Моя Геройская Академии: Зелёная Стрела

Среда. 17 апреля.

Изуку вышел через главный вход U.S.J. и увидел, что все его одноклассники на месте и в основном невредимы. От этого он с облегчением вздохнул. Когда лучник подошёл к группе, он заметил высокого человека в коричневом пальто и соответствующей шляпе, похожего на детектива. Тот пересчитывал учеников по списку в руках: — 17… 18… 19… — 20, — сказал Изуку, начиная спускаться по лестнице. Детектив резко повернулся на голос. Его усталые, но проницательные глаза под полями шляпы мгновенно сфокусировались на Мидории, и мужчина облегчённо выдохнул. — Ровно двадцать. Отлично. Все на месте, — произнёс полицейский. — Рад видеть, что все дети остались невредимы. «Чудом», — добавил про себя Изуку, оглядывая одноклассников. Из всего класса только Оджиро выглядел самым потрёпанным. По следам сажи и сильному запаху гари можно было понять, что его закинуло в зону пожаров. Его кимоно слегка порвалось, так что парню придётся отдать его в починку. Собственный костюм Изуку был испачкан грязью, пылью, а в некоторых местах — кровью (не его). К счастью, с него несложно смыть кровь, если знать как. Пока детектив разговаривал с директором, ученики бурно переговаривались между собой, делясь историями. — …Мидория был просто страшен! — воскликнула Хагакуре, активно размахивая в воздухе парящими перчатками, чтобы показать своё увиденное. — Стоило мне упасть вместе с ним, как нас тут же окружили четверо злодеев. Я даже пикнуть не успела, чтобы помочь, а он вскочил и за секунды вырубил их всех! А потом и остальных тридцать! — Тридцать?! — в шоке воскликнул Оджиро. Слушавший их неподалёку Тодороки тоже слегка округлил глаза, выражая крайнее удивление. — Ага, и всего за пару минут, — проговорила невидимая девочка, после чего её голос стал чуть более настороженным. — Он без раздумий ломал некоторым из них кости, а троих вообще взорвал. Они остались живы, но им, наверное, теперь потребуется операция. Мидория… он был таким безжалостным. Один злодей попытался незаметно схватить его со спины, так Изуку сломал ему пальцы, скрутил руку и устроил допрос с пристрастием прямо на месте. — Ого… — ошарашенно ответил хвостатый парень. — Я знал, что Мидория сильный, но чтобы настолько? — Ага, — тихо поддакнула она, провожая взглядом зеленоволосого, вокруг которого собрались остальные. — Похоже, во время испытания боем он с Бакуго ещё знатно сдерживался. — Эй, ребят… Прежде чем Изуку успел закончить в своей привычной лаконичной манере, к нему со всех ног бросился Эйджиро и заключил в крепкие мужские объятия. — Изуку! — восторженно заорал красноволосый напарник, приподнимая его от земли. — Братан, это было просто невероятно! Ты спас Всемогущего! — Мы спасли Всемогущего, — поправил его Изуку, вырываясь из объятий. — Если бы не твоя помощь, у меня бы ничего не получилось. — Всем ученикам вернуться обратно в Академию, — перебил их детектив, отходя от других полицейских. — Сейчас мы не будем вас опрашивать. — Детектив, — подала голос Цую. — Как там Аизава-сэнсэй и Тринадцатая-сэнсэй? Полицейский тихо вздохнул и поправил шляпу, сдвинув её вверх. — Ничего критического, но они сильно пострадали. Рука вашего учителя сильно раздроблена и буквально изъедена… он не сможет пользоваться ею какое-то время. Также у него лёгкое сотрясение мозга и несколько трещин в области глазницы, по крайней мере, так мне передали. У Тринадцатой разорваны мышцы спины и рук, но в целом жизненно важные органы целы, — сказал он, не выпуская из рук телефон. — Ква… — обеспокоенно произнесла Цую, а Минета в страхе сцепил руки перед собой. Изуку тихо вздохнул и потёр лицо рукой. — Ну, по крайней мере, они выживут. Детектив кивнул и посмотрел на стоящего рядом офицера, человека-кота. — Мне нужно зайти в лазарет, куда везут Всемогущего. — Со Всемогущим всё в порядке? — с тревогой в голосе спросил Иида. Детектив с лёгкой улыбкой махнул рукой. — Ничего серьёзного, Исцеляющая Девочка просто его осмотрит, — ответил он, прежде чем снова повернуться к напарнику. — Санса! Присмотри за остальными! — Так точно! — отозвался человек-кот, отдавая честь. Кивнув, человек в плаще посмотрел прямо на Изуку. — Мидория, так? Ты дольше всех разговаривал со злодеями. Я бы хотел, чтобы ты пошёл со мной к Всемогущему и рассказал всё, что произошло с твоей точки зрения. Это может помочь расследованию, если ты восполнишь пробелы в информации. Изуку кивнул и обернулся к друзьям. — Скоро увидимся! — крикнул он, и те махнули ему в ответ. Когда они начали уходить, к ним подошёл другой офицер, похожий на человека-барсука. — Детектив Цукаучи, сэр, поступили новости! Мы задержали подозреваемого, который оказался в 400 метрах от места происшествия! — Каково его состояние? — Никаких ранений нет, сэр! Признаков сопротивления он тоже не проявляет… Более того, он ни на что не реагирует. Также он не сказал ни слова… — отрапортовал полицейский, явно немного нервничая. Изуку решил вставить свои пять копеек: — Пока лидер так называемой «Лиги Злодеев», Томура Шигараки, не отдаст Ному приказ, тот не будет ни на что реагировать, — произнес он, заставив обоих полицейских уставиться на него. — И откуда ты это знаешь, Мидория? — спросил Цукаучи, слегка наклонив голову; его причуда «Детектор лжи» сработала: *Правда*. Изуку указал большим пальцем за спину в сторону U.S.J. — Во время боя я заметил, что Ному ничего не предпринимал сам по себе, пока Шигараки не говорил ему, что делать, — пояснил он, прежде чем повернуться к безымянному офицеру. — И ещё, я бы советовал быть с ним крайне осторожными. Он дрался на равных со Всемогущим, и одного этого достаточно, чтобы считать его смертельно опасным. — После этих слов полицейский заметно вспотел, лишь представив перспективу сражения с таким монстром. — Если ситуация станет критической, бейте по открытому мозгу, чтобы вырубить его. У него есть причуда регенерации, так что любые раны затянутся за секунды. Причуда Цукаучи снова подтвердила слова парня: *Правда*. Затем детектив обратился к офицеру: — Иди и передай остальным то, что услышал. А ещё тщательно осмотрите территорию на наличие злодеев. — Есть, сэр! — козырнул полицейский и убежал. — Что ж, пойдём, Мидория, — сказал Цукаучи, и они двинулись дальше. .

