Cryolite

С того момента прошло несколько лет, и каждый раз Ха Ныль смотрел на Тэхена, будто на что-то ужасное и противное. С отвращением. И что ему не нравится? Его сын занимается спортом, он старается на тренировках и был на нескольких соревнованиях! Пока, конечно, не в другой стране, но выступления в Сеуле тоже отлично. Сейчас отец Тэхена все больше пьет и тогда говорит мальчику, как это ужасно и по-гейски. Впервые услышав это, Тэхен обомлел. Ему было ужасно обидно, ведь он сам нетрадиционной ориентации. И к тому же, как связаны между собой ориентация и спорт? Он уже привык к словам «по-девичьи», «унизительно», но не к таким. Что плохого в таких людях? Причем здесь фигурное катание? С того момента Тэхен пытался не разговаривать с отцом, когда он пьян, но тот будто сам его искал, чтобы упрекнуть в том, что Тэ не будет учиться в университете, а будет кататься. Йе Рим очень хорошая женщина, она всегда уводила сына от неприятных слов в его адрес. Но потом начиналась ссора между мужем и женой. Она приходила в комнату после таких стычек, чаще всего, сдерживая слезы, либо уже плача. Тэхен её всегда успокаивал и просил прощения: Ха Ныль всегда ему утверждал, что это он виноват в том, что тот пьет. Он понимал, что возможно он виноват, но у мужчины своя голова на плечах, и вроде как мозги имеются. Тэхен тоже может сказать в чем тот виноват. Например, в испорченных отношениях между ними, потому что мама его всегда поддерживала, а он.. С ним Тэ не хочет больше видеться даже. Ханыль виноват в том, что мама приходит всегда в слезах, он её доводит до такого состояния, но сам винит всех. Тэтэ понимает, что часть его вины есть, хоть она совсем маленькая, но все равно сейчас сидит и извиняется перед Йе Рим. А та, услышав извинения, подскочила и начала возмущаться. — Почему это ты извиняешься? Ты виноват? Нет. Ты не виноват в том, что нашел дело своей жизни, а Ханыль этого не понимает. Я думаю с ним развестись, ты только не переживай, хорошо? Сам же видишь, что происходит. Зачем нам слышать оскорбления в свой адрес каждый день, правильно? — Тэхен мотнул головой, он особо грусти и не чувствует по этому поводу. — Ну вот и отлично. Завтра, когда ты будешь на тренировке скажу ему. — тепло улыбаясь и гладя по голове, сказала мама.

***

— Тэтэ, ты встал уже? — на сонное мычание, женщина улыбнулась. — Услышал вкусный запах через сон. — на это мама посмеялась и сказала садиться за стол. Тэ уже обувался, как в дом зашёл Ханыль. Посмотрев на того, увидел, что и он смотрит, снова с отвращением. Хотя с отвращением должны смотреть на него. Не понятно, где тот ночевал. Тэхен очень понимает свою маму по поводу развода. Посмотрел теперь на Рим, мысленно давая ей поддержку, увидел, как она махнула ему в знак прощания, он махнул в ответ и скрылся за дверью.

