Острота

Мо Жань садится в аудитории рядом с Ши Мэем и Сюэ Мэном с совершенно диким взглядом. На загорелых щеках легкий румянец, глаза блестят, он периодически облизывает губы и косится на дверь. — Эй, псина, все в порядке? Забота Сюэ Мэна так греет. Ши Мэй действует мягче, тактичней. Осторожно кладет руку на плечо, интересуется: — А-Жань, что случилось? Мо Жань когда-то был влюблен в этого нежного юношу и искренне надеялся, что они окажутся соулмейтами. Не оказались. Когда Ши Мэй съел при нем дольку мандарина, на языке не появилась цитрусовая сладость. Желание бороться за любовь Ши Мэя и оставаться рядом несмотря ни на что сменилось братской привязанностью и готовностью защищать столь хрупкого человека. Раньше он был бы счастлив от подобного легкого прикосновения, сейчас прячет лицо в ладонях, сдавленно стонет: — Ебучий звонок на пару. Я почти узнал у красавчика-перваша номер телефона. Сюэ Мэн брезгливо кривится: — Вот же кобель ебливый. Найдешь ты его, не переживай, — отворачивается, потеряв интерес. Хочется дать брату подзатыльник, чтобы вбить ему в голову понимание, что такие совершенные люди встречаются раз в жизни. Мо Жань смотрит на дверь, борется с желанием выбежать на поиски того человека. Прикрывает глаза, вспоминает. Белоснежную рубашку, заправленную в брюки, безразличный взгляд, быстро вспыхнувший гневом. Сузившиеся глаза феникса и слегка растрепавшиеся шелковистые волосы, собранные в высокий хвост. Началось все неплохо: он направился к студенту, похожему на небожителя, чтобы познакомиться. Тот быстро прошел мимо, не обернувшись. Оклик «Эй, котик, подожди!» вырвался сам собой и был проигнорирован. Не зная, как удержать это сокровище, Мо Жань ухватил его за тонкое запястье. — Да постой ты, я просто хочу узнать номер. Студент развернулся и дернулся в попытке вырвать руку. Потеряв равновесие, Мо Жань навалился на него, рефлекторно схватив за талию и притянув ближе. Носа коснулся легкий запах цветов яблони, на шее осело чужое злобное дыхание. Мо Жань опустил взгляд и залип на маленькую родинку за ухом. Весь мир сузился до размеров крошечной точки, к которой так хотелось прижаться губами или провести по ней языком. Затем слегка прикусить, вырвав сдавленный всхлип. Он наклонился, чтобы осуществить задуманное, когда почувствовал, что в грудь упираются руки, останавливая. Мо Жань сухо сглотнул, замер и тихо прошептал в очаровательно покрасневшее ухо: — Ну, успокоился? Котенок вздрогнул, начал вырываться, выгибаясь дугой, прижимаясь к груди крепче, прохрипел: — Что вы себе позволяете? Отпускать его не хотелось. Хотелось прижать к ближайшей стене и оттрахать. Чтобы, став единым целым, выбивать стоны удовольствия и хрипы от нехватки воздуха, при особенно сильных толчках. Звонок на пару оглушил обоих. Мо Жань вздрогнул, убрал руки. Внезапно вспомнил, что сегодня у него лекция у нового преподавателя, о строгости которого ходят легенды. Опаздывать нельзя, иначе не допустят на пару и отправят на отработку. Когда опомнился, нового знакомого рядом уже не было. По пути в аудиторию он думал о том, что надо было удержать золотце любой ценой. Нахуй этого профессора Чу и его отработки лекций. Стоит профессору зайти в аудиторию, как Мо Жань понимает: действительно, на хуй. Желательно, на его собственный.

