Умирать или убивать?

***

Минхо выходит из своего офиса, закрывая дверь забавными ключами, на которых висел брелок с рыжим котиком. Одну руку он тянет к виску и начинает массировать его, в попытках избавиться от ноющей боли. Сегодня день выдался крайне тяжёлым и он хотел вернуться к себе домой, нырнуть под тёплый плед, а после дождаться своих троих котов. Суни обязательно ляжет под спину хозяина, Дуни уляжется где-то в ногах, а Дори вообще ограничит Ли возможности дышать, ложась прямо перед его лицом. Кажется, что Минхо в такой холодный, зимний вечер только и греет мысль о его любимых котах. Он выходит из небоскрёба, в котором на пятьдесят восьмом этаже находится его кабинет, проходит пару сотен метров, оказываясь не в самом благоприятном районе города и слышит шум машины, что движется где-то позади него. Сначала он не обращает внимания, а затем напрягается, когда понимает, что автомобиль останавливается прямо рядом с ним, фары резко тухнут и выбегает таинственная четвёрка, в руках у которой было оружие. Минхо цокает, быстро шмыгает за стоящую неподалёку машину, распахивает своё пальто и из оружейного ремня вытягивает пистолет сорок четвёртого калибра. Минхо слышит приближающиеся шаги и спустя секунду его застают врасплох с двух сторон, но он ловко ускользает из «рук» врага и направляет пистолет на одного из них. — Что вам, блять, надо? — Шипит мужчина, опасно щуря глаза от злости. — Да ты кем себя возомнил, ублюдок? — Огрызается в ответ неизвестный парень, молниеносно оказывается у Минхо, сбивает его с ног и приставляет дуло своего пистолета к виску нижнего. — Доигрался? — Злорадно улыбается неизвестный. — Я хочу услышать твой жалобный голосок, молящий о пощаде. — Не дождёшься, упырь. Мне перед тобой не за что извиняться. — Минхо даже не пугается, замечая, что у врага оружие стоит на предохранителе и выстрельнуть он просто побоится. — Брысь от него, — Кричит незнакомец и ударом с разворота опрокидывает человека с оружием на асфальт. — Что вы тут, мать вашу, устроили? — Темноволосый парень хватает Ли под локоть и бежит с ним, пригибаясь, дабы избежать выстрелов, что летят откуда-то из-за стоящих на парковке машин. — Блять! — Рявкает Минхо перед тем, как свалиться с ног. Парень, чем-то напоминающий белку, резко останавливается и замечает простреленную ногу товарища. Возле Ли мгновенно образовывается лужа крови, но темноволосый не теряется: подхватывает мужчину на руки и бежит с ним до того момента, пока они не отрываются от неприятелей и не оказываются в каком-то дворе. — Говори что-нибудь, чтобы не отключиться. — Наказывает незнакомец и опускает мужчину на лавку, а после начинает осматривать рану. — Ранение касательное, жить будешь. Минхо начинает бурчать несвязную речь, рассказывает о своих котах и о том, как прошел его нудный день в офисе, а парень тем временем накладывал жгут для остановки кровотечения и занимается последующей доврачебной помощью. — Спасибо… — Шепчет Ли, а после всё же теряет связь со своим сознанием. Он так и не узнал имя парня, что спас его и даже не запомнил его внешность. Но сам для себя решил, что если всё же узнает того, кто помог ему, то будет обязан ему жизнью

