"Гениальный" план Пак Чимина...

Пункт третий: игра не на публику. — Нет! — Ты обещал, что сделаешь все, что только попрошу, — упрямится Чимин. — А ты говорил, чтобы без всякого экстрима. Может быть, ты еще захочешь заняться этим в прыжке с парашютом? — А ты бы согласился? — с надеждой смотрит на него Чимин и Юнги бьет себя ладонью по лбу. "Заткнись, придурок", думает он, "не подавай ему новых идей". Но Чимину не нужна была дополнительная стимуляция мозговой активности. Он уже четко знал чего хотел и вот, спустя пару дней беспрерывного выноса мозга Юнги сдался. - Как мы поймем, что это именно то, что нужно, если не попробуем? - аргументировал Пак и Юнги капитулировал. Он стоял у входа в кинотеатр и смотрел на входную дверь так, словно за ней таилась его персональная игла с ядом на кончике. Чимин же, ухватив Юнги за руку, крепко сжимал его вспотевшей ладонью. — Напомни мне, как именно секс в публичном месте должен укрепить наши отношения? — интересуется Юнги так тихо, чтобы, не приведи господь, кто-то не услышал. — Это новые эмоции, адреналин, совершенно другие ощущения, - словно прочитал Чимин. Юнги прикрыл глаза. - Цитируешь статью из журнала? Чимин смущенно кивает и тянет его за собой внутрь. О, Юнги понимал о чем речь! Он прям чувствовал, как вонзаются ему в голый зад крошки попкорна на сидении кинотеатра. Они могли бы пойти в место с более приличной репутацией, но тут Чимин все же прислушался к голосу разума и они поехали в кинотеатр, который находится на другом конце города, где встретить кого-то знакомого было в принципе невозможно. Свет погас, в большом зале воцарилась тишина, пока на экране мелькали заставки и реклама. Они выбрали случайный фильм, не сильно перебирая сюжетами. Все-таки они шли сюда не наслаждаться шедеврами кинематографа, а укреплять, мать его, их отношения. Первые несколько минут фильма Чимин сидел тихо. Это оказалась романтическая комедия, и Юнги даже подметил про себя, что потом, когда они доберутся до дома, они могут посмотреть ее в спокойной обстановке. Актеры играли неплохо, сюжет хоть и простоват, но юмор достойный. В какой-то момент Юнги даже понадеялся, что Чимин увлечется фильмом и передумает, но потом он чувствует проворные пальчики у себя на ширинке и принимает действительность, как данность. Чимин не поворачивается к Юнги. Он уже расстегнул пуговицу, молнию и пытался пальцами влезть под ткань брюк, чтобы приласкать перепуганное спрятанное достоинство. Юнги вообще в какой-то момент даже подумал, что может быть даже не сможет возбудиться при таких обстоятельствах. Но Чимин был упертым, он скользнул рукой сразу под ткань трусов и уже спустя пару минут Юнги закусывал губы, чтобы случайно не простонать. Реакция же Чимина немного сбивала с толку. Он делал вид, что это совершенно не его рука сейчас бесцеремонно дрочит своему парню и увлеченно смотрел на экран. Там парень, на берегу океана, становился на одно колено, чтобы сделать предложение своей девушке. — Да кто вообще придумал эту фигню с одним коленом? — шепчет Чимин. Юнги на миг разлепляет глаза, он вообще в последние пару минут за происходящим на экране не следил. — Почему не на два колена? Почему не лёжа? — Как ты себе представляешь предложение лёжа? — все же спрашивает он, когда Чимин увлеченный своим вопросом, дает ему секундную передышку. — Потому что это банальщина и бред, ну согласись? Как еще? Раком, боком и с прискоком? — Думаю это уже после предложения происходит, — говорит еле слышно Юнги, прикрывая глаза рукой, немного потирая переносицу. Он не переживет сегодняшний вечер, однозначно. Когда фильм перевалил за середину, и назревала кульминация, Чимин активизировался. Юнги не спешил действовать, и он решил брать инициативу в свои руки. Он метнул взглядом на Юнги и, огляделся, убедившись, что все увлечены фильмом, нагнулся вниз, и заменил свою руку горячим ртом. Юнги мысленно взвыл. Что этот говнюк делает вообще?! А тот знал, что делал. Он, казалось, так старательно вообще никогда в жизни не сосал. Юнги даже удивился, когда понял, что так глубоко его еще не удовлетворяли. Он немного расслабился, когда убедился, что за ними никто не наблюдает и, положив руку на затылок Чимина начал ритмично подстраивать его под свой темп. Чимин же, был возбужден до предела. Сама мысль, что кроме них в этом огромном зале, по крайней мере, пару десятков людей заводила пуще всяких афродизиаков. — Я хочу чтобы ты был во мне, — жарко шептал Чимин, подтянувшись к уху разнеженного Юнги. Они сидели на заднем ряду, впереди них было как минимум три свободных ряда, а член уже так неистово