек спас его из-под колес машины и вынудил до конца собственной жизни за собой приглядывать. Ушки поджались к голове.       Ну зачем?       Джей, будто заслышав чужие мысли, повернулся к окну. Эспрессо медленно отвернулся: чхать ему на этого человека! Судьба так судьба — это не значит, что он будет наблюдать за ним каждую секунду жизни.       Проходит еще какое-то время, прежде чем уставшие студенты наконец-то выходят на улицу. Эспрессо прижал хвост к телу и подмял лапы удобнее. Не было смысла слезать сейчас и бежать хвостиком. Лучше было выждать, пока Джей отойдет, и только потом пройти незаметно следом, как он и делал всегда. Эспрессо сонно прикрыл янтарные глаза. Может, ему удастся и поспать недолго, пока…       Кот подскочил от неожиданно-громкого звука. Проезжающая мимо университета машина просигналила так громко и так не кстати, что Эспрессо даже не успел удержать равновесие, соскочив сразу тремя лапами с ветви и повиснув на одной. Зрачки рефлекторно сузились, из горла прозвучало жалобное «мяу», когда страх охватил все пушистое тельце. Эспрессо, Чонвон — оба облика ненавидели высоту, и падать с нее — тем более. Даже незначительное расстояние до земли для кота превращалось в бездонную пропасть. Он снова отчаянно мяукнул, чувствуя, как когти медленно скользят с ветви ниже. Вторая лапа безрезультатно махнула по воздуху, неудачная амплитуда приблизила ужасный исход.       Когда коготь окончательно оторвал тело от ветви, Эспрессо зажмурился, готовый распрощаться с одной из девяти заветных жизней.       Хлоп.       Земля оказалась ближе, чем казалось; боль не пришла вовсе. Кот распахнул глаза, перевернулся, пытаясь подавить панику и не убежать в этот же момент. Его крепко прижали к теплой куртке, намертво схватившись в пушистые бока. Эспрессо, недоумевая, снова мяукнул и задрал голову вверх. От шока он едва ли избежал мгновенной трансформации при виде своего хозяина.       — Ты успел! — радостно выкрикнула подбежавшая к Джею девушка. Парень мягко улыбнулся и провел ладонью по спине кота, быстро дышавшего и размахивающего черным хвостом. — Какой хороший…       — Мгм, — только и кивнул Джей. Эспрессо не смел шевелиться, обрабатывая произошедшее и совершенно не понимая, что делать дальше. Джей снова его спас. Это, получается, и в следующей жизни искать этого непутевого человека? Кот невольно прижался ближе, думая, что хуже стать уже не сможет.       — Похож на Куро, — заявил Сонхун, так же подоспевший к другу. — Что будешь делать теперь?       — Думаю, по пути в общагу зайду в магазин и куплю корм, — Джей пожал плечами, не прекращая гладить котика. — Ты иди вперед, я догоню.       — Как знаешь, — Сонхун пожал плечами и обернулся к девушке. — Вонен-ши, тебе в какую сторону?       — И когда ты прекратишь меня так называть?…       Эспрессо просто принял судьбу. Вырываться и бежать было бы глупо. Пережитый страх отступал медленно, тягуче, а тепло чужих рук действовало не хуже снотворного. Инстинкты брали вверх. Кажется, он даже позволил себе помурчать и задремал, убаюканный неспешной прогулкой. Джей молчал. Неудивительно — не все люди выбирают общаться с котами. Но ситуация все равно складывалась принеприятнейшая. Позже нужно будет обязательно придумать, как снова отблагодарить Джея. Вроде, Чонвон хотел преподнести ему перчатки?       Эспрессо опускают на землю у какого-то магазинчика. Он недовольно прижимает уши, когда тепло и комфорт покидают его, а лапы сталкиваются с шершавой холодной поверхностью асфальта.       — Подожди тут, я быстро, — попросил Джей, прежде чем скрыться в магазине. Эспрессо тихо фыркнул.       Район знакомый. Не так далеко начинались мужские общежития. Эспрессо не придется далеко провожать дважды-спасителя, а потом он сможет без труда вернуться домой. Его еще и накормят — подумать только. Кот недовольно взмахнул хвостом. Затем вздрогнул и обернулся на чужой запах, не представляющий собой ничего хорошего. Сырость, выхлопные газы и смесь трав — уличный кот.       