Пина

Пина потерлась щекой о грудь Яна. — Да, это было интересно… — сказала она. — Ради этого стоило стать человеком. Ян нахмурился еще сильнее. Он был таким нежным еще несколько мгновений назад, а теперь опять стал хмурым и злым. Ну что с людьми не так? Они подарили друг другу удовольствие, а он теперь сидит насупленный, как старый филин. — Ой, смотри, ты меня поранил! Но мне не больно! — Это нормально… — отозвался наконец он, — иди, просто вымой там. В первый раз всегда так. Когда Пина вернулась, он уже был одет. Ян сидел под деревом и высекал искры из кремня над горкой хвороста. Пина подошла сзади, обняла его, накрыв густой копной волос. Он ответил на её поцелуй и на мгновение стал тем самым человеком, который ей так понравился. Но он вновь принял другую личину. — О чем ты думаешь? — спросила она, усевшись рядом на коленях. — О том, что с тобой делать. — А зачем со мной что-то делать? — Ты — оборотень. А я тот, кто дал обет их уничтожать. — Но тогда почему ты не убил меня там, на поляне? — Не знаю… Видимо, Небо решило меня испытать. — Тебе Небо приказывает убивать? Никогда бы не подумала. Оно такое красивое! — Не само Небо. Небо это лишь свод над землей. Он защищает землю от океана, что находится по ту сторону. — Небо это море? — удивилась Пина. — Хотя, я всегда об этом догадывалась… — Море по ту сторону неба. Иногда в своде появляются трещины, и часть небесной влаги проливается вниз. — Но так оно может однажды и вовсе разбиться! — За этим и следят Небожители в Небесном дворце. Они тщательно латают трещины, или наоборот, дают пролиться влаге, чтобы земля внизу не засохла. Они живут в Небесном Дворце, но мы часто просто называем его Небом. — Но зачем тогда кого-то убивать? — Весь порядок основан на том, чтобы каждый делал свое дело. Всякий живущий на земле рождается для какой-то цели. Каждый делает свое малое дело во имя великого, чтобы Небесный Свод не рухнул, мир продолжил жить. Но среди нас много тех, кто не хочет быть тем, кем он рожден… — Получается, нельзя меняться? — Можно, но только если ты родился на самом деле Небожителем. — Это как? — Новые Небожители всегда рождаются на земле. — Почему? — Это большая ответственность. Нужно пройти большой путь, чтобы научиться этому. Обычно, это те, кто берет какой-то обет и выполняет его, ни разу не свернув с этого пути. — И это всегда люди? — Нет, любое живое существо может пойти этим путем. И неживое. Небожитель Серого Облака когда-то был обычным камнем, что лежал у дороги. — Но они тоже не хотят быть теми, кем родились! — Они родились Небожителями, просто им была назначена аскеза. — А ты — человек? — Любой белый монах — будущий Небожитель! Как и Наместник Неба! — А я? Как определить, кто кем родился? — Я даже не знаю, кто ты на самом деле… Но определить это могут только святые отшельники, знающие волю Неба. Пина помолчала. Ян во время развел костер и она завороженно смотрела на танцующее пламя. Оно пугало её, в то же время притягивало к себе. — Через несколько лун в эти земли прибудет странствующий святой. Мы пойдем к нему, ты и я. И он скажет, что теперь будет. Может и я, нарушил свою аскезу… И теперь… — Не станешь Небожителем? И что тогда? — Тогда я буду просто делать своё дело, не надеясь однажды попасть наверх. В любом случае, мы родились для этого. — И если он скажет, что я Небожитель, что тогда? — Он назначит тебе аскезу. И мы пойдем, каждый своим путем. — То есть, мы не будем вместе? — Это была ошибка. За неё я точно понесу наказание. Может, он увеличит количество оборотней, которых мне надо убить. А может заставит месяц носить колючую веригу и кандалы на ногах. Это если, мне позволят продолжить свой основной путь… — А если, это не единственный путь? У нас в лесу всегда много тропинок… — Так все оборотни говорят. Но это единственный путь, когда ты действительно меняешься. — Это как? — Всякое животное, что начинает меняться, так и остается животным. А смысл этого всего, чтобы стать кем-то другим по-настоящему. А так все эти твари просто используют свою силу, чтобы оставаться тварями, следовать своим низменным желаниям. Лисы, волки, медведи так и продолжают есть других. Вот, даже эта белка… Когда получаешь силу, надо уметь ей распорядиться. И путь Неба единственный путь, на котором ты не растратишь её впустую. — Я никого еще не убила и не съела! — Но ты сделала намного хуже. Из-за тебя я оступился. — Ну я же не знала, что тебя за это накажут! Я понимаю за убийства наказывать! А тут же другое! Ян ничего не ответил. Он сказал все, что считал нужным и только