***

— Слушаю. — Шумно выдыхает мужчина, держа у своего уха мобильный телефон. — Хан Джисон, 22 года. Мешается: возомнил себя шишкой и не даёт развиваться нашему бизнесу. Мы предупреждали его, что если он не начнет подчиняться нашим приказам, нам придётся его устранить. Но этот глупый мальчишка, как я понял, не осознал серьёзность сей ситуации. — Низкий мужской голос выпаливает информацию разом, от чего Минхо усмехается в трубку. — Сумма? — Коротко спрашивает Ли, туша сигарету о старую пепельницу, что стояла на его рабочем столе. Пора переставать курить в кабинете. Запах стоит ужасный. — Двести миллионов вон. По рукам? Минхо соглашается и просит переслать ему всю информацию об этом в чём-то провинившемся парне. Он читает всё, параллельно крутясь на стуле с колёсиками, отталкиваясь ногами от пола. Смотря на эту картину, в голову и мысли не придёт о том, что это, чёрт возьми, хладнокровный киллер, способный без дрожи в руках, избавиться от любого человека. Хотя на самом деле Ли Ноу (как прозвали его в компании для большей скрытности) никогда не был похож на того, кем являлся. Он часто дурачился, гулял с друзьями, влюблялся и ещё множество других занятий, которыми занимается среднестатистический житель Сеула. Единственное, что отличало его от других — это его профессия, которая только от своего названия заставляла в жилах стынуть кровь. — Итак, что у нас тут. — Шепчет Минхо, после чего зубами открывает чупа-чупс апельсинового вкуса. — Хан Джисон, рождённый четырнадцатого сентября, двухтысячного года. Интересно… — Леденец ускользает за щёку, а Ли продолжает читать «биографию» неизвестного ему паренька. — Такой молодой и уже успел кому-то насолить. Мужчина смотрел на фотографию этого Джисона и удивлялся: что он такого смог натворить? Ведь на снимке был обычный парень, прислонивший указательный палец к своей щеке, образуя ямочку на ней. Ей-богу, на подростка похож. И это он возомнил себя шишкой в бизнесе? Дело становилась ещё более интересным.

***

Вагончики метро забиваются людьми, на что Ли громко цокает и совсем не понимает как среди такого количества людишек он должен заметить темноволосого парня. Для себя Минхо решил, что будет подбираться к убийству путём знакомства. Это было для него самый простой выход, потому что как выяснилось позже — этот чёртов Джисон живёт в шумном районе города, по барам не ходит, а передвигается только по самой «популярной» ветке метро. К нему подобраться было почти что невозможно. Поэтому осталось только знакомиться, выводить его на встречу и только потом приступать к самой расправе. Да, времени на это может уйти не мало, но когда выбора не остаётся, а заказ уже у тебя на руках — приходится действовать. А кто вообще мог подумать, что оказывается Ли Ноу боится большого скопления людей? Обычно он передвигается на своём автомобиле. А ради этого глупого мальчишки ему приходится таскаться по вагонам метро, где каждый буквально сидит друг на друге. Минхо остается буркать только частое «Извините» и расталкивать кучу людей на своём пути, пока его глазам не попадется темноволосая макушка. Хан Джисон стоял у поручня, держа в одной руке телефон и не замечая никого вокруг. В его ушах были всеми известные аирподсы, а за спиной висел чёрный рюкзак с каким-то незамысловатым принтом. Ли довольно долго его рассматривал, пока сам себя не одёрнул от различных мыслей о столь симпатичной и знакомой внешности этого Джисона. Всё-таки когда-то ему предстоит его безжалостно лишить жизни. Поэтому засматриваться, привязываться и все прочие штуки должны были строго настрого исключены из его взаимодействий с этим парнем. Не смотря на профессионализм Ли Ноу в сфере, в которой он работает, он впервые пал в оцепенение, увидя свою жертву. А больше всего удивило Минхо то, что жертва сама изъявила желание начать диалог, потому что парень, глаза которого были черны, как смола, смотрел на него, не отводя взгляда. — Чего залип? — Внезапно задаёт вопрос Хан, склоняя голову набок. — М? — Ли наконец приводит свои мысли в порядок. — Да так, ничего. Просто очень похож на моего знакомого. — Быстро выпаливает мужчина и улыбается. — Ты симпатичный. Не против познакомиться? — Хах, благодарю. Я не против, но боюсь, что сейчас мы мало узнаем друг о друге, потому что я опаздываю на работу, а выходить мне на следующей станции. — Неловко отвечает парень, одной рукой залезая к себе в карман и прикусывая губу, задумавшись о чём-то. Познакомиться ближе они и правда не успели, но темноволосый быстро продиктовал перед выходом свой номер Ли Ноу и, послав на последок воздушный поцелуй, вышел из вагона на нужной ему станции. Мда, интересная у меня жертва однако… — Мелькнуло в голове у мужчины.

