Вылечи мой Ад

Ровно в 8 утра прозвенел будильник. С трудом открыв глаза, я нащупал телефон, чтобы отключить его. Встал с кровати и направился в ванную. Всё тело ныло и болело, идти было сложно. Проходя мимо кухни, я увидел отца, он сидел за столом, пил кофе и смотрел новости. Я, не поздоровавшись, пошёл дальше. Зайдя в ванную комнату, я запер за собой дверь, и разделся, сразу закинув свои вещи в корзину с другой грязной одеждой. Подходя к ванне, я обратил внимание на своё обнажённое тело в зеркале. Всё оно было покрыто синяками, порезами, а в некоторых местах образовались шрамы после особо сильных ударов. На шее остался след от вчерашнего удушья. Мои руки были покрыты продольными порезами, от кистей до локтей всё было покрыто тонкими белыми и красными полосами, какие-то уже зажили, какие-то совсем свежие только стали затягиваться. Эти полосы я оставил на себе сам. Я знаю, что это ненормально. Но это облегчало мою боль, в особой степени моральную. Все мысли, переживания и страдания сразу покидали меня, как только я брал в руки маленький канцелярский ножичек с Хеллоу Китти. Я залез в ванную и включил воду. Тело обожгло потоком ледяной воды. Это расслабляло и причиняло боль одновременно. Не знаю сколько прошло времени, но я всё также стоял под холодной водой. Я к ней так привык, что она стала казаться мне тёплой, я стоял потерянный где-то в своих мыслях. Из этого приятного транса меня разбудил стук в дверь. - - Ну и долго ты там ещё будешь торчать?! - это был отец, явно недовольный - я даю тебе 15 минут, чтобы собраться и спуститься . Жду в машине. Деваться было некуда. Я выключил воду, вылез из ванной и только тогда почувствовал холод. Меня начало трясти. Быстро обтеревшись полотенцем, я накинул халат и направился в свою комнату одеваться. На улице стояла 30 градусная жара, но синяки и порезы надо было спрятать. Поэтому я надел тонкую черную "футболку" с горлом, но без рукавов, а сверху черную кофту с капюшоном на замке, такие же чёрные трико из ткани "холодок", чтобы не так сильно умирать от жары. Быстро обув кеды, я выбежал во двор. Злой отец ждал меня, сидя за рулём Мерседеса ярко баклажаннового цвета. Я молча сел на переднее сиденье и пристегнулся. Мы тронулись. За всю дорогу я не сказал ни слова, слушая нотации отца о том, какой я ужасный сын, что если я не вылечусь он вышвырнет меня из дома, что я отродье, которое должно быть благодарно, что ему всё ещё есть где жить и что есть, что он жалеет, что не заставил мать сделать аборт. Мы ехали от силы 40 минут, но я наслушался достаточно. Наконец, мы подъехали к четырех-этажному белому зданию, над входом была огромная надпись: "Психологический центр помощи" - Психологический центр помощи - тихо повторил я. - Да. Не знаю почему такое название, такие "заведения", вроде, не так должны называться. Тут работает огромное количество психологов и психотерапевтов для детей и взрослых, специализирующиеся на послеродовых депрессиях, суицидах, селфхармах и всё в этом роде. Найдя на парковке свободное место, мы направились внутрь. Внутри всё было в белых и бежевых цветах, много диванчиков и несколько телевизоров с мультиками, в углу стояло несколько кулеров с водой, везде было много цветов в горшках. Мы подошли к милой, улыбчивой женщине в регистратуре. - Мы по записи - сказал отец и показал женщине что-то в телефоне. Она что-то пробила в своём компьютере - вам в 308 кабинет, к Антону Сергеевичу. Мы отправились на третий этаж. Дверь в 308 кабинет была приятного нежного коричневого цвета, немного темнее, чем тепло-бежевые стены, на двери висела табличка "308кб Павлов А.С", над дверью светилась зелёная надпись: "Входите". Отец постучал и мы вошли. Внутри кабинет был такой же бежевый, у одной стены стоял длинный шкаф высотой до потолка, весь забитый книгами и папками, у другой стены стоял диван темно-коричневого цвета с коженной обивкой, на нем лежало много разных подушек. Перед диваном стоял небольшой стеклянный столик, на нем стоят горшок с цветком, печенье и две кружки, от которых исходил пар. У окна стоял большой письменный стол, аккуратно заваленный папками и тетрадями, за столом сидел молодой парень на вид лет 20. У него уложенные, белые, как мел волосы, веснушки на лице в районе носа, больше похожие на румянец. Одет он был в подходящую для интерьера кофейно-бежевую рубашку и такие же по цвету, но чуть темнее, брюки. Когда он поднял на нас взгляд, я увидел темные и карие, как шоколад, глаза. И почему в этой "больнице" всё такое коричневое ? Увидев нас с отцом, он встал и вышел из за стола. Он был очень высоким, на вид не меньше 180 см. - Добрый день, вы по записи, верно? - его голос был низким, приятным и очень успокаивающим. Отец кивнул. - По какому поводу? - Мой сын - отец слегка толкнул меня вперед - как бы вам сказать по приличнее, позор семьи. С отклонениями, наверное, родился или может заболел чем, начитался и насмотрелся в интернете этой всякой гадости... - Так в чем дело? - - Педераст он. Девушки у него никогда не было! А год назад заявил нам, мол мальчики ему нравятся. Ну, мы подождали, может само пройдет, переходный возраст как никак. А вчера жена дневник его нашла. Прочитала там, что он до сих пор из этих, что якобы ему одноклассник его симпатичен. - Сколько лет сыну? - 17. - Тогда вас попрошу подождать за дверью, а вы молодой человек присаживайтесь на диван. Отец не стал противиться и послушно вышел, закрыв за собой дверь. Я сел на диван, оказалось, что он намного мягче, чем кажется на вид. Антон Сергеевич сел рядом. Я мог подробно разглядеть его лицо. Его брови были такие светлые, как и волосы, казалось, будто их совсем нет, ресницы были длинные, как будто, накрашенные, от этого его карие глаза казались ещё красивее, кончик носа был заострен и напоминал клюв орла. Розоватые губы были покусаны, сухие и в трещинах, судя по всему, он их часто облизывал. Его веснушки выделялись на фоне его лица, они были такие же карие как глаза, только светлее. Моё сердце стало биться так сильно, что стук отдавал в уши. В животе, как будто, появились бабочки. - Итак, для начала давай познакомимся и для доверия и удобства перейдём на ты, не против? Я Павлов Антон Сергеевич, для тебя просто Антон. А как твоё имя? - Он посмотрел мне прямо в глаза, мысли смешались. В голове звучало только одно: " Какой же ты, Тоша, красивый " - Я....