Соник, привет!

Вытянув ноги и удобно расположившись на привычном месте в салоне своего самолета, Джеджун натянул плед до подбородка, собираясь вздремнуть. Чартерный рейс из Гимпо в аэропорт Ханеда будет длиться два с половиной часа, и Джеджуну хотелось за это время прийти в чувство. Он очень устал сегодня не столько физически, сколько морально. А теперь еще и Юнхо неизвестно где носит. Мужчина закрыл глаза, но сон не шел, а мозг не хотел отключаться. В сознании мелькали картинки прошедшего дня, не давая Джеджуну желаемого покоя. Натянув на лицо дежурную улыбку, Ким Джеджун еле сдерживался, чтобы не послать в одно известное всем место этого, мягко говоря, чудилу. Он уже сто раз пожалел, что согласился на эту авантюру. Когда ему позвонил тот самый знаменитый японец, говорящий на корейском, как на родном, Ким даже не подозревал, во что он ввязывается. Так как Джеджун и сам не любил правила и запреты, он со снисхождением отнесся к чудачествам и развязному стилю общения японца. Тот пришел самолично, чтобы пригласить Джеджуна на прямой эфир. Директор по стратегии проявил гостеприимство и предложил японцу пообедать и обсудить эту тему, так сказать, в непринужденной обстановке. Расположившись за столиком в топовом ресторане, они продолжили беседу. Танака рассказал, что Джеджун популярен в Японии даже больше, чем на родине. Поэтому многие зрители из страны Восходящего солнца считают Джеджуна своим соотечественником. Подписчики чуть ли не в каждом лайвстриме просили Танаку пригласить няшку ДжеДже. Влогер пообещал, что он свяжется со знаменитостью и попробует уговорить его. И теперь японские поклонники Джеджуна с нетерпением ожидают этого события. Польщенный таким заявлением, Ким сразу согласился, подумав, что это неплохая идея! На будущее у него были планы по расширению агентства и его популяризации в Японии и Китае, и поэтому нужно было поддерживать интерес поклонников из этих стран. Танака же был известной личностью в Японии, а его прямые эфиры всегда имели большой резонанс и привлекали огромное количество зрителей. Такое знакомство было бы нелишним. Честно говоря, Джеджун еще ни одного эфира с Танакой не видел, о чем искренне сейчас сожалел, иначе бы не согласился ни под каким предлогом. Ведь такого непрофессионального подхода к делу он еще не встречал. И даже если это была импровизация со стороны хозяина, она была настолько бездарной, что Джеджун бы поставил большой жирный дизлайк и отписался от канала, если бы был его подписчиком. Сначала было забавно, когда выяснилось, что у них обоих полушубки одного и того же бренда, приобретенные в одном и том же магазине. Дже с азартом подыграл Танаке, когда тот предложил обменяться шубками. Но потом началась такая несусветная чушь, что Джеджуну хотелось сбежать подальше. И перфекционист внутри Кима был возмущен до глубины души. В тесной комнатушке, громко названной студией, сначала его заставили продегустировать какой-то отвратительный коктейль («брррр»), потом петь в караоке, потом снова дегустировать алкоголь... и ни одного вопроса о планах Джеджуна, чем он сейчас занимается после прекращения 14-ти летнего контракта с агентством. Было такое ощущение, что гостем является сам Танака. Японец трещал без умолку: он задавал вопрос Джеджуну и тут же перебивал гостя, сам