Кто живет в этом лесу?

В эти несколько дней у графа Дерута определённо не задалось. Сначала он ни с того ни с сего споткнулся о собственный ковёр - проверенный годами, ровный, как армейский строй. Потом уронил чашку чая, обжёгшись, хотя обычно пил его вслепую. Ещё через день подул лёгкий ветер, и дверь его кабинета самопроизвольно захлопнулась прямо перед его лицом, чуть не разбив его нос. Самое странное - это повторялось. Книги с верхней полки внезапно падали, иногда задевая его, но чаще просто пугая своей неожиданностью. Свечи загорались, хотя никто их не трогал, а иногда наоборот - тухли, как будто от чьего-то насмешливого дыхания. Окна скрипели, будто жаловались, и перо на столе постоянно откатывалось в самый дальний угол. Иногда он даже слышал шаги, будто кто-то шел рядом, но стоило только оглянуться и все стихало. Ни человека, ни шагов… Дерут, конечно, был не из пугливых - он все таки взрослый человек, но в эти дни его нервы были напряжены, как струна. Словно кто-то наблюдал за ним, холодный и невидимый. Периодически это ощущение взгляда становилось настолько сильным, что казалось еще чуть-чуть и в нем будет прожжена дыра. И что самое раздражающее — доказательств не было. Только ощущение... чего-то. А тем временем в углу комнаты, куда попадало меньше всего света, Рок Су - тень в человеческом облике, невидимый для окружающих - тихо стоял, скрестив руки. Он не выглядел довольным, но и не особо раскаивался. "И чем я занимаюсь? Это же детский сад..." Думал призрак, наблюдая, как граф трет ушибленное бедро после очередной «внезапной» встречи с ножкой стула. "Но пусть помучается." В последние дни Рок Су был раздражен. Мало того, что ему пришлось успокаивать того сопливого и заплаканного ребенка, так еще и эти слуги… В любом случае, это его бесило. Он понимал, что его действия граничат с ребячеством. Он мог бы просто игнорировать это. Но Рок Су не был создан для милосердных разговоров. Особенно когда речь шла об этом раздражающем ребёнке. Не то чтоб он это делал только из-за Кейла, которого - против своей воли - начал считать своим, за которым присматривал. И если ради этого нужно чуть-чуть пострадать графу… чтож. Никто не умирал от сквозняка, верно?

___________________________

Дни шли своим чередом, и сколько бы Рок Су ни потешался над графом, мелко пакостя ему и создавая маленькие хаотические ситуации, наступил день, которого ждали все - день свадьбы. Свадьба была роскошной, чего и стоило ожидать от семьи Хенитьюз. Залы особняка сияли от золота и хрусталя, повсюду стояли пышные букеты редких цветов, а гости, прибывшие с разных концов Роана, готовились стать свидетелями этого события. Музыка, звон бокалов, улыбки и поклонения — всё это сливалось в единый торжественный хор, где каждый шаг казался выверенным до миллиметра. Графство приветствовало новую хозяйку, Виолан, с надменным любопытством, а сама невеста выглядела так, будто создана для этого великолепия. Ее платье не было вычурным, наоборот, с первого взгляда оно казалось простым, но, присмотревшись, это было не так. А легкий макияж и строгий пучок только придавало ей индивидуальный шарм. Басен же, еще маленький мальчик, выглядел очень нервно, когда неотрывно следовал за матерью. Кейл стоял рядом с отцом на церемонии, стараясь поддерживать натянутую улыбку. Она была почти идеальной, но каждый, кто бы взглянул внимательнее, заметил бы напряжение в его глазах. Ему не хотелось быть здесь, ему не хотелось притворяться. Но он знал, что обязан оставаться рядом, хотя бы ради формальности. Кейлу никогда не нравились подобные мероприятия, эта приторная вежливость и разговоры с двойным дном… Он не выносил это все, а сегодня в двойне. Взгляды окружающих тоже не помогали - эти насмешки, высокомерие и жалость, смешанные с каким-то злорадством. В конце концов, его единственной мыслью было: «Я хочу сбежать отсюда» Когда он почувствовал, что его присутствие больше не нужно, что внимание гостей уже сосредоточено на паре и их будущем, Кейл тихо отошёл. Он поднялся по мраморным ступеням и вышел на террасу. С ветерком, с запахом свежей листвы и далеким шумом праздника за дверью, здесь было тихо и спокойно. Он позволил себе наконец расслабиться, снять маску и быть самим собой, хотя внутри всё ещё гудело от смеси чувств — грусти, обиды, растерянности. С террасы Кейл мог наблюдать за происходящим, оставаясь невидимым для большинства, и, несмотря на торжество, его сердце было где-то далеко, между прошлым и настоящим, между матерью и отцом, между желанием быть рядом и желанием уйти. Он стоял на террасе, обдуваемый лёгким ветерком, и пытался привести мысли в порядок. Шум торжества постепенно отступал, оставляя после себя только далёкое эхо музыки и смеха. Он вздохнул, оперевшись на перила, и впервые за день почувствовал, что может быть самим собой. И тогда он ощутил холод. Лёгкий, но отчётливый, как сквозняк, который пробегает по спине. Он сразу понял - Рок Су рядом. Хотя призрак всё ещё оставался невидимым, его присутствие ощущалось настолько ясно, что Кейл, казалось, мог «видеть» его тёмную фигуру, расплывающуюся в воздухе, с глазами, сверкающими как угли. - Ты как? - большая, холодная рука легла на его плечо. Голос Рок Су, как всегда, спокойный и ровный. Кейл слегка вздрогнул, но не от страха - скорее от того, что кто-то невидимый видит его настоящие чувства. Он выдохнул, позволяя пелене слез, неизвестно когда появившиеся, немного сойти. - Нормально… - тихо произнёс он, даже не пытаясь скрыть усталость и горечь. - Всё было так странно. Я… не знаю, как нужно было себя вести. Чувствуя как холодок с плеча переместился на голову, Кейл закрыл глаза. - Ты хорошо постарался. - Это простое предложение, но это именно то, что было нужно. Кейл снова заглянул в зал, где шум праздника продолжался, но теперь он чувствовал себя немного легче. Даже если никто не видел, даже если сердце всё ещё тянулось к отцу и родной матери, он знал, что рядом есть тот, кто понимает его без слов, кто видит его боль и поддерживает - невидимо для всех, но отчётливо для него. Ночь больше не казалась ему столь длинной.