***

Когда Сюэ Мэн увидел в расписании имя нового профессора инженерной графики — его восторгу не было предела. Он днями напролет рассказывал о профессионализме Чу-лаоши, который раньше был его репетитором. Мо Жаню не было дела до какого-то старика, даже если тот прекрасно объясняет материал. Сейчас он горько жалеет, что пропустил дифирамбы брата мимо ушей и не попросил фото профессора. Кто же знал, что Чу Ваньнин окажется таким. Ваньнин читает лекцию своим мягким, успокаивающим голосом. Пачкает пальцы в меле, пока чертит схемы, вызывая желание этот мел слизать. Ловко управляется длинной металлической линейкой, демонстрирует стройные ноги и округлые ягодицы, когда поворачивается к студентам спиной. Мельком оглядев аудиторию, Мо Жань замечает жадные взгляды, направленные на преподавателя. Хочется прижать его к стене, закрыть от посторонних своими широкими плечами, но он просто один из многих для этого человека. Это осознание неожиданно злит, заставляет поднять руку, словно появился вопрос. — Все вопросы в конце лекции. Холодное и равнодушное. Ваньнин даже не поднимает взгляд, беря в руки следующий лист, исписанный аккуратным почерком. В конце лекции вокруг преподавателя ожидаемо собирается толпа из студентов, наперебой задающая вопросы. Подойти невозможно, остается рассматривать вырез рубашки поверх чужих голов. А посмотреть есть на что — всего одна расстёгнутая пуговица открывает вид на ключицы. Которые так легко обжечь дыханием, проложить дорожку поцелуев вдоль каждой, затем потянуться вверх, на секунду поцеловать свод челюсти и скулы и наконец прижаться к губам, поймав судорожный вздох. Эти губы совершенно неожиданно произносят: — У вас есть вопрос? Внимание студентов концентрируется на Мо Жане, они расступаются, пропуская его к столу. Ваньнин смотрит прямо в глаза, терпеливо ожидая. Мо Жань теряется, говорит первое, что приходит в голову: — Натурой можно сдавать? Раздается резкий свист, плечо обжигает болью. Он не сразу понимает, что произошло. Медленно переводит взгляд на металлическую линейку в руках профессора. Ваньнин только что хлестнул его? Мо Жань ошарашенно смотрит на преподавателя, когда чувствует, как Сюэ Мэн хватает за рукав, оттягивая в сторону. Он покорно следует за братом, продолжая выворачивать голову, чтобы запомнить образ разозлившегося небожителя. Уже в коридоре думает, что определенно попробует сдать экзамен натурой.

***

Лекция прошла для Ваньнина как в тумане. Сложно сосредоточиться, когда спину прожигают темные глаза с фиолетовыми искорками, а на коже все еще чувствуется тепло и легкое давление от недавних прикосновений. Еще сложнее не смотреть в сторону обладателя широких плеч и яркой улыбки с медовыми ямочками. Ответив на вопросы студентов, он практически сбегает в лабораторию университета. Успокаивается только в привычной обстановке среди чертежей, деталей и инструментов. Убеждает себя, что в коридоре произошло досадное недоразумение, о котором Мо Жань забыл через несколько минут. Этой мысли достаточно, чтобы продолжить работу над расчетами. Внезапно во рту ощущается вкус перца. Из-за остроты сбивается дыхание и становится необходимым найти воду. Ваньнин беспомощно оглядывается по сторонам, но вокруг только стопки бумаги и наполовину собранные металлические конструкции. Острота пропадает так же внезапно, как появилась. Ваньнин выходит в коридор, покупает воду в автомате, делает несколько жадных глотков. Он не знает, когда новообретенный соулмейт снова начнет есть, поэтому возвращается к работе как можно быстрее. Лет десять назад он робко мечтал о встрече с родственной душой. Это была бы хрупкая, интеллигентная женщина. Они бы познакомились в библиотеке или в кофейне. Но годы шли, а вкус на языке не появлялся. Чу Ваньнин смирился с собственной дефектностью и предстоящими годами одиночества. Принял отсутствие соулмейта как факт и продолжил жить, игнорируя сочувствующие взгляды. Острота ярким цветком вспыхивает на языке, и Ваньнин снова делает глоток воды. После стольких лет надежда на отношения сменилась глухим раздражением. Повезло же с любителем острого. Некстати вспоминаются смеющиеся глаза, крепкие руки на талии и разгоряченный шепот на ухо. Он отгоняет от себя подобные мысли. Студент, явно младше лет на десять, да еще и мужчина. Ваньнин закрывает лицо ладонями, чувствуя себя отвратительным, уродливым стариком, засматривающимся на собственных учеников и желающим пригреться в теплых ладонях. Пусть это будет кто угодно, но не Мо Жань.

