Finsternis

      Животные не так умны, как люди. Конечно, они могут запомнить тебя, могут испытывать привязанность, могут бояться и заботиться о своих детях. Но этого всё равно недостаточно для того, чтобы относиться к ним так же, как к людям. Как к себе, например. Или как к своим матери и отцу.       Родители Оливера держали кроликов. Он помнил, как играл с ними, когда был маленьким. Крупные взрослые особи и маленькие крольчата, снежно-белые, с красными, как бусины, глазами или с чёрными пятнами на любопытно подрагивающих мордочках — их разводили специально, но, будучи ребёнком, он не задумывался, для чего именно. Вернее, не задумывался, через что проходит кролик перед тем, как оказаться на столе на рождественском ужине.       Между пушистым тёплым комочком в руках и кусочками мяса с розмарином на узорчатой тарелке для маленького Оливера не существовало никакой связи.       Всё изменилось, когда ему исполнилось четырнадцать.       Пока он был маленьким, мать зорко следила за тем, чтобы его глаза не увидели что-то, для них не предназначенное, несмотря на частые заверения отца — человека с широким подбородком, крепкими руками и резкими движениями — в том, что подобное для мальчиков должно быть в порядке вещей.       Когда ему исполнилось четырнадцать, аргументы в пользу его «неокрепшего ума» исчерпали себя.       К животным не нужно относиться так же, как к людям. Поэтому не стоит жалеть о том, что пришлось оглушить рыжеватого кролика палкой по голове. Того, которого ты ещё недавно кормил с рук, чувствуя лёгкую щекотку на кончиках пальцев. Не стоит принимать близко к своему сердцу, что чужое — совсем маленькое, скрытое под пухом на грудке — не сделает больше ни одного удара.       Наверное, не стоит.