и жили они долго и счастливо
16 ноября 2023 г., 22:12
Ты мой самый важный человек. Никто и никогда не заменит мне тебя. Ты как самый сильный наркотик вызываешь зависимость. А я и не против.
Юнги разлепляет глаза. Точнее пытается их разлепить. Несмотря на то, что окна зашторены, в комнату попадает дорожка света через маленькую щель между шторами. И, конечно, куда ж она будет светить, если не в глаз Юнги. Он поворачивает голову в сторону и понимает, что вторая половина дивана, где должен спать Хосок, пустая. Зато с кухни слышен звук воды и тихие позвякивания посуды. Хосок, как обычно, встал раньше, чем Юнги. Наверняка уже сходил в душ, полил свои любимые цветы, что стоят на подоконнике, и сейчас готовит им завтрак на двоих. Ничего удивительного. Все как всегда. Юнги все устраивает. Сегодня воскресенье, а это значит, что им никуда не нужно. Юнги не пойдет в агенство, где работает продюсером, а Хосок в академию искусств, где преподает современные танцы. Значит они весь день проведут вдвоем или, может быть, пригласят Намджуна С Чимином, посидеть вечером за просмотром очередного фильма. Но это не точно. Им и вдвоем хорошо. Просто побыть вместе. Несмотря на то, что они вместе живут и каждый день проводят вместе, выходной день — это другое, совсем другая атмосфера. Юнги лениво садится на кровати, чувствуя себя ленивцем, и свешивает босые ступни на пол, чувствуя холод от него и ежится. Потягивается и ерошит рыжие волосы, которые недавно с помощью Хосока покрасил прям дома, совершенно спонтанно. Но здорово. Здорово иногда совершать совершенно необдуманные поступки. Особенно вместе с любимым человеком. Особенно с Хосоком. На пример в прошлом году, гуляя вечером по ночному Сеулу, они решили совершенно спонтанно набить парные тату. У Хосока на левом запястье теперь солнце, а у Юнги на правом луна. Идея принадлежала Хосоку и Юнги, который всегда немного недолюбливал тату, согласился сразу же. Мин последний раз сладко потягивается до хруста позвонков и нашаривает ногой тапочки. Сейчас уже конец осени и полы достаточно холодные. Да это и не удивительно. В их доме отопление ни к черту. Это маленькая однокомнатная квартира чуть ли не на самой окраине Сеула. Поддержки от родителей особо не было, поэтому пришлось выбирать жилье такое, чтоб хватило их скудных сбережений. Юнги выходит в коридор, шаркая тапочками и потирая опухшее ото сна лицо, со следом от подушки на правой щеке. Волосы взъерошенные, лежат в полном беспорядке, но выглядит очень мило. Свободные хлопковые штаны черного цвета сидят на тазовых косточках и наровят сползти. Юнги их подтягивает и чешет плоский живот, с чуть заметными линиями пресса, не скрытый футболкой. Так удобнее. Да и стесняться некого. Хосок стоит возле плиты спиной ко входу в кухню. На нем домашние красные шорты и, также как и на Юнги, нет футболки. Он что-то мурлычет себе под нос, видимо совсем не слыша прихода своего парня. Его красные волосы, которые он красит в один и тот же цвет уже два года, еще немного влажные после утреннего душа, зачесаны назад, но некоторые короткие прядки красиво обрамляют лоб. Юнги тихонько, чтоб не спугнуть эту уютную атмосферу неаккуратными и лишними движениями, на носочках подходит к Хосоку и обнимет со спины, обвивая торс своими руками, сцепляя их в замок. Аккуратно целует в загривок и улыбается. Вдыхает такой родной запах. От его парня пахнет гелем для душа и утром. Хосок негромко выдыхает и по его спине идут мурашки. — Доброе, — хриплым, еще не восстановившимся после сна и чуть шепелявым голосом шепчет