***

Сегодня на улице заносило всё снегом. Да, не самое лучшее время Минхо выбрал для очередной слежки. Итог: Ли Ноу один стоит под каким-то подъездом, в далёком районе от своего и совсем не знает, что ему делать. Остаётся только смотреть на снегопад, который бьёт с такой силы, что кажется, если ты выйдешь из-под навеса, то тебя мигом прижмет к земле этими огромными хлопьями снега. Но на самом деле это было завораживающе. Зима сама по себе очень загадочная и красивая. Особенно, когда своей особенностью в виде снега начинает заметать страны и города, деревни и сёла. Ли ёжится, прячет нос в своём чёрном пальто длиной по колено и шмыгает им, глазами пытаясь найти знакомые черты. Минхо отвлекается, сверлит своим взглядом серые, незнакомые ему многоэтажки и мечтает сейчас оказаться в квартире одной из них. Ведь там тепло, уютно и нет того мороза, что он сейчас ощущает здесь, на улице. Мужчина вытаскивает руки из своих карманов, которые не согревают ладони совсем, подносит их ко рту и дышит на них тёплым воздухом, который сразу же преобразуется в пар из-за слишком низкой температуры. Ли Ноу злится на самого себя и думает о том, что этот Хан Джисон не стоил этих мучений. Сейчас киллер вообще был мало уверен в своём плане. И кто его тянул идти куда-то, не посмотрев погоду на ближайшие часы? — Ты что тут стоишь? — Вдруг спрашивает довольно-таки знакомый голос, но Ли Ноу совсем не может понять кто это, ведь хлопья снега, что танцуют заводной танец, совсем не дают разглядеть того, кто стоит сейчас напротив мужчины. И только когда парень ныряет под подъезд, Ли может узнать этого таинственного незнакомца. — А, так это ты. Я тут приехал кое-кому передать одну вещь. Передал, а вот себя до дома доставить не смог. — Без угрызения совести лжёт Ли и смотрит прямо в глаза парня. — По прогнозам снег ещё долго сыпать будет. — Строя грустную улыбку, цедит Джисон. — Мы можем пойти ко мне. Мой дом недалеко. Ты итак уже замёрзнуть успел. Не хватало, чтобы ты слёг с какой-нибудь болячкой ещë. Ли это безумно удивило, но он согласился. Это огромный плюс ему дважды. Во-первых, он поближе познакомится с жертвой. Во-вторых, он наконец согреется в тёплой квартирке. Хан провёл его в свое жилище, и как только Минхо разулся, он прикоснулся к его красному носу. — Боже, да ты ледяной! Бегом под тёплый душ! А я тебе одежду найду какую-то. Минхо оцепенел. И этот заботливый парень мешает кашу в каком-то там бизнесе? Серьёзно? Если бы Минхо узнал это после их знакомства, то посмеялся бы на такое заявление и не ни за что не поверил бы. — Ты уверен? Мне неудобно. Мы с тобой даже почти не знакомы. — Это не важно. — Выпаливает младший. — Сейчас важно твоё здоровье, поэтому дуй в душ. — Говорит парень, параллельно ища в своём шкафу какие-нибудь шорты и футболку, которые сможет дать своему новому знакомому. Когда Ли получил в руки набор одежды, он поблагодарил своего нового «друга» и ушел согреваться под тёплым душем. А после окончания водных процедур, он вышел из ванной комнаты и отправился на поиски Джисона, который на кухне возился у столешницы и, кажется, заваривал чай. — Ты какой-то загруженный. У тебя что-то случилось? — Спрашивает Минхо, заметя грустное лицо Хана. — Может, я тебе мешаю? Мне стоит уйти? Забавно: Ли готов без лишних мыслей нажать на курок пистолета, не обращая внимание на того, кого убивает, но перед своей жертвой становится до чёртиков милым и приторно-вежливым. И за какой только кручок в сознании мужчины смог зацепиться этот Джисон? Ли Ноу безумно раздражало это глупое ощущение внутри, которое очень капало на мозги и не давало дальше планировать убийство этого парня. — Нет, всё в порядке. На работе просто проблемы с начальником. — Делает короткую паузу Хан, а после продолжает. — Вот думаю… как выбраться из этой ситуации. Ханни, малыш, за тебя всё уже решили. А у Минхо что-то щелкнуло в груди и ему стало до ужаса больно. Он никогда не чувствовал пободного по отношению к своим жертвам. Что это? Откуда оно взялось? Куда пропала его хладнокровность, которой могли позавидовать его коллеги в компании? Куда делось равнодушие, за которое его хвалил босс? — Эй, Хо, ты чего завис? — Озадаченно спрашивает младший и склоняет голову. Чёрт, это прозвище. Ли Ноу любила называть так мама в глубоком детстве. Это такое простое, лёгкое прозвище «Хо» отпечаталось в памяти парня как что-то до безумия тёплое, родное и душевное. — М? — Отвлекается мужчина от своих мыслей. — Всё в порядке, не переживай. Ага, не переживай. Ты ещё не знаешь, Ханни, что твой любимый начальник приказал Минхо убить тебя и, кажется, это осуществится совсем скоро.