***

–Тэхен, почему ты сегодня такой растерянный? Ни один прыжок за сегодня не был идеально чистым! Ты второй час на льду, постарайся хотя бы. — кричит на него тренер. А я, что, не стараюсь? Как это не было идеально чистого прыжка? А как же тулуп? В нем я уверен на сто процентов, самый лёгкий прыжок я в состоянии сделать. – думал Тэ, но в ответ только поджал губы. Он попытался настроиться и в самом деле, получалось лучше, но лицо Хюн Су оставалось таким же недовольным, но уже без криков. Музыка играла спокойно, поэтому Тэхен просто катался по льду, но как только мелодия становилась более напряженной он должен сделать один из прыжков. Тройной риттбергер. И он сделал его идеально. Этот прыжок очень сложный, и не каждый раз парень может его выполнить хорошо. Но тренер его даже не похвалил. Не то чтобы его это очень огорчило, но похвалу он получает очень редко и то, когда у Су очень хорошее настроение. Из мыслей его вывел свисток. Не заметил как закончилась песня. Мужчина хлопнул в ладоши, объявил о завершении тренировки и ушёл. Всё. Что это за тренер такой? Когда у Тэ хорошо получается он вроде учит, что-то может подсказать, но когда тренировка идёт не так, как ему хотелось бы, следуют крики за ошибки, а после, если Тэхен и исправляет их — молчание. Он тоже вышел со льда, развязал шнурки и пошел в раздевалку. Парень подумал не принимать душ здесь, а лучше дома. Его сейчас очень тянет домой, предчувствие плохое. Быстрым шагом идя домой по заученным дорожкам, он молил, чтобы предчувствие подвело. Надо ещё не заболеть, он ведь весь потный вышел на холод, а на улице декабрь. Смотря только себе под ноги и витая в мыслях, Тэхен не заметил человека, который шел на него, видимо, тоже задумавшись. Ударился лбом о губы парня. Случился бы поцелуй, будь касание мягким. Тэ вскинул голову, чтобы извиниться. Но посмотрев на него, застыл. Такой красивый: волосы отчего-то в беспорядке, глаза зажмурены, губы поджаты. — Простите, пожалуйста, я не хотел. — лепечет Тэхен. — с вашей губой все в порядке? Дайте посмотреть. — Он чуть наклонился, чтобы лучше рассмотреть губу, пока парень стоял столбом. — Наверное сильно болит. — как только Тэ пальцем коснулся губ, незнакомец вздрогнул и отошёл на пол шага. Слишком близко. — А.. Извините ещё раз. — поклонился он и начал копаться в рюкзаке, чтобы что-то достать. — Вот держите. — протянул он пластырь. — Я вам похоже губу разбил, там кровь течет, совсем чуть-чуть правда, но мне очень жаль. — Ким и правда выглядел будто ему жаль, а парень, стоящий напротив, наконец заговорил, взяв в руки пластырь с.. Ариэль? — Все в порядке, парень. У тебя то со лбом как? — и голос у него приятный. — У меня? — искренне удивился тот. — У меня ничего не болит, не беспокойтесь. — Ты уверен? Тэхен смотрел на него как на дурака, почему ему должно быть больно из-за соприкосновения губ с его лбом? Он смотрел как парень раскрывает пластырь и клеит ему на лоб, говоря: — У тебя царапина, наверное, пирсингом тебя поцарапал. — О. Правда что-ли? — а он и не почувствовал. — А. Но я все равно не чувствую боли сейчас, а царапину могу и дома обработать, а губы то чувствительные и вообще, кому я дал пластырь? — начинает мило возмущаться он, доставая из рюкзака ещё один пластырь, сразу его распаковывая и клея на губу ближе к контуру, говоря: — Вот, так лучше. Я же понимаю, что вам больно. Я и сам много раз падал лицом на лёд. — посмеивается он. — Лёд? — Да, я занимаюсь фигурным катанием. Выступал даже. — гордо произносит парень и увидел, что на него смотрят как-то задумчиво, но не заострил на этом внимание. — Извините ещё раз, но мне надо бежать. — Поклонился Тэ ещё раз и в самом деле побежал домой.