Юнги, положив подбородок на плечо Хосоку и смотря на то, как тот ловко переворачивает омлет с обжаренным беконом. — Как спалось? — с улыбкой спрашивает Хосок, не отвлекаясь от приготовления завтрака. Одной рукой он выключает газ под сковородой с омлетом, а другой щелкает по кнопке электрического чайника. — Отлично, до того момента, как понял, что ты опять свалил от меня с утра пораньше. Во сколько проснулся кстати? — Мин отлепляется от него, еще раз поцеловав в загривок, и садится на стул с хлипкими ножками, стоящий возле стола. — М-м-м. Дай-ка подумать. Проснулся я примерно в восемь, но встал ближе к девяти, потому что ты лежал на моей руке,— Хосок поставил тарелки с омлетом на стол и заварил чай. Быстро сполоснув руки, сел за стол рядом с Юнги, потом быстро повернул голову Мина к себе и чмокнул его в губы. Тот улыбнулся и коротко ответил тем же. — Приятного аппетита, — улыбнулся своей солнечной улыбкой. Той, которой можно ослепить человека. Вот и Юнги сейчас слепнет. Слепнет и улыбается в ответ также тепло, стараясь через улыбку выразить все то, что он чувствует. И Хосок понимает. Им обоим достаточно даже взгляда, чтобы понять друг друга. Они неспеша завтракают и разговаривают обо всем на свете и ни о чем одновременно. Хосок с Юнги были знакомы с второго года средней школы. Они познакомились через общий круг общения и сначала совсем не сошлись характерами. Буквально были как кошка с собакой. Хосок — общительный, энергичный, солнечный, яркий, тактильный, громкий, шумный, любящий вечеринки и большие компании. Он никогда не унывал и был слегка ( или нет) приставучим. Юнги — спокойный, серьезный, немного грубый, нелюбящий вечеринки вообще и предпочитающий поспать или читать книгу дома, под пледом, нежели тащиться куда-то. Он посвящал почти все свое время музыке и ненавидел, когда его отвлекали. А отвлекал его постоянно именно Хосок. Очень трудно было в первое время, когда они не понимали, как себя друг с другом вести. Особенно учитывая тот факт, что Юнги не любил новые знакомства и не особо шел на контакт с Хосоком, а тот в свою очередь не видел в упор, что старший его недолюбливает. Но со временем они сдружились, стали часто зависать вместе и необязательно со всей компанией. Просто вдвоем сходить погулять, просто посидеть либо у Хосока, либо у Юнги. Позже они стали вообще неразлей вода. Разные характеры дополняли друг друга. Спокойный и рассудительный Юнги вовремя сдерживал порывы Хосока, а тот в свою очередь не давал старшему тухнуть дома, завернувшись в плед и притворяясь камнем. Они стали очень близки, настолько, что почти все свободное время проводили вместе. Не важно будь то переписка или же встречи в живую. Родители только разводили руками и не препятствовали их связи. Конечно, многие болтали о том, что они наверняка встречаются, но ни один, ни второй не обращали на это внимания. Пока однажды Хосок не поцеловал Юнги. В тот вечер они смотрели фильм у Мина дома, потом долго его обсуждали, смеялись, начали баловаться и драться подушками. Потом получилось так, что Хосок навис над Юнги. Они оба замерли. Потом… Потом Хосок просто быстро нагнулся, прижался своими губами к губам Юнги и также быстро отскочил. Он взглянул на старшего, как загнаный кролик и, схватив толстовку с кресла, выбежал из дома пулей. Юнги так и сидел в ступоре. Это… Что это было? Хосок, его лучший друг, его поцеловал? Конечно, поцелуем это было сложно назвать, но все же... Мин пребывал в, мягко говоря, шоке. Ему было это непонятно. Последнее время он часто видел взгляды Хосока на