ныл, что Юнги не стал отказывать Чимину в этой слабости. — Ты сядешь верхом? — даже не спрашивает, а скорее предлагает и Чимин часто кивает. Он быстро приспускает свои штаны с бельем и облизнувшись, принимается пристраиваться. Сначала он попытался сесть лицом к своему парню, но потом понял, что слишком длинные коленки на сидение не влезут и повернулся спиной, плавно насаживаясь на пульсирующий орган. Юнги же одной рукой сжимал мягкое бедро, а второй пытался прикрыть Чимину рот, потому что тот если не стонал, то точно слишком уж громко дышал. Юнги вообще казалось, что несмотря на то, что они делали все как можно тише, их все равно слышат все вокруг. Сказать, что ему было хорошо от всего происходящего? Нет. Он больше думал о том, как не загреметь в полицейский участок, а не кончить. Но молодой организм не думал о последствиях. Чимин в его руках был чертовски сексуальным, он терся плавно, немного покачиваясь на его коленях, угол проникновения был таким, что головка проезжалась по простате и Чимин, в какой-то момент просто откинулся на Юнги спиной, полностью отдаваясь ощущениям. Юнги попытался двигаться, послышался пристыженный скрип старого кресла. Он попытался двигать Чимином, но тот был словно в отключке, что-то тихо мурлыча себе под нос. В конечном итоге Юнги немного психанул. Фильм доходил до конца, а им до конца было еще как до неба раком. Поэтому, он плюнул на осторожность, схватил Чимина за бедра обеими руками и, не смотря на безжалостный скрип сидений, сделал пару рваных мощных толчков, заставив хрупкое тело у себя на руках забиться в импульсивных судорогах. Он выдохнул с небольшим облегчением, когда Чимин обмяк в его руках. Ну вот, возможно теперь, когда он получил свое, он немного успокоится? Юнги наивно фантазировал о том, что вот еще пару минуток, Чимин слезет с его члена, натянет штаны, и они уйдут отсюда, забыв все как страшный сон. Только… уши Юнги навострились, прислушиваясь к тихому шуршанию где-то совсем рядом. Паника росла в геометрической прогрессии. Он начал активно тыкать в Чимина пальцем, пытаясь немного привести его в порядок, в то время как к ним кто-то определённо приближался. — Чимин, — шипел он, отчаянно пытаясь вынуть собственный член из чиминовой задницы. — Чим, блять, сюда кто-то идет, Чи… мин. На последнем слове Юнги запинается, потому что в какой-то момент слепнет от яркого света фонарика, который охранник направил прямо им в лица. Надо ли говорить, что Чимин пришел в себя так молниеносно, словно и не был пару секунд назад не в себе. Он судорожно натянул штаны, забыв про трусы и те теперь болтались где-то между коленями и бедрами, в то время, как Юнги отчаянно пытался засунуть член в ширинку, не отрезав его к чертям собачьим молнией.

***

Хосок вел машину, а Чонгук сидел рядом на пассажирском, Юнги с Чимином сзади. Все молчали. Хосок с Чонгуком по очереди бросали взгляды в зеркало заднего вида, сгорая от любопытства. Но оба уважали личные границы и имели чувство такта, поэтому, как бы любопытно не было — не спрашивали. Первым не выдержал Хосок. — Блять, поверить не могу! — восклицает он и Чонгук выдыхает с облегчением. — Как я рад, что ты начал этот разговор! — подхватывает Чонгук и оборачивается назад, впиваясь взглядом в парней. — Серьезно? Вы занимались сексом в кинотеатре?! — Вы заполняли документы в отделении полиции и уже все знаете, почему спрашиваете? — недовольно отвечает Юнги. — Потому что интересны подробности? — как само собой разумеющееся говорит Хосок. Чимин вообще пытается не отсвечивать и прячется носом в изгиб шеи Юнги, делая вид, что его и вовсе там нет. Ему все еще дико неловко перед Чонгуком после инцидента с игрушкой. Юнги же смешно от такого робкого Чимина, потому что всего-то пару часов назад этот парень умолял трахнуть его в людном месте, а теперь стесняется, аки невинная фиЯлочка. — Не буду спрашивать, как вы до этого додумались, но Чимин, как ты его уломал?! Я в восхищении, вообще-то, - глаза Хосока горят неподдельным восторгом. - Всегда думал, что у вас секс только под одеялом, с выключенным светом и в миссионерской позе. Чимин отрывает нос от шеи Юнги: — Хён, а почему ты вообще размышляешь над этим? — Потому, что своего не хватает, — как ни в чем не бывало, отвечает Хосок, выруливая на центральную дорогу. После еще пары тройки неловких вопросов, парни утихомирили свое любопытство, а после чонгукового скромного: — Чим, тебе хоть понравилось? — Чимин вздохнул и честно признался. — Это было охрененно. Юнги мысленно простонал, молясь, чтобы Чимин не захотел повторить это свое «охрененно» еще раз.

