Что хранят стены

      К моменту, когда начала говорить Надежда Эдуардовна, в висках уже неприятно шумело, а о затылок будто разбили кирпич. Саша с досадой отметил, что глаза стало предательски щипать, а дыхание с каждой секундой всё сильнее сбивается. От становившейся всё громче нецензурной брани начинало тошнить.       Это стало последней каплей: стараясь не выдать дрожи в руках, старший Шепс молча вышел из готического зала, на автомате выключая микрофон. Ему было всё равно, что будет происходить после его ухода, как отреагируют «коллеги», какую стратегию выберет Марат, чтобы закончить съёмки. Сейчас ему нужен был воздух. Воздух и твёрдая поверхность, на которую можно было бы опереться. Второе даже чуточку больше.       Олег нашёл брата, когда тот уже почти сполз на пол, хватаясь за стену в тщетной попытке сохранить равновесие. Со стороны казалось, что мужчина вот-вот потеряет сознание. Саша и сам не смог бы в тот момент сказать, что с ним происходит. Вместо того чтобы попытаться поднять, Олег проследил, что брат аккуратно сел, и пристроился рядом. Он не знал, что говорить в такой ситуации, но Сашу нужно было вернуть на съёмочную площадку. С другой стороны, а нужно кому?       — Если ты не хочешь и не можешь продолжать, — заговорил он наконец, — то я вызову такси и поедем домой. Вместе.       Саша молча помотал головой. Олег приобнял брата и осторожно положил его голову себе на плечо.       — Я знаю, насколько ты сильный. И как медиум, и как человек, — парню сложно давались слова поддержки. — Но сейчас неважно, прав ты был или нет. Неважно, кто виноват. Дай себе возможность позлиться. Плачь, кричи. Никто кроме меня и этих стен не узнает. А потом мы подправим твой внешний вид, и ты своей гордой походкой вернёшься туда всем назло. Потому что Шепсы не проигрывают. Ты сам меня этому учил.       И вот тут Александра Олеговича Шепса, всегда в меру сдержанного и величественного, прорвало: слёзы лились по щекам, нос и уши заложило. Он рычал, всхлипывал и кричал, хватаясь за брата, как за спасательный круг. В эту минуту Олег был сильным старшим братом, которым Саша всегда был для него. А у Саши появилась возможность отпустить всё то напряжение, что накопилось ещё с прохождения испытания. Потому что брат не выдаст, а стены пока что не научились говорить. В родных объятиях он в безопасности, а это действовало лучше любых успокоительных…       Они не знали, сколько времени просидели так на полу коридора. На то, чтобы привести старшего Шепса в порядок ушло ещё несколько минут.       — Ну что, готов? — спросил Олег, всё ещё не убирая руки с плеча брата.       — Как узбекский плов, — передразнил младшего Саша с усталой и немного грустной усмешкой и открыл двери готического зала.