___________________________

После появления в графстве новой хозяйки мало что поменялось. Большинство привычек Дерута оставались прежними, поместье продолжало жить в своём ритме, а слуги постепенно привыкали к новой хозяйке. Кейл же предпочитал держаться в стороне, избегая прямого общения с новыми членами семьи. Виолан же постепенно находила своё место в доме. Она изучала расписание слуг, разбиралась, где и когда происходят приёмы и собрания. Она старалась быть внимательной, вежливой, не вызывая лишнего раздражения у персонала, но при этом стремилась найти собственный стиль, чтобы чувствовать себя здесь уверенно. К сожалению, слугам было нелегко принять новую хозяйку, которая была из рода купцов, а не чистокровных дворян. Поэтому, так или иначе, косые взгляды и разные шепотки никак не умолкали, как бы граф не пытался их пресечь. Но казалось, что Виолан это не шибко задевало, это побуждало лишь больше стараться. В конце концов было видно, что она сильная, умная и волевая женщина, и просто так ее дух не сломить. Каждое её движение вызывало у Кейла лёгкое напряжение и скованность. Он старался держаться подальше от её взглядов, улыбок и слов. Когда она пыталась заговорить с ним или показать дружелюбие, Кейл отвечал коротко, избегая лишней близости. Ему было важно сохранить дистанцию, потому что сердце всё ещё тянулось к памяти о матери, а попытки воспринимать Виолан как «новую мать» казались невозможными. Еще и Рок Су пришлось отлучится. Как тот сказал: Дом надолго оставлять пустым нельзя. Поэтому Кейл сейчас был один в поместье. Ну, как один… Слуги, которые раздражали его своей ненужной жалостью, были рядом, дальние родственники, оставшиеся «погостить» ненадолго, ходили по коридорам, и Рон, но ему было все еще одиноко. Он думал о том, как сильно ему не хватает Рок Су, и одновременно к нему пришло новое осознание. Казалось, у того был свой дом, и это вовсе не его фамильное поместье. Если быть точным, Кейл всегда это знал — Рок Су жил где-то ещё, когда они только встретились. Но сейчас ощущение столь сильного отдаления он испытывал впервые, и это чувство было сложным и непонятным. Еще и знание, что это скорее всего где-то недалеко от той деревни… деревни Харрис… Беспокойство начало накатывать на него новыми волнами, пока его не отвлек шум где-то вдали от него. - Смотри, кто тут! - из сада раздалось, - Это же бастард! Маменькин ублюдок! - Какие-то бароны, не более чем мусор! - подхватил другой, с хихиканьем. - Хотя нет! Хватило же ума присосаться к состоянию Хенитьюз! И не стыдно? - Ха! Смотри, он дрожит как тряпка! В следующую секунду один из парней толкнул Басена в плечо. Он зашатался и с гулким звуком упал на землю, а смех ребят стал ещё громче. Кейл ощутил, как внутри всё сжалось. Он знал этих отпрысков - это были его кузены и, видимо, ребенок еще какого-то его дальнего родственника. Ни слуг, ни других взрослых рядом не было. Это заставило Кейла нахмурится. - Эй, приживала, почему не отвечаешь?! - по лицу Басена катились слезы, которые тот пытался вытереть. Каждый раз когда он пытался встать, его снова толкали на землю. - Смеешь игнорировать меня?! - Разговаривая с высокопоставленными дворянами, отбросы вроде тебя должны ползать по земле! - выкрикнул другой, пнув мальчишку в живот. Басен согнулся пополам, воздух вырвался из его лёгких с болезненным хрипом. Он был слишком мал, чтобы дать хоть какой-то отпор. Все эти юноши были почти вдвое старше и, минимум, на пол головы выше. Всё, что он мог сделать, - слабо обхватить руками ноющий живот, что сделало его еще меньше. - Когда разговариваешь со старшими, - старший из них шагнул вперёд и замахнулся, - ты должен смотреть нам в глаза! Басен зажмурился, сжав