***

Утром следующего дня, пока Чимин принимал душ, Юнги варил им обоим кофе и твердо намеревался поговорить со своим пока еще парнем. Пока, потому что был уверен — еще несколько вот таких экспериментов и кого-то из них либо посадят, либо кого-то из них доконают. Юнги даже знал кого именно. — Вода почти холодная, — съежившись, говорит Чимин, вытирая голову полотенцем. — Я говорил, что нам нужен новый бойлер, — пожимает плечами Юнги и ставит на стол две чашки. — Я хочу поговорить. Чимин напрягается. Он чувствовал себя виноватым за все те приключения, что случились с ними за последнее время и в тайне боялся этого разговора. Мысль о том, что Юнги в какой-то момент не выдержит и бросит его, сменив на кого-то более адекватного, пугала до жути. — О чем? — тихо спрашивает он. — Малыш, — начинает аккуратно Юнги. — Я думаю, что мы уже достаточно испытали на прочность наши чувства. Я все еще люблю тебя, а ты меня. Сам посуди, мы столько прошли и это только за последний месяц. Я думаю, нам стоит прекращать эти твои эксперименты, пока это не закончилось плачевно. Чимин с одной стороны выдыхает с облегчением, а другой поникает расстроенно. Он совсем не так все это представлял. Юнги же, заметив, как понуро опустилась голова его парня, подошел ближе и присел на корточки, приподнимая его за подбородок, заставляя посмотреть в свои глаза. — Милый, что-то не так? — У меня осталось еще два пункта плана, — признается он, шмыгая носом. Юнги внутри воет диким волком. — Каких? — обреченно стонет он и Чимин совсем чуть-чуть приободряется.

***

Пункт четвертый: третий лишний. — Я думаю, ты идиот, — со знанием дела, вполне серьезно признается Хосок, немного склонившись над ухом друга. Музыка в клубе громыхала на славу, пытаясь, наверное, вынести к чертям собачьим посетителям барабанные перепонки. Юнги отпил свое пиво, глядя на танцующих в центре Чимина с Чонгуком и даже не спорил. — Спасибо, что остаешься честным со мной, — с иронией в голосе все же отвечает Юнги. — Это даже не честность, это чистого рода непонимание. То есть, ты, на полном серьезе согласился найти кого-то третьего в вашу постель? Знаешь, если на первых порах меня все это забавляло, то сейчас я думаю, что вам обоим пора записаться на прием к психотерапевту. — А еще он хочет поменяться позициями, — буднично добавляет Юнги. Хосок смотрит на него молча, склонив немного голову к плечу. — И что? Я вообще думал, что вы за столько лет уже решили эту проблему. А ты, оказывается, все ещё не можешь распрощаться со своей девственной ромашкой? Юнги кивает, на что получает от Хосока лишь закатывание глаз куда-то в район затылка. — Знаешь, за всем этим пиздецом, что происходит в последнее время, я понял одну вещь: Чимин хотел большего. У него в голове было столько невысказанных желаний, а я все это время этого не замечал. У нас реально было все настолько скучно и однообразно. А я эгоист. Слепой, невнимательный эгоист, который не видел дальше своего носа. Поэтому, да, я решил, что нам нужно попробовать. Хосок смотрит, как к парням на танцполе подкатывают каких-то два амбала и ставит свой стакан на барную стойку. — Слыш, слепой котенок, если ты сейчас своего неугомонного не остановишь, то он подцепит во-он того мужика и ты сегодня и в тройничке поучаствуешь, и девственности заодно лишишься. Юнги переводит взгляд на Чимина, тот танцует с чужой рукой на талии, но смотрит лишь на реакцию Юнги. А Юнги внутри орет диким кабаном, потому что сама мысль о том, что его парня будет касаться кто-то другой, сводит с ума. Он не находит ничего лучше, чем просто подойти, убрать молча чужую лапищу и обнять самому улыбающегося парня, вовлекая в нежный поцелуй. Хосок же, улыбнувшись этим двум дурашкам, выловил взглядом Чонгука и выматерившись поспешил увести того от такого же похотливого медведя, который только что отвалил от Чимина. — Тебе кто-то понравился? — шепчет Чимин на ухо Юнги, в