Ничей

Дом там, где сердце.

Корейская поговорка

***

      Позднее утро наступившего нового года. Счастливое для двоих особенных людей, которые всё ещё продолжали спать после бурной ночи.       За окном белыми сказочными мотыльками летали снежные хлопья. Не тронутые никем, кроме молодого игривого мороза, чистые и лёгкие. Они неслышно бились в стекло, с наивным любопытством разглядывали спящую на кровати парочку и медленно таяли, оставляя после себя прозрачные слёзы умиления.       Чонгук, прикрытый лёгким одеялом лишь до пояса, вольно раскинулся на спине, тихонько посапывал. Одна рука свешивалась с края постели, едва не касаясь пола. Другая — с татуировкой единственного в мире цветка туберозы — лежала на тёплой пояснице Тэхёна, который так же умиротворённо спал. Уставший после долгой бессонной ночи, он привалился к боку Чонгука всем своим соблазнительным телом — солнечно-золотистым, абсолютно гладким, одновременно требовательным и податливым.       Идиллическая картина…       Голова омеги с рассыпанными в разные стороны волнистыми прядями удобно покоилась на обнажённой груди альфы, что размеренно поднималась в такт спокойному дыханию, точно мягко убаюкивала. Длинную стройную ногу Тэхён по-хозяйски перекинул через мускулистые бёдра, рукой обнимал своего возлюбленного за шею — не отпускал даже во сне. Не хотелось терять ощущение такого необходимого обоим живого тепла.       Их приоткрытые губы чуть подрагивали в улыбках — обоюдно зацелованные бесчисленное количество раз и потому заметно припухшие, с ярким пунцовым контуром, старательно выведенным самой любовью.       Так выглядит долгожданное счастье — тихое, безмятежное. Вселенское. Неземное какое-то…       Расслабленная ладонь Чонгука неожиданно соскользнула вниз, чиркнула пальцами по оголённой ягодице омеги, щекотливым движением нарушила неглубокий сон. Тэхён чуть вздрогнул, крепче притёрся к бедру горячим утренним возбуждением, томно вздохнул, облизывая губы и ненароком касаясь языком чужой груди.       Это послужило особым сигналом, которого альфа так ждал.       — Доброе утро, солнце… — тихонько завозился в постели Чонгук, однако глаза открывать не пожелал. Просто развернулся, принимаясь осыпать редкими поцелуями любимое лицо, почти идеальное даже спросонья.       Чонгук вслепую водил сомкнутыми губами по лёгкой небритости на щеках и подбородке омеги, чтобы специально раздразнить свою нежную кожу до болезненного покалывания, раззадорить до приятных мурашек. Продолжая сонно улыбаться, он то невесомо поглаживал, то нетерпеливо сминал рукой упругие ягодицы омеги, и без того уже залюбленные донельзя, зацелованные, заласканные до красных пятен.       — Ненасытный… И тебе доброго утра, — хрипло протянул Тэхён, не узнавая собственного голоса.       Но этому он совсем не удивился, ведь ночью было не только охлаждённое шампанское, но и такие горячие игры, словно оба проходили проверку на выносливость. Конечно, Чонгук ему уступал в умении и выдержке. Зато очень быстро восстанавливал «стойкость» и брал таким количеством подходов, что не всякий раз удавалось добираться до тёплого душа. Тогда в ход шли полотенце и влажные салфетки, похожие на мелкие клочки белого облака, которыми был усыпан пол рядом с разворошённым гнездом постели.       А после оба снова любили, любили, любили, теряясь в пространстве и времени.       Расправляя лёгкие крылья свободы.       За прошедшие несколько часов волшебной новогодней ночи Тэхён был доведён до сладостного изнеможения. Казалось, так Чонгук пытался окутать его своей горячей любовью, удовлетворить за все годы одиночества, а вовсе не набирался опыта, как можно было бы подумать. Да и сам альфа потом ещё долго не мог унять дрожь в коленях и руках, с блаженной улыбкой наслаждаясь ласковыми объятиями своего личного солнца с дурманящим ароматом. Своего первого и единственного омеги.       Возлюбленного.       Эта комната стала их цветущим раем на земле. Сладким и одновременно грешным, доводящим до умопомрачения, где каждый не переставал удивлять и восхищаться. Где оба открывались чувствам, ослеплённые яркими вспышками своих сверхновых эрогенных звёзд в туманностях влажных тел.       — Тобой насытиться просто невозможно, Тэ, — нехотя приоткрыл заспанные глаза Чонгук, оставляя голодный поцелуй на губах Тэхёна. А после осторожно потянулся пальцами к его ягодицам, чтобы собрать ароматную смазку и сразу бережно растереть её там же, ощущая подушечками лёгкую припухлость. Он со вздохом опустил веки. Всё-таки залюбил.       — Гука-а… — от нежных массирующих движений Тэхён мелодично застонал — низко, тягуче, бархатисто, только сильнее возбуждая обоих.       Он теперь тоже стал ненасытным, жадным до взаимного чувства, ведь и сам любил ничуть не меньше. Хотелось ближе, теснее, чтобы снова окунуться в терпкий аромат альфы и ощутить, как на собственной разгорячённой коже закипают его феромоны абсолютного счастья.       Медленно заскользив ногой по чужому крепкому бедру, Тэхён приподнял её повыше, удобно пристраивая на пояснице Чонгука. Безо всякого смущения раскрылся перед ним ещё больше, резко подаваясь ягодицами назад, прямиком в ласковую, с готовностью подставленную ладонь. А после тесно прижался своим возбуждением к чужому — такому же крепкому, ожидающему скорейшей разрядки.       — Тэ, я… Я снова тебя хочу… — раздался прерывистый шёпот альфы. Он несдержанно толкнулся навстречу, распахивая затуманенные вожделением глаза. Остатки сна окончательно улетучились вместе с горячим выдохом, коснувшимся любимых губ. — Это вообще нормально? Или я превращаюсь в какого-то сексуального маньяка?       — Я становлюсь точно таким же рядом с тобой. Ты же видишь, чувствуешь, — томно выдохнул в ухо Тэхён. — Только между нами не просто секс изголодавшихся по ласке одиночек. Я готов тебя любить долго и сладко, насколько хватит сил. Не трахаться по-животному, а именно любить, — упираясь руками в грудь Чонгука, заставил его снова улечься на спину, чтобы грациозно примоститься сверху.       Накрыв альфу своим сильным и гибким телом, Тэхён тут же принялся плавно извиваться. Зашептал, точно райский змей-искуситель, страстно целуя раскрытые навстречу губы:       — Хочу кое в чём признаться, Гук-а… Благодаря тебе я только теперь начинаю жить по-настоящему. Как будто сбросил лишний балласт, который не позволял двигаться вперёд, и прошёл полный апгрейд. Все чувства и ощущения стали просто запредельными — кажется, их хватит на три жизни вперёд. Понимаешь меня, щегол?       — Ещё как понимаю. Потому что чувствую себя распахнутым настежь от счастья — его так много внутри, что просто не удержать. В нашей Вселенной мы с тобой совпадаем каждой клеточкой, а сила притяжения такая огромная, что теперь друг от друга никогда не оторваться, солнце моё...       Их райскую идиллию потревожил резкий сигнал прилетевшего сообщения. Поначалу Тэхён даже не отреагировал, не прекращая целовать грудь Чонгука. Опускался губами всё ниже и ниже, оставляя зигзаги влажной дорожки на каждом кубике рельефного пресса.       Сам альфа в это время то неторопливо кружил ладонью по гладким омежьим ягодицам, то сминал их нежно. А Тэхён уже добрался до крепкой подрагивающей плоти, склонился над ней и приветливо распахнул рот в предвкушении.       Неожиданно в тишине комнаты, нарушаемой лишь звуками поцелуев, завибрировал лежащий на прикроватной тумбе телефон. Раздалась бодрая мелодия вызова. Одновременно вздрогнув, оба наивно понадеялись, что любовные игры прерывать не придётся, но кто-то очень настырный трезвонил снова и снова.       — Я только настроился на утренний интим… Ну что за паразит звонит в такую рань?— последние два слова прозвучали уже при включённом телефоне.       — Вообще-то уже полдень, — из динамика послышался громкий знакомый голос. — И это вместо твоего традиционного «Привет, дружище»?       — Ох, чёрт, как же ты не вовремя … — простонал Тэхён, закатывая глаза от досады, но при этом продолжал упрямо водить пальцами по крепко стоящему члену раззадоренного лаской Чонгука. Тот тихо прыснул, тут же прикрывая рот свободной ладонью, чтобы не расхохотаться от комичности ситуации.       — Я тоже рад тебя слышать, Тэ, — хмыкнул Чимин, шумно потягивая чай из любимой кружки, на который красовался чёрный кот. — Вернее, мы. Докладываю: час назад вернулись из Киото.       — Мы? Приятно узнать, что ты не один. Нашёл в Японии самурая?       — Не нашёл, а купил. Он чистокровный японец, конечно, но совсем не самурай. Зато после общения с ним тело так приятно расслабляется, м-м-м.       — У тебя настолько всё плохо, что ты снял опытного альфу и платишь ему за удовольствие? — замер в изумлении Тэхён. Он так крепко сжал пальцами изнывающую от умелых движений плоть Чонгука, что тот зашипел, но всё равно продолжил нетерпеливо толкаться в чужой кулак. Пришлось тут же убрать руку — не хватало ещё, чтобы случился бурный оргазм в прямом эфире. Чонгук разочарованно выдохнул.       — Это подарок для тебя, — Чимин сосредоточенно прислушивался к странным звукам, доносящимся из трубки, стараясь понять, чем же там занят его друг. — И с чего ты решил, что это альфа? Я пока ещё не забыл, что ты у нас был любителем иногда побаловаться кое-чем необычным для своего омежьего статуса.       — Чимин, я ничего не понимаю. Ты что, купил для меня омегу по вызову? — широкие брови подлетели ко лбу, а после сложились «домиком». — Нафиг ты это сделал? Мне не нужно…       — Блин, Ким Тэхён! — сердито перебил Чимин. — Ну просыпайся уже, наконец! Мы — это я и виски «Ямадзаки», купленный в Киото, подарок к твоему дню рождения. Ну чего тут непонятного-то?       Тэхён похлопал глазами и, когда до него всё-таки дошёл смысл сказанного, принялся тихонько хихикать. А уже через мгновенье комната наполнилась его громким раскатистым смехом, которому вторил развеселившийся Чимин.       Всё это время Чонгук внимательно слушал поначалу казавшийся странным диалог двух друзей. Он старался не проронить ни звука, чтобы не выдать своё присутствие. Но в конце концов не выдержал, тоже звонко расхохотался, наваливаясь грудью на плечо омеги.       Услышав незнакомый голос, Чимин тут же замолчал, с интересом прислушиваясь, и елейным голосом поинтересовался:       — Ну-ка признавайся, Тэхён-и, с кем это ты там развлекаешься? Кто так мелодично смеётся рядом?       — Щегол, — кончиками пальцев омега провёл по щеке мигом притихшего Чонгука.       — О, ты поймал в свои сети птичку, чтобы не скучать в одиночестве?       — Чтобы любить, — Тэхён нежно поцеловал альфу в кончик носа. С улыбкой наблюдал, как тот прикрыл глаза, млея от такого признания и невинной ласки.       — Ты ведь у нас искушён в интимных делах, Тэхён. Преподаёшь своему щеглу уроки? Судя по голосу, он довольно молодой. Или я ошибаюсь? — в голосе друга звучал неприкрытый интерес.       — Нет, Чимин, так и есть. Зная твоё извечное любопытство, предвижу вопрос о возрасте, но всё равно не отвечу. Хочу, чтобы ты сам его увидел. А в постели мы с ним поём как по нотам. С теорией он уже знаком, а остальному я научу его на практике. К тому же у него оказался просто шикарный… ч-м-ш-м… — закончить фразу Тэхён не смог, только громко промычал что-то нечленораздельное — его рот прикрыли ладонью, чтобы не сболтнул лишнего. Тут же послышался возмущённый шёпот, недолгая возня и шлепок ладони по оголённой коже. Через мгновение раздался тихий звук поцелуя, после которого Тэхён довольно рассмеялся, продолжив разговор. — И голос у моего альфы тоже великолепный. Ты бы слышал, Чимин, как он поёт мою любимую колыбельную — отправляет прямиком в нирвану! Так что у нас сложился идеальный во всех смыслах дуэт.       — О-о, заинтриговал. Я бы телепортировался к вам прямо сейчас, если бы только умел. Ты же впервые после развода захотел познакомить со своим альфой. Ну наконец-то ты нашёл себе пару. Его ведь можно называть твоим или ещё рановато, а? Признавайся, кто он? Богатый, успешный, красивый? Ты так его расписал, что мне уже не терпится с ним познакомиться.       — Из всего перечисленного ты угадал только с последним пунктом. Он и правда красив, — тихо рассмеялся Тэхён, когда после этих слов Чонгук благодарно прижал его к себе, беззвучно целуя в щеку. — А достоинство моего Гука совсем не материальное и даже не физическое. У него чистая душа и большое сердце. Он очень надёжный, проверено на собственном опыте. Думаю, наши отношения всерьёз и надолго.       — Это в твоём стиле. Узнаю прежнего романтика. Всё, Тэхён, больше ни слова. Люблю такие приятные сюрпризы. Теперь у меня к тебе куча вопросов!       — Ну так приезжай, Чимин, поговорим. Я с удовольствием вас познакомлю. Теперь уже можно, даже нужно это сделать.       — Договорились. Завтра жди нас в гости! — на этом связь прервалась.       — Он опять имел в виду себя и виски? — озвучил свои мысли вслух Чонгук.       — Наверное, — Тэхён заправил за ухо непослушную прядь волос и окинул полусонным взглядом комнату.       По всему полу цветными кляксами беспорядочно валялась одежда, от которой ночью они торопились избавить друг друга. Даже с ветки огромной живой ели свисали две парные футболки.       Они были тёплого цвета ультрамарин с легким фиолетовым оттенком и напоминали раскинутые крылья волшебной птицы счастья, что однажды залетела в этот дом и поселилась в нём навсегда.