зубы, но удара так и не последовало. Вместо этого он услышал другой звук. Он осторожно открыл слезящиеся глаза и, подняв голову, увидел Кейла. Тот стоял прямо перед ним, тяжело дыша от злости, а на лице одного из обидчиков уже расплывалась кровь из сломанного носа, пока он лежал на земле, корчась от боли. - Ты… ты смеешь?! - прорычал он сквозь стон, пытаясь подняться. Но, увидев, кто перед ним, замер. Лицо побледнело, в глазах мелькнул страх - всё-таки это был Кейл, сын самого графа. Остальные тоже отшатнулись, растеряв дерзость. - Ещё раз тронете его - пожалеете, - голос Кейла прозвучал холодно и твёрдо, будто не оставлял места сомнению. Юноши переглянулись. Один торопливо поднял с земли товарища, и вся компания поспешила оправдаться. В конце концов, никто не ожидал, что этого бастарда кто-то будет защищать. Ведь даже слуги косились на новых домочадцев. - Мы… это недоразумение! Мы просто хотели поговорить, совсем без злого умысла. Ты ведь неправильно понял, правда ведь?! - кинув вопрос Басену, сказал один - Поговорить? - холодно перебил Кейл. - Хотите сказать, это не вы, только что, обзывали сына графа? Не вы пинали и говорили, что он ублюдок? Думаете если мой отец узнает, он спустит вам это с рук? Все резко побледнели, графа злить точно не входило в их планы. Но и на доводы Кейла ответить не могли. Поэтому прикусив языки они решили быстро ретироваться. Но, оборачиваясь, кто-то все же выкрикнул, перекошенный от злобы: - Думаешь, сможешь быть наследником всегда? Лишившись поддержки матери… смотри как бы ты вообще не потерял место в семье! - Истерично хихикая, парень с разбитым носом продолжил: - Имея новую семью, твой папаша вскоре забудет про тебя, и кто же тогда займет твое место? Подумай хорошенько... После этого они бросились прочь, а на лужайке снова воцарилась напряжённая тишина. Басен, дрожа, поднял на брата глаза, в которых ещё блестели слёзы: - Кейл… Кейл лишь крепче сжал кулаки, чувствуя, как в груди разрастается тяжесть. Он не позволил себе ответить на последнюю колкость, но слова о матери и отце застряли в сердце ледяной занозой, но вида он не подал. Он не покажет этим отбросам, что его это задело. - Басен — юноша вздрогнул от холодного голоса своего сводного брата, но все же ответил. -.. Д-да?.. - голос дрогнул. Он нервничал, ожидая что скажет Кейл. На самом деле, с начала он очень хотел подружится со своим теперь братом, но слыша такой тон, он подумал что это маловероятно. - Запомни одну вещь, Басен, - Кейл посмотрел на него сверху вниз, и в его голосе звучал стальной оттенок. - Отныне ты Хенитьюз. Раз ты носишь эту фамилию, то носи её с гордостью! Хенитьюзы никогда не пресмыкаются ни перед кем. И раз ты один из нас - ты не имеешь права склонять голову. Пусть хоть весь мир будет против тебя, но ты должен стоять прямо. Глаза Басена задрожали, губы дрогнули, но прежде чем он успел хоть что-то сказать, Кейл уже отвернулся. Его шаги по траве звучали твёрдо, будто ставили точку в разговоре. - Надеюсь, ты меня услышал, - бросил он через плечо и, не оглянувшись, направился прочь. Басен сжал кулаки и, шмыгнув носом, тихо прошептал в его спину: - Д-да… брат. Кейл быстрым шагом направился к выходу из сада, чувствуя, как внутри всё кипит. «Это все неправильно. Как они смеют клеветать на мою семью?!» Он сжимал зубы от негодования. Да, всё случилось неожиданно, да, принять перемены непросто… но какого чёрта, какое право они имеют? Почему Басена и его мать встречают презрением, словно они чужаки, а не сын и новая графиня этой территории? Как смеют они порочить имя Хенитьюзов? Мысли метались, но постепенно в голове рождался план. Если остальные не собираются признавать Их, он сам заставит их сделать это.