Ооооо

. После небольшой поездки на полицейской машине Изуку и детектив Цукаучи направились по коридорам прямиком в лазарет. Благодаря продуманной планировке здания им не пришлось долго идти, и вскоре они оказались перед большими дверями, над которыми висел розовый плакат с зайчиками. На нём жёлтыми иероглифами было написано: «Медпункт Исцеляющей Девочки». «Похоже, кое-кто в душе отчаянно пытается оставаться молодой», — подумал Изуку с сухим сарказмом. — «Или это тактический ход? Видишь этот плакат, и мозг просто отказывается верить, что ты при смерти. Главное, чтобы она не заставила меня пить чай из чашек с Hello Kitty во время допроса». — Эмм… — детектив резко осекся, а его рука замерла на дверной ручке. Цукаучи бросил на Изуку панический взгляд, что выглядело довольно комично. Вероятнее всего, детектив знал секрет Всемогущего и сейчас отчаянно пытался сохранить главную тайну страны от подростка, не зная, что парень уже в курсе. — Мидория, подожди здесь, — поспешно пробормотал он, перекрывая проём, когда дверь автоматически ушла в стену. — Там… конфиденциальный осмотр. Но Изуку ловко проскользнул мимо засуетившегося полицейского и вошёл в лазарет, где увидел Всемогущего: тот полулежал на койке в своей истинной форме скелета, пока Исцеляющая Девочка яростно отчитывала его тростью. «Проклятье!» — Цукаучи быстро вошёл вслед за парнем, неизбежно ожидая катастрофы. Заметив их, исхудавший герой моментально переключил внимание на гостей, явно обрадовавшись спасению от нотаций старушки. — Мидория, Цукаучи! — с улыбкой воскликнул Всемогущий, пытаясь сесть поудобнее. — Всемогущий, я… — детектив нервно покосился на Изуку, ожидая от парня криков или шока. Но Мидория лишь спокойно подошёл ближе и передал салфетку с ближайшего стола, чтобы Символ Мира мог вытереть кровь с подбородка. — Вы бы поаккуратнее, — произнёс лучник, прежде чем с довольным вздохом сесть на соседнюю койку. — Спасибо, юный Мидория, — поблагодарил Всемогущий, а затем виновато улыбнулся своему лучшему другу-полицейскому. — Прости, Наомаса. Забыл предупредить, что молодой Мидория уже давно в курсе моего состояния. Цукаучи удивлённо моргнул, переводя взгляд с абсолютно спокойного подростка на утирающегося героя. Паника в его глазах сменилась обычным недоумением. — Вот как… — детектив вздохнул и потёр переносицу, чувствуя, как глупо он только что выглядел со своими попытками закрыть дверь. — А я уже решил, что у нас будет утечка информации. — Затем его осенило. — Он… Всемогущий покачал головой, заставив Цукаучи странно посмотреть на него и на мальчика Изуку приподнял бровь. — Ну, что ж… тогда это упрощает дело. Прости, что так внезапно, но мне нужны твои показания и показания Мидории по поводу злодеев, особенно… — Подожди секунду! Прежде чем мы перейдем к делу — как ученики? Они в порядке?! — с искренним беспокойством перебил его герой. — Аизава… То есть, Сотриголова и Тринадцатая?! Изуку вскинул руку и поспешно проговорил: — Все ученики живы и в безопасности, Всемогущий. Серьёзных травм ни у кого нет. Учителя пострадали, но их жизни ничего не угрожает. Услышав это, Всемогущий с облегчением выдохнул и откинулся на подушки. — Слава богу… Цукаучи ободряюще улыбнулся: — Знаешь, если бы вы трое не сражались так храбро, история этих детей могла бы закончиться совсем иначе. Всемогущий на мгновение замолчал, а затем серьёзно произнёс: — В одном ты ошибаешься, Цукаучи. Ученики тоже сражались храбро и выложились на полную! — Он посмотрел на Изуку. — Если бы не Мидория, я был бы уже мертв. Немногим первокурсникам доводилось сталкиваться с таким ужасом, но весь 1-А класс уже познал опасности мира взрослых! Они задали жару этим злодеям. Из учеников 1-А выйдут прекрасные герои! — Он показал Изуку большой палец, заставив того улыбнуться. Цукаучи тоже улыбнулся, доставая ручку и блокнот: — Если ты готов, я бы хотел выслушать ваши с Изуку показания. Или предпочтёте перенести? Всемогущий и Изуку переглянулись и кивнули. — Прежде чем начнёте спрашивать, детектив. Не хотите ли получить запись происшествия? Двое взрослых удивлённо округлили глаза. — У тебя есть видеозапись? — удивлённо спросил детектив. — Как ты вообще смог что-нибудь снять, когда был в центре событий? — Мой шлем есть записывает всё что видит и оснащён аудиодатчиками, — пояснил он, прежде чем достать из подсумка на поясе криптографический секвенсор. — Все записи хранятся на карте памяти в этом устройстве. Здесь зафиксированы события в U.S.J. с моей точки зрения: появление злодеев, мой собственный бой в зоне оползня, а также ключевые моменты битвы у центральной площади, в том числе разговор с лидером злодеев — Томурой Шигараки. Цукаучи замер, в немом шоке уставившись на подростка. Как детективу, ему редко приходилось сталкиваться с тем, чтобы пятнадцатилетний парень предоставлял неопровержимые улики профессионального уровня ещё до начала официального следствия. — Мидория… если всё так, как ты говоришь, то это сэкономит нам время расследования и облегчит