Алёна, зомби и сексапокалипсис

Алёна с трудом открыла глаза: всё же отходить от наркоза – не самое приятное впечатление в жизни. Сегодня ей вырезали аппендикс, и правый бок противно ныл, напоминая о том, что девушка лишилась кусочка своего тела. Издав протяжный стон, Алёна повернула голову к соседней койке, но там никого не было. - Сестра… - прошептала она пересохшими губами – очень хотелось пить. Но ответа так и не последовало. Девушка прислушалась – в больнице царила странная тишина: не было слышно ни хлопанья дверей, ни разговоров или криков больных, ни торопливых шагов медперсонала по коридору - вообще ничего. Собравшись с силами, Алёна приподнялась на кровати, увидев бутылку минеральной воды на соседской тумбочке. Плохо соображая, что делает, она с трудом дотянулась до нее и, открутив негнущимися пальцами крышку, жадно сделала несколько больших глотков, после чего, упав на подушку, снова провалилась в забытье. Очнулась недавняя пациентка уже утром – в окно яркими лучами светило солнце, оповещая о начале нового дня. Девушка чувствовала себя лучше: в голове прояснилось, тело уже было готово ее слушаться, и только в боку оставалась тупая, но сильная боль. - Сестра! – крикнула она. – Кто-нибудь! Сквозь матовое стекло двери, казалось, бесшумно мелькнула чья-то тень, но Алёна так и не поняла: то ли там действительно кто-то был, то ли ей показалось. Она встала с кровати, скривившись, когда почувствовала приступ боли в боку, и надела свою одежду, висевшую на спинке стула: нижнее белье и летнее платье до колен. Кроме этого (да еще сумочки) при ней ничего не было – коварный аппендицит застал ее на вечеринке у друзей, и сюда ее привезли на «Скорой». Держась за бок, Алёна доковыляла до выхода из палаты и попыталась открыть дверь, что удалось с трудом – кто-то подпер ее снаружи каталкой. Девушка выглянула в коридор, надеясь найти хоть одну живую душу, но тот был пуст: двери были распахнуты, окна открыты, на полу валялись какие-то бумаги и личные вещи больных, с которыми теперь играл сквозняк. Алёна медленно прошлась по палатам, но так никого и не нашла. В одной из комнат она увидела обезболивающее, оставленное кем-то, и без зазрения совести выпила две таблетки, взяв остаток с собой. Вернувшись за сумочкой, девушка в недоумении побрела по пустынным коридорам в поисках выхода из здания. Улица встретила ее теплым ветром, ярким солнцем на чистом голубом небе и… тишиной. У входа одиноко стояли карета «Скорой помощи» и несколько автомобилей – но снова ни единой живой души. Боль в боку немного отступила, и Алёна зашагала по дорожке к выходу с территории больницы. На одном из газонов она вдруг заметила человека, судорожно пытавшегося встать, и, обрадовавшись, поспешила к нему. - Я уже и не надеялась кого-то встретить… - начала она, но тут же осеклась. На траве барахталась мертвенно бледная, вся в синяках и царапинах, девушка. Одежда ее была порвана, а нижнего белья и вовсе не наблюдалось, благодаря чему была видна кровоточащая вагина. Грудь женщины была искусана, а по лицу, судя по всему, кто-то бил наотмашь – оно было покрыто кровоподтеками, а губы растрескались. - Ебааааааааться! – промычала девушка, пытаясь встать, но ноги ее не слушались. – Плотская любооооооовь! Она попыталась ухватить рукой туфлю Алёны, но та отпрыгнула назад с криком: - Господи, да что с вами?! - Ебаааааааааться! – снова промычала незнакомка и медленно поползла к ней. Алёна сочла нужным ретироваться, оставив свою собеседницу перемещаться по газону в одиночестве. «Что происходит? – билась у нее в голове мысль. – Где все люди? Что это было за…существо?» Девушка, ускорив шаг, вышла на улицу, и перед ее глазами открылась поистине странная картина: вся дорога была заполнена автомобилями, брошенными, с открытыми дверями и оставленными вещами внутри. Кое-где виднелись потеки крови. Изумленная и ошарашенная, Алёна бродила среди них, пока не увидела на одном из сидений пачку печенья и пластиковую бутылку с соком. Ее желудок умоляюще заурчал, и она решила присесть и немного подкрепиться. В любом случае, путь домой был довольно далек, а транспорт, похоже, не ходил. Она