себе, дольше и больше, чем нужно. Да и сам стал задумываться, а друг ли ему Хосок? Правда ли он относится к нему как к другу? Один раз даже промелькнула мысль, что Хосок ему нравится. И нравится именно в том самом смысле. Так нравятся девчонки. К парням такого быть не должно. Это ведь не правильно? Юнги пару раз слышал о подобном от сверстников. Слышал с каким отвращением они говорили об отношениях двух парней. Юнги целую неделю думал над случившимся. Пропал аппетит, не мог нормально поспать, все мысли были о Хосоке и о поцелуе. Он все думал и думал, пока в один момент не понял: «я хочу этого еще раз. И даже не один. Я хочу быть с Хосоком так, как с девушкой» Всю эту неделю и даже следующую Хосок не ходил в школу, не отвечал на смс и звонки, не выходил на связь ни с кем из их круга общения. Он просто решил залечь на дно. Переосмыслить все то, что он натворил. Все то, что он чувствует. Юнги не давил, но был намерен его вывести на разговор. Хосок пришел в школу в понедельник спустя две недели после поцелуя. Весь день избегал Мина. Но после уроков, когда все ушли по домам, Юнги выловил его у выхода из класса, схватив за шиворот рубашки, и прижал к стене. Хосок вроде что-то хотел начать говорить, думая что Мин ему сейчас морду набьет. Но этого не произошло. Он почувствовал на своих губах губы старшего. Сказать, что Чон удивился — это ничего просто не сказать. Сейчас Мин наверное скажет, что это шутка. Но Юнги прижался своим лбом ко лбу Хосока и положил свои ладони на щеки младшего. — Ты мне нравишься. Очень. Я не знал как тебе это сказать, но в тот вечер ты оказался смелее, — Юнги поглаживал большими пальцами скулы замершего парня. — Хен, я.— он не веря своим ушам улыбнулся и в глазах собралась влага. — Эй, тише. Ты чего? — Я. Я просто… Ты мне так нравишься, хен, — и торопливо обнял, будто бы боясь, что Юнги исчезнет. Он столько раз представлял, как признается, но смелости не хватало. — Идем ко мне, а? Родители до поздна на работе. И-и-и, я кстати не собираюсь от них ничего скрывать. От своих— можешь, но мои должны знать. — Угу. Идем, — Хосок улыбнулся и пошел следом за Мином, держа его за руку и улыбаясь, как кретин. С того дня они начали встречатся. Это был первый год старшей школы. Они сразу, в тот же вечер все рассказали родителям Юнги. И реакция была… Ну странная. — Гони мою тыщу вонн, — Мин Суа улыбнулась и повернулась к мужу. — Не-а, мы спорили на то, что они уже встречаются, но они только сегодня начали встречаться, поэтому ничья, — Мин Джебом улыбнулся и, под возмущенный вздох Суа, посмотрел на парней. —Джебом, ты жулик! —Суа толкнула мужа в бок. Хосок был пунцовый и, кажется, даже сливался со своей толстовкой. Юнги же сидел со спокойным лицом. Не удивительно. Он своих родителей знает – они и не такое могут. С родителями Хосока обстояло сложнее. Им было решено рассказать через месяц, потому что сам Хосок ужасно боялся . Реакция мамы была более-менее менее спокойная. Она просто сказала, что они перебесятся и это временно. Так сказать, юношеский максимализм. А вот отец начал лекцию о том, что это противоестесственно, что это грех, грязно и т. д. Также добавил, что ему все равно, но он не поддерживает. И чтобы в их доме они не появлялись вместе, когда родители здесь. Им это противно. Хосок, тогда встал, взял Юнги за руку и ушел. Хоть при Мине он старался не показывать, но реакцию родителей он воспринял достаточно болезненно и в тот вечер плакал, уткнувшись лицом Юнги в плесо. Со временем смирился. Все же родителей не выбирают. С того времени Юнги