***

Ли Ноу почти никогда не совершал убийство, перед этим втираясь в доверие жертвы. И теперь больше никогда не будет, ведь его, как он думал, хороший план, обернулся ему же проблемами. Впервые за долгое время работы в данной сфере, Ли понял, что жертвы такие же люди, как он. Они тоже имеют свои любящие семьи. Они умеют чувствовать различные эмоции: грусть, радость, страх и тому подобное. Они умеют быть добрыми, заботится о ком-то и любить. И Минхо прочувствовал это на своей шкуре, пока втирался в это чертово доверие. Сейчас он понимает, что лучше бы он разобрался с жертвой сразу же. Тогда бы он уже сделал своё дело, убил этого чертового Хана Джисона и забыл бы про это, как про страшный сон. А теперь этот парень не выходит у него из головы. Нет, он всё равно решится нажать на курок в роковой день. Но сейчас, когда он очень сильно сблизился с этим парнем, у него в голове появилось слишком много ненужных мыслей. А младший на своём месте уже считал Ли Ноу своим другом. Ханни, каково тебе будет, если ты узнаешь, что сдружился с человеком, который при любом удобном случае нажмёт на курок своего пистолета и стрельнет в упор? А вот хладнокровному Минхо от этой мысли жутко становится.

***

Ли совсем не мог ожидать, что Хан пригласит его прогуляться одним вечером просто из-за того, что тому вдруг приспичило кое-чем поделиться, ведь он не мог уже сдерживать себя. Мужчина поворчал конечно, что уже поздно и он собирался в скором времени спать, но на встречу всё же согласился. — Чего тебе нужно было? — Минхо пытается еще больше закутаться в свою тёплую куртку, которая зимним, поздним вечером совсем не спасает от холода. — Я даже не знаю как начать этот разговор… — Шепчет Джисон, а после замечает, как Ли прячет свои пальцы в кулаках, пытаясь тем самым согреться. Ханни шумно выдыхает, а после берёт руку Ли Ноу в свою и тянет в свой карман. — Так теплее. — Сразу же объясняется парень. — А я хотел поговорить о… — Темноволосый закусывает губу и всё же цедит. — Как твоя нога? Минхо останавливается, большими глазами созерцает на юношу и не может поверить. Дыхание спирает, и Ли давится воздухом, когда пытается сказать хоть что-то. Именно Джисон был тем, кто спас его в тот злополучный день. — Эй, Хо, я понимаю, что ты удивлён, но я всё же хочу узнать всё ли в порядке и что вообще произошло в тот вечер. Мне эти мысли покоя не дают. — С ногой всё хорошо… Я уже даже не хромаю… — Минхо делает паузу и продолжает. — Я не верю, что это ты не дал мне умереть тогда в тот день. Хан мило улыбается. — Что тогда произошло в тот вечер… Давай не буду забивать тебе голову. Обычные тёрки. — Минхо хмыкает и не может придумать что говорить дальше, дабы не выдать младшему свою настоящую деятельность. — Да, то, что мне прострелили ногу — звучит пугающе, но это совершили люди, больные на голову. Так что забудь. Это в прошлом. Внезапно двух парней прерывает противная мелодия, что оповещала о том, что кому-то из них позвонили. Ли Ноу тянется одной рукой в свой карман и замёршими, красными пальцами берёт его в руки. Мужчина замечает контакт «Отец» и незамедлительно отвечает на него, понимая, что в такой поздний час он может позвонить только по работе. — Я слушаю. — Цедит Ли. — Я не могу это уже терпеть! — Рявкает мужчина на том проводе и только потом осознаёт, что сын ответил на звонок. — Минхо, едь срочно в офис. Есть дело для тебя. Ли Ноу слышит гудки, говорящие о том, что трубку положили, а после хватает Хана за две руки, становится перед ним и глядит на того своим жалобным взглядом. — Прости, меня резко вызывают на работу. Я не могу остаться с тобой. Давай я тебя подброшу до дома? — Спрашивает старший, а Ханни натягивает улыбку и кивает. — Если тебе не трудно.