***

Придя в общежитие, Мо Жань подхватывает ноутбук и усаживается на кровать. Ищет как можно больше информации о новом профессоре. Убеждает себя, что о столь строгом преподавателе надо знать все, чтобы понять, как вести себя на экзамене. Результат поиска по имени — огромное количество статей и научных работ. Он открывает первую статью и незаметно втягивается. Оказывается, Ваньнин — ведущий инженер проекта «Ночной страж» по разработке устройств для самообороны. Логотип проекта — алый цветок лотоса. Мо Жань вспоминает, что уже видел это изображение на двери одной университетской лаборатории. Через час голова кружится от обилия информации и научных терминов, а на рабочем столе появляется скрытая папка «Золотце». В которой подробное расписание профессора, скачанные научные работы для последующего чтения, картинка с цветами яблони и изображение белого кота. Стройного и изящного, с золотистыми глазами. Именно такого кота они заведут, когда начнут жить вместе. Кота и собаку. Желательно хаски. Да, хаски будет комфортно в их большом загородном доме, где у Мо Жаня будет собственный сад. Мо Жань вздрагивает, ужасается, когда понимает, что придумал идеальное будущее с человеком, который его знать не желает. Постукивает пальцами по корпусу ноутбука, в папке «Золотце» не хватает фотографии самого Ваньнина. Он составляет список конференций, на которых был профессор, и гуглит каждую, пока не находит групповое фото. Среди пожилых инженеров Чу Ваньнин выделяется белым пятном. Он слегка хмурится, поджимает губы, словно не терпит чужих прикосновений, а окружающие стоят слишком близко. Мо Жань думает, что это неправильно. Что такой человек в постели должен плавиться и стонать, подставляясь под ладони. Сам не замечает, как увеличивает фотографию, обрезает и настраивает яркость и контрастность, чтобы немного повысить качество. Задумчиво ведет подушечкой пальца по экрану. Вдоль скулы, к приподнятому уголку глаза, затем к непослушной пряди, которую так легко было бы заправить за ухо, чтобы потом провести по шее кончиками пальцев, задев родинку, вызвав дрожь чужого тела. Мо Жань вздрагивает от хлопка двери. Отдергивает пальцы от экрана и закрывает ноутбук. Сюэ Мэн забегает, кидает сумку под стол. Спрашивает: — Тебе комп нужен? — морщится, добавляя: — Только не говори, что опять смотрел порнуху. На самом деле в тот раз он специально оставил порно открытым. Гейское и групповое, естественно, чтобы девственный брат просвещался. Небольшая месть Сюэ Мэну за желание переехать в общежитие. Мо Жань чувствовал себя лишним в доме дяди и тети, поэтому специально устроился на подработку поваром и начал снимать комнату в общаге. Он и подумать не мог, что его изнеженный братец-павлин выразит желание съехать от родителей. Эта глупая попытка младшего доказать свою самостоятельность и привела к случаю с ноутбуком. Сейчас ситуация гораздо хуже. Групповое гейское порно еще ладно, а вот увеличенное фото их преподавателя — вообще пиздец. — Смотрел, — сухо сглатывает, — дай мне минуту. Сюэ Мэн хмыкает: — Позови, когда комп освободишь. Заваливается на соседнюю кровать. Мо Жань смотрит на привставший член и вздыхает. Это же было фото с конференции среди кучи дедов. Открывает ноутбук, старательно чистит историю поиска, сохраняет фотографию, проверяет, что папка скрыта и запаролена, и только после этого идет в душевые.

***

В час ночи, переписывая конспект брата с лекцией, Мо Жань чувствует вкус османтусовых пирожных на языке. Он так долго ждал появления родственной души, что оказался совершенно не готов, когда это произошло. В голову пришли две мысли: «Кто, черт возьми, будет есть по ночам?» и «Надеюсь, мой соулмейт не питается одними сладостями». Мо Жань смотрит на мирно спящего Сюэ Мэна. Борется с желанием разбудить брата, который уже больше года чувствует вкус еды, чтобы задать вопросы по поиску соулмейта. Затем понимает — бесполезно. Во-первых, Сюэ Мэн свою родственную душу так и не нашел, во-вторых, с его слов, его родственная душа какая-то чокнутая. Мало того, что питается в два раза чаще обычного человека, так еще и периодически ест два блюда одновременно. Мо Жань замирает над записями от внезапной догадки. А что, если родственных душ может быть две? Близнецы с их потока уже довольно долго странно поглядывают на Сюэ Мэна, загадочно улыбаясь. Он хихикает. Остается только посочувствовать целомудренному брату, оставить на компьютере побольше статей про трисамы и сделать подборку порно.