***

      Неделю назад, вернувшись с работы позже Чонгука, Тэхён с удивлением обнаружил в своей комнате сюрприз. В дальнем углу, возле самого окна стояла высоченная ель и гордо упиралась макушкой в потолок. Благоухала, конечно, невероятно свежо, создавая в комнате атмосферу зимней сказки, забытого предвкушения чего-то волшебного.       Вообще-то, поселившись в этой квартире и предпочитая всё натуральное, Тэхён тем не менее сразу приобрёл метровую искусственную ёлку. Выглядела та довольно компактно, а потому много места не занимала. Своих детей у омеги пока ещё не было, так что до сих пор она его вполне устраивала. Жаль, что за десять прошедших лет успела немного выцвести, растеряла часть иголочек с веток. Но к этому Рождеству Тэхён даже не успел достать её из шкафа.       — Откуда у нас это зелёное чудо? — шумно втянул запахи настоящего леса Тэхён. С детским восторгом рассматривал живое дерево, представляя при этом, насколько непросто было Чонгуку.       — Купил, когда шёл домой мимо ярмарки. Скоро начнутся праздники, а ёлки у нас нет. Куда подарки-то складывать будем? К тому же её хвойный аромат напоминает твой природный, который я просто обожаю, вот и не удержался. Выбрал самую большую, еле до дома дотащил. Пришлось повозиться, чтобы её установить, но всё-таки успел до твоего возвращения. Ты же не против, Тэ? Если что, вынесу её во двор и поставлю там, пусть люди повеселятся.       — Против? Да я только рад. Наоборот, хочу сказать спасибо за такой неожиданный подарок. Ты вернул мне потерянную веру в новогоднее чудо, — оставив звучный поцелуй на губах довольно улыбнувшегося Чонгука, Тэхён озадаченно потёр висок пальцем. — Ёлка красивая, конечно. Вот только чем же мы будем её украшать? У меня всего дюжина игрушек. Этого слишком мало для такой красавицы.       — Ну не бежать же сейчас в магазин за новыми, хён. Я бы лучше сделал что-нибудь нехитрое своими руками, как нас этому когда-то учили. Поможешь?       — С удовольствием. Белой бумаги дома навалом, я часто распечатываю индивидуальные задания для студентов. Только покажи, что и как делать, а то уже подзабылось.       — Твои руки легко всё вспомнят, стоит только начать. Знаешь, хён, что я любил делать в детстве, когда наступала новогодняя ночь?       — Первое, что приходит на ум — лез под ёлку за подарком, как и я в своё время.       — Естественно! И не только, — кивнул головой альфа, окидывая взглядом ароматное дерево. — У нас дома ёлка обязательно была вот такой вот большущей, как эта. Я усаживался под ней прямо на пол и сначала открывал подарок. Каждый раз наивно удивлялся, как Дедушка Санта угадывал мои желания. И потом я там же засыпал, надышавшись хвойным запахом. Он всегда меня успокаивал и так сильно нравился, что с ним не хотелось расставаться, но он исчезал после праздников вместе с ёлкой, — воспоминания немного отдавали грустью, приятной ностальгией о прошедшем детстве. Вздохнув, Чонгук хлопнул ладонями по своим коленям и задорно улыбнулся. — А теперь давай устроим наш мастер-класс.       Вскоре оба, от старания высунув языки, уже орудовали ножницами — вырезали незамысловатые узоры из сложенной в несколько раз бумаги. Весело распевали детские рождественские песенки и сами напоминали больших счастливых детей.       Примерно через час они закончили работу, развесили украшения. После снова уселись на пол, привалившись спинами к изножью кровати. Обнимали друг друга за плечи и с довольными лицами смотрели на новогоднее дерево, на котором было всего лишь несколько разноцветных шаров.       Зато между ними висели на ниточках простенькие, не слишком аккуратно вырезанные из обычной бумаги снежинки, звёзды из сверкающей в свете гирлянды фольги и разные конфеты, что нашлись в доме.       А ещё на ветках покачивались девять мандариновых планет, на них шариковой ручкой были выведены названия, среди которых была и именная планета Джей Кей.       Взгляды остановились на макушке ёлки.       Там сияло большое солнце, вырезанное из плотного белого картона простой обувной коробки и раскрашенное жёлтым маркером. Оно было настолько ярким, будто на самом деле светилось. От этого на душе становилось невероятно тепло, а в доме — ещё уютнее.       — Ничего, если в этом году наряд нашей ёлки будет таким скромным? — неловко улыбнулся Чонгук. Накрыл ладонь омеги своей, мягко переплетая пальцы.       — Она просто невероятная и очень-очень домашняя, Гук-а. И такой космической ёлки точно ни у кого нет. Только в нашей с тобой галактике.