с Хосоком до сих пор вместе. Несколько раз сильно ругались, расставались, но каждый раз понимали, что друг без друга не могут. Сейчас они уже работают и до сих пор ничего, кроме их круга общения, не изменилось. Через недели две после начала отношений рассказали о своих отношения друзьям, но из шестерых человек их поддержали только двое — Чимин с Намджуном, которые позже и сами стали встречаться. Остальные отвернулись от них, но никому не рассказали. За это им спасибо. Хосок доел свою порцию и сложил грязные тарелки в раковину. — Сегодня твоя очередь посуду мыть, Юнги, — Чон улыбнулся и пожал плечами. —Ага, я помню, — Юнги вытер губы салфеткой и подошел к Хосоку, который стоял возле раковины, оперевшись на столешницу поясницей. Чон тут же развел руки в стороны и Мин с удовольствием упал в родные объятия. Старший был немного ниже, чем Хосок, поэтому ему приходилось чуть-чуть привставать на носки, чтобы поцеловать его. Вот и сейчас он приподнялся и, прикрыв глаза, с упоением целовал своего парня, чувствуя бесконечное тепло от того, что его самый близкий человек сейчас рядом и отвечает взаимностью. Видеть в глазах напротив весь мир и чувствовать, что больше ничего не нужно, это ли не счастье? Сидеть долгими зимними вечерами под пледом на диване и слышать биение родного сердца. Чувствовать тепло рук, ощущать дыхание на своей коже и в сотый раз перещитывать родинки по всему телу. Это огромное, безграничное счастье, что никогда не закончится. Они живут в своем маленьком мире, где есть только они двое и никто им никогда не помешает. От друг друга их оторвал телефон Хосока, который напомнил о себе настойчивым звонком. Юнги улыбнулся и отпустил парня, а сам прошел к раковине, мыть посуду. — Алло, да Намджун? — Хей! Уже не спите? Это прям «вау», учитывая ваш режим а-ля сурки, впавшие в спячку, – друг засмеялся и зашуршал чем-то на фоне. —Давай ты не будешь нас стебать, а перейдешь к делу. Зачем звонишь? — Хосок оперся на столешницу и посмотрел на Юнги. Тот закончил мыть посуду и теперь сел на подоконник, достав сигарету. — Я звоню за тем, чтобы вытащить вас с Юнги сегодня вечером в караоке или бар. Не так важно куда, в принципе. Самое важное то, что мы сегодня празднуем нашу с Чимином годовщину! И вы обязаны придти! — Намджун пытался говорить строгой обязующей интонацией, но это получалось плохо. Его голос лучился счастьем и улыбка была слышна, наверное, даже глухому. Хосок отодвинул телефон от уха и прикрыл рукой динамик. Шепотом сказал Юнги: — Вот черт! У них же с ЧимЧимом сегодня годовщина отношений! Юнги-и-и! — и вернулся к телефонному разговору, — Да-да, конечно, Намджун! Мы обязательно придем. Скинь мне адрес и время встречи. — О'кей, до встречи вечером! — почти крикнул Намджун и на фоне послышался сначала грохот, а потом возглас Чимина. Хосок сбросил вызов. — Юнги-и-и, —протянул Чон. —М-м-м? — Мин затушил сигарету об край жестяной банки, которая заменяла пепельницу. Выдохнул сизый дым, в переплетениях которого черты лица стали немного размытыми. Юнги закрыл форточку и спрыгнул с подоконника. — Мы должны купить подарок, а то Чимин обидится, — Хосок закинул телефон в задний карман шорт и пошел вслед за Мином в комнату. —Д-а-а, это точно. А что дарить-то? В прошлом году мы купили им смазку и презики, между прочем светящиеся, в красивой упаковке. Чимин меня почти придушил и грозился затолкать презики мне в зад, дабы сделать из меня светлячка. Повторения я не хочу. В позапрошлом году мы им подарили подписку на порно канал и вибратор. Намджун сказал, что у него