***

Джисон ехал и вжимался в кресло, боясь, что Минхо с такой скоростью, до которой он разогнался, вот-вот врежется в какой-то столб. А еще зоркий глаз темноволосого ухватил, как Ли нервно смотрит на дорогу, стучит пальцами по рулю, показывая этим всю свою нервозность. Когда Хан вышел из машины и направился к своему дому, Минхо позволил себе шумно выдохнуть. Ли совсем не обращал внимание на то, что отец вызвал его на работу в такое позднее время. Его это не волновало. Сейчас он беспокоился лишь о том, что ему придётся убить человека, которому он жизнью обязан. Ханни спас Ли Ноу в тот ужасный вечер, особо не задумываясь. А чем Минхо его отблагодарит? Скажет никому не нужное «Спасибо», а затем наградит пулей в висок? — Чего тебе? — Устало спрашивает мужчина и смотрит на своего родителя. — Минхо, я тебе щас как своему единственному сыну доверю одно дело. И учти: ты должен его выполнить завтра. Это не обговаривается. — Не тяни кота за яйца. — Шипит Ли. Он устал, хочет домой и хочет снова оказаться рядом с парнем, напоминающим белку. Стоп, что за мысли? Брр. — Хан Джисон известен тебе? — Спрашивает старший, а после кивка своего сына продолжает. — Эта паскуда уже добралась и до меня. Я слышал краем уха, что кто-то заказал его смерть у тебя, но я не вникал, так как не думал, что этот чёртов мелкий, нихуя непонимающий парень окажется настолько гадким, чтобы перечить начальнику бизнеса. — И что дальше? Что я должен, блять, сделать? — Нервы Минхо на пределе. Снова этот Джисон. И снова говорят о его скорой смерти. — Во-первых, охлади пыл. Не забывай с кем ты разговариваешь. Во-вторых, у тебя есть время до завтра. Избавься от этой паскуды. Я не собираюсь терпеть его выходки. Минхо сверлит взглядом своего отца и незаметно кивает, уходя из его офиса и говоря напоследок «Принято». Ли Ноу ненавидит себя и свою работу. Если бы не мутки главы семьи, то этого бы всего сейчас не было. Ли бы жил сейчас обычной жизнью; любил без страха, что его вторая половина узнает о его профессии и не готовился к убийству того, к кому он привязался. Да, привязался по своей же глупости. Но разве уже можно что-то изменить? Нет. Минхо лишили права выбора ещё в его семнадцать лет. Тогда отец решил, что пора начинать подготавливать своего сына к такому роду занятия. Убивать, чёрт возьми, людей. В свои восемнадцать Ли Ноу совершил своё первое убийство. Что он чувствовал? Невероятную боль и сочувствие по отношению к погибшему. Не важно какую кашу варил там человек, каким он был по жизни. Это всё не важно. Это не давало Минхо права распоряжаться чей-то жизнью. Он никогда не забудет, как первые ночи после этого события не мог спать. Как только он засыпал, его мучили кошмары, в которых каждый божий раз он видел тот испуганный взгляд мужчины, когда он приставлял дуло пистолета к его груди. Эти глаза молили о пощаде. Потом Ли Ноу сломался. Не одна смерть больше не вызывала у него жалости. Он справлялся на автомате и только потом ночью снова мучился от доставших его кошмаров. На его счету уже около четырнадцати жертв. И его до сих пор не раскрыли. Настолько человек был профессионален в своём деле. Настолько профессионален, что теперь хочет сделать с собой что угодно, лишь бы не совершать своё пятнадцатое убийство. Он слышал уже множество криков о помощи, но слышать голос Джисона совсем не хотел. Но у него не было выбора. Или всё же…?

***

— Меня уволили! — У Хана надрывается голос и он падает в объятия Ли Ноу, желая получить хоть какую-то поддержку. — В каком смысле «уволили»? — Минхо озадаченно смотрит на парня сверху вниз, обнимает его в ответ и гладит ладонью по спине. — Начальник долго кричал на меня, а потом такой: «Сегодня твой последний день». — Хан смахивает с щеки слёзку, а потом поднимает глаза на мужчину, что его обнимает. Ли Ноу застыл. Ханни ещё совсем не понимает, что его начальник имеет в виду. Парень не понимает, что последний день ему организует не начальник, как он думает, а Ли Минхо, что прижимал его сейчас к себе. — Чего ты застыл? — Спрашивает грустным тоном Джисон. — А, да ничего… — Шепчет Ли. — Залезай в машину, свожу тебя в одно классное место. Там тихо и спокойно. Успокоишься как раз. Джисон садится в машину и совсем не понимает поведение мужчины рядом. Ли Ноу был сегодня еще более нервный, чем в последнюю их встречу. Хан мог заметить, что у того потеют ладошки и его явно что-то гложет. — Эй, что с тобой? — Спрашивает парень и заглядывает в чёрные глаза, что внимательно следят за дорогой. — Хан, ответь на один вопрос: у тебя права есть? Джисон совсем не понял к чему этот вопрос, но на него всё же ответил. — Имеются, а что? — Забей. — Коротко отвечает мужчина и до конца их поездки не роняет больше ни слова.

