Сохрани звезды в своих глазах

Сяо удивился, когда обнаружил знакомую фигуру на балконе постоялого двора «Ваншу». Высокий мужчина, казалось, чего-то ждал, одетый в наряд выцветших коричневых и желтых цветов, отчетливо контрастирующих с яркими красками лета в виде растущих вокруг перил красочных цветов и зелени, светящихся под лунным светом. Он, словно размышляя о чем-то, смотрел на висящую высоко над их головами полную луну. Только что вернувшийся с ночного патрулирования Сяо никак не ожидал увидеть Архонта — точнее, бывшего Архонта — Гео и контрактов в столь поздний час. Слегка растерявшись, он остановился позади него и замер. Неужели это из-за произошедшего в Разломе? — сразу подумал Сяо, и в ту же секунду в голове пронеслось множество слов — все о том, как объяснить случившееся во время поисков Босациуса. Каждые заканчивались извинениями. Как-никак именно он попросил и настоял на спуске в Разлом — путешествие, которое Властелин Камня поначалу пытался предотвратить. Сяо отправился в него, но в итоге подвергся опасности, и его пришлось спасать, чем он явно доставил неприятности. И хотя Путешественница сказала, что он не обременяет ее, Сяо все равно чувствовал себя немного- — Ты наконец-то вернулся, Сяо, — обернувшись, Чжун Ли одарил его легкой улыбкой. Сяо тотчас вынырнул из своих мыслей и по привычке поклонился. — Властелин Камня, — поприветствовал он. — Насчет Разлома- — Не кланяйся, я больше не твой Архонт, — любезно сказал Чжун Ли, и от этого напоминания Сяо выпрямился. — И я пришел не из-за Разлома, не волнуйся. Если переживаешь из-за того, что я только для твоего спасения спустился туда, то не стоит. Ты хорошо справился. Если бы тебя там не было, Путешественница и ее друзья не выбрались бы. Мгновение тишины. — О, — в итоге осознав его слова, Сяо моргнул. Недолго посомневавшись, он поинтересовался: — Тогда, если позволите, я спрошу, зачем вы здесь? — Выполняю просьбу, — Чжун Ли снова улыбнулся, на сей раз за улыбкой что-то скрывалось. Ничего зловещего, просто… Сяо не мог подобрать подходящего слова. — Через несколько дней у этого пьяницы день рождения, и мы собрались отпраздновать его на горе Аоцзан. Пьяницы? Сяо пришлось несколько раз прокрутить слово в голове, прежде чем он понял, что речь об Архонте Мондштадта, Барбатосе. — Мы хотим пригласить тебя на вечеринку — вернее, Венти хочет, да и я не против. Тебе решать, приходить или нет, Сяо, — продолжил Чжун Ли. — Лорд Барбатос хочет пригласить… меня? — полушепотом произнес Сяо, не упуская то, как чуть не запнулся о свои слова, как сердце необъяснимо ускорилось, а грудь заныла от внезапной вспышки удивления и удушья. Он не пребывал в полном неведении относительно своих чувств… скорее, отказывался их признавать. Барбатос, точнее, Венти был из другого мира, сколько бы раз тот ни утверждал обратное. Он знал, что этому не будет конца, ведь Венти никогда не посмотрит на него в подобном ключе, так что даже не надеялся и не хотел. К тому же это отвлекало от обязанностей и жизни, поэтому он разумно решил не обращать внимания. Он все еще был твердо убежден, что ему ни к чему подобные чувства. Такой период, — все время говорил он себе. Неконтролируемая влюбленность, основанная исключительно на том, что Анемо Архонт спас его в ту лунную ночь. А также много ночей после в безопасности и уюте чайника безмятежности. Правда, Сяо никогда не мог их вспомнить, ну, не совсем. Все, что он мог припомнить из тех мучительных и наполненных кармой ночей — это чистый звук флейты, пробивающийся сквозь боль, резонирующий с сердцем и костями, проникающий в жилы и приносящий недолгое облегчение. Он помнил, что после того, как временно освобождался от связывающей его кармы, после того, как флейта переставала играть, руку