перерывах между поцелуями. — Ага, — немного пьяно отвечает Юнги. — Ты. Чимин шутливо бьет его в плечо, улыбаясь. — Это само собой, а из парней. Юнги хнычет, подобно маленькому ребенку. — Минни, я ничего не могу с собой поделать, они все страшные! А ты самый красивый. Давай будем заниматься любовью только вдвоем? М? Чимин вздыхает. — Дома сказал, что у тебя не будет с этим проблем. — То было дома. А теперь я вижу, как тебя все хотят и теперь я хочу их четвертовать. Боюсь, что наша групповушка может закончится для меня лишением свободы. Будешь навещать меня в тюрьме? Чимин смеется заливисто. — Не говори глупостей. Давай просто попробуем. Никто не помешает нам остановиться, — он снова вовлекает Юнги во влажный поцелуй и тот кивает, соглашаясь. Они выбирали парня вместе. Хосок с захмелевшим Чонгуком долго смеялись над ними, называя судьями на конкурсе гейской красоты. Юнги Хосок окрестил судейской сучкой, потому что для него все были неподходящие: кривой, косой, большой, маленький, накрашенный страшный и не накрашенный страшный, слишком высокий, слишком манерный, слишком не Чимин. — Хён, — говорит икая Чонгук. — У вас только один выход: тебя нужно клонировать. Но нужный вариант они все же нашли. Его заметил, как ни странно, сам Юнги. Невысокого роста парнишка, стоял у одной из центральных колон и явно был слегка растерян. Чимин тоже его выбор одобрил. Симпатичный, с немного отросшими волосами, собранными в небрежный забавный хвостик на макушке и в больших очках с тонкой оправой. Парень, как оказалось, был в этом клубе впервые и действительно чувствовал себя не в своей тарелке. Но Юнги с Чимином вошли в кураж, и уже спустя час они по очереди целовали в темном коридоре разомлевшего мальчишку. Первым полез целоваться Чимин. Он сделал это осторожно, не углубляя поцелуй, а потом оторвался и дал возможность Юнги действовать. И тот действовал. Он вел себя так, словно каждый день зажимает в углах невинных мальчишек. Он властно обнял парня за талию, притягивая к себе, и принялся вылизывать ему рот так увлеченно, что у Чимина отвисла челюсть. Парень стонал тому в губы, закатывал глаза и хаотично шарил по спине Юнги, закидывая ногу тому на бедро. Эти двое, казалось, так увлеклись, что Чимин почувствовал себя лишним. Он стоял практически впритык, смотрел, как Юнги со вкусом всасывает чужой язык, как скользит рукой под футболку парня, немного задирая ее и оглаживая подтянутый живот. Парень в очередной раз стонет и Чимин не выдерживает. — Так, а ну отвалил от него! — говорит он, отшвыривая Юнги от ничего не понимающего парня. — Мы едем домой! — Что? — не понимает Юнги, глядя на него немного расфокусированным взглядом. — Чимин, ты чего? — Я передумал, — чеканит он. — А я нет, — возражает ему Юнги и тянется руками к сбитому с толку парню. — Ты же сам хотел, так почему отступаешь. — Ах так?! — психует Чимин, отпуская руку Юнги и отступая. — Так может вы займетесь этим без меня? Чимин уходит. Быстро передвигается между снующих вдоль и поперек тел, утирая предательски выступившие слезы. Юнги пытается его догнать, правда выпитое пиво и пьянящий поцелуй с незнакомцем совершенно не дают ему преимуществ в этой гонке. У него получается догнать Чимина у самой машины, когда тот уже намеревается сесть за руль. — Может, объяснишься? Или вот так просто возьмешь и убежишь? — говорит он, разворачивая Чимина к себе. Тот пытается вырваться, но Юнги немного сильнее. — Я не могу, — признается нехотя Чимин. — Я… ревную. Я думал, что это будет хорошо, но когда увидел, как ты увлеченно с ним целуешься… представил, что ты можешь уйти к нему и испугался. Юнги улыбается так, чтобы Чимин не дай бог не увидел. Он обнимает его, прижимая к своей груди. — Глупый, малыш. Я никогда не променяю тебя на кого-то другого. Слышишь? Люблю только тебя. Только, пожалуйста, давай будем укреплять наши отношения менее радикальными методами. - Я такой бесполезный, - Чимин