Змеиный дом

На выходе из автобуса нас уже встречали – двое кураторов, судя по всему, и толпа человек в двадцать разномастных детей – человеков, кролей, белок, коз, даже парочка медведей была и бычок. Ну, или телёнок. Но самое главное – там был настоящий, всамделишный серпент, которого можно было рассмотреть с близкого расстояния и делать это долго! Я сначала подумал, что это был ещё один куратор, но нет. Судя по тому, что он только недавно начал бриться, то ему было лет пятнадцать-шестнадцать. Он ещё и оставлял такую короткую, трёхдневную щетину, которая должна быть модной, но по-настоящему борода и усы у него ещё не росли, так что получались такие себе ботанские «усики – пропуск в трусики». Но в остальном он был крут – высокий, под метр восемьдесят, длинный хвост, общая длина была метров семь или даже восемь, а в толщину сантиметров восемьдесят. И шкура на хвосте красивая, серебристая, переливающаяся, как у форели, ею так и хотелось любоваться, прям как у той женщины, которую я мельком видел по пути сюда. А человеческая часть была атлетичной, с рельефными мышцами, красивым загаром и широким разворотом плеч. -Так, ребята! Помогите новеньким устроиться! Они в будут жить в седьмом и восьмом домиках, отведите туда всех! – скомандовали встречающие, и дети кинулись к нам. -Ого. Не ожидал увидеть тут кого-то из наших. – ко мне подполз улыбающийся серпент. – Я Андрей, давай, помогу с вещами. -Спасибо. Светлана. – я отдал ему рюкзак, и мы поползли вместе со всеми. -А ты откуда приехала к нам? – решил поговорить серпент. -Из детдома «Радость юности» - честно ответил я. -Серьёзно? Я думал, ты приехала из другой страны. Как тебя занесло в детдом, если твой вид тут не живёт? -Так получилось. Не я выбирала, где рождаться и как жить. – вот пристал! -Ну да, ты права. Извини, если про что-то неприятное спросил. -Да ничего, всё в порядке. – я успокаивающе улыбнулся. – Как ту с развлечениями? А то в детдоме с ними негусто, разве что клубные занятия и телевизор. -Ха! Тут почти то же самое, только можно весь день на море проводить. -Это уже хорошо. – глубоко вдохнул воздух. Да уж, близкое море ни с чем не спутать. Воздух приятно влажный, мягкий, в нём чувствуется соль и запах живой воды. Возле детдома воздух тоже ничего, леса, свежесть и всё такое, но воздух всё равно суше и запахи не те. Я в прошлой жизни жил неподалёку от моря, можно было пешком к нему сходить минут за пятнадцать, так что на берегу мне было как-то… по-домашнему, что ли. -Ага. Можно плавать сколько влезет, загорать, играть в пляжный волейбол, скатываться с горки. – он улыбнулся. – И ходить на свидания. -Свидания? Не-не-не, мне свиданий и в детдоме хватает. – отмахнулся и скривил моську. – А охотиться тут можно? -Охотиться? – похоже, мне удалось удивить Андрея. –Вроде можно… А тебе зачем? -Ну, зачем охотиться? Чтоб охотиться и есть добычу! – тут уже удивился я его глупому вопросу. -Тут довольно неплохо кормят, не надо ни за кем гоняться. -Ну, посмотрим. Но мне в детдоме не хватало просто поесть в столовой, даже когда с мясом. – не стал дальше расспрашивать. Он явно не охотится, так что в этом мне не помощник. -Ну и хреново вас там кормили, значит. О, а вот и ваши домики. Мы подошли к двум стоящим неподалёку строениям, выполненным в виде двух углов – два одноэтажных корпуса сходятся под прямым углом, в месте схождения «высится» двухэтажное строение. -Вот, держи. – он отдал мне мой рюкзак. – Если что-то будет надо – спрашивай меня, я в третьем домике живу. Ещё две недели тут пробуду! -Ээээ… - мне очень хотелось спросить, но стеснялся. Наконец, переборол стеснение. – А можно