***

Зайдя домой и услышав крики, Тэхен забежал в комнату, откуда исходил звук. Он и так понял, что это родители, но впал в ступор, когда увидел, как Ха Ныль замахивается на маму. Она в панике жалась к стене, зажмурив свои глаза из которых не переставая текли слёзы. Йе Рим выглядела такой беспомощной и маленькой на фоне разъяренного пьяного отца. Её всегда нежные руки на рефлексе поднялись к лицу, чтобы защититься, прикрывая то, как же она на самом деле напугана происходящим. Писк мамы от удара, который отец всё таки сделал, привёл Тэхена в чувства, и ярость, которая так долго копилась на отца где-то глубоко в душе, охватила его полностью. Он не думал ни о чём, кроме того, что нужно защитить такую сейчас беспомощную маму. Набросился с кулаками на отца, которого как таковым не назовешь. Что с ним стало? Опустился до такого. Резко развернув его к себе лицом и, не думав, сразу ударил со всей силы в нос. Сломал? Ему было всё равно, он готов был и дальше избивать этого тирана, что так долго отравлял им жизнь. Но мамины дрожащие руки, которые пытались его остановить, чтобы он сам не пострадал, остановили Тэхена. У него у самого же стоял дикий гул в голове из-за того, что злость поглощала всё вокруг. Единственное, что он слышал, это, будто животные, крики Ха Ныля: — Ты сломал мне нос! — хватаясь за больное место, скорчился тот. А Тэхену есть до этого дело? Нет. Этому монстру не было, когда он замахнулся и ударил Йе Рим, он надеется, хотя бы впервые. Поэтому, больно схватив за предплечье, потянул за собой к выходу, не обращая внимания на ругательства и не сильное сопротивление еще не пришедшего окончательно в себя отца. — Ты что делаешь? Это мой дом! — орет Ха Ныль. Он остался проигнорированным. Тэхен резким движением открыл дверь, и вытолкнул его за порог дома. Ха Ныль, уже окончательно оклемавшись после удара, собирался толкнуть Тэхена и зайти обратно в дом, но его тело под действием алкоголя не могло справиться с гравитацией, из-за чего он не смог даже подняться. Это было настолько жалкое зрелище, что Тэхен сразу же закрыл дверь, не обращая внимания на маты и крики с другой её стороны. Он сразу подбежал к маме, которая осела на пол около той же стены и закрыла рот руками. — Мам, с тобой все хорошо? Где болит? Ну не плачь — ярость немного отступила, на смену ей пришла тревога за маму, которая всё ещё тряслась от страха. Казалось, что она не могла поверить, что опасность миновала. — А? Да, милый, я в порядке, в порядке, всё хорошо… — было видно, что она всё ещё в шоковом состоянии. Но буквально через несколько секунд что-то в её лице изменилось. Во взгляде снова проскользнул страх — Боже, Тэхен, ты в порядке? Он тебе что-то сделал? Ударил? — она потянулась к нему руками, будто могла простым касанием узнать, есть ли у него какие-либо травмы. — Твоя рука в порядке? Ты же ударил его, как она? — действительно, рука побаливала. Тэхен заметил это только сейчас, когда основная волна адреналина прошла. Но ничего серьезного, только немного кожу содрал, о чём он и сообщил маме. — Это всё равно надо исправить! Надо обработать, а то не дай бог что, тебе же скоро выступать! — стала возмущаться она. Тэхён подумал, что, возможно, такой ярой заботой о его руке она старается отвлечь себя от того, что только что произошло. — Я всё обработаю, мам. С тобой точно всё в порядке? Может, в больницу? — Нет, не надо. Всё правда хорошо — и она улыбнулась. Но Тэхён понимал, что эта улыбка больше натянутая, чем настоящая. — Хорошо, тогда давай я посажу тебя на кровать, а сам пойду обработаю руку и подогрею нам ужин? — он проследил, чтобы мама села на кровать, а сам пошёл на кухню, чтобы обработать маленькую рану. Рука стала болеть сильней, видимо, адреналин полностью выветрился. Но он не чувствовал, что есть серьёзные повреждения, поэтому просто промыл рану и заклеил её пластырем. Сделал маме травяной чай, поставил разогревать ужин и вернулся к ней в комнату. — Спасибо за чай, милый — мама уже выглядела лучше, вроде она полностью успокоилась, а чай сделает ещё лучше. — Спасибо тебе, что ты меня спас от него, Тэхени — она подвинулась ближе и обняла сына — А что я по-твоему должен был делать? — ворчал он, покачивая маму в объятиях. — Откуда у тебя столько силы? — спросила, будто не услышала вопрос. — Ты лучше о себе волнуйся, а не о моей силе. —он поцеловал маму в макушку. — Тебе уже лучше? — Да, мне сейчас гораздо лучше. — теперь она улыбнулась искренне, так, что около её глаз появились эти милые морщинки-лучики —Откуда у тебя этот пластырь на лбу? Он ударил тебе ещё и по голове? — и вот опять в её взгляде появилась лёгкая тревога. — Нет, он мне больше ничего не сделал. Это так, мелочи. Столкнулся с парнем одним. — И вы что, подрались? — Да нет же, у него на губе был пирсинг, а я врезался, вот и поцарапался. Представь, я ему дал пластырь, а он его мне залепил! — тычет он на свой лоб. — Но его губа пострадала больше, поэтому я достал еще один пластырь и наклеил на него. — уже начал возмущаться, но тут услышал тихий смех родителя. — И как он тебе? — уже успокоившись, спросила она. Йе Рим, была идеальной мамой, она всегда поддерживала и понимала своего сына, как и тогда, когда Тэтэ признался ей о своей ориентации. — Айщ, мама. — ныл он. Видимо, маме и вправду уже гораздо лучше, раз она спрашивает его про парней. — Ну, мне же интересно, колись. — стала она тыкать сына в бок, чтобы тот не смел от неё ничего таить. — Обычный парень! Конечно, Йе Рим не поверила ему, а это было понятно по сощуренным глазам, потому что реакция Тэ была необычной. — Тебе уже девятнадцать лет! Мне надо искать зятя! — с легким смехом говорит она. Но Тэхён сбегает от неё, улыбаясь, так как сгоревший ужин им не нужен. Он убирает подогретую еду со сковородки и расставляет приборы для ужина, наконец-то на двоих.