мягко сжимали. В те моменты оставалась лишь успокаивающая тишина, взгляд нежных зеленых глаз, улыбающихся ему и наблюдающих за ним, а когда он засыпал, его отпускали, перед этим убедившись, что он не страдает. — Ну так, хочешь пойти? — голос Властелина Камня вернул его к реальности. Должно быть, Сяо надолго ушел в свои мысли, ибо мужчина, похоже, подумал, что он не решается согласиться. — Гань Юй и остальные адепты тоже будут присутствовать, так что можешь не беспокоиться. И- — Я пойду, — ответил Сяо, как ему показалось, слишком резко. Уже собиравшийся изложить все причины, по которым ему следует прийти на праздник, Чжун Ли захлопнул рот, уголки его губ приподнялись в понимающей улыбке. — Приятно это слышать, Сяо. Уверен, Венти будет рад узнать, что ты придешь. *** Пока вприпрыжку шел по ведущей к долине Ветров небольшой грунтовой дорожке, Венти напевал, а в руках вращался листочек — вернее, кружился в созданном им над ладонью маленьком ветряном потоке. Достигнув статуи семи Архонтов, он запрыгнул на одну из каменных платформ прямо под деревом и, удобно устроившись на краю, свесил ноги. Свободной рукой призвал лиру и, стоило почувствовать между пальцев ее вес, слегка улыбнулся. Уронив листочек, он поднес к струнам ладонь, на ходу поглаживая их. Губы уже напевали другую мелодию, которую он и хотел сыграть. Однако как только Венти собрался взять первую ноту, с камня внизу донесся слабый звук, заставивший его остановиться. Он сразу же понял, что это входящее сообщение от Гео Архонта, и стал ждать. В сознании вспыхнуло короткое послание. Маленькая улыбка увеличилась и достигла глаз. *** Сяо начал жалеть о своем решении. На первых порах он думал, что это будет не так уж и сложно. Теоретически, все, что ему нужно было сделать — это прийти, поесть с ними, провести какое-то время с Венти и уйти. Однако по мере того, как проходили дни, его нервозность усиливалась. Он пытался убедить себя, что не из-за чего нервничать. Это будет не первое их общение. Он изредка разговаривал с ним, когда рядом был Властелин Камня, и находил его веселый и задорный нрав раздражающим и в то же время очаровательным. Несмотря на то, что преимущественно они общались, когда Сяо бредил от боли, он не думал, что на этой вечеринке в честь дня рождения все пройдет очень плохо. Верно? Стоять, где это я? Он не осознавал этого, но пока мозг был погружен в бесконечные иррациональные заботы, проделал весь путь от склона Уван до деревни Цинцэ. Деревянный дощатый пол под ногами и возвышающийся над ним деревянный вход в деревню были тому подтверждением. Прошло уже несколько дней с тех пор, как он согласился на приглашение Властелина Камня и Барбатоса, и с того момента в его голове крутились только мысли о дне рождения Венти. Ты отвлекаешься, — укорял он себя, тем не менее это не остановило продолжающие бушевать думы. Он хотел отправиться на склон Уван, где сильнее всего свирепствовали монстры, чтобы очистить местность и, возможно, с помощью боя свой разум. На какое-то время это, конечно, помогло, но когда за горизонтом забрезжил рассвет, он почувствовал, что карма накапливается, и ему пришлось остановиться. Он уговорил себя вместо это прогуляться или пробежаться, правда, в итоге так потерялся в своих мыслях, что неосознанно направился в район, где было полно людей. Что ты делаешь, Сяо? Он сдержал желание несколько раз ударить себя по лбу и, планируя избежать местных жителей и вернуться на постоялый двор «Ваншу», сразу же отошел от входа. Однако прежде чем успел это сделать, мимо прошли две женщины средних лет. — Нам действительно нужно собирать заоблачные перчики? — пожаловалась одна из них. Обе, судя по всему, не замечали стоящего в нескольких метрах от них Сяо. — Да! А Бао любит