***

      Следующим утром, когда раздался громкий звонок в дверь, Тэхён отправился встречать гостя, а Чонгук остановился на пороге комнаты, с волнением наблюдая за происходящим. Как и ожидалось, приехал Чимин, вот только он был не один.       За его спиной стояли ещё четверо друзей. Удивительно, что в кои-то веки собралась вся компания в полном составе. Появился весомый повод?       Намджун бережно поддерживал под руку заметно округлившегося Сокджина с пухлыми щеками, который что-то недовольно бубнил. Вечно улыбающийся Хосок увлечённо болтал с привычно серьёзным Юнги.       — Вот так новогодний сюрприз! — первым Тэхён обнял Чимина.       Увидев тихо стоящего в дверях комнаты смущённого Чонгука, все разом замолчали. Повисла неуютная тишина, которую Тэхёну захотелось со звоном разбить если не ударом кулака о стену, так своим низким баритоном.       — Ну что же, видимо, пора вас познакомить, — гордо вздёрнув подбородок, Тэхён с теплотой посмотрел на альфу, ухватил за запястье и притянул к себе ближе. Поочерёдно обвёл друзей напряжённым взглядом. Пытался угадать следующую реакцию каждого. Решительно поставил Гука перед собой, опуская ладони на его плечи. — Это мой Чонгук-и. Дома я называю его щеглом.       — Привет, Чонгук, — по-свойски кивнул головой Намджун.       — Вы с ним уже знакомы, Джун? А почему я об этом ничего не знаю? — капризно надув полные губы, Сокджин почему-то приподнял только одну бровь. Вторая, видимо, отдыхала после очередного утреннего каприза по поводу неправильно заваренного чая.       — Мы случайно встретились, когда они оба были у нас в отделении полиции, — голос Намджуна звучал ровно, лицо выглядело спокойным. Когда он перевёл свой драконий взгляд на Тэхёна, заметил, как тот слегка прищурился, непроизвольно крепче стискивая пальцами плечи Гука. Намджун понимал его беспокойство и не собирался выдавать чужих тайн, поэтому поспешно добавил. — Чонгук получал новый паспорт, а Тэхён его сопровождал. Обычная рутина. Я просто замотался на работе, вот и забыл тебе рассказать, Джин-и. Не сердись.       — Ты вечно обо мне забываешь, — возмутился Сокджин. В ответ услышал терпеливый вздох мужа.       — Тэхён, да ты отхватил себе настоящего красавчика! — Чимин всплеснул руками. — Вы только посмотрите, какие у него огромные глазищи с офигенными ресницами! — с неподдельным восторгом он разглядывал Чонгука с ног до головы, отчего тот опустил голову, ещё плотнее прижимаясь спиной к груди Тэхёна. — А губы просто кукольные. Про фигуру вообще молчу. Это заветная мечта любого омеги. Эх, я бы перед таким тоже не устоял! — не унимался Чимин.       Выбор Тэхёна он явно оценил — так и продолжал громко цокать языком, понимающе кивал головой, как любитель природной красоты. Схватил обеими руками ладонь Чонгука, несколько секунд энергично её тряс, явно не желая отпускать. А потом и вовсе кинулся обниматься, чем окончательно смутил альфу, возвращая этим улыбки на лица слегка озадаченных присутствием незнакомца друзей.       — Как же я рад вас видеть! — Тэхён принялся тискать всех по очереди, искренне радовался неожиданному визиту гостей. — С прошлого года вы ничуть не изменились. Кроме одного пингвинчика, — он расплылся в улыбке от вида раздобревшего Сокджина, аккуратно прижал его к себе, с восторгом вдыхая изменившийся аромат. — Обалдеть! К твоему аромату липы теперь добавился медовый запах. Тебя так и хочется съесть. Или хотя бы лизнуть разочек.       — Вот и Джун говорит мне об этом каждый день, — пропыхтел Джин, пока ему помогали снимать безразмерный пуховик. — Уф, тяжеловато уже ходить. Когда-нибудь ты тоже будешь таким, Тэхён-а.       После этих слов Сокджин рассмеялся, заметив и покрасневшие щёки омеги, и его быстрый взгляд, брошенный на Чонгука.       — А чем же вас угощать? — озадаченно почесал лоб Тэхён. — Вы бы хоть предупредили, что все вместе приедете.       — Это был сюрприз, — подмигнул Чимин. — Не переживай, мы всё привезли с собой. Про японский виски я тоже не забыл, если что, — с усмешкой поднял тонкий палец вверх, после обернулся к Юнги с Хосоком, руки которых оттягивали тяжёлые пакеты. — Ну вы что там застыли? Тащите еду на кухню.       — А мы взяли с собой манго? — Сокджин выжидающе посмотрел на Джуна. Тот хлопнул себя по лбу и рысцой побежал в магазин. Будущий папочка проводил его любящим взглядом, вразвалочку направляясь в комнату, бросил через плечо. — Ну вы тут и без меня прекрасно справитесь, а я пошёл смотреть мультики.       На маленькой кухне закипела работа. Через полчаса вся компания уже сидела за столом, поглощая вкусные домашние и купленные блюда, друг за другом произносили тосты, звонко чокались бокалами с вином и виски. Кроме Джина: его стакан был наполнен свежевыжатым яблочным соком, который для него приготовил Тэхён. Новостей у всех было немного, но каждый стремился поделиться частичкой своей молодой жизни и послушать откровения друзей.       После шумного хмельного застолья Юнги подхватил Тэхёна под локоть, коротко махнул головой в сторону балкона:       — Пойдём, покурим там, чтобы Джин не нюхал эту гадость.       — Да я уже бросил, — пожимая плечами, усмехнулся Тэхён. — Почти четыре месяца назад.       — Молодец! Почему-то я совсем не удивлён. Мне бы твою силу воли. Я вот даже и не пытаюсь завязать. Хорошее настроение или плохое, один чёрт — хватаюсь за сигарету. Палочка-выручалочка, бля. Ладно, речь сейчас не о моей скромной персоне. Давай-а мы с тобой всё равно выйдем проветримся, а заодно поболтаем о том, о сём.       — Я даже могу предположить, о чём пойдёт разговор. Начнёшь полоскать мне мозги? — Тэхён к этому морально подготовился заранее, но всё равно немного напрягся от пронизывающего взгляда друга.       — А нужно? — хмыкнул Юнги, вставая со стула, и неторопливо достал из кармана джинсов пачку сигарет.       — Нет, это будет бесполезной тратой времени. Ты же меня знаешь: если что решил, то уже не отступлю. Я давно сам выбираю, как и с кем мне жить.       — Ну ладно, Тэхён, не ершись. Мы взрослые люди, читать тебе мораль я не собираюсь. Но всё-таки хотелось бы выяснить кое-какие нюансы вашего странного, на мой скептический взгляд, союза с Чонгуком. Считай, что во мне заговорил профессиональный юрист, который печётся о твоём благополучии и желает помочь избежать возможных проблем в будущем.       — Каких ещё проблем, Юнги? У нас всё в порядке, — сухо ответил Тэхён, пока Чонгук переводил тревожный взгляд с одного на другого. Стать причиной конфликта между друзьями он не хотел.       — Может, так и есть, не спорю. Тебе виднее, — Юнги коротко взглянул на Гука. — Работа у него не ахти, конечно, но доход стабильный. Это неплохо. Учиться твой альфа тоже наверняка куда-нибудь поступит в следующем году. Но сейчас живёт почему-то на твоей жилплощади, как я понял. Своей нет? Вот что меня настораживает. И не только как друга.       — Юнги, какого хрена ты завёл разговор о квартире? Считаешь, Чонгук может меня облапошить? Это смешно. Да он готов отдать последнюю рубашку, если понадобится. А ты, уважаемый юрист, заподозрил его в меркантильности…       Все заметили, как упрямо поджал губы Тэхён, каменея всем телом — надевал непробиваемую броню, чтобы сберечь своё сердце. Как у Чонгука ладони сжались в кулаки, а на скулах заходили желваки. Не так оба представляли себе дружеский разговор.       — Извините, ребят, — Юнги почувствовал себя виноватым, стиснул в ладони так и не открытую пачку сигарет. — Кажется, у меня начинает развиваться чёртова профдеформация. Я пять лет занимаюсь разными спорами о наследстве с разделом имущества. Столько повидал, что с некоторых пор начал черстветь и подозревать всех без разбора. Всё-таки нужно отделять работу от остальной жизни. Особенно от личной. Не только чужой, но и своей. Которой у меня фактически нет, — нелицеприятный разговор закончился, а горький осадок на душе остался. Юнги направился к балкону. Курить в одиночестве и размышлять. О друзьях и о себе.       Только недавно все смеялись над шутками Хосока, а теперь обстановка резко поменялась, за считанные секунды став взрывоопасной. Нужно было что-то срочно делать, чтобы случайно не испортить дружескую атмосферу, которую все в их компании так ценили. Потому что разрушить дружбу можно за минуту, а восстанавливать придётся месяцами, годами. Если вообще получится. Иногда друзья превращаются в заклятых врагов.       — Ой! — Сокджин громко вскрикнул, быстро решаясь на отвлекающий манёвр. Он обеими ладонями схватился за живот, сложил губы трубочкой и шумно задышал.       — Что случилось, Джин-и?! — как ужаленный подскочил со стула Намджун. Опустился перед ним на корточки, накрывая его руки своими.       — Извини, что напугал, дорогой, — расплылся в сладкой улыбке Джин. — Просто наша малышка сегодня что-то слишком сильно толкается. Наверное, ей хочется поскорее увидеть своих родителей, — приподняв бледное лицо мужа, оставил яблочный поцелуй на вертикальной морщинке между бровями.       Намджун со вздохом облегчения упал головой на его колени, тихонько рассмеялся.       — Уже совсем скоро мы встретимся, моя кроха, — продолжая бережно обнимать дрожащими руками большой живот омеги, Джун принялся осыпать его частыми звучными поцелуями. И совершенно не стеснялся проявлять свою любовь перед остальными. На то они и друзья, чтобы понять его чувства будущего отца.       — Хоби, ты мне так и не сообщил, почему всё-таки не смог приехать на встречу в бар, — решил вдруг напомнить Тэхён, отвлекая друзей от воркующей парочки.       — Когда?— от удивления лицо Хосока вытянулось. Он непонимающе заморгал глазами.       — Да ещё в сентябре договаривались. Ты что, забыл? — усмехнулся Тэхён.       — В том месяце навалилось столько семейных проблем, что я в них просто утонул. Да ещё в аэропорту случилось ЧП на взлётной полосе, все стояли на ушах, только в новостях это не показали. Может, встреча была назначена именно на тот день? Тогда я просто не мог не только приехать, но даже позвонить. А потом… Извини, Тэ, но я действительно не вспомнил о твоём приглашении, иначе перезвонил бы обязательно.       Все знали, что Хосок отдавал всё своё время работе, до сих пор так ни с кем и не завёл серьёзных отношений, оставаясь душой компании без пары. Казалось, его это вполне устраивало. Весёлый, немного забывчивый и любимый всеми за свой здоровый оптимизм.       Сейчас Хосок наблюдал за тем, насколько трепетно общаются Намджун с Сокджином, и не мог сдержать улыбку, искренне радуясь за них от всей души. Теперь вот и счастливый Тэхён нежился в объятиях своего необыкновенного Чонгука.       Подпирая раскрасневшуюся от выпитого вина щёку, Хосок переводил слегка расфокусированный взгляд с одной пары на другую. В его бесконечно добрых глазах нет-нет да и мелькала тень грусти. Он едва слышно вздохнул. Всё-таки человек не должен оставаться одиноким.       — Хоби, что приуныл? — заметил вернувшийся Юнги, подливая в свой стакан немного виски.       — Да вот размышляю, когда же я найду себе пару. Что-то со мной не так.       — Ты опять выискиваешь у себя какие-то недостатки? Так ведь они есть абсолютно у всех, — подцепив кусочек жареного мяса, заметил Юнги.       — Не пришло ещё твоё время встретиться со своим человеком, Хоби. Просто нужно набраться терпения, — вмешался в разговор Тэхён, укладывая голову на плечо притихшего Чонгука. — Я вот своего драгоценного уже дождался.       — Знаю. Но во мне нет никакой изюминки. Я самый обыкновенный.       — Твой изюм — это улыбка, — сделав небольшой глоток из стакана, Юнги махнул рукой в сторону окна. — Рядом с тобой на улице и фонарь включать не нужно. Не зря умные люди придумали поговорку: «Даже для соломенного лаптя найдётся своя пара». А ты, между прочим, совсем не лапоть, один точно не останешься. И мы уже устали напоминать о достоинствах, кому-то с тобой очень повезёт. Прекращай уже критиковать себя за каждую мелочь. Ворчишь, как старый дед, — Юнги почти донёс до уже раскрытого рта очередной кусочек жирной грудинки, но тот неожиданно выскользнул из палочек и упал прямо на брюки. От досады Юнги едва не выругался. — Вот… зараза! Теперь наверняка пятно останется.       — Ты неисправим, Юнги-хён, — Чимин снял со своих коленей салфетку и накрыл пятно на чужом бедре. — Вечно у тебя что-то падает, но ты упорно игнорируешь салфетки. Лучше сразу застирать, тогда есть шанс спасти твои фирменные брюки.       — А я в трусах, что ли, буду сидеть за столом?       — У меня машина с сушилкой, — поднялся со стула Тэхён, уже не вспоминая, что они едва не поссорились. — На это время я дам тебе свои спортивные штаны.       — Представляю, как смешно это будет выглядеть, — Юнги посмотрел на свой чёрный костюм-тройку. — Сверху юрист, снизу пофигист.       — Незачем было наряжаться. Это ты за полгода жизни в Штатах так пристрастился к строгим костюмам? Будь проще. Можно и в трениках посидеть, — махнул рукой Чимин. — Тут все свои, не такое видели.       — Ну ты ещё вспомни, что было десять лет назад, — опрометчиво добавил Юнги, закатывая глаза.       — А что было? — живо встрепенулся молчавший до сих пор Сокджин.       — Ничего особенного.       — Ну да, не считая того, что после одной бурной вечеринки ты ходил здесь в одних боксерах, которые были тебе явно маловаты, — Чимин ехидно прищурился. Видимо, та эротическая картина его сильно впечатлила, если до сих пор не смог её забыть.       Ответной колкости от альфы он не дождался. На сегодня пикировок хватило.       — Юнги, так мы будем спасать твои дорогие брюки или уже не нужно? — из комнаты раздался нетерпеливый голос Тэхёна.       Бурная перепалка тотчас прекратилась, а дружеская посиделка затянулась до самого вечера.       Вот так Чонгук оказался в новой компании, где все приняли его как младшего брата. И приобрёл сразу пятерых друзей. Настоящих и надёжных, которые надолго. Юнги был в их числе.       А дальше Фортуна неожиданно раскрутила своё колесо удачи.       Досталось всем!