его глаза горели злым металлическим блеском. Пина придвинулась ближе к Яну и взяла его руку. — Пока нет твоего отшельника, мы можем… совершить еще пару ошибок? Ян резко выдернул руку. — Уйди от меня, нечисть! — сказал он зло. Пина заплакала. Ян угрюмо смотрел на огонь и не пытался её утешить. *** — Ян, смотри, у меня какая-то человеческая болезнь! — сказала Пина. Ян бросил мрачный взгляд на девушку. После того случая они почти не разговаривали. Пина гуляла по лесу, смотрела на облака или море, разговаривала с деревьями. Ян мрачно сидел у костра и точил свой топор. — Ты здорова, — сказал он. — Что, не хочешь идти к отшельнику? — Нет, же! Меня тошнит и живот распух! И там внутри, будто что-то ворочается! Ян вскочил, подбежал к девушке. Он осторожно коснулся её небольшого животика. — Он некрасивый! — пожаловалась Пина. — Не люблю большие животы! — Он со временем станет намного больше… — сказал Ян, не убирая руки. — Фу! — Что же ты за тварь такая? Это обычная беременность. — Что, ребенок?! Я породила жизнь?! — Мы породили… — То есть, он твой и мой? — Он тоже принадлежит Небу… — А тот отшельник может причинить ему вред? — Он лишь скажет, что хочет Небо. — Я тогда к нему не пойду! Глаза Яна метнули стальные молнии. — Пойдешь! — сказал он. — Не пойду! Это наш ребенок. Небо не будет решать, что с ним делать! Это мы должны решить! — Ты с Небом или против Него? Решай! — Я не хочу быть Небожителем! Я хочу жить, как и раньше! — Ты свой выбор сделала… — сказал Ян. Он быстрым движением схватил её за горло. — Сейчас посмотрим, кто ты на самом деле, нечисть! Пина захрипела, попыталась освободиться от захвата. Но у охотника была железная хватка. Лес вокруг кружился в бешеном хороводе. Неужели, это и есть смерть? Нет, она так просто не сдастся! Она с силой ударила ногой в пах взбесившемуся охотнику. Рука разжалась. Ян зашипел от боли. А человеческие ноги, не такие уж и бесполезные! Пина побежала прочь. Ян быстро пришел в себя. Пина слышала, как лязгнула его секира. Он бежал за ней! Но она знала в этом лесу все самые скрытые и заветные тропинки. Убедившись, что он сильно отстал, она приняла свой истинный вид. Попробуй, найди меня теперь! Ян выбежал на прогалину. Он был всклокочен, его взгляд блуждал как у безумца. — Где ты спряталась?! — кричал он. — Я найду и разрежу на тысячи кусочков! Я тебя оживлю, а потом снова убью! Тварь! Уничтожу! Он бегал, заглядывая под каждый куст, срубая топором ветки, топча ногами муравьев и прочих лесных букашек. — Я найду тебя! Ты за все ответишь! — кричал он. Но Пина знала, что теперь она в полной безопасности. *** Пина замолчала. Лангрен завороженно слушал, боясь прервать этот рассказ. Он был так взволнован, что на лице выступил пот. — А что с ребенком? — спросил он, наконец, хриплым, не своим голосом. — Ещё несколько лун спустя у меня родился мальчик, — глухо сказала Пина. — Очень красивый. На что я не люблю людей, их внешность. А мой мальчик и правда был красивый! — И что потом, где он сейчас? — Однажды лес подожгли. Тогда я думала, это крестьяне. Они вечно рубят и жгут деревья! — И твой ребенок… погиб? — Мы бежали с ним через пожар вместе с другими обезумевшими жителями леса! Я держала его за руку, а потом он отпустил мою руку! Я повернулась, а вокруг дым! Хаос! Его не было! Я бросилась в дым, но ничего не видела! А потом на меня бросился лось! Сбил с ног и я ничего не помню! Очнулась уже среди обугленных мертвых деревьев… За куполом послышались рыдания. Пина сидела на коленях, и плакала. — Я его искала… искала… В окрестных деревнях… в заимках… в оврагах… Но его не было! — И так не нашла? — Сорока потом рассказала мне, что видела, как плачущего мальчика ведет через лес бородатый мужчина с топором в сером монашеском балахоне... — Ян?!!! — Да! Он украл моего сына! Это он поджёг лес! Лангрен вздрогнул. Его первое воспоминание. Лес… Огромные деревья, темнота, зло ухают совы. Он идет сквозь колючие кусты и кричит: — Мама! Где моя мама?! — И ты его так и не нашла? — спросил он. — Я звала его много раз! Бросала клич в небо. Но он не слышал! Только недавно откликнулся кто-то. Но это был не он. Это был другой малыш, который потерял маму! Где-то очень далеко отсюда, и тоже в лесу! Но совсем другом лесу, не похожем на наш! Лангрен вздрогнул. Раптор? Так вот зачем он шел на север, спрашивая у всех, где моя мама? Пина рыдала, за пределами пещеры шел ливень, а Лангрен молчал, глядя в потолок сквозь марево защитного купола. Всё вокруг казалось смутным и нереальным. Не только пещера, но и вся его жизнь.