отвечая за него, словно они были неразлучными друзьями (но если судить по приготовленному для дегустации алкоголю — собутыльниками! Ни больше, ни меньше!) Джеджун открыл глаза и откинул плед. Спать не получалось. Мысли галопом перескакивали с одного неприятного момента на другой. Ким проверил время — до прибытия в Ханеда оставался еще час. Он опять закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Самое неприятное началось, когда Танака, как бы невзначай, стал касаться то бедра Кима, то руки, при этом он громким голосом нес ахинею и сам же над этим ржал. Джеджуну приходилось делать вид, что ему тоже смешно. Ведь весь процесс общения двух знаменитостей фиксировали три профессиональные камеры, а в прямом эфире их смотрели почти полтора миллиона человек, и цифра с каждой минутой увеличивалась. Опыт помогал ему выруливать из щекотливых ситуаций. Тем не менее, несмотря на всю свою выдержку, он все же шепнул пару раз на ушко хозяину, чтоб тот прекращал цирк. В общем, кое-как досидев до конца самого скучного в его в жизни эфира, но сохранив при этом лицо, Джеджун рванул домой. Его беспокоило то, что Юнхо ему не ответил, ни разу не перезвонил и даже не прислал сообщение. Дже позвонил Чону, как и обещал, сразу же, как закончился обед с японцем. Но Юнхо не принимал вызов. Внезапно Танака решил провести эфир немедленно и попросил Джеджуна выделить еще часик своего времени для этого, если возможно. В принципе, время было детским (всего лишь половина восьмого), планов на вечер у Дже не было, почему бы и нет? И Дже согласился. Вот так и случилось, что вновь позвонить Юнхо у него получилось только ближе к девяти часам вечера. К огромному удивлению Дже, с телефона Юно ему ответил незнакомый голос на японском языке. Принеся кучу извинений, голос объяснил, что он бармен, а этот телефон забыл клиент. Джеджун поинтересовался, был ли клиент один, когда ушел, и сколько он выпил. На что он получил ответ, что клиент был один и, видимо, чем-то очень сильно расстроен, потому что все время посылал к черту какого-то Зайку вместе с его объяснениями. Он выпил полторы бутылки чистого шотландского виски и, расплатившись, ушел минут двадцать назад, прихватив початую бутылку, но забыл свой телефон. В голове Джеджуна зазвучал набат после этого рассказа. Что-то решив, Ким попросил продиктовать адрес и название бара, а также часы его работы. Услышав адрес, Ким облегченно выдохнул — он пару раз посещал этот небольшой бар. Узнав, что заведение закроется в 5 утра, Джеджун заверил бармена, что подъедет через три часа и заберет девайс. Весь остаток пути до Токио Джеджун гадал, что могло случиться с Юно после их телефонного разговора. Конечно, бывало, что Чон обижался, если занятый делами Дже не мог с ним поговорить, но быстро отходил, когда Ким ему перезванивал. Но чтобы не отвечать на звонок, напиваться и посылать к черту… это было несвойственно Юнни. Обычно так делал сам Дже, если обижался на свою вторую половинку. «Хммм… Как будто я, как минимум, изменил Юнни, а как максимум — бросил его! — усмехнулся Джеджун. — Где теперь искать этого пьяного романтика? У него даже телефона нет с собой!» Была небольшая надежда, что Юнхо отправился в их дом, раз напивался он в баре неподалеку. «Скоро я это выясню», — складывая плед, подумал Ким.