***

      Через несколько дней Чимин неожиданно снова заехал в гости. Прошёл на кухню, однако от ужина отказался, попросив лишь чашку кофе.       — Я к вам по срочному и очень важному делу. Тэхён, у тебя ведь сейчас каникулы?       — Да. Занятий не будет до конца февраля. Зачем я тебе понадобился, интересно?       — Отлично! Значит, как я и думал, ты сейчас свободен, — проигнорировал вопрос Чимин, тут же поворачиваясь к Чонгуку. — А ты сможешь взять отпуск на работе?       — Я не знаю, — альфа растерялся от такого напора.       — Ты хоть намекни, для чего мы тебе понадобились, — Тэхён не оставлял попыток выяснить причину столь внезапного визита, особенно повышенного интереса к их свободному времени. Он обнял альфу, чувствуя его беспокойство.       — Да не переживайте вы так, — с доброй завистью наблюдая за их объятиями, улыбнулся Чимин. Ему точно так же хотелось оказаться в чьих-нибудь надежных и любящих руках. Вот только где найти такие? — Прошлая встреча и знакомство с твоим потрясающим Чонгуком нас так впечатлили, что мы ещё пару дней все по кругу созванивались и переписывались, подкидывали идеи общего подарка для вас.       — Да не нужно было так заморачиваться. Собраться всей компанией — это уже подарок для меня, — Тэхён говорил искренне.       — Понимаю, но нам захотелось порадовать вас обоих чем-то необычным. В итоге мы решили скинуться и отправить вас отдыхать… на Сейшелы. Хосок выбрал самый выгодный рейс с максимально возможной скидкой, а Юнги составил индивидуальный договор с хозяином виллы, где вы будете проживать. Её выбрали Намджун с Джином. Они уже отдыхали там три года назад, но до сих пор с восторгом вспоминают, называя этот остров не иначе как райским местом. Поэтому идею отправить вас двоих именно туда тоже они подкинули, а мы с удовольствием поддержали, — Чимин недолго покопался в своей сумке и вытащил оттуда большой красочный конверт. Протянув его Тэхёну, глаза которого стали огромными от изумления, он хитро подмигнул, похлопывая ладонью по плечу. — Отдохните там по полной программе, чтобы надолго запомнилось.       — Спасибо… Ну вы даёте! Это же дорогое удовольствие. Я давно мечтал там побывать. Думал после покупки квартиры начать откладывать деньги и однажды всё-таки махнуть на острова. А вы такой сюрприз нам преподнесли! — лицо Тэхёна сияло от восторга. Он притянул Чимина к себе, но обалдевшего от такой новости Чонгука из своих объятий всё равно не выпустил. Так они и стояли некоторое время втроём, крепко обнимаясь и наполняя квартиру довольным смехом.

***

      Двухнедельный отпуск альфе предоставили без проблем. А вот с загранпаспортом возникла загвоздка — у Чонгука его просто никогда не было. Намджун помог и на этот раз, чтобы ускорить оформление, а потом и выдачу нового документа. Оставалось только собрать вещи.       Наученный опытом прошлых лет, когда половина взятой на отдых одежды так и возвращалась домой нетронутой, Тэхён составил список необходимых вещей, чтобы уже точно не набрать ничего лишнего. Обычно он ездил в отпуск с небольшим чемоданом, но за три дня до отъезда пришлось купить новый, побольше. Для двоих.       Ко всей этой суете Тэхён относился абсолютно спокойно — привычное дело для человека, который любил и умел отдыхать. А вот Чонгук заметно волновался перед своим первым вояжем, да ещё отправляясь сразу так далеко. Ведь он впервые в жизни не только покинет Сеул, но и полетит на самолёте, как и мечтал.       В такси альфа болтал без умолку, рассказывая о Сейшелах, — перерыл весь интернет в поисках интересной информации. В аэропорту он ни на шаг не отходил от своего драгоценного омеги. Когда они оказались уже в салоне самолёта, Тэхён взял Чонгука за руку, мягко переплёл пальцы.       — Нервничаешь?       — А ты как думаешь? Но это не от страха, а от радости. Я как будто улетаю на другую планету.       — Тогда давай представим, что мы отправляемся заселять нашу счастливую планету Джей Кей и скоро подарим ей новую жизнь.       Кто же мог подумать, что эти слова омеги откажутся почти пророческими?       Путешествие было предусмотрено на двоих. Но вместе с ними к тёплому Индийскому океану уже летел ещё один пассажир, о котором ни Тэхён, ни тем более Чонгук пока не знали.       Третий. И совсем не лишний...       Вот такое новогоднее чудо случилось.

***

      В яркой тропической сказке они оказались спустя всего пять дней после суматошных сборов. Во время многочасового перелёта Тэхён успел хорошенько выспаться, а вот Чонгук не сомкнул глаз ни на секунду. Он сидел в кресле возле иллюминатора, восторгаясь ночными видами больших и малых городов, опутавших Землю сверкающей гирляндой огней.       Искренне и даже как-то по-детски восхищался невероятной картиной восхода солнца, а после провожал зачарованным взглядом постепенно появляющиеся тут и там множества извилистых рек и россыпи голубых тарелок почти круглых озёр. Любовался зелёными покрывалами хвойных лесов и, казалось, даже чувствовал их аромат. Или это доносился родной аромат Тэхёна?       Дух захватывало от всей этой фантастической красоты — и безгранично любимой, мирно спящей в соседнем кресле, и далеко внизу, под крылом огромного лайнера. Ради этого зрелища стоило хотя бы раз в жизни подняться в небо.       Чонгук испытывал удивительное ощущение сильных крыльев за спиной, словно на несколько часов волшебным образом превратился в настоящую птицу. Смотрел сквозь стекло на плывущие мимо огромные пушистые облака, за которыми не было ни конца ни края голубому простору.       Вот она — безграничная свобода!

***

      Чтобы добраться до небольшого острова, где и предстояло провести незапланированный отпуск, пришлось пережить ещё один перелёт на легкомоторном самолёте. Несмотря на то, что в результате слегка укачало не только Тэхёна, но и Чонгука, оба все равно довольно улыбались, глядя на утопающую в зелени виллу.       А ещё их встретили лазурное небо, слепящее солнце и высокие пальмы, что отбрасывали приятную тень на белый песок. И чистейшие воды ласкового океана.       Они сидели на террасе, откуда открывался восхитительный вид на океанскую бухту, и неторопливо попивали успокаивающий травяной чай с цитронеллой.       После вечной суеты мегаполиса эта окружающая природа дарила такое долгожданное умиротворение, что не хотелось даже шевелиться.       — Представляешь, целых две недели прямо во время ужина мы каждый вечер будем любоваться потрясающими закатами, — вальяжно раскинувшись в широком ротанговом кресле, Тэхён наблюдал за солнечными бликами, играющими на воде.       — Тэ, давай здесь поженимся? — Чонгук придвинулся ближе, накрывая ладонью его руку, что лежала на подлокотнике. — Когда я дома читал в интернете про Сейшелы, заодно кучу фото разных свадебных церемоний просмотрел. Это так красиво. Я тоже хочу стоять рядом с тобой под цветочной аркой на берегу океана.       — Вот любишь ты заманить своей романтикой, Гук-а. Я не раз видел такие снимки. И мне тоже хотелось очутиться в сказке про принцев и королей.       — Только как быть с костюмами? Придётся покупать?       — Зачем? Устроим символическую свадьбу. Просто оденемся во всё белое. Льняные брюки у нас с тобой есть, а рубашки завтра купим. Заодно кольца выберем. Ты не против, если у нас будут серебряные? Я твой планетарный браслет теперь постоянно ношу, под него и подберём, — покрутив шарик на украшении, Тэхён задумался. — Только жаль, что друзья далеко.       — Я соглашусь на всё, что ты захочешь. Какие кольца тебе понравятся, те и купим. Потом в Сеуле у нас всё равно будет ещё одна свадьба, настоящая, уже с друзьями. А твои родители смогут приехать?       — Вряд ли. Там всё непросто. Будем надеяться, что им всё-таки удастся выбраться из глухой деревни в ближайший город, где можно организовать видеосвязь. Хотя бы так мы увидим, как они за нас порадуются.       — Вдруг я им не понравлюсь и они будут против? — заволновался Чонгук.       — Против чего, Гук? Что я по-настоящему тебя полюбил и хочу создать семью? Мои родители очень мудрые. С детских лет меня воспитывали самодостаточным омегой, который должен отвечать за все свои решения и поступки, осознавать возможные последствия. Родители никогда не вмешивались в мою личную жизнь. И поверь, вряд ли статус избранника будет иметь для них какое-то значение. Гораздо важнее моё личное счастье. А с тобой я действительно счастлив, Чонгук-а. Выбрось уже из головы все свои страхи. Не переживай, ты обязательно им понравишься.       Тэхён не спеша перебрался к нему на колени. Звонко чмокнул в лоб и обхватив руками талию, привычно угнездился, с улыбкой опуская голову на плечо:       — Главное, что для меня ты всегда будешь самым лучшим. Как же я люблю тебя, щегол.       — Я тоже тебя очень люблю, — склонившись к лицу возлюбленного, Чонгук оставил лёгкий поцелуй на его губах. — Очень-очень… — и снова поцелуй, но уже долгий, распаляющий желания. — Сильнее просто невозможно… — на этом все слова закончились. Стало не до разговоров.       Хотелось перемешать воедино их взаимные чувства, что лишь росли с каждым днём, пузырились внутри самым дорогим шампанским и стремились поскорее вырваться наружу, чтобы сначала искупать обоих в райской нежности, а после…       Этим вечером закат над океаном они всё-таки пропустили, а ужин запоздал на целых два часа.       Зато восход солнца возлюбленные встречали уже на балконе спальни, что выходил на противоположную сторону виллы. Сидели в обнимку прямо на прохладном полу. Склонив головы друг к другу, о чём-то изредка переговаривались тихим шёпотом, обессиленные и закутанные в одну простыню, вдрызг измятую за долгую и жаркую ночь.       Эти воспоминания они потом увезут с собой в Сеул и сохранят их на всю жизнь, которая будет долгой, временами непредсказуемой, не всегда лёгкой и безоблачной, но абсолютно точно счастливой. В это оба искренне верили. Потому что любили по-настоящему.

***

      Договориться с координатором о проведении символической свадьбы на острове оказалось довольно легко, ведь никаких документов и официального оформления для неё не требовалось. Спустя два дня Чонгук с Тэхёном, невероятно красивые даже в простой белой одежде, стояли под цветочной аркой на берегу притихшего океана. Утопая босыми ногами в мягком песке, они держались за руки и повторяли клятву верности.       Во время свадебной церемонии Тэхён внешне казался спокойным, однако дрожащие пальцы выдавали его с головой. А вот у Чонгука от волнения неожиданно пропал голос — завершающие слова он произнёс уже шёпотом.       Поодаль гитарист тихонечко перебирал струны, добавляя романтичности. А хозяин виллы старательно снимал всё на камеру и едва сдерживал слёзы, хотя не раз присутствовал на подобных мероприятиях. Но эта необыкновенная пара поселилась в его сердце с первого дня знакомства — было в них что-то особенное, неземное, что редко встретишь в обычной жизни. Словно прилетели с какой-то неведомой планеты.       Вскоре Чонгук сидел рядышком с Тэхёном на излюбленной террасе. С удовольствием вместе поедали лёгкий свадебный торт — очень вкусный, воздушный и белый, как лениво плывущие по небу облака. Бокалы были наполнены игристым вином. Тэхён его пригубил и едва заметно поморщился, сразу отставляя в сторону.       — Тебе не понравилось? — огорчился Чонгук, наблюдая за действиями новоиспечённого мужа. — А мне оно показалось вкусным.       — Вино, может, и правда хорошее, но почему-то кажется слишком кислым. Наверное, испортилось от неправильного хранения. Такое иногда случается.       — Как — кислое? — Чонгук сделал большой глоток и почмокал губами, стараясь уловить этот нюанс. — Странно. На мой вкус оно сладковатое.       — Мы как будто говорим о разных винах. Такого не может быть. В общем, я пить не буду. Символически я его уже пригубил. Если хочешь, можешь выпить и моё, — пододвинув свой бокал ближе к альфе, он принялся с аппетитом поедать торт. — А вот это действительно сладко. Мне нравится. Будешь ещё или я могу доесть?       Чонгук молча кивнул, решив не комментировать пресные взбитые сливки. Он громко сглотнул, пристально глядя, как оставшаяся половина торта быстро уменьшалась в размерах. Прощай, фигура!       А Тэхён, целуя измазанными в креме губами возлюбленного, не переставал улыбаться своим фирменным сердечком.       И ел за двоих, но об этом он узнает только завтра.       Сегодня их ждёт тропическая жаркая ночь.       На этот раз — брачная, пусть и не первая…

