Девочка с каре

Ещё. Лёгкая эйфория сменяется болью в груди. Сколько она вколола? Она уже не помнит. Шприц на пять миллилитров стоит дешевле маленьких, если смотреть в долгосрочной перспективе. Но самое классное во всём этом то, что Энид приятно похудела. Теперь цифры на весах с её ростом сто семьдесят уменьшились с шестидесяти семи до пятидесяти пяти. Она пьяно улыбается и смотрит в окно, пока весь мир наполняется дымкой и воздух становится легче. - Тебе хватит, - звук голоса парня совсем приглушенный. Синклер смотрит на своего дилера с легкой игривостью. Её рука ложится на крепкую мужскую грудь, и она слегка улыбается, демонстрируя невероятное женское, как ей кажется, очарование. Расширенные зрачки, особый запах. Она не в себе. Но ей всё равно. В настоящее время последнее, о чем беспокоится Энид, - это чьё-то мнение. Парень отводит взгляд и слегка сжимает челюсти. Он довёл её до такого? Нет. Лишь предложил расслабиться. Один раз, когда узнал о проблемах в семье Энид. Подумал, это поможет ей отвлечься. Но всё приняло самый неожиданный и неприятный оборот. - Ты не можешь отказать мне, Петрополус. Это же твоя вина. Всё... что сейчас происходит... Твоя вина, - произносит Синклер и смеётся. Она плюхается обратно на скрипящий стул и прикрывает рот рукой, наслаждаясь происходящим. Пока это действует, девушке глубоко всё равно, что и кто думает. Проблема лишь в том, что с каждым разом эффекта меньше. Это... Расстраивает. Парень поправляет свою шапку и прикусывает губу. Затем бросает небольшой пакетик на стол и уходит, чуть ли не сворачивая стулья. Пожалел ли Аякс о том, что сделал? Неоднократно. Проблемы в семье Синклер не заканчивались, а отчаяние Энид росло. Он думал лишь о том, что его подруга сильная. Энид просто попробует и всё! Осунувшееся лицо, нездоровый цвет кожи и этот омерзительный запах. Раньше Аякс презирал таких людей, не считал, что своими действиями делает плохо. Если мусор опустился на такое дно и не смог справиться с собой, то пусть подыхает. Так им и надо. Но парень попался в свою же ловушку. Он не должен был этого делать. Не должен был... Петрополус вылетает из подьезда и чуть ли не врезается в Аддамс. Та смотрит на парня привычно холодно, и тот слегка дрожит. Эта девка... Она будто издевается. Она выше их! Думает, что выше их, потому что живёт в хорошей семье и хорошо учится. Отличница, гордость школы. Играет на гитаре... - Где Синклер? Этот холодный голос вызывает у Петропулуса ярость. Как же. Беспокоится? - Неужто решила подумать о чьих-то чувствах, кроме своих? Даже после того, как... - У меня были свои причины. Но ты не тот человек, который должен знать о них. - Ох, ну конечно.. - Аякс усмехается. Он смотрит на Аддамс с гневом. Именно эта сволочь стала отправной точкой. Последней каплей в итак дерьмовой жизни их общей знакомой. - Она рискнула всем. Репутацией, отношениями с семьей, друзьями... Чтобы признаться тебе. - И её никто не заставлял этого делать. Чёрная куртка, тёмные глаза и чёрные джинсы. Эта девушка давно славилась тем, что разбивает женские сердца. Но Энид.. Глупышка, которая думала, что с ней всё будет иначе, что Уэнсдей даст ей шанс. Напрасно. - Где она? Второй раз. Все знают, Аддамс не повторяет трижды. Второй раз - уже тревожный сигнал. И Аякс не хочет с ней связываться, бросает сухое "дома" и уходит, надвинув шапку на глаза. Уэнсдей блокирует машину и в минуту проскакивает через лестничные пролёты до четвертого этажа, где живёт печально известная девочка с каре. Дверь открыта, стоит запах чего-то странного. Неужели те слухи были правдой? - Синклер, ты... Аддамс застывает. Синклер лежит на столе и не двигается. Дыхание. Срочно нужно проверить дыхание. Тяжелые ботинки вызывают грохот, но Аддамс будто в трансе. Она подхватывает Синклер и укладывает на свои колени, пытаясь нащупать пульс. Её глаза раскрыты от ужаса. - Нет, пожалуйста... Голос Уэнсдей ломается. Она не может нащупать пульс. Может, Аддамс просто слишком сильно волнуется? Забыв о правилах приличия, та приложила голову к грудной клетке, пытаясь услышать заветный стук. Всего один удар. Дай же хоть один удар, чертово сердце! Идиотка... Идиотка Синклер. Аддамс ломается. Она держит девушку так, что её пальцы, несомненно, оставят синяки на спине и руках. Всё тело дрожит. А в горле застрял немой крик. Энид так похудела... И это травмирует ещё больше. - Ты же говорила, что любишь меня. Черт.. Только слабаки умирают из-за любви, ты должна была жить! Жить для меня! Как ты посмела?.. Как ты посмела бросить меня?! Аддамс срывается. Она кричит, но Синклер не двигается. Дрожащими руками набирает скорую, получая короткий и безэмоциональный ответ, что все машины заняты. Прижимает тело к себе, выходит из квартиры и несётся вниз через пролёты. Розовые и голубые пряди спутаны, глаза закрыты, губы расплылись в мирной улыбке. Чертова наркоманка. Аддамс открывает дверь машины и буквально вышвыривает букет цветов из салона вместе с коробкой конфет. Они мешают уложить Синклер всё ещё дрожащими руками и хотя бы частично пристегнуть её не двигающееся тело. Машина срывается с места, нарушая все законы, сбивая хлипкий шлагбаум, пока возле подьезда Синклер валяется коробка и букет, бумажка из которого вылетела, а над её содержанием до первого ветра будут смеяться случайные прохожие. Моей девочке с каре.