поиски! Всемогущий, наблюдавший за этим, гордо улыбнулся своему ученику: — Всегда продумываешь всё наперёд, мой мальчик. — Это просто привычка, — ответил Изуку, пожав плечами. — Позволяет мне просматривать свои действия и анализировать их. Детектив, можете дать мне свой email? Я пришлю вам запись происшествия. Учтите, некоторые мои действия… могут показаться излишне жёсткими, но это было необходимо. Цукаучи серьёзно кивнул, хотя его интерес разгорелся с новой силой. Мальчик уже заинтересовал его своей наблюдательностью и аналитическими навыками. То, что тот знает об истинной форме Тошинори, но не является его преемником, ещё больше интриговало. Кто же такой этот парень? — Как бы ни была хороша видеозапись, мне всё равно надо получить от вас устные показания, — сказал им Цукаучи, на что они кивнули. Затем он обратился к зеленоволосому подростку: — Судя по словам твоих одноклассников, лидер злодеев уделял тебе слишком много внимания. Можешь объяснить почему? Изуку кивнул и начал подробно рассказывать обо всём, что произошло с ним — от начала нападения до битвы на площади. Затем он перешел к столкновению с Томурой и их поединку. — Честно говоря, думаю, мне просто повезло выбраться оттуда целым и невредимым, — со вздохом добавил Изуку, откидываясь на спинку свободной койки. — Почему ты так считаешь, Мидория? — спросил Цукаучи, записывая каждое слово в свой блокнот. Изуку задумался, подбирая лучшие слова для объяснения. — Шигараки был быстрым, достаточно быстрым, чтобы уклоняться от моих стрел и ловить их. Не говоря уже о том, что он дрался на равных с Аизавой-сэнсэем, а тот старше меня и намного опытнее. Если бы он не недооценил меня и воспринимал всерьёз с самого начала, я бы сейчас был в гораздо худшем состоянии, — мрачно произнёс он, скрестив руки на груди. — Значит, лидер злодеев и сам по себе сильный боец, да ещё и с опаснейшей причудой, — Цукаучи прищурился. В этот момент лицо Изуку изменилось. — Если честно… — Его слова сразу привлекли внимание взрослых. — Что-то в том, что Шигараки — лидер, кажется мне странным. — Почему ты так говоришь? — спросил Всемогущий, заёрзав на кровати. Изуку помолчал, прежде чем ответить. — Томура Шигараки — психически нестабильный человек с нигилистическими наклонностями, полным безразличием к чужим жизням и желанием творить хаос. На это указывает несколько факторов. Например, эти руки по всему его телу — они не для красоты. Судя по всему, они настоящие и, скорее всего, принадлежали его жертвам. А ту, что на лице, он называл «отцом», — от этих слов лица взрослых помрачнели. — К тому же, он постоянно использовал игровые термины. — Игровые термины? — в один голос недоуменно переспросили они. — Да. Классы, финальный босс, NPC, читерство… Всё в таком духе, — Изуку перечислил всё, что запомнил. Герой и детектив обменялись тревожными взглядами. — Если он оторван от реальности и видит в этом лишь игру, это делает его смертельно опасным. Он будет убивать любого на своём пути просто потому, что ему так хочется, — пробормотал Цукаучи, делая пометку в блокноте. — Это еще не всё, — продолжил Изуку. — Я заметил, как он реагировал на неудачи. Когда что-то шло не так, как он хочет, казалось, будто у него сейчас случится истерика. — Истерика? — детектив перестал писать. — Да. У него была привычка или нервный тик — яростно чесать шею. Кроме того, он жаловался, ныл, хвастался своими «игрушками» или угрожал союзникам за малейший промах. Вёл себя ребячески. — Или как «Большой ребёнок», — вставил Всемогущий. Изуку кивнул. — Именно! И вот вопрос: как такой психически нестабильный инфантильный человек мог возглавить сотню злодеев для нападения на Юэй? — Изуку скрестил руки. — Он может быть лидером атаки и тем, кто отдает приказы на месте, но за ним кто-то стоит. И вероятно, этот кто-то и создал Ному. Взрослые кивнули — логика мальчика была безупречной, а его описание психологического портрета злодея могло быть полезным. Наомаса признался себе, что из мальчика мог бы выйти отличный детектив. Цукаучи дописал и с улыбкой посмотрел на парня. — Спасибо, Мидория. Думаю, этого достаточно, чтобы составить профиль. Хочешь добавить что-то ещё? Изуку на мгновение затих. — Есть кое-что, что не дает мне покоя… сам Ному. — Что именно тебя беспокоит? Выражение лица Изуку стало болезненным. — Шигараки сам сказал, что Ному — это искусственно созданный человек, сконструированный специально, чтобы противостоять силе и скорости Всемогущего. От одного из мелких сошек, что я допрашивал, я узнал, что у Ному две причуды. Не «двойная причуда», а именно две разные причуды в дополнение к его силе и скорости. Чтобы создать такое, нужны ресурсы, оборудование, связи и… подопытные, — он произнёс это хмуро, заставив взрослых содрогнуться. — Я к тому, что эта «Лига Злодеев» может быть гораздо глубже и серьёзнее, чем кажется. И возможно… мы ещё о них услышим. В комнате воцарилась мёртвая тишина. Даже Наомаса перестал писать, переваривая сказанное. Слова подростка рисовали мрачную картину. .