***

      — Боже, мы прилипли друг к другу в буквальном смысле, — с тихим смешком Тэхён принялся отталкиваться руками и ногами от горячего тела альфы под боком.       — Нам срочно нужно в душ, — уставший Чонгук тяжело перевалился на спину, вытирая ладонями потное лицо и шумно отдуваясь.       — Отнесёшь меня?       — Запросто. Ты же знаешь, что я обожаю носить тебя на руках, — это была чистая правда, альфа не солгал.       Стоя в душе под тёплыми струями воды, Чонгук кружил ладонями по гладким плечам Тэхёна, помогал смывать пену. Неожиданно он замер, пристально глядя на гладкую шею своего омеги. Там явно не хватало кое-чего очень для него важного. Эта мысль в последнее время не давала покоя. И он точно знал, что нужно сделать.       — Ты что там притих, Гук-и?       — У тебя на шее нет метки бывшего. Я никогда не спрашивал об этом, потому что для меня так даже лучше, — тихо ответил альфа. — Но и моей тоже пока нет.       — Как и у тебя отсутствует моя, — Тэхён выдавил шампунь на ладонь, принялся обеими руками взбивать пену на волосах, продолжая интересный диалог. — Мы с бывшим мужем так и не поставили друг другу метки. Всё время откладывали по разным причинам, как будто что-то мешало. Так и разбежались. Зато тебе теперь ничего не нужно перебивать. А почему ты вдруг об этом заговорил?       — Хочу поставить свою прямо сейчас.       — Ну тогда не буду задавать глупый вопрос про уверенность. Каков будет твой ответ, я уже знаю — по глазам видно, они не умеют врать. Мой ответ точно такой же — согласен, — убрав мокрые волосы со лба, Тэхён слегка прищурился, разглядывая плечо Чонгука. — Ты знаешь, что по традиции первым всегда должен ставить метку альфа, а потом лишь омега?       — Конечно. Нам об этом рассказывали на уроках биологии в старших классах школы.       — Предлагаю нарушить правила, щегол. Чтобы не было ни первых, ни вторых — только равные. Мы сделаем это не по очереди, а одновременно, — произнёс Тэхён без вопросительных нот, без колебаний. В его низком бархатном голосе звучала твёрдая уверенность.       — Я только «за». Равным я стал благодаря тебе, — альфа согласился бы на что угодно, доверяя полностью, безоговорочно.       Он даже не обратил внимания, что этим Тэхён проявил свою доминантность, ломая установленные веками традиции. Внутренне Чонгук ликовал — все эмоции отражались на его лице с широченной улыбкой и сверкающими предвкушением глазами. Для него гораздо важнее было желание омеги подтвердить свой выбор, ясно показывая, насколько сильно тот любит и хочет сделать его своим.       Это будет уже навсегда. Под кожу, в кровь. До самого конца.       Опустив голову к плечу возлюбленного, Чонгук мягко провёл губами до запаховой железы, оставляя на ней пока только влажный поцелуй.       — Давай на счёт «три», Гук, — Тэхён склонился над его напряжённой шеей. Глядя на дорожку из мелких родинок, ведущую прямиком к заветному месту, чётко, не спеша начал отсчёт. — Раз, два, три…       Секунда в секунду оба сжали челюсти, одновременно прокусывая клыками тонкую кожу. Никто из них не вскрикнул. Лишь крупно вздрогнули, когда острая боль пронзила тела, зная, что она быстро пройдёт. Вскоре Тэхён довольно замурчал на низких частотах, вылизывая поставленную альфе метку, вокруг которой начала расползаться краснота.       В это же время Чонгук жадно собирал губами выступающие капли крови с шеи своего омеги, где тоже пульсировала свежая метка. Грудь альфы мелко вибрировала, так громко он тарахтел, не переставая счастливо улыбаться.       Теперь они всегда будут носить в себе частички друг другу.       После возвращения в шумный Сеул из тихой тропической идиллии отпуска, который альфа теперь называл не иначе как медовым месяцем, продолжилась неспешная череда разный событий, очень важных для обоих. Самое главное, почти все оказались приятными. А один — просто головокружительным в буквальном смысле слова.       Похоже, с недавних пор Судьба смилостивилась и открыла для Тэхёна с Чонгуком новую жизненную полосу. На этот раз — белую, правда, не идеально ровную, но зато широкую, смело ведущую двоих далеко за горизонт.       Где их уже ждали красивые рассветы с закатами и неожиданные повороты; невероятные сюрпризы со слезами радости и семейные ссоры по мелочам, а после — жаркие примирения.       Им ещё очень многое предстояло пережить вместе. Главное, между ними никогда не было и не будет лжи, только безграничное доверие и любовь.

***

      Итак, обо всём по порядку…       Возвращаясь немного назад, нужно сказать, что Чонгук твёрдо решил пойти учиться в этом году. Всю осень и зиму он, не скрываясь, усердно занимался. Каждую минуту свободного времени молча корпел над бесконечными тестами и заданиями, день за днём повышая их сложность.       Времени на подготовку к экзаменам было катастрофически мало, но терять целый год не хотелось. Рискнуть всё-таки стоило. А вдруг получится? Смелость города берёт и кто сказал, что Чонгук не сможет покорить свой Сеул?       Тэхён всё видел, конечно, но не навязывался, вопросов не задавал, вслух своих сомнений не высказывал, понимая, насколько высокую планку альфа сам себе поставил. Допрыгнет ли без должной поддержки до своей мечты?       Однажды, словно услышав чужие мысли, Чонгук всё-таки не выдержал и после ужина сам обратился с просьбой помочь с математикой. Тут уж Тэхён расстарался, применив собственный экспресс-метод обучения, умело заполняя пробелы в знаниях — альфа схватывал всё на лету. Быстро подтянуть до нужного уровня английский язык помог коллега по университету. Чонгук сдал все тесты, а после не находил себе места, ожидая результата совместных усилий.       Этот день открыл новую дверь в будущее.

***

      Тэхён вздрогнул от глухого шлепка по ноге, с трудом разлепил глаза и посмотрел вниз. На полу лежала слегка потрёпанная временем, выпавшая из рук книга. Вот так почитал, называется. Осилил десять страниц чужих приключений и даже не заметил, как уснул. Ну да ладно, зато увидел приятный сон.       Сладко потягиваясь, омега зевнул, не спеша выбрался из уютного кресла и направился к Чонгуку. Двери в комнаты никогда не закрывались, поэтому взгляд тут же зацепился за мускулистую, чуть ссутуленную спину. Альфа неподвижно сидел за письменным столом. Можно было подумать, что он задремал.       Тэхён подошёл ближе, встал сбоку и заглянул в лицо. Нет, Чонгук не спал: глаза невидяще смотрели на экран со множеством разноцветных иконок. И все до единой были закрыты. Мягкие ладони омеги опустились на его плечи, принимаясь лениво массировать:       — Новости есть? Тебе уведомление уже прислали?       — Да. Час назад пришло на электронную почту, а я до сих пор так и не открыл, — альфа потёр вспотевшими ладонями колени, продолжая сверлить взглядом экран ноутбука, пока правая нога нервно выбивала мелкую дробь. — Я понимаю, что шансов на поступление у меня было слишком мало. Но всё равно не хочется увидеть отказ, чтобы тебя не расстраивать.       — Гук, ну не переживай ты так. Я научился ко всему относиться по-философски. Если что-то не получается сегодня, значит, есть шанс повторить это завтра. Количество попыток никто не ограничивает, было бы желание. Когда я в выпускном классе сдавал экзамен Сунын, потом ждал итогов, сначала волновался похлеще тебя, но быстро с этим справился. Спасибо родителям, которые в то время были рядом и всячески поддерживали. Если нет мечты, то нечему и сбываться.       — Мечтать я люблю. Жаль, не всегда удаётся добиться результата, — вздохнул Чонгук.       — Но это всё равно помогает двигаться вперёд. Фантазии учёных о полётах человека прошли долгий путь от крыльев из воска и перьев до космических кораблей. А сейчас давай заглянем в твоё ближайшее будущее. Хочешь, я сам открою это сообщение и прочитаю вслух? — ненавязчиво предложил Тэхён. Ему хотелось поскорее избавить альфу от тягостного чувства неопределённости.       Чонгук молча кивнул, освобождая место за столом. Простые слова поддержки помогали сохранять крупицы надежды на удачу. И даже плохая новость, услышанная от Тэхёна, казалось, ударит не так больно. Засунув руки в карманы штанов, он принялся мерять тяжелыми шагами комнату.       Прислушивался к гулким ударам сердца, что с каждой минутой ожидания колотилось только сильнее, и готовился услышать результат своих упорных занятий. Удастся ли преодолеть ещё одну ступень, чтобы подняться выше в социуме?       — Итак, пластырь лучше отрывать сразу. Чем дольше тянешь, тем больнее, — Тэхён опустился в кресло, старательно пряча собственное беспокойство, что острыми коготками скреблось в груди. Одним уверенным движением нажал кнопку на клавиатуре, открывая официальное уведомление. С жадностью забегал глазами по скупым строчкам…       — Ну что ты молчишь, хён? Что там? — замерев возле приоткрытого окна, Чонгук сглотнул тугой комок, все это время стоявший в горле. Взгляд снова полыхнул тревогой. Плечи медленно опустились, а с ними и голос упал до тихого шёпота. — Всё плохо, да?..       Секунды мучительного ожидания взорвал оглушительный победный возглас.       — Да ты поступил, щегол! У тебя получилось, чёрт побери! — Тэхён с размаху так ударил кулаком по столу, что захлопнулась крышка ноутбука. Подскочив со стула, кинулся к альфе, распахнул широкие объятия. — Ты покорил ещё одну крутую гору, понимаешь?       — Мы сделали это вместе, Тэ, — голос стал сиплым от волнения, но Чонгук уже улыбался во все тридцать два. — Спасибо тебе за помощь! Без тебя я, наверное, так и остался бы «генералом песчаных карьеров».       — Ты настоящий боец, Гук. Сильный и умный, не боишься трудностей. Изо всех сил карабкаешься вверх, доказывая и самому себе, и другим, и этому огромному городу, чего стоишь в жизни. Я так тобой горжусь.       Словно безумцы, они громко хохотали до реальных слёз, не в силах остановиться. Тискали друг друга в объятиях. при этом ухитрялись покрывать лица беспорядочными поцелуями. Выплеснув первые бурные эмоции, Тэхён отстранился, крепко пожал руку альфы:       — Теперь ты официально зачислен на первый курс Колледжа английского языка Университета Ханкук. Поздравляю, студент!       — Спасибо! Это просто… Круто! Проучусь там два года, а потом переведусь сразу на третий курс универа, — громко затараторил альфа, озвучивая свои далеко идущие планы. — Я уже всё узнал про стипендии, гранты и специальные программы. У меня есть шанс учиться абсолютно бесплатно! — наклонился к улыбающемуся Тэхёну, чмокнул с готовностью подставленные губы. А после с радостным смехом подхватил на руки, закружил по комнате, не переставая целовать. — Я так люблю тебя, моё солнце!       — Я тоже, щегол, а потому всегда буду рядом. Всегда, что бы ни случилось. Иначе это не любовь.       Вечером они устроили праздничный ужин. Хотелось отметить такое грандиозное событие — новый, очень важный этап в жизни Чонгука. Дома вместе приготовили пару закусок и так полюбившееся джапчэ.       В кондитерскую напротив тоже пошли вдвоём — выбирать десерт, а там глаза разбежались от изобилия сладостей. Правда, выбирали они недолго. Купили небольшой торт, украшенный яркими бабочками из тропических фруктов, ведь они напомнили о недавнем отдыхе, подаренном теперь уже общими друзьями.