дожевывала третью печенюшку, как вдруг услышала оклик: - Я бы не советовал вам тут сидеть! Девушка подняла глаза – на тротуаре стоял бородатый мужчина лет сорока и смотрел на нее. Обрадовавшись тому, что наконец-то повстречала хоть одного живого человека, Алёна вылезла из машины и направилась к нему, по пути крикнув: - Что здесь вообще такое происходит?! Где все люди! - Лучше нам не шуметь! - ответил мужчина, озираясь по сторонам. – Пойдемте ко мне – и там я вам все расскажу. Алёна кивнула, и они, нырнув в какой-то проулок, проследовали к одноэтажному частному дому, выкрашенному в темно-зеленый цвет. Внутри, заперев за собой дверь, мужчина представился: - Меня зовут Михаил. А это, - он махнул рукой куда-то в направлении комнаты, - мой сын, Артём. - Очень приятно, Алёна. Из комнаты вышел тощий мальчик лет десяти и грустно посмотрел на них. - А где мама? Она сегодня придет? – спросил он. - Артём, мы уже обсуждали это! – строго сказал отец. – Мамы больше нет! В ее теле теперь нечто другое. Она стала зомби! - Зомби? – удивилась Алёна. Мальчик, тем временем, всхлипнув, снова вернулся к себе. - Пойдемте на кухню, - предложил Михаил. Он усадил гостью за стол и, налив ей тарелку супа, поставил перед ней. - Ешьте. Я вижу, вы голодны. А я пока расскажу вам… И Михаил поведал ей о недавних событиях, приведших к трагедии: - Это началось вчера вечером. Никто не знал, что было тому причиной, но вдруг некоторые люди: живые или только что умершие, превратились в зомби. Их сердца вдруг останавливались на несколько минут, после чего они снова приходили в себя, да только уже не такие, как прежде. А еще не захороненные трупы просто поднимались, одновременно пугая и радуя рыдающих родственников. Но радость быстро проходила, и оставался лишь страх. С того света возвращались они в виде нежити, зомби… Их единственное занятие – нападать на людей и трахать их до полусмерти. - Трахать? – удивилась Алёна. – Но разве зомби не жрут мозги? - Возможно, какие-то и жрут. Но не эти. Они нападают и начинают заниматься сексом, пока не доведут до оргазма, и тогда ты уже сам отдаешься им по своему желанию. Тоже становишься зомби. Моя жена стала одной из них! - в глазах мужчины блеснули слезы. – Она просто развешивала белье во дворе, как вдруг в калитку ворвалась толпа этих тварей и начала ее иметь во все дыры! Я пытался спасти ее, но чуть сам не оказался насаженным на член какого-то амбала. Хотя бы успел запереться в доме с сыном, а она… Маша просто ушла с ними! По своей воле. И теперь то и дело приходит к порогу дома. Зовет нас. Хочет увести с собой… - Это просто…ужасно! Рассказ Михаила произвел на девушку огромное впечатление: теперь она поняла, кто была та незнакомка на газоне. Внезапно раздался сильный стук в дверь. - О нет! – Михаил перешел на шепот. – Сидите тише! Это снова она! Артём! Артём! Иди сюда! - Ебаааааааться! – раздался глухой вой. – Мииииииииииииишаааааааааааа! Ебааааааааааааааааааааться!!! Дрожащий мальчик прибежал к ним и тут же спрятался под стол. А, тем временем, дверь уже чуть ли не слетала с петель, а грубому женскому вою на заднем плане вторил нестройный хор голосов, выкрикивающих: «Ебаться! Секс! Любовь!» - Может, надо было просто чаще при жизни уделять жене внимание? – предположила Алёна, на что получила в ответ уничтожающий взгляд со стороны папаши и благоразумно сменила тему. – Сколько же их там? Вы говорили, приходит только жена. Михаил осторожно выглянул в окно: - До этого одна и приходила. А сейчас там толпа уже… Раздался звон разбитого стекла, и, одновременно с этим, дверь, не выдержав напора, с жалобным скрипом поддалась толпе беснующихся зомби. Михаил рывком достал ружье, всё это время спокойно лежавшее где-то под холодильником, и ринулся к двери. - Получите, суки! – закричал он. Но тут у входа в кухню показалась высокая, слегка полноватая женщина с мертвенно-бледной кожей. - Мииииииша! Ебаааааться! – прохрипела она. - Нет, только не это! – всхлипнул мужчина и бросил оружие. – Я не могу стрелять в тебя, милая! Еби меня! Я готов! – и он раскинул руки навстречу мертвой супруге. Та, ухмыльнувшись, схватила его и утащила в