Ооооо

.

Безымянный бар.

Шигараки с глухим стуком рухнул на деревянный пол бара навзничь; рядом с ним упала отрубленная кисть руки и стрела с наконечником в виде тёмно-зелёной боксёрской перчатки. В баре воцарилась гробовая тишина. Шигараки лежал на полу, не подавая никаких признаков жизни. — Шигараки?.. — осторожно позвал Курогири, предусмотрительно держась на безопасном расстоянии. Злодей медленно протянул руку и вцепился в лежащую рядом стрелу мёртвой хваткой — настолько сильной, что едва не разорвал ткань в клочья. Секунду спустя вся перчатка начала гнить и распадаться, пока не превратилась в горсть пыли в его руке. — Капюшон… .

Ооооо

.

Четверг. 18 апреля.

Дом семьи Мидория

В комнате раздавались характерные, ритмичные звуки глухого стука. Руки сталкивались с деревом в бешеном, но строго контролируемом темпе.

*TOK-TOK-CLACK-TOK! *

Изуку двигался вокруг специального деревянного манекена с кошачьей грацией и пугающей эффективностью. Каждое движение его рук было выверено до миллиметра: ладони и предплечья плавно обтекали три деревянных «бруса-руки», перенаправляя воображаемые атаки противника, и тут же взрывались молниеносными контратаками. Хлёсткие удары ладонями, жёсткие тычки пальцами и короткие локти ложились точно туда, где у живого человека находились бы кадык, печень, плавающие рёбра и солнечное сплетение. Подросток был одет в чёрные шорты и лёгкие кроссовки. Его тело покрылось тонким слоем пота, из-за чего мышцы блестели при свете ламп, а на предплечьях проступили свежие покраснения от жёсткого контакта с манекеном, но Изуку даже не морщился. Для человека, чьи руки помнили боль от ежедневных тренировок с величайшим лучником в мире, этот гладкий лакированный тренажёр был почти роскошью. После вчерашнего кошмара в U.S.J. все занятия на следующий день были отменены. По идее, Изуку должен был сейчас отдыхать, но вместо этого он спустился в мастерскую ни свет ни заря. Он не придумал ничего лучше, кроме как выплеснуть скопившееся напряжение в привычную, успокаивающую рутину физической нагрузки. Завершив серию финальным, сокрушительным ударом основанием ладони в «челюсть» манекена, он обхватил руками деревянный столб и прислонился лбом к твёрдой поверхности, переводя дыхание. — Мне нужно… мне нужно стать сильнее… — пробормотал он. Тяжёлое, прерывистое дыхание Изуку эхом разносилось по полумраку помещения, смешиваясь с едва уловимым запахом металла и пота. Капли пота стекали по его лицу, падая на гладкую древесину. Каждое мышечное волокно приятно гудело от перенапряжения, но этот физический дискомфорт был именно тем, в чём он сейчас нуждался. Боль очищала разум. Он до сих пор отчётливо помнил свой вчерашний бой с Шигараки, и от этих воспоминаний его кулак со всей силы вонзился в дерево. Постороннему человеку могло показаться, что это было равное противостояние, но сам Изуку знал правду. Шигараки был ощутимо быстрее. Настолько, что казалось, будто у него есть какая-то скрытая причуда на скорость. Такую взрывную скорость у беспричудного человека он мог сравнить лишь с немногими. Говорили, что Оливер в свои лучшие годы двигался именно так. То же самое можно было сказать и о Конноре сейчас. Изуку вспомнил их последний спарринг с Зелёной Канарейкой: он полностью превзошёл его в скорости, нанося удары быстрее, чем он успевал реагировать. Единственным преимуществом лучника перед Шигараки была физическая сила. Благодаря изнурительным тренировкам и спаррингам с Эйджиро его показатели были намного выше среднего, легко позволяя ему входить в топ-5 своего класса. «Но сила ничего не значит против причуды Шигараки», — тихо прошептал ехидный голос в голове, заставив его нахмуриться. «Распад» — смертоносная, пугающая способность. Всего одного касания всеми пятью пальцами было достаточно, чтобы мгновенно закончить бой. А в сочетании со скоростью и рефлексами Шигараки это превращалось в идеальное оружие убийства. Медленно отстранившись от манекена, он выпрямился и вытер лоб тыльной стороной покрасневшего предплечья. Взгляд зелёных глаз упал на верстак, где под тусклым светом ламп покоился его лук, несколько стрел с различными наконечниками и пара сюрикенов. Надо будет их убрать, чтобы случайно не взорвать мастерскую. Отвернувшись, он вытерся полотенцем и надел зелёную майку, прежде чем сесть за компьютер. Войдя в систему, он запустил запись происшествия в U.S.J. и начал анализировать все причуды, которые попались в поле его зрения, пока он избивал их пользователей. Затем он проанализировал само нападение. Смотря на это теперь, стало понятно, что вся эта мелкая сошка была скорее обузой. Конечно, их было много, и они смогли отвлечь его одноклассников, но все эти придурки были неопытны. Они не умели работать в команде, и это стало их концом. Чёрт, даже сам Шигараки сказал, что Аизава-сэнсэй не годится для длительных сражений против толпы, и поэтому