***

      — Тэ, может, съездим в торговый центр? А то после отпуска мы до него так и не добрались, — после вкусной домашней еды, что по-прежнему оставалась для него особенной, Чонгук напоминал сытого кота. — Уже середина февраля, скоро начнётся новый учебный год, а все джинсы и брюки стали маловаты. Сидеть неудобно — тут ужасно давит, там врезается, куда не надо. Нужно купить на размер больше. Откормил ты меня, как поросёнка.       — Я здесь ни при чём, — пожал плечами Тэхён. Он энергично обмахивался бамбуковым веером и попутно оценивал взглядом крепкую фигуру альфы. — Это ты скорее на тренажёрах раскачался: мышцы вон какие нарастил — скоро будешь крупнее меня. Ладно, устроим сегодня шопинг, — согласно закивал головой. — Я себе тоже подберу что-нибудь посвободнее. Только после обязательно прогуляемся в парке.       — Договорились. Но в ближайшие несколько месяцев я точно не смогу стать крупнее тебя, — кухня наполнилась тихим смехом, когда рука ласково погладила мягкий, едва наметившийся живот. Чонгук сел на пол возле ног омеги, по привычке укладывая голову на колени. — Ты мне сейчас напомнил Сокджина.       — Интересно, чем это? Капризами? У меня их пока нет. Если только вкусы немного поменялись. И вообще, мы с ним на разных дорожках плывём. Джин уже почти на финише, а я только оторвался от старта, — Тэхён расплылся в улыбке. Запустил пальцы в длинные волосы альфы, принялся неторопливо перебирать тёмные пряди. — Вот уж не думал, что мы с тобой так быстро не только долетим до свадьбы, но и залетим.       — Мы очень старались, — игриво подвигал бровями Чонгук, поочерёдно целуя его колени и тихонько приговаривая. — И снова повторим. А потом ещё, и ещё, и ещё. Это ведь только начало, правда?       — Конечно, Гук-а. Намджун тогда не солгал. Я всегда хотел много детей. Теперь моё желание только возросло. Помнится, ты тоже не раз говорил о большой семье, даже когда ничего не имел за душой. Пора воплощать нашу общую мечту в жизнь, — Тэхён обхватил его голову ладонями и немного приподнял, оставил на лбу короткий поцелуй, а после иронично усмехнулся. — Правда, очерёдность действий мы нарушили: забежали немного вперёд и начали жить до официального брака.       — Вот именно — жить! Это самое правильное слово. Какой смысл в запретах, которые уже почти никто не соблюдает? Мы ведь любим друг друга. А ребёнок — это вообще подарок, чистый ангел, а вовсе не результат нарушения правил, — головой альфа снова прижался к коленям и категорично заявил. — К чёрту тогда такие правила! Лично для меня семья и дети всегда будут стоять на первом месте.       — Ты прав. Реальная жизнь — это не математика, где нужно всё строго соблюдать, — согласно кивнул Тэхён. — Мы свой первый шаг в будущее уже сделали. Думаю, что вместе справимся и с остальными.       Свадьба была назначена на следующее воскресенье.       Накануне вечером они сидели за столом с кружками фруктового чая, смаковали медовое печенье из новой кондитерской. Живо обсуждали составленный для танцев плейлист и в который раз перебирали важные детали праздника. Периодически Тэхён искоса посматривал на альфу, отрывисто вздыхал, а потом с виноватым видом огорошил:       — Я долго думал, стоит это делать или нет… Гук, сегодня тебе придётся уйти из квартиры на всю ночь.       Чонгук подавился чаем. Щедро забрызгал и себя, и добрую половину стола, и сидящего напротив Тэхёна. Надолго закашлялся, растирая по щекам слёзы, пока родная ладонь заботливо похлопывала по спине.       Как только удалось продышаться, Чонгук вскинул хитрый взгляд на лицо омеги — оно было слишком серьёзным, а хотелось увидеть игривую улыбку. Сразу вспомнились все его шуточки с подколами. Альфа театрально прижал руки к груди и выдавил трагическим голосом:       — За что, хён?!       — Ни за что. Просто так нужно.       — Ну зачем понадобилось на ночь глядя выгонять меня на улицу?       — Почему это выгонять? И не на улицу, между прочим. Пойдёшь к тётушке Сонэ. С ней я уже договорился.       — Я тебя чем-то обидел, Тэхён-а-а? — жалобно заныл альфа. Попытался изобразить обморок, медленно закатывая глаза, но актёр из него получился никудышний.       — Господи, Чонгук, хватит уже ёрничать! — возмущённо шлёпнул его по макушке Тэхён. В ответ услышал звонкий смех и сам расплылся в улыбке. — Я имел в виду традицию не спать вместе накануне свадьбы. Если не захочешь, настаивать не буду. Честно говоря, мне самому это не нравится, но так на самом деле будет лучше. Иначе мы с тобой ещё полночи будем что-нибудь обсуждать. В итоге не выспимся и явимся на собственную свадьбу с помятыми лицами и мешками под глазами. Представляешь, какие фото после этого останутся на память? Мне совсем не хочется зевать на торжественной церемонии.       — Понятно, — вздохнул альфа. — Только не уверен, что у соседки вообще смогу заснуть. Там всё чужое, особенно — запахи. И вообще, какая-то фиговая эта традиция — накануне свадьбы выгонять жениха из дома, где он уже давно живёт. И так стресс, а тут ещё сплошные правила и запреты. Чтобы меньше переживать, нужно спать в объятиях любимого человека. Тогда и лицо будет довольное, и тело. Но я сделаю всё, что ты захочешь.       Спустя два часа Чонгук уже сидел на соседской кухне и шумно потягивал горячий чай с какими-то травками. Тётушка Сонэ устроилась на стуле напротив. Некоторое время задумчиво поглядывала на него, а потом завела неспешную беседу.       — Я давно наблюдаю за вашей чудесной парой и пришла к выводу, что из тех альф, что бывали рядом с Тэхёном, ты — самый лучший. Он же весь светится рядом с тобой. Вы так подходите друг другу, что разница в возрасте уже не имеет никакого значения, о ней просто забываешь. Про Тэхёна я знаю многое, а вот о тебе — почти ничего. Расскажи о своей жизни, Чонгук-и. Ты же помнишь моё главное правило: всё останется между нами, — женщина подхватила его крепкую руку своей крошечной ладошкой, сверху легонько похлопала другой, точно так же покрытой сетью глубоких морщинок, что безжалостно накинули долгие годы.       И Чонгук выложил всё как на духу, снова вывернул свою жизнь наизнанку с самого начала, как когда-то перед Намджуном. Он не стеснялся рассказывать о самых тёмных моментах. Улыбался, вспоминая родителей, и очень много говорил о Тэхёне, привычно называл солнцем. В эти моменты в его глазах переливались золотистые сполохи.       Тётушка внимательно слушала, то подпирая щёку ладошкой, то прижимая обе руки к груди, словно забирала себе часть боли из чужих воспоминаний, чтобы Чонгуку стало легче. Она совсем позабыла про свой давно остывший чай. Почти всё время молчала.       Иногда Чонгук слышал её горестные вздохи и неумело успокаивал, когда начинала часто всхлипывать. Она утирала цветастым платочком мелкие слёзы, настолько была тронута непростой историей со счастливым продолжением. А в её светлой от седых волос голове уже появилась кое-какая идея.       Как ни странно, после тётушкиного ароматного чая Чонгука довольно быстро потянуло в сон. Он улегся на большом диване, где в его ногах тут же пристроилась хозяйская левретка.       Уже сквозь дрёму слышал ласковый шёпот, ощущал на своей голове прикосновения маленькой ладони, что мягко поглаживала по волосам. Словно вернулся в детство. От этого было так хорошо и спокойно, что Чонгук улыбался даже во сне…       Ранним утром он тихонько вернулся домой — выспавшийся и бодрый. А вот нервишки снова начинали пошаливать. Чонгук слонялся по всей квартире как заведённый. Безуспешно пытался унять мандраж, хватаясь за любое занятие. Пока Тэхён спал, минут сорок провёл в душе. Просто стоял под тёплыми струями и думал, думал, думал. После приготовил завтрак, ароматы которого разбудили омегу.       Когда тот в своей клетчатой пижаме вышел на кухню — весь всклокоченный, уютный, домашний, Чонгук кинулся обниматься.       — Я так соскучился! — он принялся зацеловывать полусонное лицо возлюбленного. — Тысячу лет тебя не видел…       — Я тоже, Гук-а, — посмеивался Тэхён, отвечая с не меньшей нежностью. — Без тебя тут было пусто и холодно. Пришлось принять полтаблетки снотворного. Ты приходил ко мне во сне. В счастливом…       После неспешного завтрака Чонгук перемыл всю посуду, чтобы отвлечься от лишних переживаний. Он так тщательно натирал тарелки, будто пытался превратить их в сверкающие зеркала. Время тянулось сладкой жвачкой, а волнение только усиливалось. Ничего не помогало. Руки-ноги всё равно тряслись, сердце то бешено скакало, то замирало, а тело покрылось липким потом. Пришлось снова отправляться в душ.       Да он так до свадьбы не доживёт!       Тэхён вернулся на кухню за утренним десертом, где альфа усердно точил ножи.       — Гук-и, береги руки, — широко зевнув, омега уселся за стол. Взял из корзины яблоко, с хрустом откусил. — Я тебя ещё не окольцевал официально.       Отложив нож в мойку, Чонгук всё-таки признался:       — Боюсь испортить такой важный день и облажаться перед гостями, хоть и будут только самые близкие. Вдруг я сделаю что-то не так или, ещё хуже — забуду слова клятвы?       — Уже подводит память? Не пугай меня.       — Нет, нет, нет! Тебе нельзя волноваться, Тэ! — испуганно замахал руками Чонгук, торопливо подошёл ближе, чтобы заботливо приобнять.       — Ну так успокой меня. Самым безопасным и проверенным способом — поцелуями… — Тэхён хитро сверкнул глазами, выпячивая пухлые губы. Он знал эту слабость Чонгука. Впрочем, как и свою. Целоваться любили оба.       Через несколько минут омега, мурлыча себе под нос что-то лирическое, размеренно водил утюгом в такт мелодии — отглаживал элегантные белые костюмы с жемчужным отливом и атласные рубашки. Наряды ожидали своего звёздного часа.       А немного успокоившийся Чонгук в сотый раз мысленно благодарил Тэхёна за всё хорошее, что уже случилось в его жизни и наверняка ещё не раз произойдёт.       И в седьмой раз проверил кольца — оба по-прежнему были на месте. Он бережно захлопнул бархатную крышку, с улыбкой опустил футляр во внутренний карман идеально отглаженного пиджака.       Совсем скоро каждый из них получит новый статус — законный муж.