***

Шатаясь из стороны в сторону, Юнхо плелся домой. Да, его тело штормило, но мозг работал, как часы. Он уже начал сомневаться, а был ли Джеджун в той машине? Может быть, ему показалось? Разве его Зая может быть таким коварным? Конечно же, нет! — Разве Джеджунни виноват, что он такой привлекательный, общительный, красивый и доверчивый? Если подумать, Зая никогда не давал мне поводов для ревности! Так почему же я, как дурак, чуть что начинаю его подозревать и злиться? Я ведь доверяю ему! Или нет? — размышлял вслух Чон, проходя мимо освещённого окна небольшого уютного кафе. — Потому что ты, Чон Юнхо, непроходимый тупица, идиот и собственник! — сделал заключение Юно и полез в карман куртки за телефоном, собираясь позвонить Зае и просить у него прощения. Телефона не было. Он остановился и стал ощупывать карманы брюк по очереди: сначала передние, потом задние, затем снова передние. Бумажник с кредитками и карточками был на месте, ключи тоже. Не было только телефона. Мужчина не мог вспомнить, куда же он дел свой девайс и, хлопая ресницами, ощупывал все карманы по второму кругу. Боковым зрением он заметил какое-то движение и повернулся к окну. Прямо напротив него, за столиком у окна, сидел Зая и кивал в ответ какому-то мужику, что-то говорящему Киму. Лицо мужика Чон не мог видеть, потому что тот сидел к нему спиной. Но зато его вытянутые через весь столик грабли, в которых он держал ладони Джеджуна, Юнхо видел очень четко. Алкогольные пары ударили в голову только было успокоившегося мужчины, его глаза налились кровью, а пальцы на автомате сжались в кулаки. Не теряя ни секунды, он со всей силы постучал по стеклу. Джеджун посмотрел в его сторону и равнодушно отвел взгляд, возвращая свое внимание левому мужику. Юнхо обалдел и опять стал стучаться в окно. Джеджун делал вид, что не замечает Юно, и продолжал улыбаться и кивать япошке. В этот момент к Чону подскочили охранники и попросили его не шуметь и не тревожить клиентов их заведения. Понимая, что ему не справиться с охраной, Юнхо решил отойти и дождаться, когда сладкая парочка выйдет на улицу. Он кивнул и опустил руку, бросая взгляд на Дже. И тут-то Чон остолбенел, а на его лбу выступила испарина. Джеджун смотрел прямо на него. Но что это был за взгляд? Безжизненный, пустой и равнодушный. В нем не было ни одной искорки или мысли. Зае не мог принадлежать такой взгляд. В глазах его любимого Джеджуна всегда было море эмоций, и по ним Юнхо читал Заю, как раскрытую книгу. Даже улыбка, которой этот неизвестный Юнхо Джеджун наградил его, прежде чем повернуться к мужику, была совсем не настоящая. От нее веяло холодом. А Зая всегда-всегда улыбался Юнхо искренне. И даже когда Юно косячил, Дже его непременно прощал и тепло улыбался. Нет-нет, этот человек не мог быть его Джеджуном. Обескураженный Чон, у которого земля поплыла под ногами, отвернулся от окна и побрел домой, что-то пьяно бормоча себе под нос. Джеджун подъехал к дому и облегченно выдохнул. Из всех окон лился свет, а значит Юнни был дома. Припарковавшись у ворот, мужчина подхватил свою сумку, телефон Юно и поспешно направился к входной двери. Нужно было приводить Чона в чувство и решить, что делать с этим прохвостом Танакой, который, как Дже выяснил 15 минут назад, и явился первоисточником потрясения Юночки.

***

— Офигеть! — присвистнул Юнхо, не веря глазам своим. — Ну привет, Соник! — разглядывая ярко светящийся огромный баннер на фасаде небоскрёба, воскликнул он. С рекламного щита на Чона призывно смотрел Джеджун! Вернее, не сам Джеджун, а его прекрасное изображение, созданное, судя по всему, Искусственным Интеллектом. Юно внимательно пригляделся к изображению на плакате, а потом посмотрел на Заю. Мужчина порывисто обнял своего любимку и заявил: — Не-а, никакие биороботы и в подметки не годятся нашему Джеджунни! Я, конечно, уважаю японцев, они много сырой рыбы едят и поэтому такие прогрессивные в плане технологий, но, согласись, по жизни они извращуги еще те, — Юнхо засмеялся, услышав тихое хихиканье Дже. — Потому что только извращенцы могли додуматься создать биоробота с твоим лицом, а другие извращенцы использовать его для эскорт услуг! И те, и эти, видимо, задались целью свести меня с ума, — процедил Чон и хитро прищурился. — Танака значит, говоришь? Джеджун совершенно случайно увидел этот баннер, когда ехал из аэропорта домой. Он остановил машину и с удивлением обнаружил, что какая-то компания выпустила экспериментальную партию биороботов Соник и предлагает всем желающим поучаствовать в тестировании с 50% скидкой на аренду робота. Нормальная для Японии ситуация смущала Кима одним неприятным для него нюансом: сам Дже не был в курсе, что у модели биоробота будет его лицо. Поэтому он тут же позвонил по номеру, указанному на плакате, и потребовал объяснений. Его попросили перезвонить начальству и дали другой номер телефона. Когда со второго номера ему ответил Танака, Джеджун даже не удивился. Таким образом, сложив два и два, Джеджун догадался, в чем кроется причина такого странного поведения Юнхо. И поэтому, ничего не объясняя Чону, он привёз его сюда.