комнату. За ними проследовало еще несколько зомби женского пола, после чего в кухню ворвалась толпа нежити. Часть из них схватила вырывающегося мальчика и унесла куда-то во двор, а остальные обступили Алёну и начали срывать с нее одежду, раздеваясь при этом сами. То ли зомби всё же были в какой-то степени живыми, то ли разложение еще не тронуло их тела, но кроме мертвенно-бледной кожи и неестественных порывистых движений они ничем не отличались от обычных людей. Без лишних разговоров один из них, запрокинув голову девушки, засунул ей в глотку свой толстый пульсирующий член. Алёна ощутила, как огромный фаллос входит в нее, занимая всё имеющееся там пространство своей плотью. Не вынимая пенис изо рта, зомби рывком стащил ее на пол, поставив на четвереньки. Девушка от боли и страха укусила его за гениталии, но, кажется, тот даже не почувствовал этого. Толпа существ навалилась на нее, и один из них тут же вошел в нее сзади, другой же расположился прямо под ней, атаковав ее вагину и одновременно покусывая и гладя грудь девушки. Остальные лизали ее тело, оставляя влажные дорожки из слюны, кто-то терся своим членом о ее спину. Те, кому не хватило места, с упоением начали ласкать друг друга. Пенисы внутри нее постепенно начали двигаться в унисон, одновременно проникая в самые недра юного женского тела и тут же отходя назад. Множество рук и языков гладило ее, и в обычных обстоятельствах это принесло бы Алёне огромное удовольствие, но только не сейчас, когда ее насилуют зомби. Со двора раздавались приглушенные крики мальчика – судя по всему, и до него добрались члены нежити. Михаил же лишь изредка постанывал в соседней комнате, возможно, даже получая некое удовольствие от соития с супругой. Сама Алёна боролась с чувством брезгливости и тошнотой, периодически накатывавшей на нее. Впрочем, позывы к рвоте были довольно слабыми, а зомби – относительно чистыми и без всяких трупных запахов, которыми наделяют их писатели и голливудские сценаристы. В конце концов, девушка просто смирилась со своей участью, немного расслабившись и ожидая неизбежного окончания. Мужчины всё так же размеренно двигались, и Алёна начала даже ощущать небольшое томление внутри себя, грозящее перейти в настоящее удовольствие. Зомби, лежавший под ней, осторожно прикусывал ее соски, и она с удивлением обнаружила, как те стали твердыми от возбуждения. Волна страсти постепенно зарождалась внизу живота, и девушка даже начала тихо постанывать, чуть подаваясь навстречу движению членов. Кто-то, удовлетворив себя, кончил ей на спину, и остальные тут же принялись слизывать оставленное семя. А рядом с ней две девушки занимались любовью с парнем: одна из них уселась на его член, а другая – прямо на лицо. Юноша был явно доволен – он тихо подвывал, извиваясь на полу от получаемого удовольствия. Зомби, пристроившийся к ней сзади, сдавленно промычал и вынул член, получив свой оргазм, но его место тут же занял другой. Алёна отдалась ласкам мертвых рук и пенисов, почти забыв о том, что предшествовало этому и кто являлся ее любовниками. Она заметила, что мальчик во дворе тоже перестал кричать – девушка знала, что и он сейчас, выгибаясь от наслаждения, вкушает запретный доселе греховный плод страсти. Алёна закрыла глаза – и сплетение рук, ласки языков, движения фаллосов – всё это смешалось между собой, как будто одно огромное существо удовлетворяло ее похоть. Она уже сама мычала от удовольствия, тяжело дыша и непроизвольно извиваясь всем телом. Внезапно она почувствовала, что ее глотка свободна, и открыла глаза – перед ней стоял Михаил, такой же мертвенно-бледный, как и остальные. Он был полностью обнажен, а на его лице играла улыбка. Алёна поняла, что сейчас произойдет, и, издав очередной стон, открыла рот, как вдруг получила от мужчины пощечину. Девушка недоуменно уставилась на него, но тот несильно ударил ее еще раз. - Очнулась? – пророкотал он. - Что? – непонимающе спросила Алёна. - Очнулись, больная? Кухня с зомби вдруг куда-то исчезла, а над ней виднелось лицо врача, расплывающееся в посленаркозном тумане. - Как себя чувствуете? - Пить хочу… - прошептала Алёна и горестно вздохнула.