***

      На этой свадьбе все друзья были рядом. По традиции они заранее получили официальные приглашения. Теперь все наблюдали за неспешным ходом трогательной церемонии, вдыхая необыкновенный букет ароматов, что волнами расплывались по всему залу.       — Тэхён с Чонгуком такие красивые, с такой любовью смотрят друг на друга, что дух захватывает, — слишком чувствительный Джин не смог удержать слёзы и тихонько всхлипывал сквозь улыбку. Намджун заботливо поглаживал его по уставшей пояснице, старался хоть немного расслабить.       — Это уже вторая семейная пара в нашей компании. Как же им обоим повезло, — Чимин искренне радовался за друзей. И мечтательно вздыхал, представляя, что когда-нибудь точно так же станет чьим-то мужем. Ну не будет же он всю жизнь оставаться одиноким? Свой большой дом он покупал с расчётом на будущее, в котором обязательно зазвучат детские голоса. — Интересно, кто из нас станет следующим?       — Это может быть кто угодно. В том числе и ты сам, — рядом с Чимином стоял серьёзный Юнги. Так было всегда, на протяжении многих лет дружбы. Но этого упорно не замечали, словно он был человеком-невидимкой.       Сейчас альфа молчал, иногда отвлекался от церемонии, нечитаемым взглядом искоса посматривал на Чимина, и постепенно, сантиметр за сантиметром придвигался всё ближе. Когда незаметно коснулся плечом его плеча, то надолго замер, сохраняя первый за полгода, до дрожи приятный телесный контакт.       Закалённый профессией, прожжённый скептик, внешне суровый и непробиваемый, иногда позволяющий себе напускную грубость, чтобы поставить хамоватого клиента на место, — таким считали Мин Юнги окружающие и коллеги по работе.       Только близкие люди видели совсем другие его стороны: уравновешенный в спорах; до мозга костей преданный друг, который никогда не шёл напролом, выбирая компромисс; не боялся признавать свои ошибки, но умел отстаивать своё мнение. Он всегда первым протягивал руку помощи, не дожидаясь, пока его об этом попросят; подставлял плечо, которое никогда не было по-богатырски мощным, а вот надёжным — всегда.       Но даже в их дружеской компании никто не догадывался, что Юнги глубоко внутри прятал свои нежные чувства к прекрасному, миниатюрному телом и сильному духом Чимину. И до сих пор терпеливо ждал от него хотя бы намёка на взаимную симпатию, самого крохотного шага навстречу, чтобы открыть своё сердце. Дождётся ли?       А яркий Хосок, с восторгом наблюдая за ходом церемонии, исподволь заражал своим оптимизмом, успевая раздаривать улыбки всем присутствующим. В том числе скромному регистратору — полноватому, невысокому бете, который просто не мог не улыбнуться в ответ. Глядя на счастливые лица молодожёнов, Хосок не забывал о собственной мечте. Будет и на его улице праздник. Когда одолеет свои комплексы. За счастье нужно бороться.       Кроме друзей на свадьбу пришли ещё двое гостей. С ними Тэхён и Чонгук в последнее время особенно сблизились, поэтому решение пригласить их было единодушным.       Первым появился господин Ли. Да-да, тот самый библиотекарь, который очень помог Чонгуку адаптироваться в коллективе, многому научил и успел полюбить как родного. В своём чёрном смокинге он был похож на солидного бизнесмена, лишь скромная улыбка смягчала этот непривычно строгий образ.       Ну и…       — Уф, я всё-таки успела! — в зал ярко-голубой бабочкой влетела запыхавшаяся тётушка Сонэ. — «Всевидящее око» прибыло! Правда, с недавних пор зрение что-то стало подводить. Очки мне совсем не идут, поэтому вчера пришлось купить линзы. Но сегодня я слишком волновалась и провозилась с ними целый час. Использовала весь боевой комплект из упаковки, пока удалось надеть линзы на оба глаза. Зато теперь уже точно всё-всё увижу, ничего не пропущу! — она успевала и говорить, и со всеми раскланиваться, и сканировать вооружённым взглядом каждый уголок светлого помещения.       Ради такого важного мероприятия тётушка нарядилась в очаровательное длинное платье, которое очень берегла, надевала в исключительных случаях, выглядела в нём довольно моложаво для своего возраста. От радости за женихов она, как и романтичный Сокджин, временами лила слёзы. Вскоре обнаружила, что умудрилась потерять одну линзу.       — Ну вот, теперь я стала одноглазым миньоном из мультика, — с весёлой улыбкой всплеснула руками тётушка Сонэ, чем рассмешила буквально всех. Ростом она едва дотягивала до ста сорока пяти сантиметров и обладала лёгким чувством юмора. Точно — самый забавный миньон в их компании.       Родителям Тэхёна тоже удалось попасть на торжество. Правда, только виртуально. Но он безумно радовался такому живому общению, когда можно видеть лица друг друга. Для этого родители несколько часов добирались на перекладных из глухой деревни до ближайшего крупного города, где была налажена устойчивая видеосвязь. Главное — успели.       Первым делом Тэхён представил им взволнованного встречей Чонгука. Оказалось, что альфа зря переживал всё это время, потому что действительно понравился супругам Ким. Они только и делали, что от души нахваливали выбор своего необыкновенного сына, не задав при этом ни одного неприятного вопроса.       Приветливые лица родителей смотрели с большого экрана, а Тэхён с Чонгуком светились от радости, держались за руки и не отрывались друг от друга ни на минуту.       Скоро у одного конкретного солнца появится официальный спутник.       Единственный.

***

      Свадебная торжественная церемония. Разве может быть что-то прекраснее?       Это особенное чувство благоговейного трепета.       Ощущение неповторимого чуда.       Словно в одном моменте над горизонтом соединились горячее золото восходящего солнца и прохладное серебро ночного звездопада.       Незабываемо…       Сложно обуздать волнение в такой важный день. Они и не пытались это делать. Фантастически красивые в своих белых нарядах, стояли друг напротив друга, готовые произнести перед свидетелями свою клятву верности.       Чонгук впервые был настолько серьёзным — настоящий альфа. И это не о возрасте. Он гордо поднял голову, протянул руки навстречу своему возлюбленному. Тэхён, глядя в огромные сияющие глаза, без колебаний опустил свои красивые, холёные ладони в его надёжные и ласковые. Оба ощутили, как от этого прикосновения на самых кончиках пальцев сильнее запульсировала кровь. Сердца забились чаще, словно торопили.       — Я беру тебя в свои мужья, чтобы отныне и навсегда быть вместе в богатстве и бедности, в горе и радости, в болезни и здравии. Клянусь любить тебя до конца дней, хранить верность душой и телом, служить опорой и поддержкой, и даже смерть не разлучит нас.       Для альфы с омегой эти возвышенные слова не были пустой формальностью, громким романтическим пафосом. Они поднимались из самых потаённых уголков поистине любящей души.       В наполненных влагой глазах плескалось столько безбрежной любви, что хватило бы затопить ею весь огромный город. Невозможно было унять дрожь в пальцах, когда они с улыбками обменивались гладкими тонкими кольцами из белого золота — без бриллиантов, сапфиров, рубинов и изумрудов.       Разных камней им хватало и в жизни.       Волнение понемногу отпускало. Хотелось поскорее вернуться в свою уютную квартиру. Вдохнуть любимые запахи дома. Насладиться романтическим вечером на диване перед телевизором, как часто происходило в последнее время, когда на экран никто из них не смотрел.       Пробуждающие желания поцелуи были гораздо важнее, интереснее придуманного кем-то сюжета, даже самого захватывающего, и красивых, но абсолютно чужих лиц актёров. Там — одна фальшь, сплошная игра.       А тут — своё, родное до боли, изученное до мельчайших шрамиков, до последней родинки-звёздочки на коже. Это было настоящее чувство, сильнее которого нет ничего на свете.       Любовь.       Истинная и преданная, обоюдная и бескорыстная, страстная и невероятно трогательная. Когда в сердцах — накрепко запечатанное, искреннее обещание сохранить это чувство до самого конца. И свидетель тому — душа.       Отныне и навсегда!       Торжественная церемония завершилась, а семейная жизнь официально началась. С шумных поздравлений, тёплых объятий, дружеских улыбок и щедрых подарков. В именных конвертах. На этот раз традиция оказалась очень даже приятной.       Пёстрая волна гостей предвкушала застолье и плавно потекла к столам, что стояли в воздушно-лёгком от множества цветов банкетном зале. Пришла очередь бросать свадебный букет.       — Готовы? — живо обернулся Тэхён, останавливая взгляд на друге. Чимин стоял в нескольких метрах от него, между Хосоком и Юнги, нетерпеливо переминался с ноги на ногу в ожидании. Слишком сильно переживать не стоило — букет по-любому достанется ему, ведь об этом они с омегой договорились заранее.       Тэхён ободряюще подмигнул, беззвучно зашевелив губами: «Лови свою удачу, дружище». Прищуренным взглядом ещё раз прикинул расстояние до цели.       За полётом ароматного снаряда следили девять пар любопытных глаз. Изящный букет описал крутую дугу, падая точно в вытянутые навстречу цепкие руки, которые своего счастья точно не упустят. С довольным смехом Чимин прижал цветы к груди. Прикрыл глаза и вдохнул тонкий сладковатый аромат.       Это и есть запах прилетевшей удачи?       С некоторых пор Чимин стал верить в некоторые приметы, а сейчас — особенно: в течение года нужно будет найти себе пару. Оставалось надеяться, что всё обязательно получится.       Юнги в этот момент пристально вглядывался в нежное лицо омеги, словно хотел прочитать на лбу имя его будущего избранника.       Внезапно в зале раздался громкий щебет птицы. Эти весёлые, мелодичные, полные жизни звуки быстро заливали помещение, привлекая всеобщее внимание. Ну как тут не улыбнуться? Гости сразу отвлеклись от разговоров. Принялись озираться вокруг, высоко поднимали головы к потолку — хотелось увидеть очаровательного певуна.       — Это же щегол! — от неожиданности ахнул Тэхён, первым обнаружив «птичку» — звук шёл от небольшой колонки под окном.       — Ты угадал. Так он поёт во время брачного периода, — Чонгук невесомо коснулся губами щеки. — Я оставлю тебя ненадолго.       Звонкая птичья трель постепенно затихла. Вместо неё зазвучала нежная мелодия, и все разом притихли от предвкушения. Через мгновение по залу полетел восторженный шёпот. И было от чего.       Световой луч гобо проектора превратил обычную арьерсцену в невероятной красоты живую картину.       На фоне оранжевого диска восходящего солнца стоял Чонгук с микрофоном в руках.       — Ты ведь знаешь, что я люблю делать сюрпризы. Сегодня он будет романтическим, — альфа не отрывал взгляда от улыбающегося Тэхёна. — Хочу подарить тебе особую брачную песню.       В зале приглушили свет. Чонгук оказался в центре вспыхнувшего на сцене жёлтого круга — это само солнце, что светилось за его спиной, протянуло яркий луч. Чонгук словно поднялся над землей и запел для своего возлюбленного.       О чём пел этот молодой щегол?       Конечно, о любви…

***

      На следующее утро Тэхёну пришло сообщение о зачислении средств на валютную карту, которой пользовался только за пределами страны. Хорошо, что в это время он ещё лежал в кровати! Когда увидел размер перевода, то едва не потерял дар речи:       — Гук, срочно беги сюда!       Из кухни, где готовился полезный завтрак, выскочил не на шутку перепуганный Чонгук. Подошвы новых, экологически чистых войлочных тапочек были очень скользкими. Не успев затормозить, он проскользил от порога комнаты до кровати, со всего маху врезался в неё и с громким возгласом: «Тебе плохо?!», рухнул лицом в колени Тэхёна.       — Всё просто супер! Смотри! — сунул экран телефона под нос пыхтящего альфы, ожидая ответной реакции.       — Что это? — непонимающе уставился на цифры Чонгук. Помотал головой, зажмурился. Снова взглянул на экран. — У меня двоится в глазах или…       — Никаких «или»! Сегодня же начнём подбирать новую квартиру!       Ответить альфа не успел. Прилетело новое сообщение.       «Это свадебный подарок. Чтобы мечта поскорее стала явью. Выберите самое лучшее. И передай привет нашему второму сыну. Ваши родители».       — Разве у тебя есть брат? — брови Чонгука удивленно приподнялись. Неужели от него что-то скрыли?       — Нет. Зато теперь есть муж. Это они написали о тебе. Любовь с первого взгляда бывает и родительской. Я их обожаю, — тихо вздохнул Тэхён. — Даже не представляю, что будет, когда у нас появится ребёнок.       Чонгук снова уткнулся лицом в его колени, порывисто обнимая руками бёдра. Плечи мелко затряслись.       Он плакал…       За несколько лет работы в Африке родители Тэхёна поневоле накопили солидную сумму в долларах. Но в отдалённых бедных деревнях тратить деньги было попросту негде, да и не на что. Они уже давно привыкли обходиться малым. Решение отдать всё сыну и его свадьба удачно совпали во времени.       Теперь у Тэхёна на счёте оказалось столько средств, что появился фантастический выбор: купить просторную квартиру или всё-таки присмотреть небольшой дом. Это нужно будет обсудить с Чонгуком. Интересно, что он выберет?