вмешался, чтобы уравновесить ситуацию. «Засада — хорошая стратегия», — подумал Изуку, сложив руки в замок под подбородком, — «но сколько бы ни было людей, если они чертовски слабы, они — всего лишь пушечное мясо». На их месте он бы сначала разделил класс на изолированные группы по более жёсткому признаку, а не просто раскидал по случайным зонам. Если бы злодеи не недооценивали их с самого начала и имели о них информацию, они бы заперли сильных бойцов вроде Тодороки или Бакуго в замкнутом пространстве с теми, чьи причуды идеально подавляют лёд или взрывы. Например, Бакуго можно было бросить в зону водных катастроф, а Тодороки — в зону пожаров, чтобы ослабить его ледяную часть причуды. «Они рассчитывали на эффект неожиданности и слепое численное преимущество. Идиоты», — резюмировал Изуку, прокручивая кадры своего боя в зоне оползня. — «Но тупость исполнителей помножила весь план на ноль. Они толпились и мешали друг другу. Никакого строя. Никакого прикрытия. Им было плевать друг на друга. Рассчитывали убить детей, а вместо этого им начистили их собственные задницы». Он нажал на паузу, когда на экране появилось крупное изображение Шигараки, бросающегося на Аизаву. «Нам повезло. Очако и Мезо рассказали, что они с остальными смогли отбросить Курогири, чтобы Тенья успел выбраться и привести помощь. Если бы Курогири сразу заблокировал выход, а не пытался поймать Ииду, то подкрепление из Юэй не прибыло бы вовремя. Или бы использовали учеников в качестве заложников, вместо того чтобы натравливать безмозглого зомби на стероидах на Всемогущего. Будь у Шигараки мозги, он бы с самого начала взял кого-то из учеников и заставил Символа Мира выбирать: защищаться или стоять и позволить себя убить, чтобы спасти детей. Зная Всемогущего, тот бы на это согласился». Изуку откинулся на спинку стула, и по его телу пробежала лёгкая дрожь. Осознание того, насколько близко они подошли к катастрофе исключительно из-за глупости и инфантилизма лидера злодеев, отрезвляло. В следующий раз враг может оказаться умнее. Оливер всегда учил его: «Никогда не надейся на судьбу или удачу. Планируй свои действия на несколько шагов вперёд». Покачав головой, он посмотрел на кадр, где злодей протягивает руку к лицу его одноклассницы. Увеличив изображение, он заметил, что тот вытягивает сначала пальцы. «Шигараки заставил сгнить локоть Аизавы, как только коснулся его. Но когда он подбирал отрубленную кисть, она осталась цела… Значит, он должен как-то контролировать это», — перемотав запись до той части, где Томура бережно поднимает руку «отца», он заметил, что тот отводит мизинец. — «Значит, причуда активируется при касании всех пяти пальцев. Если лишить его хотя бы одного, то это лишит его возможности использовать Распад». Он быстро записал эту информацию, а затем скрыл окно видео и ввёл имя «Томура Шигараки» в поисковую систему. Благодаря своим навыкам работы с программами и сетями он загрузил троян в копию видеозаписи U.S.J., которую отправил на рабочий компьютер детективу Наомасе. Было удивительно, что этого не заметил, но Изуку не жаловался. Получив доступ к информационной сети полиции, он подключил её к своей собственной поисковой программе. Раньше он использовал её, чтобы искать видео сражений героев со злодеями для анализа боёв, но теперь у него появился более серьёзный способ её использования. Однако единственным результатом по запросу «Томура Шигараки», помимо последних заголовков и собранной полицией информации о нападении на U.S.J., оказалась гончарная мастерская. «Значит, вымышленное имя. Что это за мода на вымышленные имена?» Он потёр виски. «Минутку… Курогири буквально означает «Чёрный туман». Но Томура Шигараки… Если я прав, то фамилия состоит из иероглифов «死» — смерть, «柄» — рука или рукоять, и «木» — дерево, а имя состоит из одного кандзи «弔» — дословно означающего погребение. Довольно зловеще звучит», — он постучал пальцем по подбородку. — «Может, это какая-то отсылка? Или анаграмма?» Он открыл программу и ввёл иероглифы. В японском языке имя обычно делится в пропорции 2+2 или 3+1. Из-за мрачного значения кандзи «死» (смерть) и «弔» (похороны) все получившиеся варианты звучали странно или нелепо для обычного японца. В результате он получил ровно 24 варианта: Сикигара Томура Сибокухэй Тё Цукакиси Томура Хэйбокути Тё Сихэй Томоки… Несмотря на то, что некоторые из имён звучали нелепо, он всё равно загрузил их в поисковую программу. Пока она обрабатывала список, он решил попробовать ещё один подход на всякий случай. Вместо комбинации иероглифов он вписал варианты звукового прочтения: Си / Сину (死), Гара / Цука / Хэй (柄), Ки / Ко / Моку / Боку (木), Томура / Тё (弔). В этом случае потребовалось чуть больше времени, и он получил около 144 звуковых вариаций. «Это займет время», — со вздохом подумал Изуку, хрустнув шеей, и приступил к долгим часам сидения за экраном. .