потрогать твой хвост? -Хвост? – Андрей почему-то покраснел. – Зачем? -Понимаешь, меня многие просили потрогать мой, а потом говорили, что приятно ощущается. Я тоже пробовала его трогать, но это же свой хвост! Он чувствуется не только ладонями, но и изнутри. Это как слушать свой голос – ты его слышишь и снаружи, и изнутри, так что не получается узнать, как он слышится. А из всех серпентов рядом только ты! -Ну, ладно. Трогай. – разрешил парень, сраженный такой моей речью. Отложив рюкзак, я протянул руки к хвосту и стал водить руками по нему. Оооо, действительно, приятно! Конечно, текстура у наших хвостов была разной, у меня пластинки чешую плотно прилегали одна к одной, практически без зазоров, а его были разнесены и более выпуклые. Очень похоже на пупырчатый полиэтилен, только пузырьки лопать нельзя. И такие приятно прохладные сверху, но изнутри чувствуется живое тепло. Кааааайф! -Спасибо. -Э, куда это ты? Теперь моя очередь! И этот гад взял и стал лапать мой хвостик своими лапищами! Наклонился и давай водить ими по чешуе, закрыв глаза. Дети и даже кураторы с удивлением смотрели на такие наши «брачные танцы», так внимательно, что я аж покраснел от стеснения. Ну ещё бы, все пырятся, а мы тут друг дружке хвосты полируем. -У тебя тоже приятная чешуя. – наконец вынес вердикт Андрей и перестал щупать. – И цвет красивый, такой глубокий чёрный, будто в ночное небо вглядываешься и вот-вот увидишь звёзды. -Благодарю. Ещё увидимся! – я схватил свой ранец и понёсся к домику, чтоб больше не маячить на глазах у всех. -Света! Ты будешь жить в восьмом домике! Вас всего четверо девочек получается, но это ничего, всё равно все рядом. – заявила Алиса, когда я подполз поближе. В восьмом так в восьмом, хоть в шестнадцатом. Два крыла домиков делились на «для мальчиков» и «для девочек», а в двухэтажной пристройке жили кураторы, в «моё» домике это были Максим и Алиса. В соседки мне попались Катя с Алиной, а четвёртой ещё одна человечка, только в поезде я с ней не пересекался. Ну и ладно. Зато кроватей было полно, я даже попросил сдвинуть две вместе, чтоб можно было лежать как угодно, вытянувшись во весь хвост. А потом настало время чревоугодия! Кормили тут и правда отлично, первое, второе, десерт и компот или чай на выбор. Или какая. Десерт, правда, не что-то сладкое, а фрукты – яблоки, груши, бананы, ананасы и сливы. Можно было брать, сколько хочется. Но я всё равно не мог наесться «до конца». Не знаю, почему. Может, из-за южного папаши мне нужен был немного другой рацион, а может растущий организм требовал, а эта еда была уже для сформировавшихся. Так что в первый же день, когда мы организованной толпой пошли на море под присмотром Алисы, я выбил у неё разрешение ходить купаться в любое время без куратором. Ещё бы! Змеи отличные пловцы, я просто показал, что держусь на воде лучше, чем кто либо, так что не утону и не повешу на неё выговор с занесением за это. И всю следующую неделю я только и делал, что охотился! Завтракал и полз со всего хвоста на море, захватив простынку. Там расстилал её на песке, а сам уплывал подальше от берега и нырял. Пляж тут был вполне себе, песок только из крупных ракушек, не мелкий и белый, как на Мальдивах, а скорее напоминал черноморское побережье. И в воде песок длился ещё метров двести, пока дно не начинало уходить полого вниз. Опытным путём узнал, что могу надолго задерживать дыхание. Если активно двигаться, то минут на десять-двенадцать, а если просто нырнуть и затаиться, закопавшись в песок или спрятавшись в водорослях, то можно было провести под водой все полчаса. Рыба тут тоже Чёрное море напоминала. «Бычки», камбалы, крабики, разнообразные