one day you will understand everything.

Сложнее их двоих по отдельности могли быть только они вместе. С самого начала их взаимоотношений всё шло под откос. Подростки, не умеющие контролировать эмоции и чувства, которые вечно ссорятся и пытаются быть правыми везде. Неумение слушать и слышать друг друга всегда плохо сказывается на взаимоотношениях и отношениях людей, но кого это волнует. По сей день они ругаются, мирятся, пытаются переспорить, сопротивляются. Винят друг друга во всём, убеждают себя, что справятся сами, без этого надоедливого партнёра, но всё равно возвращаются к началу. Возвращаются друг к другу. Но так было не всегда. Было и так, что они души друг в друге не чаяли. Пытались проявить любовь и заботу, скрывая под издёвками и наигранным презрением. Тихо шептали признания, пряча взгляд и просто пытаясь открыться. Переживали, тянулись друг к другу, любили. Любили. Любили, любили, любили. Так ли это было на самом деле? Безусловно, так. Сколько бы они ни отрицали, они всё равно признавали, где-то в глубине души, что они влюбились. Как глупые дети. Как пубертатные подростки. Влюбились, не зная, как это. Влюбились, не зная, что с этим делать. Влюбились, не зная, как эти чувства проявить. Влюбились, не принимая собственную влюблённость. Однажды они всё поймут, спокойно поговорят и обсудят всё. Однажды они вырастут и будут смеяться с того, какими глупыми они были детьми. Однажды они поймут, что чувства остались. Они никуда и не пропадали, не исчезали и не уходили. Они всегда жили внутри. Они никогда не умирали, сколько бы их ни убивали и ни пытались заглушить. Они просто спрятались, притворившись, что ушли, а сами ждали момента, когда до этих двоих дойдёт. Когда они заметят, как сильно эмоционально связаны, как сильно их влечёт друг к другу, несмотря ни на что. И тогда чувства снова проявятся, выйдут из затаённого уголка души, покажут себя всем, гордо заявив о том, что они живы. Тогда они снова будут шептать друг другу признания, поджимая губы и тихо, снисходительно усмехаясь. Тогда они снова возьмутся за руки, переплетая пальцы и тихо вздыхая от нахлынувшего удовлетворения. Тогда они снова дадут друг другу шанс, обещая, что вот он — точно! — будет последним. Так и окажется. Это будет последний шанс. Но им этого хватит, потому что большего и не нужно. Посмеиваясь, они соприкоснутся лбами, прикрыв глаза и шепча, что больше никогда не отпустят друг друга. Поцелуются, нежно и неловко, будто в первый раз, а затем чуть смелее, напористее, сражаясь и прижимая друг друга к себе, не желая принимать поражение и отпускать противника. Хотя какие там из них противники. Скорее любовники. Скорее любящие друг друга люди, прошедшие через многое лишь ради того, чтобы в конце-концов понять друг друга и принять обратно. Чтобы больше никогда не отпускать.