Ооооо

.

Пятница. 19 апреля.

Академия Юэй. Класс 1-А

На следующий день Юэй снова открылась, и занятия возобновились. Почти все ученики класса 1-А были на месте, только Аизавы-сэнсэя не хватало. Весь класс обсуждал вчерашние новости. Почти каждый новостной канал крутил сюжеты о них: о том, как ученики 1-А вышли из схватки со злодеями невредимыми, что моментально сделало их центром всеобщего внимания. Большинство радовалось столь ранней популярности на ТВ, другие всё ещё пребывали в шоке от самого факта нападения. Кое-кто обсуждал свои стычки со злодеями. В целом класс заметно приободрился и стал увереннее в себе после пережитого. Внезапно в кабинет быстрым шагом вошёл Иида и встал перед доской. — Всем внимание! Настало время классного часа! Прекратите разговоры и займите свои места! — прокричал ассистент старост класса. Изуку вздохнул, подперев голову рукой: — Тенья, не переживай, все уже сидят, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Остался только ты. — Чёрт! — Иида с досадой плюхнулся на своё место перед Очако, которая одарила его беззаботной улыбкой. — Не волнуйся ты так, — дружелюбно отозвалась она. Изуку обвёл взглядом класс, проверяя, все ли на местах, и заметил, как ему машет Серо. — Эй, Мидория, не в курсе, кто у нас сегодня будет вести уроки? — спросил парень с локтями в виде диспенсеров для скотча, поглядывая на дверь. Изуку вздохнул и пожал плечами. — Понятия не имею. Я пытался спросить у директора, но он сказал не беспокоиться, — ответил он, откидываясь на спинку стула. — Честно говоря, думаю, придёт Аизава-сэнсэй. — А? Но он же был тяжело ранен, разве нет? — спросила Джиро, услышав разговор. — Был, но ничего критического. К тому же, с навыками и причудой Исцеляющей Девочки он быстро встанет на ноги, — пояснил зеленоволосый, заставив некоторых согласно кивнуть. Стоило ему только договорить, как дверь с грохотом открылась, и в класс вошёл Аизава. Его правый глаз закрывал массивный пластырь, а одна рука была на перевязи, но в остальном он выглядел всё таким же усталым и ворчливым, как обычно. — Доброе утро, — буркнул он, словно это был самый обычный день. — Чёрт, вот это самоотдача, — пробормотал Киришима, глядя, как герой без особых усилий проходит за свой стол. — Сэнсэй, вы в порядке?! — с тревогой спросил Иида. — Не стоит жалеть меня, бывало и хуже, — отрезал он, обводя класс взглядом. — Но для вас битва ещё не закончилась. Класс недоуменно переглянулся. — Битва? — с непониманием переспросил Бакуго. — А?.. — Изуку замолчал, и на его лице отразилось беспокойство. — Опять злодеи?! — в ужасе закричал Минета позади него. Однако Аизава имел в виду совсем другое сражение. — Скоро начнётся Спортивный фестиваль Юэй. — Я аж и забыл, что это вообще школа! Изуку готов был хлопнуть себя по лбу — он совсем выронил из головы одно из крупнейших ежегодных событий Академии Юэй. Спортивный фестиваль Юэй был одновременно похож и совершенно не похож на обычные школьные праздники. Каждый год академия устраивает грандиодный турнир, где ученики могут продемонстрировать свои причуды, навыки и боевые способности на глазах у всего мира и профессиональных героев. Это давало шанс попасть в поле зрения топовых агентств и получить приглашение на стажировку или даже работу. Изуку не пропускал ни одного фестиваля и прекрасно знал, в каком стиле Юэй их проводит. — Подождите! Разве это нормально — проводить фестиваль так скоро после нападения злодеев? — спросила Джиро. — Что если они снова атакуют? — обеспокоенно спросил Оджиро. — Таким образом Академия Юэй показывает, что ситуация под полным контролем, — объяснил Аизава, почесывая щеку. — Вдобавок присутствие полиции будет увеличено в пять раз. — К тому же нужно учитывать количество профи, которые там соберутся, — добавил Изуку, привлекая внимание одноклассников. — Стадион, который использует Юэй, будет забит героями со всей Японии, а некоторые приедут даже из-за рубежа. Ни одна группа злодеев не будет настолько глупа, чтобы атаковать фактически армию из героев. Аизава кивнул. — Мидория прав, безопасность не будет проблемой. Вы должны думать только о возможностях, которые предоставляет вам фестиваль, — произнёс он уверенным тоном. — Такое событие не отменят из-за парочки злодеев. — Но почему? Это же просто спортивные соревнования, — пролепетал Минета, дрожа на своем месте. Изуку не удержался и одарил коротышку странным взглядом. — Минета, ты что, никогда не видел Спортивный фестиваль Юэй? — спросил он, приподняв бровь и оборачиваясь. — Конечно видел! Но я говорю совсем не об этом… Прежде чем Минета успел продолжить, Аизава перебил его: — Наш фестиваль — одно из крупнейших событий Японии! В прошлом его роль играли Олимпийские игры, за которыми наблюдала вся страна. Но теперь их значимость уменьшилась, и они лишь тень себя прежних… Теперь на смену Олимпийским играм в Японии пришёл Спортивный фестиваль Юэй. Изуку кивнул, соглашаясь со словами сэнсэя. До появления причуд Олимпийские игры были величайшим событием, где люди соревновались на равных. Однако с появлением метасил само понятие «равные условия» исчесло. Причуды слишком задрали планку того, что значит быть равным. Это не означало, что Олимпийские игры исчезли совсем — страны мира всё ещё поддерживали традицию и проводили их раз в 4 года. Просто они перестали быть тем грандиозным событием, каким были в прошлом. — За нами будут наблюдать профессиональные герои со всей страны, — сказала Момо, перехватив внимание Минеты. — Чтобы нанять лучших! — После выпуска это поможет нам устроиться помощниками в геройские агентства! — с ухмылкой сказал Каминари, обращаясь к Джиро и поднимая большой палец. — Только вот многие теряют возможность построить карьеру и вечно остаются помощниками, — с бесстрастным лицом сказала Кьёка, прежде чем повернулась к блондину. — Каминари, кажется, тебя это и ждёт. Ты же такой тупой. От таких слов весь энтузиазм парня сдулся. — Конечно, — подал голос Аизава, заставив всех мгновенно притихнуть. — Работа в знаменитом агентстве подарит вам много опыта и популярности. Но времени мало. Если хотите стать профи, то путь к вашему будущему начинается здесь. — Его слова приковали к себе внимание абсолютно каждого в классе. — Лишь один шанс в год… и три шанса всего за всё время обучения. Будущим героям нельзя пропускать такое событие! Если всё понятно, начинайте готовиться! — ЕСТЬ! После этой речи учителя все окончательно осознали, насколько серьёзным событием является Спортивный фестиваль. Изуку задумался о том, чем займётся после выпуска. Судя по словам Каминари, самым распространённым путём для любого героя было пойти в помощники к профессионалу в агентство, прежде чем начать сольную карьеру. Однако существовала вероятность, что герой мог оставаться на побегушках и на протяжении всей своей жизни. Изумрудный лучник знал, чего он хотел добиться: он хотел изменить общество. И как профессиональный герой он сможет это сделать. Изуку понимал: все герои по телевизору твердят, будто твоя причуда не имеет значения и что ты в любом случае можешь стать героем. Это чушь. И примерно где-то к середине средней школы люди начинают это понимать. Японское общество было построено на принципах коллективизма, конформизма и жёсткой социальной иерархии в отличие от тех же США. Здесь твои гены диктуют тебе профессию. Если у тебя мощная причуда, ты автоматически подходишь на роль героя, а если нет — что ж, очень жаль, ты бесполезен в глазах общества. Герои могут сколько угодно твердить по телевизору, что причуды не важны, но эти слова не несут в себе почти никакого смысла, когда они исходят от людей, благословенных потрясающими способностями. Люди увидят в этом лишь банальные плакатные лозунги. И это действительно позор, ведь вокруг полно героев, которые функционально беспричудны, но общество этого просто не замечает. Например, Полночь. Она не может контролировать направление своего усыпляющего газа, чтобы щадить мирных жителей. Она известная героиня, но все её знают только из-за её внешности и довольно вызывающего костюма, когда на самом деле она такой же опытный боец, как и Сотриголова. Или Сильный Тип. Его причуда буквально заключается в наличии четырёх рук. Он мало что может противопоставить кому-то с причудой дальнего боя. В детстве его самой заветной мечтой было желание помогать людям и стать героем, как Всемогущий. Повзрослев, он не отказался от своей мечты, но стал смотреть на вещи шире. Если он станет первым беспричудным героем в Японии, людям просто нечего будет ему возразить. Дети с бесполезными причудами смогут мечтать о том, чтобы стать героями, потому что — эй, беспричудный парень смог это сделать, а у меня хотя бы есть какая-то способность, значит, это возможно! Не говоря уже о том, каким огромным влиянием обладают герои. Если ты говоришь что-то как обычный гражданский, тебе приходится буквально драться за то, чтобы люди обратили на тебя внимание. К герою же приковано внимание СМИ, у него есть аудитория, фанаты, его слова имеют вес. На это могут уйти годы — перемены требуют времени, и к тому моменту, когда он этого добьётся, в обществе, без сомнения, всё ещё будет процветать нетерпимость к людям со слабыми, «злодейскими» причудами или вообще без них. Но Изуку ещё молод. Ему всего пятнадцать. Может, он проживёт достаточно долго, чтобы увидеть, как это станет реальностью. И на Спортивном фестивале Юэй он сделает свой первый шаг — покажет всему миру, на что способен этот беспричудный лучник. .