моллюски, морские коньки и прочая подобная дрянь. Океан был далеко отсюда, отрезанный цепочкой островов, на которой жили коралловые гадюки, местные серпенты, так что это место было скорее морем. Вот на это всё я и охотился! Ох, каким удовольствием было накалывать рыб на мои когти и глотать их ещё живыми, трепыхающимися! Они скользили в желудок и там ещё некоторой время бились, что приносило отдельное удовольствие. А я чувствовал себя сытым! За неделю я успел съесть весь набор здешних рыб, даже небольшую акулу, приплывшую на запах крови, я умудрился нанизать на пальцы и проглотить, предварительно всё же прибыв. Страшно же было, что она начнёт кусаться, если живой съем! А из воды вылезал только на обед и ужин, после которого ложился спать и дрых до завтрака. За всю неделю только на третий день такой мой график сбился, когда нас повели в медпункт – осмотреть, опросить, выявить аллергию, если вдруг у кого появилась, и прочее подобное. Я тоже сполз, как же иначе? -Света, а не хочешь сдать яд? – неожиданно спросил меня молодой доктор, когда осмотрел меня и признал здоровой. -Сдать яд? – я был немного удивлён. Читал про это, но на себя как-то не примеривал. -Да. Ты же мечеспин? А ваш подвид имеет ядовитые железы, верно же? -Да. -Ну вот, сдаёшь яд – а за это мы дадим тебе талоны на усиленное питание. Хватит на неделю. Или можешь их на что-то поменять в лагере. – последнее он сказал шепотом, подмигнув, мол, это я тебе по секрету говорю. -А давайте! Почему нет? – кивнул. -Отлично! – врач стал копаться в оборудовании, потом достал какой-то запакованный в пакет пластиковый контейнер, разорвал упаковку и протянул мне. – Вот, кусай за этот край, где выемка для зубов. У тебя челюсть пока маленькая, но должно нормально быть. -Угу. – сдавленно ответил ему, примеряясь ртом к контейнеру. Ага, вот так вроде неплохо. Верхняя челюсть нависала над ядосборником, я выставил клыки и усилием воли выпустил весь яд, который только смог из себя выдавить. Ну, не очень много, миллилитров пять, не больше. -Отлично, отлично. – тем не менее похвалил меня доктор. – Сейчас определим тип и силу яда, промаркируем и в холодильник. Он поставил контейнер в какую-то явно артефактную по виду ёмкость, та сверкнула зелёным переливом, контейнер мгновенно заморозился, а на подключённый к артефакту экранчик вывелись надписи с цифрами. -О! Четвёртый класс яда, парализующий нейротоксин! Солидно! – восхитился доктор и переложил контейнер с ядом в небольшой холодильник. -А что это значит? – полюбопытствовал я. -Это значит, что из семи возможных категорий силы яда у тебя четвёртая. Весьма солидно, если сравнить с нашими коралловыми гадюками – у них первая, максимум вторая. А у тебя в таком возрасте четвёртая! Значит, когда вырастешь, она может усилиться до пятой. А парализующий нейротоксин – это означает, что твой яд нарушает работу нервов жертвы, они перестают проводить сигнал от мозга, жертва не может и пальцем пошевелить. А если в шею укусить или около того, то с такой силой запросто убьёшь даже корову, разрушив её мозг. И он радостно засмеялся, будто сказал что-то очень радостное. Или как безумный учёный, нашедший способ разрушить мир. Так, я больше в медпункт ни одной чешуйкой хвоста! -Вот тебе твои талоны. Через две недели можешь прийти и ещё раз сдать яд, раньше смысла нет, он выработаться не успеет. -Спасибо! – кивнул и улыбнулся. Хм, ну за талоны-то можно и прийти, почему нет? Еда никогда лишней не будет! – До свиданья! -До встречи. – кивнул доктор. – Следующий! А на второй неделе тут меня взяли и абсолютно без моего согласия затащили в актрисы!