Dark. Глава №46.

Для лучшего восприятия просьба каждый из трёх условно разделённых кусков слушать по указанную музыку. 30 Seconds To Mars – The Kill. Огонь. Огонь течёт по венам, заставляя всё тело конвульсивно вздрагивать против твоей воли. Она. Она пыталась защитить тебя, ничего не сообщив о произошедшем! Она! Защитить! Тебя! Внутри всё просто горело адским пламенем. Этот ублюдок посмел напасть на беззащитную девушку. Не просто на девушку, на ТВОЮ ДЕВУШКУ! На твою Бо! И сейчас – на губах мелькнуло подобие улыбки, искажённое презрением – этот Скотт перед тобой. Что, Скотт, ты уже не такой храбрый сейчас? Куда ж подевалась вся твоя бравада? Наверное, следовало бы успокоиться, придти в себя, чтобы не наделать глупостей. Но ты этого не хотел. Память услужливо вытаскивала из закутков сознания образы девушки. Разбитой, рыдающей, сломленной. Это подливало масла в пламя, терзающее тебя изнутри. Кажется, ещё немного – и ты просто взорвёшься. Все свои чувства, все эмоции, всю ненависть и злобу, бессилие от того, что теряешь её, что боится тебя, что ускользает сквозь пальцы, как песок, всю внутреннюю энергию ты выплёскиваешь на сжавшегося перед тобой парня, которого тебе ничуть, совершенно, ну просто ни капельки не жаль! В исступлении наносишь удар, ещё один и ещё. Слышишь сдавленный стон. Глаза застилает кровавая пелена, ты чувствуешь, что контроль уже потерян, но тебя это не колышет. Комната потемнела, чёткие линии размылись, всё кругом просто испепелилось твоей яростью. В мире не осталось ничего, никого кроме тебя и Скотта. Зажмуриваешься, кожа пылает, костяшки на руках побелели от напряжения. Снова удар, снова сдавленный крик. Обеими руками хватаешь его голову. Ты готов размозжить её, превратить в кровавое месиво! Поднимаешь ногу. Хрусть! – и его нос ломается об твоё колено. Парень издаёт приглушенный хрип, он уже не пытается отбиваться, но от этого ты свирепеешь ещё больше. Давай! Давай, тряпка! Сдался? Сдулся? Жалкий сопляк, трусливый кусок дерьма! Ты никогда её больше не тронешь! НИКОГДА! Кажется, ты кричал что-то, хотя, возможно, этот вопль, неистовый рёв, преисполненный бешенства, раздавался лишь у тебя внутри, в груди, эхом отдаваясь от рёбер. Ты не знал. Ты находился в забвении, в потустороннем мире, для тебя уже больше ничего сейчас не существовало. Только ты и он. Он и ты. Внезапно в этот крошечный мирок, полный боли и ярости, вторгается кто-то ещё. Ты не сразу понимаешь, что происходит, когда кто-то касается плеча, а затем настойчиво тянет. Что? Это шутка? Этот наивный идиот тоже желает огрести по полной? Что ж, исполним же его желание! Рывком поворачиваешься, замахиваясь, но замираешь на полпути. На мгновение в голове что-то прояснилось, сознание вырвало из безумных кровавых образов один, безупречный, чистый и непорочный, как прекрасный неизведанный цветок. Бо. Это Бо. Она здесь. Она тут. Перед тобой. Тянет назад. Смотришь на неё безумным взглядом, видишь себя в отражении её бездонных, наполненных слезами глаз. Она понимает: ты не здесь. Ты не с ней. Сбрасываешь её руку, отталкиваешь и вновь оборачиваешься к Скотту – молча, без единого лишнего звука или движения. Не мешай, я должен закончить. Но она упряма. Она снова бросается вперёд хватает тебя за руку, кричит что-то тебе в лицо. Раскрываешь рот, но не издаёшь ни звука. Пересилив себя, лишь хрипишь: - Отойди. Это большее. На что. Ты способен. Сейчас. Она не отходит. Неужели она не понимает? Ты боишься ранить её! Но она слишком упряма, чтобы отступать. Она бросается между вами в тот момент, когда ты уже готов был сломать этому ублюдку челюсть. Слишком поздно. Время замедляется, кровавый туман в голове рассеивается на пару секунд, позволяя увидеть происходящее во всей красе. Скотт – с перекошенным лицом и деформированным носом, истекающий кровью, согнувшийся пополам. С губ его тоже срываются капли крови. Бо – прямо перед тобой, испуганная. Глаза с мольбой уставились