уже есть подписка. Чимин охренел от жизни и готов был убить сначала Намджуна, потом меня, грозя тем, что сдаст меня в сексуальное рабство, затолкнув в мое очко вибратор. Почему вечно я и мое очко виноваты во всех смертных грехах? Он даже не спрашивает, чья идея, просто идет душить меня! Это варварство! — Потому что мы все знакомы больше десяти лет и он тебя знает достаточно хорошо, чтобы с уверенность сказать, что презики, подписка и вибратор — это твои идеи! — Хосок засмеялся и обнял Мина со спины. — Знаешь что, Чон Хосок? Придумывай подарок сам. Судя по сообщению Намджуна, — Мин посмотрел в свой телефон, — тебе на это десять часов. Вперед! Я посмотрю, как Чимин будет готов задушить тебя, за парные трусы с Пикачу, которые ты им подарил три года назад. Хосок улыбнулся и чмокнул Юнги в макушку: —А трусы, вообще то были прикольные. Могли бы и заценить. Но не всем дано чувство вкуса. Ладно, я куплю подарок, а ты можешь пока что идти досыпать свои часы, —он отошел от Юнги и подошел к шкафу, начиная выбирать вещи. —Ну уж нет, если позорится, то вместе, —он ухмыльнулся и потянулся за джинсами, что вчера были благополучно заброшены под диван.***
Примерно через сорок минут они уже были в огромном торговом центре и выбирали что можно подарить на годовщину отношений. —А если билеты в парк атракционов? —Хосок остановился возле баннера с рекламой парка атракционов. —Во-первых, Чимин не любит такое, во-вторых на улице уже конец осени, о каких атракционах может идти речь? —Юнги не смотря на Хосока выбирал постельное белье. —Да ну, н-е-е-ет! Юнги! Ну кто в двадцать первом веке постельное белье дарит? — Хосок скептично поднял бровь. — Зная этих двоих, они трахаются столько, что не успевают менять постельное белье, —Юнги улыбнулся и пошел на кассу с выбранным комплектом. —Ага, ты прям свечку им держишь? — Вспоминая, с какой частотой мне звонит Чимин прося предупредить в агенстве, что он опоздает, потому что ни встать, ни сесть не может, Намджун его часто, долго и со вкусом... —Ла-адно. Тогда я пойду куплю им соджу в подарочных бутылках. Вот напьются и будут трахаться на новеньком постельном, —Хосок засмеялся и приобнял Юнги за талию, на что тот резко отстранился, —Ладно, давай побыстрее закончим с покупками, —Хосок умело проигнорировал поступок Юнги, но заметно помрачнел. Они встречаются уже много лет, но подобное до сих пор его огорчает. Нет, он не злится на Юнги, тот всего лишь пытается не выделяться, к тому же его могут увидеть люди из агенства. Хосок злится лишь на столь консервативное корейское общество, которое даже в двадцать первом веке не может принять, что отношения могут быть не только между парнем и девушкой. Хосок отступил на шаг, развернулся и ушел в сторону следующего магазина. Телефон в кармане джинс завибрировал. «Юн-и» Обиделся?Нет, все в порядке.
Точно?
Да
Я тебя люблю (｡･ω･｡)ﾉ♡Я тоже... себя люблю)
(＃｀㉨´)凸Шучу. Я тебя тоже люблю.
Встретимся на парковке.
Хосок убрал телефон в карман джинс и пошел вдоль магазинных полок в поисках нужного товара.***
Через, примерно, тридцать минут Хосок вышел на парковку и двинулся к их машине. Юнги сидел на водительском месте. Меж длинных красивых пальцев была зажата сигарета, что медленно тлела и осыпалась пеплом на асфальте возле машины. Сизый дым тонкими змейками просачивался в салон авто. Рыжие прядки обрамляли лоб и красиво спадали на лицо, Юнги переодически их откидывал, заправляя за ухо. Хосок улыбнулся каким-то своим мыслям и закинул подарочный пакет на заднее сиденье, а сам сел на переднее пассажирское.