Беда и вправду надвигалась в сторону Эспрессо медленными шажками. Зрачки Чонвона сузились, он поднялся на лапы и выгнул спину. Шерсть встала дыбом. Мало того, что уличный кот был настроен далеко не дружелюбно, но и в его запахе легко считывался потаенный аромат одеколона, пускай шерсть все еще была всклоченной, а по телу были разбросаны старые шрамы. Человеческий запах на котах оставался лишь в том случае, если сами коты имели дело с людьми; а уверенная поступь дворового котяры еще больше говорили о его личности, чем опасный прищур глаз. Эспрессо медленно стал отступать от своего сородича, потихоньку скрываясь в темноте между двух зданий.       Фонари еще не горели, но солнце стремительно садилось за горизонт. Слабые тучки затянули небо вместе с холодным ветром, и когда тьма окончательно поглотила кота, он водрузился на задние лапы и вытянулся вверх. Секунда, и Чонвон мог лишь одернуть края кожаной куртки, чуть съехавшей до момента трансформации. Он замер, выжидая.       Дворовой котяра повторил за ним трюк, вытягиваясь выше. Чонвон легко разглядел в темноте возникшее перед ним юношеское лицо, чуть скрытое за непослушными высветленными прядями. Шрам на кошачьей морде переполз на человеческую губу. Хитрый прищур не говорил ни о чем хорошем.       — Домашний кот, — сухо констатировал дворняга, привалившись плечом о стену. Он с ног до головы оглядел Чонвона и остановился на хмуром лице. Речь звучала с легким иностранным акцентом, но Чонвон не собирался строить догадки о этнической принадлежности «кота». — Не первый раз вижу, как ты ошиваешься в этом районе. Неужели тебе неизвестно, что тут чужая территория?       Чонвон нервно сунул руки в карманы, чувствуя, что даже после трансформации сердце билось чертовски быстро. Дворняга был одет в дешевую одежду, на куртке виднелись прорехи, но все еще пах мылом и человеческой жизнью. Или местный вожак кошачьей стаи жил двойную жизнь и сородичам о своей природе не поведал, или был в человеческом облике слишком редко, чтобы успеть загрязнить и его.       — Я тут проездом, — пояснил Чонвон. — И скоро ухожу, можешь не беспокоиться за сохранность своей «территории».       Дворняга вскинул брови.       — Правильный выбор, — согласился он. — Я бы без проблем дал тебе уйти, но, дружок, не первый раз вижу тебя в нашем районе с этим человеком. Если это твой хозяин, то сиди себе с ним дома и не парься. Че ты хвостиком то в одну сторону, то в другую? Теперь еще и у магазина обосновался. Это уже не в какие рамки не лезет.       — А это уже не твое дело, — хмыкнул Чонвон. Краем глаза он наблюдал за все еще пустой улицей: Джей пока не вышел из магазина. — Мои обстоятельства — это мои обстоятельства, а дела вашей стаи меня не интересуют.       — Ожидаемый ответ от домашнего котика.        «Кот» отпрянул от стены, преграждая Чонвону путь к выходу. Чонвон шикнул, нервно соображая, как будет лучше избежать угрозы в лице неприятного дворняги.       — Но этот магазин — одно из немногих мест, где питается моя стая. И вот, подумай, вижу тут сытого домашнего котика, который и без того зачастил тут слоняться. Тебе не кажется, что это слишком?       — Я, кажется, уже сказал, что скоро уйду, — упрямо настоял на своем Чонвон, в самом деле желая обогнуть уже глупого кота и уйти прочь; проход снова преградили. — Пусти. Я не собираюсь с тобой драться.       Жест дворняги был неожиданным, отточенным не первой дракой. Чонвон понял, что что-то произошло, только когда голова ударилась о бетонную стену, а тело прошибло болью. В ушах зазвенело. Чонвон не привык к боли, обосновавшись в мирной человеческой жизни. То количество стычек, что часто происходили на улице между кошачьими стаями, он слышал краем уха, но никогда не собирался в них участвовать. Чонвон гневно сжал кулаки, делая шаг навстречу дворняге. Еще он станет сдаваться уличному котяре! С опытом или без, собственная кошачья гордость требует защиты.       — Мы и не будем драться, — угрожающе процедил «кот». — Я просто объясню тебе, почему не стоит ошиваться на моей территории.       — Дерзай, — горделиво всикинув подбородок, выдал Чонвон. Мысленно чертыхнулся: придется объяснять друзьям, откуда на теле возьмутся следы драки. И пускай. Это стоит того, чтобы проучить безмозглого кота с улицы…       — Чонвон? — удивленный голос Джея заставил вздрогнуть. Чонвон уже не мог сосчитать, сколько раз обозвал его человека придурком, но сейчас мысленно снова чертыхнулся.       Пакет выпал из рук человека, и прежде, чем Чонвон успел его остановить, Джей без всяких раздумий кинулся на «уличного кота».