***

— И куда ты меня привёз? — Спрашивает настороженно младший и жмётся ближе к Минхо. — Уже закат начинается, а ты привёз меня в какой-то заброшенный парк. Тут не единой душки, Хо! — Так и надо. — Снова холодно отвечает Ли Ноу. Его слова щас были намного холодней, чем мороз на улице. И Джисон не мог не пугаться. Не такого Минхо он знал. — Джисон, давай присядем на лавочку. Ханни слушается, присаживается, а Ли становится стеной перед ним. Парень может заметить, как у старшего дрожат руки, когда тот тянется к своему пальто и расстёгивает его. А потом руки начинают трястить у Джисона, ведь у мужчины он замечает чёртов оружейный пояс. — Хо, что это значит…? — Он не вырывается, не кричит и не убегает. Парень просто глазеет на это с недоверием. — Закройся. — Шипит Ли Ноу, а после вытягивает тот самый пистолет сорок четвёртого калибра, которым он оборонялся в вечер, когда его спас Джисон. Минхо жмурится и встряхивает головой, в попытках избавиться от воспоминаний, которые терзали его весь вчерашний и сегодняшний день. — Ханни, белка моя… — Левой рукой Ли лезет к себе в карман, вытягивает скомканную записку, суёт её в руки парня, а потом приставляет дуло пистолета к его виску. Он замечает до ужаса напуганные глаза. В этих глазах не читалась привычная ему радость. Сейчас глаза были наполнены страхом и непониманием. Хан не может вымолвить ни слова. Осознание, что в тебя сейчас выстрельнут начинает потихоньку доходить до него. А из глаз Ли Ноу текут слёзы. Он совсем не понимает, что сказать в последнюю их совестную минуту. — Хо… — Шепчет Джисон, но его сразу же перебивают. — Ханни, прости… — Голос Минхо дрожит, и младший может ощутить, что он щас сорвётся на крик. — Я так и не выяснил, что страшней: умирать или убивать. Выстрел. Тело Ли Ноу безжизненно падает на асфальт. Джисон распахивает в шоке глаза, падает на колени у товарища и пустыми глазами смотрит на пробитый висок мужчины, из которого стремительно текла бордовая жидкость. Вьющиеся волосы окрашивались в цвет крови, а Хан смотрел на это, почти не дыша и не мог осознать, что случилось. Что произошло?

Он умер.

Что, блять, происходит?

Дыши.

Почему у него кровь?

Он выстрелил в себя.

Я жив?

Ханни, ты жив. Тебе ничто не угрожает.

Он выстрелил в себя?

Да.

Когда он успел направить пистолет на себя?

Когда прошептал своё последнее слово: Убивать.

Почему Хо убил себя?

Потому что хотел, чтоб ты остался жив, Ханни.