***

— Акира-сан, сворачивай программу Соник-1 и запускай проект Соник-2, — нервно дергая глазом, приказал Танака заведующему лабораторией по производству биороботов. — Срочно замени все опробованные модели Соник-1 на Соник-2. Срочно! Всё, действуй. Теперь, Мияги-сан, — обратился он к директору пиар отдела, — на всех баннерах, флаерах, буклетах и прочих надо заменить лицо Ким Джеджуна на лицо Чан Гынсока. — Но, шеф, не лучше ли использовать лицо отечественной знаменитости? Например, Ямашиты Томохисы или Мэтта? Последний, кстати, и без ИИ после пластики лица выглядит как робот. — Правда, что ли? — задумался Танака. — Ну, хорошо, пока работаем над проектом Соник-2 и заранее готовимся к запуску программы Соник-3 с Мэттом. Все свободны. Работаем, работаем. Танака отключил видеосвязь и, наполнив большой стакан соджу, принял на грудь для храбрости. Шумно выдохнув, он взял в руки телефон и набрал номер Джеджуна. — Юнни, мне позвонил Танака и сообщил, что свернул программу производства биороботов с моим лицом! — радостно возвестил того Зая, плюхаясь на диван рядом с любимым. — Ну и хорошо, — печатая что-то на ноуте, ответил Юнхо. — Испугался, поганец, что по судам затаскаем, — злорадно усмехнулся он, продолжая стучать по клавишам. — Кстати, а ты знаешь, как расшифровывается имя биоробота с моим лицом? — поинтересовался Ким и продолжил, когда Юно отрицательно мотнул головой. — Самый Обаятельный Няшка и Красавчик — Соник, ха-ха, надо же такое придумать! — Джеджун придвинулся к Юнхо и заглянул в ноут. Сначала он не мог понять, а потом кааак понял и захохотал, стуча рукой по ноге. Юнхо строчил комментарии к видео со вчерашнего стрима Танаки и Дже. «Что это за неандерталец💩, рядом с прекрасным ♡Ким Джеджуном?» «Фууу! Шубу в топку: Р» «Чо? Кто сказал, что между ними происходит химия? Чувак, глаза разуй 👀 Химия происходит только между ♡ЮнДже♡» «Сразу видно, что Джеджуну-ши скучно и неинтересно, но он слишком хорошо воспитан, чтобы послать неандертальца лесом. Саранхэ, Джеджун-оппа♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡» «Танака-сан, а это точно Джеджун-сан? Уверены, что это не Соник-сан?» — написал Юно на японском, ухмыляясь. — Вот гаденыш, он меня заблокировал! — ругнулся Чон, откладывая ноут на журнальный столик. — Зая, ну хватит ржать? Джеджун согнулся пополам и издавал нечленораздельные звуки. — Да хорош уже, Зая, — пытался угомонить развеселившегося Кима Юно. — Мне охота придушить этого прохиндея. Знаешь, сколько я нервов потерял из-за его экспериментальной игрушки? Я же думал, что сошел с ума, когда этот Соник посмотрел прямо мне в глаза! Если бы ты не приехал и не объяснил мне все наглядно, я не знаю, что осталось бы от меня к утру. Джеджун перестал смеяться и выпрямился. Юно притянул его к себе и обнял. — Ты снова, в который раз, спас меня от безумия. Клянусь, никогда больше не усомнюсь в тебе, любимый. Джеджун хотел что-то ответить, но Юнхо обхватил своими ладонями лицо Кима и, глядя ему в глаза, очень тихо произнес: — Спасибо за то, что любишь меня таким, какой я есть. У Джеджуна ком в горле встал от этой искренности. Он не знал, что сказать, да и нужны ли слова в этот момент? Джеджун просто потянулся губами к губам Юнхо и поцеловал этого несносного, но такого любимого Чона!

***

— Кстати, Зая, а что там за предложение, от которого я не смогу отказаться? — рисуя узоры на спине засыпающего Дже, вопросил Чон. Джеджун улыбнулся и прошептал: — Спи, Чон Юнхо, все рабочие вопросы решим завтра, когда вернемся в Корею. — Не понял, Зая, какие-какие? Рабочие? Джеджун приложил указательный палец ко рту Чона, а потом примостил удобнее голову на плече Юнхо, обнял его и засопел. Чон тоже закрыл глаза и улыбнулся. Завтра он обязательно скажет «да», ведь Джеджун, создавая свое агентство, хотел воплотить мечту Юнхо и соединить разорванные когда-то нити, собрав всех пятерых Богов Востока вместе.