Часть 1
2 июня 2023 г., 20:23
— Никогда тебя не оставлю, — прошептал Джеймс, касаясь своим лбом лба Регулуса.
— Обычно те, кто так говорят, уходят первыми, — ответил он хрипло, крепче сжимая руку Поттера.
Блэк знал, что им отведено слишком мало времени. А еще Блэк знал, что их отношения неправильные. И все же, он пытался выжать из этого максимум: бросился в это неспокойное море, погрузился настолько, что больше не имел возможности вынырнуть.
Их отношения никогда не были гладкими. Они постоянно переходили от ярких эмоций и взрывов к затишью перед новым этапом. Они были слишком разные, слишком нестандартные и слишком далекие друг от друга.
Пока Джеймс купался в лучах славы, наслаждаясь жизнью «Золотого мальчика», Регулусу приходилось ежедневно бороться за право наследия и существования.
Никогда не пререкаться; не сметь повышать голос; не поднимать глаза; не говорить, пока не дадут разрешения; быть лучшим; быть Блэком. Самое главное было то, что он даже не представлял, зачем борется за все это. Ему было сложно жить, и он не хотел продолжать это бессмысленное существование. Тогда. Он устал, и ему было тяжело, но слова выбор для него не существовало. Он просто делал. Делал то, что умел, и то, что ему говорили.
Когда в один из вечеров, на семейном ужине, встал вопрос о причислении его к общему делу, его мнения не то что не спросили, Регулуса просто не включили в разговор. Сидя за огромным столом, в огромной мрачной комнате, он ощущал лишь одно — страх. Другие эмоции были ему больше не подвластны.
Досидеть, дождаться окончания вечера, дойти до комнаты, достать лезвия из тайника, запереться в ванной, выпустить эмоции, добраться обратно в комнату и забраться в кровать. Каждый раз ощущение паники сковывало все его тело. Его трясло, он был весь в холодном поту, и последней спасающей мыслью было том, как славно, что все так заняты решением его жизни, что им абсолютно плевать на него. Они даже не смотрят, никто не замечает того, что с ним что-то происходит. Он будет в порядке. Наверное.
Конечно, он не был уверен в собственных мыслях, но самым доступным решением было убеждать себя в этом, ведь в поместье Блэков вообще никогда нельзя быть уверенным, что в тебя не запустят Круциатус или еще что похуже.
Именно поэтому он морально себя готовил. Осознание, что рано или поздно Джеймс все узнает и уйдет, накрывало его с головой. Ведь кто захочет дальше встречаться с предателем? Никто.
Хотя формально, по мнению матушки, предатель — это Джеймс Поттер. Регулус крутил в своей голове тысячу вариантов: что говорить, что делать, что не делать и что не говорить. И все же его каждый раз бросало в дрожь, а грудь сковывало железными цепями от одной только мысли, что их не станет.
Регулус резко дернулся и крепче сжал руку Джеймса, впиваясь ногтями в его ладонь.
Поттер зашипел от боли.
***
— Ненавижу тебя. Джеймс крепче сжал подбородок Регулуса, прорычал эти слова ему в лицо, словно сплевывая. Он злился, он очень злился. Он хотел плакать; реветь от того, что Регулус оказался таким; реветь от того, что тот ничего ему не сказал. Решил все сам, и уже ничего нельзя было исправить. Метка принята! Пути назад нет. Джеймс метал молнии глазами, кричал и сбил руки в кровь. Ему хотелось ударить Регулуса, хотелось раскрасить его аккуратное личико, которое не выражало никаких эмоций. Ничего! В его глазах была абсолютная пустота. Удар пришелся чуть правее от головы Блэка — тот даже не моргнул. Как же он устал. Джеймс не мог думать, не мог действовать — внутри него была только слепая ярость. Он устал от этих чувств. Устал от любви, с которой ничего не мог сделать, от привязанности, от чувства долга защищать того, кто так нуждался в этом, но совершенно не мог это принять. Как бы ему хотелось объяснить, доказать Регу, что у него был чертов шанс! Шанс пойти против семьи, как Сириус несколько лет назад, и доказать ценность своей жизни: то, что он может быть хорошим! Был, но он его так жестоко проебал. Нет, Поттер понимал, что на деле все сложнее, чем кажется, но он приходил в ярость от мысли, что Регулус даже не попытался. Он больше не мог так продолжать. Это стало невыносимым. Джеймс хотел быть с ним каждой клеточкой своего тела, но каждая минута рядом с Блэком оборачивалась для него слишком сильным страданием. Предательство. Ярость. Боль. Да, именно так. Вот так все должно и закончиться. Сейчас, раз и навсегда. Джеймсу не оставили выбора —решение приняли за него. Он был так наивен, как до этого вообще дошло? Подумаешь, влюбился. Все можно пережить. Только не такое, оказывается. Ненависть затопила его. В нем больше ничего не осталось. Он слишком устал, настолько, что даже дышать было тяжело. Он взглянул на Регулуса и понял страшное: тот больше ничего не чувствует. Он окончательно стал блеклой, бездушной куклой. И Регулусу действительно было все равно. Ему было все равно на то, что, возможно, возле подбородка останутся темные синяки от того, что Джеймс долгое время сдавливал его лицо рукой. Ему было все равно, что Джеймс был готов избить его в этом темном коридоре, а он был без палочки, которая валялась где-то в темноте Подземелья. Ему было абсолютно все равно на то, что он уже двадцать минут прижат к стене и никак не мог пошевелиться. Сейчас Регулусу хотелось умереть. И поцеловать Джеймса.