Джисон поднимается на ватных ногах. Его глаза стеклянные и пустые. Бездыханное тело Минхо сейчас лежит на заснеженном асфальте, а кровь рисует узоры на этот белом снегу. Хан сидит и смотрит на труп минуты две. Он не может до конца понять того, что произошло. Его мозг отключился совсем. Парень не переваривает ничего. Он просто не может. Единственное — он вспомнил про бумажку, которую ему сунул Ли перед тем, как убить себя. Хан открывает её, протирает глаза, дабы убрать ощущение «мыла», а после приступает к чтению. «Привет, Ханни. Помнишь, как вчера вечером я резко уехал по работе? Представляешь, мне приказали убить тебя сегодня. Я знаю, что ты возненавидишь меня, но о том, что ты будешь лишён жизни я был в курсе уже давно. Более того… Твою смерть заказали лично у меня. Я лично согласился лишить тебя жизни за приличную сумму денег. Понимаешь теперь какой я ублюдок? Но знаешь, Ханни, мне очень стыдно это говорить, но, кажется, я влюбился в тебя. И если ты сейчас читаешь эту записку, значит я смог сделать хоть что-то, дабы доказать правдивость своих чувств. Правда смысла уже в них нет. Я погиб от собственных рук и теперь гляжу на тебя с неба. Звёзды нашептали мне, что ты будешь жить ещё долгую и счастливую жизнь. Ты же не будешь противиться желаниям звёздочек? Не в коем случае не делай глупости. Вот смотри: за семь лет своей работы наёмным убийцей я лишил четырнадцати человек жизни. Ты мог стать пятнадцатым. Понимаешь, как это ужасно? Понимаешь, какой я плохой человек? Я не достоин тебя, Ханни, поэтому забудь про меня. Однажды ты спас меня. И я понял, что обязан тебе жизнью. И как ты можешь заметить… Я выполнил своё обещание, которое дал самому себе. А теперь перестань смотреть на моё ужасно-некрасивое, мёртвое тело. Достань ключи от машины из правого кармана пальто и садись в автомобиль. В бардачке ты сможешь найти билет на самолёт в другой город. Я выбрал городок, что подальше от Сеула. Мне бы не хотелось, чтоб тебя отыскали и всё-таки прикончили. Заедь к себе домой, собери все свои вещи и поезжай. Единственное… Оставляю тебе свой адрес и ключи от квартиры. Это всё ты тоже заметишь в бардачке. Прошу, заедь ко мне и забери моих котов… Суни — мой мальчик с белым носиком. У Дуни — носик рыжий. А Дори ты отличишь сразу же… У него до безумия красивая полосатая окраска! Все документы на котов лежат на кухонном столе, а ещё я оставил записку, где написано что нужно для ухода за ними. Переноска в кладовой. Пожалуйста, не отдавай их в приют. Пускай живут с тобой. Они самый лучшие в мире, они не доставят тебе хлопот. А теперь я, наверное, закончу писать это письмо. Когда ты проживёшь свою долгую-долгую и счастливую жизнь, приходи ко мне. Я буду тебя терпеливо ждать. Обязательно помни: за каждой неприятностью наступает облегчение. И кстати, я для себя всё-таки решил: убивать страшнее.

Твой Хо. »

***

«В Сеуле в возрасте двадцати пяти лет погиб киллер Ли Минхо, прозвавший себя до этого как «Ли Ноу». За последние несколько десятков лет это был первый наёмный убийца, которого разыскивали на протяжении семи лет. За его спиной четырнадцать жертв и еще пару покушений. По предварительным данным, Минхо решил покончить жизнь самоубийством в заброшенном парке в окрестностях Сеула, оставив после себя информацию об их нелегальной компании. На данный момент проводится расследование; офис наёмных убийц осматривается, а все соучастники и участники данной организации были задержаны.» Хан с болью слушает что говорят по новостям, но уже не из Сеула, а из Пусана, куда был куплен билет тем самым безжалостным киллером, о котором говорили целый день по телевизору. Джисон ходил разбитым. Только коты его успокаивали и напоминали о Минхо. Но даже тут его сердце трескалось повторно, когда все трое котиков лапами встали на телевизор, замечая, что фотографии их хозяина показывают по новостям. Не один он скучает за ним. Бывшие пушистики Хо очень любили своего хозяина. И Ханни тоже его любил. Только вот сказать об этом не успел. Его перебили, а после раздался злополучный выстрел, шумный звук которого разделял жизнь на «до» и «после». Минхо хотя бы смог рассказать о своих чувствах в письме, а вот Хан так и останется с этой маленькой тайной на веки. Останется с секретом до конца своих дней о том, что полюбил он Хо ещё в тот самый день, когда спас его от погибели. — Хо, если я не могу, то пускай хотя бы там, на небе, солнце целует твои щёки. — Джисон шумно выдыхает. — Я тебя отпускаю… — Шепчет он, но понимает, что это не так. Понимает, что ещё долго не забудет того, кто должен был убить его, но не сделал этого; того, кто считался хладнокровным киллером, но между своей смертью и смертью жертвы, которую он полюбил, он выбрал убить себя; того, кто считался равнодушным, но на самом деле жил с золотым сердцем внутри. Он не сможет забыть того, кто выбрал для себя, что убивать страшнее.