В футляре скрипки

Оминис открывает окна, и солнце пощипывает лицо. Обычно окна в его спальне закрыты: тепло и уличный шум не проходят сквозь стекла и шторы, и в комнате тихо и прохладно. Но сегодня особый день. На губах ещё горит поцелуй. Это быстрое, смазанное движение, прикосновение чего-то к его губам, но Омни уверен, что это «что-то» — именно губы Себа, а не подушечки пальцев. Поцелуй. Его первый в жизни. Раньше Оминис отгонял мысли об отношениях. Зачем об этом думать? Поцелуи, объятия, секс — этот опыт не для него. Он не смог подружиться с ребятами из оркестра, теми, кто должен его понимать, так что говорить об обычных подростках? Оминиса учили относиться к другим людям как ко второсортным. Ошибочность воспитания он понял быстро, но вбитые — иногда буквально — идеи не вытравить за пару дней. И даже за пару лет. Холодность, закрытость и сарказм сквозняком приходили через его речь и интонацию. «Холод»: если бы Оминиса попросили описать себя одним словом, он выбрал бы его. Губы всё ещё горят от поцелуя. Он срезает ленту, держащую букет, и цветы рассыпаются по столу. Затем он берет небольшой секатор и отрезает кончики стеблей. Тяжелая стеклянная ваза, наполненная водой, ждёт, когда в неё опустят цветы. Оминис случайно режет палец и отсасывает кровь из ранки. На языке тепло и привкус железа. Омни не любит порезы, и не только потому, что он ранится чаще обычных людей. Его раздражает пафос, связанный с саморазрушением, а порезы — самый простой способ причинить себе боль. Порезы на запястьях и бёдрах — что за глупость! Их утомительно скрывать, и они едва ли не кричат: «Обрати на меня внимание! Мне плохо!» Мраксов учат отказывать в сочувствии ранам, выставленным напоказ, и Оминис урок усвоил. Порезы — так глупо и пошло. Другое дело — синяки. Синяк от случайного удара не отличается от синяков, намеренно нанесенных самому себе. Синяк от удара об угол стола, о дверь или… от падения с лестницы. Удивительно, что тётя повелась на очевидную ложь. Но, говорят, любовь делает нас слепыми. Похоже, доля истины в этом есть. С Себастьяном не так просто. Он искренне нравится Оминису, но Омни чувствует, что Себастьяна сложнее обмануть, чем тётю. Не то, чтобы Оминис хочет обманывать, просто так привычно и безопасно. Незачем кому-то знать о синяках, расцветающих сами по себе на теле, и нелюбви к цветам. Хотя про букеты всё же проболтался… Он касается рёбер. Те синяки, от «падения», почти зажили, а новых ещё нет. Защита, выстроенная за годы, понемногу расходится по швам. Он позволяет касаться себя и забирать скрипку, а от мысли уничтожить букет Себастьяна его вновь охватывает гнев. Разрушить что-то, подаренное им?.. Почему Оминис ему доверяет? Почему мысли о поцелуе с ним, и только с ним, приводят в радость? В чём твоя магия, Себастьян Сэллоу?