Ооооо

. После окончания урока современной литературы с Цементоссом наступил обеденный перерыв, и все наконец-то смогли бурно обсудить предстоящий Спортивный фестиваль. — Хотя я и знал, что так и будет, всё равно эмоции через край! — крикнул Киришима, победно вскидывая кулак. — Если мы выделимся, это станет первым шагом в нашей карьере! — добавил Серо. — Похоже, все знатно зажглись, — с ухмылкой произнёс Изуку, чувствуя, как внутри него тоже нарастает азарт. — А ты нет?! — спросил Иида, резко размахивая руками, пока всё его тело буквально дрожало от избытка эмоций. — Мы же поступили сюда, чтобы стать героями. Конечно же мы в восторге! — выпалил он, что было не совсем в его привычном строгом стиле. — Иида, смотрю, ты радуешься больше всех. Так странно, — бросила Цую в своей обычной прямолинейной манере, доставая свой обед. — О, не переживай, Иида, — с улыбкой ответил Изуку, показывая большой палец. — Я тоже заряжен на полную. — Изуку, Иида… Парни обернулись на знакомый голос, но увиденное заставило их опешить. — Давайте порвём всех на этом фестивале! — отчеканила Очако. Её лицо было абсолютно серьёзным, а вокруг неё бушевала пугающая аура, заставшая всех врасплох. — У-Урарака! Твоё лицо?!.. — испуганно завопил Тенья. — Что с ней? Урарака сейчас какая-то… ну, совсем не Урарака, — озадаченно протянула Мина, выскакивая у них за спинами и наклонив голову вбок. — Может, у неё ПМ… Прежде чем Минета успел закончить свою пошлую мысль, Асуи наотмашь влепила ему по щеке своим длинным языком. Очако резко повернулась к парням, воинственно вскидывая кулак вверх. — Ребята! Я выложусь на полную! — прокричала она грозным тоном с настоящим пожаром в глазах, как королева-воительница перед армией. Изуку немного неловко приподнял руку, явно ошеломлённый внезапной вспышкой решимости со стороны обычно милой девушки. «Если подумать, я ведь так и не спросил, почему она вообще хочет стать героем». Когда Изуку, Иида и Очако вышли из класса и направились в столовую, лучник наконец озвучил этот вопрос. Ответ, мягко говоря, застал его врасплох. — Из-за денег…? — в шоке переспросил Изуку, округлив глаза точно так же, как и стоящий рядом Иида. — Ты хочешь стать героем из-за денег? Очако густо покраснела и смущённо потёрла затылок. — Ну да, если смотреть в самую суть, — пробормотала она, виновато нахмурившись. — Боже, простите, я знаю, что это звучит глупо и приземлённо. Будто мои мотивы не такие чистые, какими должны быть у настоящего героя! Особенно учитывая, что Иида делает это ради высоких принципов, а Изуку — чтобы доказать всему миру свою силу и давать людям надежду… Мне так стыдно, — выдохнула она, пряча лицо в ладонях. — Не понимаю! — громогласно заявил Иида, снова начав бешено рубить воздух руками. — Что плохого может быть в желании обеспечить себе достойную жизнь? — К тому же, желание заработать не делает тебя плохим героем, — мягко улыбнулся девушке Изуку. — Я всегда сужу по поступкам, а не по словам. Вспомни вступительный экзамен: когда я сказал, что собираюсь сразиться с ноль-очковым, ты хотела, чтобы я спасался вместе с тобой. А Тенья бросился со мной тебе на помощь без секундного колебания. Он мог бы просто убежать и не рисковать своими очками, но всё равно сделал это. Вот что определяет героя. Хотя должен признать, твой мотив действительно оказался неожиданным. Очако начала неловко переминаться с ноги на ногу, избегая прямого взгляда. — Мои родители владеют строительной компанией, но… сейчас работы совсем мало, так что мы на мели. Кругом одни долги, — призналась она тревожным тоном, проводя руками по волосам. — Такое не принято рассказывать, но… — Строительная компания? — озадаченно переспросил Иида. Изуку на мгновение задумался, оценивая ситуацию с практической точки зрения. — С её причудой, если получить лицензию, ты была бы невероятно эффективна на стройке. И экономична. Твоя способность способна в одиночку заменить всю тяжёлую технику, на которую уходят миллионы. — Да! — внезапно вскрикнула Очако, заставив парней слегка вздрогнуть от её громкого тона. — Именно так я и сказала папе! — Её голос резко упал, став грустным. — Но… Очако пустилась в воспоминания, рассказав, как в детстве умоляла отца взять её работать в их компанию. Но папа наотрез отказался, заявив, что обязанность родителя — помогать детям идти к своей мечте, а не взваливать на них семейные проблемы. Очако крепко сжала ткань своей юбки кулаками, а затем уверенно посмотрела на Изуку и Ииду. Впервые с момента их знакомства Изуку увидел в её глазах такую стальную, несгибаемую решимость. — Я обязательно стану героем и заработаю много денег, чтобы облегчить жизнь моим родителям! Изуку и Иида на мгновение потеряли дар речи, полностью обезоруженные такой силой духа. — Браво! Урарака, браво! — громогласно закричал Иида, начав неистово (и странно) аплодировать, отчего девушка залилась густой краской. Изуку лишь тепло улыбнулся и убрал руки в карманы брюк. — В желании позаботиться о своей семье нет абсолютно ничего постыдного. Это заслуживает огромного уважения. — Ребята… — тихо прошептала Очако, и на её глазах заблестели слёзы благодарности. Прежде чем Очако успела сказать что-то ещё, их разговор бесцеремонно прервал не кто иной, как сам Всемогущий, внезапно выскочивший из-за угла. — Оха-ха! Юный Мидория, я тебя нашёл! — громогласно воскликнул Всемогущий, отчего вся троица дружно подпрыгнула на месте. — Всемогущий? — удивлённо спросил Изуку, пока двое его друзей пребывали в шоке. Никто явно не ожидал, что величайший герой страны вот так просто появится перед ними. — Что случилось? — Обед! — герой смущённо кашлянул в кулак, а затем достал голубую связку с бенто. — Поедим вместе? — Вы прям как влюблённая школьница! — прыснула со смеху Очако. Несмотря на уморительную сцену, Изуку сразу понял, что Всемогущий хочет обсудить что-то действительно важное, поэтому решил подыграть ему и избавить от лишних расспросов. — А, так вы хотите обсудить нападение на U.S.J.? Убедиться, что я не упустил никаких деталей в показаниях? — произнёс Изуку, сделав многозначительное лицо. Всемогущий мгновенно уловил намёк и закивал: — Да, именно! Всего одно короткое интервью, чтобы мы могли окончательно закрыть это дело. Изуку повернулся к друзьям: — Ребята, идите без меня, я постараюсь догнать вас как можно скорее. — Не торопись, всё в порядке, мы всё прекрасно понимаем! — подбадривающе крикнул Иида, привычно взмахнув рукой, а Очако согласно кивнула и помахала ему. Пока друзья направлялись в общую столовую, Изуку и Всемогущий быстрым шагом дошли до уединённой комнаты отдыха неподалёку. Едва за ними закрылась дверь, Тошинори Яги с громким шипением выпустил пар и сдулся, как воздушный шар, вернувшись в свою истинную, истощённую форму. Он тяжело опустился на диван и принял заваривать чай. На его измождённом лице застыло непривычно суровое выражение, из-за чего Изуку сразу понял, что всё очень серьёзно. Поэтому, усевшись на табуретку напротив дивана, он приготовился