на тебя. По щекам потоком льются слёзы. Твой кулак. Летящий в её голову. Брызги крови. Нет. НЕТ! 30 Seconds To Mars – Attack. Время снова возвращается в привычное русло. Твоя рука затормаживает в нескольких сантиметрах от идеального, любимого, искажённого ужасом лица, ты успеваешь остановиться, предотвратив нечто кошмарное. Лишь миг на осознание происходящего – и ярость снова накрывает тебя с головой. - ОТОЙДИ! – рычишь. – ПОШЛА ВОН!!! ДАЙ МНЕ СЛОМАТЬ ЕМУ ПОЗВОНОЧНИК И ВЫПУСТИТЬ КИШКИ! В её глазах страх за тебя сменяется неподдельной паникой. Всхлип – и вот она уже несётся прочь, исчезает из твоего поля зрения. Ты тупо смотришь ей вслед. Ярости больше нет, только пустота. Внутри пустота. Словно сердце из груди вырвали железными клешнями. Нет. Бо, нет. Я же защитить хотел. Подожди, постой. Сиплый шёпот вырывается из груди. - Бо… Оцепенение спало, забыв о раздавленном как морально, так и физически враге, бросаешься вслед за ней. Прочь на улицу. Она там. Должна быть там. Толкаешь дверь, да так, что та с грохотом врезается в стену. Но не захлопывается за тобой – ещё кто-то вышел. Не важно. Это не важно. Важно лишь одно. Её нет. Нигде нет. Она ушла. Сжимаешь зубы до боли, изнутри тебя пожирает ощущение собственного бессилия. Опять. Каждый раз. Каждый раз, когда она убегает. Убегает так, словно больше не вернётся. Со всей дури ударяешь кулаком об стену, оставляя на ней кровавый след. Сдавленно рычишь сквозь стиснутые челюсти, зажмурившись и упершись в эту же стену лбом. Кто-то хлопает по плечу. Голос Тома. - Дружище, не кори себя так. Она вернётся. Сжимаешь зубы ещё крепче, к горлу подступил комок. - Ты… не понимаешь. Она не вернётся после того… что увидела. Я потерял её, - голос тусклый, словно из него выкачали всю силу. Куда делась та неуёмная энергия, что разрывала тебя всего несколько минут назад? Теперь осталась лишь пустота. - Да ладно, она просто в шоке. Ну, знаешь, не каждый день такое увидишь, - пытается пошутить. А тебе не до шуток сейчас. Остатки злобы выплёскиваешь на него. Просто потому что под руку попался. - Она боится меня! Я видел страх в её глазах! Она не простит меня, идиот! – орёшь прямо ему в лицо. – НИКОГДА, ПОНИМАЕШЬ? Чаша эмоций иссушилась до дна. Том всё понимает, он не обидится. Просто смотрит на тебя участливо и молчит. - А ведь я… - голос сел; собираешь силы, чтобы выдавить ещё пару слов, - я люблю её. В груди что-то раскрывается, как огромная птица, распахивает крылья, позволяет тебе сделать вдох. Словно путник, жаждущий воды и набредший на источник. Словно учёный, решивший задачу, над которой бился много лет. Словно человек, осознавший сам себя. Словно Гарри. Гарри Стайлс, понявший… - Я ЛЮБЛЮ ЕЁ! – кричишь, вскинув голову, кричишь на всю улицу, хватаешь ртом воздух, будто только что впервые за всю жизнь вдохнул его. James Newton Howard – End Credits. И вновь всё исчезло, испарилось в туманной дымке. Опускаешь глаза и встречаешься взглядом с ней. Она медленно выходит из-за угла. Смотрит на тебя. Делает шаг, сначала робко, а затем смелее. И вот она уже бежит к тебе, вот она уже рядом, совсем рядом, как тогда, когда встала между тобой и Скоттом. Только теперь она не рыдает. Её пылающие щёки ещё не высохли от слёз, но глаза. Глаза уже не плачут. Глаза смотрят. Смотрят на тебя. И в них нет страха. Голос – тихий, настолько тихий, что даже Том, должно быть, не услышал. Губы, мягкие, тёплые, единственные губы, вкус которых ты так любишь, чуть шевелятся, выпуская в воздух самые желанные слова: - Я тоже люблю тебя. Дотрагиваешься до её волос, запускаешь в них пальцы, словно не веря, что она здесь, перед тобой. Но это так. Она тут. И ты тоже тут. Наклоняешься к её лицу, чувствуя её горячее прерывистое дыхание на щеке. Несмело касаешься губами её губ, боясь, что она оттолкнёт. Но она не отталкивает. И будто не было ничего. Ни драки. Ни злобы. Ни страха. И ничего больше не осталось в мире. Только ты и она. Она и ты…