***

      Как сказал один из классиков мировой литературы: если в самом начале спектакля на стене висит ружьё, значит, в финале оно должно выстрелить.       Тётушка Сонэ, которая всю жизнь прожила старой девой, оказалась тем самым ружьём. Вот только она так неожиданно мощно пальнула, что это можно было сравнить с залпом крупнокалиберной пушки.       В Пусане жила её младшая сестра. Она уже давно приглашала к себе. Причём не просто погостить, а переехать жить насовсем, чтобы не оставаться в одиночестве, ведь годы шли, а здоровья не прибавлялось. Тетушка Сонэ всегда отнекивалась от переезда, но тут внезапно позвонила сама, попросила заехать, чтобы ещё раз всё обсудить.       — Гёнэ, мы с тобой одиноки. Две квартиры есть, только оставить некому. Я согласна переехать к тебе, тогда мою нужно продать. А после этого у нас будет слишком много денег. Нам ведь столько не нужно, правда? У меня появилась идея, как ими можно распорядиться. Рядом со мной живут замечательные соседи, молодая пара. Они иногда мне помогают. Особенно старается Чонгук. Всегда подносит сумки с покупками, если встречаемся в магазине или на улице. Частенько сам спрашивает, нужно ли что купить, когда отправляется в магазин. Оба красивые до невозможности и так друг друга любят… Жаль, что в моей жизни такого не случилось. Так вот, я хочу подарить им эти деньги. Конечно, если ты не будешь против, Гёнэ. Что скажешь? Не слишком бредовая идея?       — Ну с чего ты решила, что я могу не согласиться? Ты умница, моя дорогая Сонэ. Таким щедрым подарком ты оставишь о себе добрую память.       Спустя всего два дня после свадьбы они сидели на скамейке во дворе, обсуждали детали будущего переезда. Тэхён возвращался домой с работы, когда его окликнули.       — Постой, Тэхён. Присядь, мы хотим с тобой кое о чём посекретничать.       — Только если недолго. Чонгук ждёт меня к ужину.              — Вот как раз о нём речь и пойдёт. В общем, я хочу переехать к сестре, свою квартиру продать, а деньги подарить Чонгуку.       Коротко поговорить не удалось…       Получив деньги за проданную квартиру, тётушка Сонэ внесла их на отдельный счёт — на имя Чонгука, который ещё долго был в шоке от неожиданно свалившегося подарка от совершенно чужого человека.       Когда Тэхён с Чонгуком немного пришли в себя и смогли здраво рассуждать, для начала решили купить просторную квартиру в спокойном районе Сеула. Нет, не по-соседству с домом Чимина в Пхёнчхан-дон, там всё-таки слишком дорогая недвижимость.       Новая квартира, которую выбрали вместе, располагалась неподалёку, в семи минутах езды на машине, до университета — в два раза дольше. Рядом располагался огромный парк Сеульский лес, а из окна на северо-востоке открывался вид на реку Хан.       — Было время, когда я жил под мостом, а теперь благодаря тебе смотрю на то самое место почти с высоты птичьего полёта! — пока Чонгук задумчиво смотрел вдаль, Тэхён подошёл к нему сзади. Уложил руки на талию, тесно прижался грудью к мускулистой спине:       — Мы вместе с тобой смогли взлететь над этим городом, щегол…       После этих потрясающих событий Тэхён снова начал верить, что в жизни чудеса всё-таки случаются.       Они живут где-то рядом с мечтой.

***

      Не прошло и месяца, как друзья снова собрались все вместе. На этот раз — уже в новой, залитой солнечным светом, просторной квартире Тэхёна и Чонгука. На новоселье, как и положено, явились с подарками.       Без традиций не обошлось и здесь. Почти все гости держали в руках большие яркие упаковки. Жёлтые, розовые, зелёные, красные. Тэхён ничему не удивлялся, а вот Чонгук, раскрывая подарки, об этой традиции не знал и выглядел шокированным.       — Туалетная бумага? На новоселье? Какой-то странный подарок. Это намёк?              — Всё просто, Гук, — принялся объяснять Тэхён. — Ни на что обидное они не намекают, как ты подумал. Туалетная бумага какая? Правильно – длинная. Это символ длинной и хорошей жизни. Или же, как говорят, белая полоса. Она нам очень пригодится.       — А я, как ведущий экономист, принёс вам стиральный порошок, — Чимин гордо протянул упаковку канареечного цвета. — Вижу по твоим глазам, Чонгук, что ты хочешь задать вопрос, поэтому сразу поясню. Смысл этого подарка в том, что порошок очень хорошо пенится. А значит, прибыль и доходы в вашем доме, наподобие этой пены, будут только увеличиваться.       — Отличные подарки, то что надо. Спасибо!— после таких подробных объяснений лицо Чонгука расплылось в довольной улыбке, стоящий рядом с ним Тэхён только посмеивался. Эх, молодёжь.       Благостный настрой ненадолго поубавил короткий разговор с Намджуном. Тот с огорчением сообщил, что все попытки разыскать пропавших родителей альфы так ни к чему и не привели. Их дальнейшая судьба осталась неизвестной.       — Спасибо за заботу, Намджун! — ответил на это Чонгук. Обхватил обеими ладонями его крепкую руку, поклонился в знак благодарности. — Я уже давно с этим смирился.

***

      А потом отмечали новоселье. Было весело! Для некоторых — даже слишком. Большую квартиру обмывали большим количеством шампанского, виски, соджу и яблочным соком. Результаты оказались неожиданными.       Следующим утром Чимин проснулся на широком диване всё в той же квартире. Лежал на любимом правом боку. Только вот чья-то рука удобно пристроилась на его талии, а сзади прижималось чужое тело. Горячее. Почти голое. Оба были раздеты до трусов.       Чимин осторожно развернулся и увидел… Юнги. На его губах блуждала улыбка. Судя по глубоким вздохам, досматривал эротический сон.       Э-э-э… В изрядном подпитии они из обычных друзей превратились в любовников? Чимин прислушался к своему организму. Тот молчал, но нигде ничего не тянуло. Значит, интима не было. Зажмурив глаза, Чимин осторожно отодвинулся к самому краю дивана.       — Ты куда? — тут же сонно встрепенулся Юнги.       Еле разлепил один глаз и тут же открыл другой, с удивлением рассматривая дрогнувшую от неожиданности спину. На ней были татуировки: разные фазы луны тянулись по всему позвоночнику от шеи вниз. Последняя игриво выглядывала из-под резинки красных боксеров. Лицо Юнги быстро приобретало тот же цвет.       — Лучше скажи, почему мы оказались в одной постели? — ответил вопросом на вопрос Чимин. Сейчас он мало что помнил.       — У тебя были очень грустные глаза, пока Чонгук обнимался с Тэхёном. Потом они поцеловались после тоста Намджуна «за большую семью», и ты вообще расплакался. Говорил, что тоже хочешь замуж и целоваться, только рядом никого нет. А я, между прочим, в это время сидел как раз рядом, вот и решил утешить. Но я поцеловал только в щёчку!       — Ага, утешил. До постели. Где наша одежда?       — В этом я люблю порядок. Не люблю мятое. Костюмы висят на вешалках, — кивнул Юнги в сторону шкафа. — Между нами ничего не было, Чимин. Я бы никогда не воспользовался твоим состоянием.       — С каких это пор я начал тебя интересовать?       — С первого дня знакомства. Знаешь, почему я ни с кем не завёл серьезных отношений?       — Потому что занимался карьерой. Ты отличный друг, но вечно такое непроницаемое лицо, как будто вообще не испытываешь никаких эмоций.       — А вот и не угадал. Трудоголизм хорош до определённого момента, потом он становится кандалами и мешает жить полноценно. Просто я хорошо умею скрывать свои чувства. Причина банальная — безответная любовь.       — Ты хочешь сказать, что я тебе нравлюсь? — омега впервые с интересом посмотрел на него. Словно перед глазами рассыпалась от времени старая завеса, открывая нечто новое.       — Да. Но ты слишком хорош, чтобы можно было на что-то рассчитывать. Я некрасивый, скучный, ростом не вышел, фигурой тоже похвастаться не могу. Даже улыбка непривлекательная, поэтому редко улыбаюсь.       — Не ври, ты совсем другой. Только не пойму, почему со мной не поговорил? Боялся лишиться дружбы? Но я смелее тебя. Иногда нужно идти на риск, тогда есть шанс выиграть, — Чимин придвинулся ближе, укладывая руку альфы на свою талию. Глаза прищурились, превращаясь в забавные полумесяцы. — Предлагаю начать это утро с нашего первого поцелуя. Не в щёку! Настоящего.       «Каким же я был дураком. Столько времени зря потерял!» — сам себе вынес окончательный вердикт профессиональный юрист, вспоминая свадебный букет в руках Чимина.       Это утро принесло ещё одну радость — в семью Джина и Намджуна. У них родился долгожданный наследник. Омега.       Прелестный мальчик.       Вот тебе и «малышка»!

***

Пять лет спустя…

      Счастья много не бывает! За прошедшие несколько лет Чонгук в этом убедился. После окончания колледжа, он, как и мечтал, пошёл учиться дальше. С успехом закончил престижный университет Ханкук.       Юнги тут же подсуетился и помог отличнику устроиться на освободившуюся должность переводчика в той же юридической фирме, где работал сам. Все документы составлялись на двух языках корейском и английском — в их компанию обращались солидные бизнесмены, так что идеальное знание Чонгуком этих языков руководство оценило не только благодарностями.       Зарплата была более чем достойной, с ежемесячными премиальными выплатами. Несмотря на высокий доход, альфа продолжал заниматься репетиторством со школьниками и студентами, хотя Тэхён этому противился, но в итоге всё-таки сдался.       Чонгук обеспечивал семью с лихвой — денег хватало не только на безбедную жизнь, но и на отдых в любой точке мира.       Ведь когда есть надёжные крылья, то полететь можно куда угодно!

***

      По широкой аллее весеннего парка чинно прогуливалась семейная пара с двумя детьми.       Счастливо улыбающийся альфа осторожно, как семейную драгоценность, толкал перед собой коляску со спящей трёхмесячной омегой Ханбёль — маленькой звёздочкой, нежной копией отца. Даже милая родинка под губой передалась ей по наследству.       Рядом с ним, тихонько о чём-то рассказывая и не скрывая под широкой одеждой небольшой округлившийся живот, шагал ослепительной красоты омега, ведя за руку неугомонного четырёхлетнего сына-альфу. Доминантного альфу — этот редчайший ген передавался ему от Тэхёна. Джинён родился точной копией своего необыкновенного папы — таким же красавцем.       Прохожие невольно улыбались, глядя на сияющие лица этой невероятно гармоничной пары.       Потому что именно так выглядят настоящая любовь и абсолютное счастье с новыми маленькими звёздочками.       Это самая яркая галактика во всей Вселенной.