внимательно его слушать. — Я позвал тебя сюда по серьёзной причине, мальчик мой, — тихо произнёс Тошинори, и в его голосе звенело напряжение. — Мой временной лимит… сократился. Изуку сглотнул, чувствуя, как внутри всё сжалось от дурного предчувствия. — Сколько? Тошинори закрыл глаза и тяжело вздохнул, утирая проступившую на губах кровь. — 50 минут. Мой лимит становится всё короче. Я слишком перенапрягся. Тот Ному оказался серьёзным противником… Было больно. — Взгляд Изуку тут же упал на левую часть живота героя, и он вспомнил, как во время боя его бок залился кровью. — Без сражения я могу оставаться во второй форме от силы часа два, но только если буду выжимать из себя все соки на пределе возможностей. — Зараза… — Изуку мрачно выругался сквозь зубы на русском, опустив взгляд. Знать, что карьера Символа Мира неумолимо близится к концу, было отрезвляюще и жутко. — Мне жаль, Всемогущий… — Ха-ха-ха! Тебе не за что извиняться! — Тошинори улыбнулся своей фирменной, хоть и измождённой улыбкой, хотя вид крови у рта выглядел довольно жутко. Чёрт возьми, как тот ещё не умер от её потери? — Вот, выпей чаю. — Спасибо, — Изуку с благодарностью принял чашку. — Но есть конкретная причина, почему я говорю это тебе. Давай обсудим Спортивный фестиваль Юэй. Изуку серьёзно кивнул. — Буду предельно честен, — продолжил Яги, и его взгляд потемнел. — Я не знаю, сколько ещё смогу оставаться Символом Мира. И некоторые злодеи уже начинают это осознавать. Вся страна сейчас ждёт, кто придёт мне на смену. И я хочу, чтобы этим человеком стал ты. Ты должен не просто перенять моё наследие, ты должен превзойти меня! Изуку удивлённо приоткрыл рот, поражённый масштабом этих слов. — Спортивный фестиваль Юэй — это грандиожное событие, за которым будут следить не только герои, а абсолютно вся Япония! — Всемогущий со значением указал на подростка. — Как герой нового поколения, который стремится создать Символ Надежды, ты обязан заявить о себе. Ты, Изуку Мидория, уже здесь! И я хочу, чтобы ты прокричал об этом всему миру! Мощная волна решимости захлестнула Изуку. Он крепко сжал кулаки и уверенно кивнул. Чего бы ему это ни стоило, на этом фестивале он выложится на все двести процентов. Всемогущий довольно улыбнулся, а затем кашлянул, возвращая разговору более будничный тон: — Кстати, ты ведь хорошо помнишь, как именно устроен фестиваль? — Да, конечно, — Изуку слегка расслабился и уверенно перечислил правила. — Все факультеты — поддержки, менеджмента, общего образования и геройский — смешиваются в общую кучу. Сначала идут отборочные испытания для каждого курса отдельно. Те, кто успешно проходит предварительные туры, пробиваются в главное событие дня — индивидуальный турнир на выбывание среди 16 лучших учеников. Последний оставшийся на ногах объявляется победителем. — Совершенно верно! Другими словами, это твой идеальный шанс презентовать себя обществу! — Всемогущий снова указал на него пальцем. — Постойте… Вы хотите сказать, что я должен именно победить на фестивале? — прямо спросил Изуку. — Это твой лучший билет в будущее, если ты хочешь исполнить свою мечту, — серьёзно ответил Тошинори. — Если ты выиграешь, тебя начнут воспринимать всерьёз. Профессионалы со всей страны, и даже из-за рубежа, захотят забрать тебя на стажировку. Общество перестанет видеть в тебе просто «беспричудного подростка». Они увидят силу, с которой необходимо считаться. Изуку вздохнул и согласно кивнул. Он прекрасно понимал правила этой игры. В мире, помешанном на причудах, всегда найдутся скептики и расисты, считающие, что без везения в генетической лотерее ему не место в индустрии героев. Если он займёт низкое место, агентства просто вежливо отмахнутся от него. Он кровью и потом докажет, что заслужил своё право быть здесь. Плюс, ещё он поиздевается над общественным мнением о своей «инвалидности» и покажет, как навыки и ум могут победить даже титанов. — Это будет непросто. На геройском курсе полно талантливых ребят, да и на других факультетах могут скрываться опасные соперники, — Изуку поднял на Всемогущего взгляд, в котором горело холодное упрямство. — Но я сделаю всё возможное. И я выиграю этот чёртов фестиваль. Тошинори одобрительно заулыбался, но тут же снова замялся, будто вспомнив о какой-то неловкой детали. — И ещё кое-что, Мидория. Прежде чем ты уйдёшь, я должен прояснить один организационный момент… Поскольку ты занял первое место на вступительном экзамене, по регламенту школы ты обязан выступить с речью от лица всех первокурсников на церемонии открытия. Глаза Изуку округлились, а по лбу скатилась холодная капля пота. — Ч-Что?! Мне нужно толкать речь перед переполненным стадионом и миллионами зрителей у экранов телевизоров? Он на секунду завис, а затем опустил голову и тихо выдавил: — Блядь… Тошинори не сдержался и искренне рассмеялся, глядя на панику тактика: — Не переживай ты так! Просто скажи то, что у тебя на душе. Какое-нибудь героическое напутствие или слова поддержки для своих одноклассников. Порывшись в карманах своего безразмерного пальто, бывший Символ Мира достал три глянцевых бланка. — И раз уж ты стал лучшим на экзамене, школа выделила тебе две VIP-билета на трибуны. Можешь пригласить кого угодно. — Ого, серьёзно?! — Изуку бережно принял билеты, искренне удивившись. Спортивный фестиваль Юэй был главным спортивным событием Японии, затмившим даже Олимпийские игры. Достать билеты на него обычному человеку было практически невозможно — большая часть мест уходила топовым героям, чиновникам и спонсорам по предзаказам. Изуку сразу мысленно начал распределять подарки: один билет он безоговорочно отдаст маме. А вот насчёт остальных… «Интересно, сможет ли Коннор выкроить время в своём безумном графике и приехать?» — подумал он, надеясь, что его брат сможет ненадолго оставить свои дела в Америке ради такого события. «Или папа…?» — мелькнула в его голове мысль, но он тут же её отбросил. Он не видел Хисаши Мидорию одиннадцать лет, с тех пор как тот переехал в Штаты из-за работы и даже не переписывался. Интересно, что это произошло спустя всего месяц после того, как сыну поставили диагноз «без причуды». Ну, тот хотя бы выплачивал алименты, и причём довольно большие. Благодаря им и маминой зарплате адвоката они жили в хорошом районе в большом доме, а он смог приобрести оборудование для мастерской и все материалы для своего снаряжения. — Спасибо вам за всё, Всемогущий, — поблагодарил Изуку. — Я тут ни при чём, мальчик мой, — мягко ответил Тошинори, махнув рукой. — Ты сам пробил себе эту дорогу. Всё, чего ты добился — исключительно твоя заслуга. Изуку решительно кивнул и крепко сжал кулак. До фестиваля осталось две с половиной недели. И всё это время он собирался тренироваться как одержимый. У каждого обладателя причуды есть свой предел — его диктует биология. Эти люди узнают границы своих возможностей и боятся их переступить. Он родился беспричудным. У него нет суперсил, а значит, нет и рамок. Свои пределы он просто игнорирует.