кивает, немного хлюпая носом. Юнги мотает отрицательно головой, нежно чмокая его в нос. — Я люблю тебя просто за то что ты у меня есть. Не недооценивай себя. Поедем домой? — спрашивает Юнги и Чимин снова кивает. — Отлично, тогда я вернусь и скажу парням, что мы уехали. Хорошо? Юнги ждет очередного кивка, усаживает сопливого Чимина в машину и спешит обратно в клуб, выискивая в толпе нужную фигуру. Та находится сразу, улыбается лучезарно и спрашивает: — Ну как? Получилось? Юнги облегченно улыбается и отдает парню, с которым только что долбился по деснам, несколько сложенных купюр. - Это было рискованно, но его уже нужно было как-то успокоить. Спасибо, что согласился подыграть, Минхо. — Вот и отлично, — радуется паренек, потягивая коктейль и уже не выглядя таким смущенным. — Но, ты круто целуешься. Позвони мне, если все-таки решитесь сделать то, что планировали. Хосока Юнги решает не отвлекать, когда замечает, как он самозабвенно и с отдачей вылизывает хихикающему Чонгуку шею, плавно ведя его в танце. Отлично! Наконец-то и у друга на горизонте распогодилось. Он бежит к машине так быстро, как только может, потому что Чимина сейчас нельзя оставлять надолго одного. Мало ли что он еще успеет надумать. Домой они добираются тоже довольно быстро, Юнги бросает ключи на полку, забегает в ванную, включает воду и на ходу раздевает немного обескураженного Чимина. — А что ты делаешь? — Хочу принять с тобой ванну. — Зачем? — Чтобы ты расслабился и отвлекся. — Да я и не напрягался, — непонимающе хлопает глазами Чимин, когда с него стаскивают рубашку. Но Юнги не отвечает. Он продумал этот план еще пару дней назад и главным нюансом, которого было очень важно придерживаться — не дать Чимину думать. Он усаживает его в ванну, зажигает свечи и Чимин не успевает моргнуть глазом, как у него в руке оказывается бокал с вином. — Юнги, что ты задумал? — настораживается он. — Не спеши, сейчас все узнаешь, — и убегает прочь. Чимин смотрит на бокал в своей руке, пару раз моргает и решает все же пригубить холодное вино. Юнги появляется спустя пару минут. С красивым букетом белых роз и глупой улыбкой на лице. Чимин набирает в рот вина и так и застывает, придурковато моргая удивлёнными глазами. Он уже хочет что-то сказать, но Юнги неожиданно становится на одно колено и секунду покопавшись в кармане, достает из него бархатную коробочку. Вино, набранное минутой ранее в рот, благополучно оказывается снова в бокале. — Ты что делаешь?! — Чимин… — Не-е-ет, блять, Юнги нет, — он порывается встать, но потом вспоминает, что голый и садится обратно. — … согласен ли ты… — Опусти руку, сука, Мин Юнги. — … стать моим мужем и… — И сейчас я тебе всеку… — … и быть вместе и в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас? Чимин прекращает истерить. Внезапно осознавая, что на глазах выступили непрошеные слезы. — Ну ты и идиотинка, — шепчет он, все же протягивая руку к кольцу. — Испортил лучший момент в нашей жизни. — Не-а. Просто я решил изменить пятый пункт твоего плана. Как думаешь, свадьба на берегу моря сдвинет с мертвой точки застой в наших отношениях? Чимин взлохмачивает себе волосы, смущенно улыбаясь. - Только не на берегу, пожалуйста. Не смотри больше романтичных комедий. - Но ты же меня все равно любишь? - игриво бодает Юнги Чимина в лоб. — Больше всего на свете, — отвечает Чимин, и целуя со всей присущей нежностью любимые губы. — Так ты согласен? — Да. Да, да, да, да… Это слово Чимин ночью повторил еще много-много раз, когда Юнги доказывал ему в постели, как сильно любит, как будет холить и лелеять, и какой он у него потрясающий. А Чимин плавился в сильных руках, понимая, что никакие глупые советы и эксперименты не помогут сделать интимную жизнь лучше, если в отношениях нет чувств. Юнги же умудрился всего одним пунктом плана воспламенить их отношения. Кстати, ромашку Чимину все же удалось сорвать, но это уже совершенно другая история.