их, у него день рождения, поэтому блюда должны ему нравиться! Считай это подарком, — ответила вторая, и они скрылись за деревьями, а вскоре их голоса унес ветер. Хоть Сяо и почти ничего не слышал из их разговора, к нему все же медленно пришло осознание. Подарок..? Нужно сделать подарок лорду Барбатосу! Как он мог забыть? У него день рождения, он должен что-то подарить ему. Но что? Сяо никогда не любил дарить подарки. Когда он в последний раз кому-то что-то дарил? Вероятность этого равнялась нулю. Как вообще дарить подарки? Что ему нужно учесть? Наверное, он может понаблюдать за тем, как смертные дарят подарки, но к тому времени, как закончит свое исследование, уже наступит день рождения Венти. А он являлся Архонтом, а не человеком. Предпочтения смертных в подарках могут не подойти богу. Сяо рассудил, что ничего не придумает, если продолжит стоять у деревни Цинцэ, так что решил отправиться обратно, а еще одно беспокойство добавилось к куче уже имеющихся. *** — Подарок? — тон голоса Гань Юй был удивленным. Сяо не мог ее за это винить. — Ты хочешь сделать кому-то подарок? — Да, — более сухо, чем собирался, ответил Сяо. Впрочем, Гань Юй только еще ярче улыбнулась, и он увидел за широкой улыбкой редкое озорство. — Не могу поверить, наш Сяо наконец-то дарит подарки! Он для кого-то, кто тебе нравится, поэтому ты пришел ко мне за советом? — она протянула руку и ласково взъерошила ему волосы, от чего Сяо быстро увернулся. — И кто же этот удивительный человек, заставивший тебя обратить на него внимание? Сяо чуть не поперхнулся чаем, кровь прилила к щекам, а сердце сбилось с ритма и заколотилось. Он уже начал жалеть, что вообще попросил о помощи. Сяо попытался самостоятельно придумать хороший подарок для Венти, однако ни одна из идей не подходила. Что бы Барбатос хотел получить на день рождения? Он не имел ни малейшего представления. В конце концов ему пришлось обратиться за помощью к Гань Юй. Он не хотел опять беспокоить Властелина Камня, как и не хотел общаться со смертными и рисковать тем, что его карма повлияет на их хрупкое здоровье и организм. — О-Он не для того, кто мне нравится, — Сяо покачал головой, полуправда с запинкой вылетела изо рта. Сидя тут с розовым от смущения лицом и полной сожаления головой, он убеждал себя, что технически не лжет. Он сделает подарок для Барбатоса из-за дня его рождения, а не потому, что он, как подразумевала Гань Юй, ему нравится. И да благословят Архонты ее добрую душу, Гань Юй лишь приподняла бровь и с понимающей улыбкой кивнула. — Как скажешь. Так с чем именно нужна помощь? — Я просто… — Сяо пожал плечами. — …не знаю, с чего начать. Что мне ему подарить? — Хм… сложновато, поскольку я понятия не имею, о ком ты говоришь, но, может, подумаешь о том, что ему нравится. Подарок, связанный с чем-то, что нравится получателю — залог того, что он придет в восторг! Что ему нравится? Сяо не был уверен, что нравится Архонту. Да, они общались, но недостаточно, чтобы он узнал его предпочтения. Ему было известно только то, что он бог ветра и Мондштадта и часто играет музыку на лире и флейте. Любит вино, но Сяо полагал, что не стоит дарить ему алкоголь, ибо Властелин Камня не одобрит, да и Барбатос может достать его где угодно. — Для кого подарок? Если бы я знала получателя и по какому случаю, возможно, смогла бы дать больше советов? — продолжила Гань Юй. — Для лорда Барбатоса. На день его рождения. — Ох! — осознание вспыхнуло на ее лице, затем она виновато улыбнулась. — Я не очень хорошо знакома с ним, прости. Точно не так хорошо, как ты. Сама я планирую подарить букет цветов. Признаю, не самый лучший подарок на день рождения, — Гань Юй немного смущенно посмеялась. — И все же я не знаю, что еще ему можно подарить. Мне известно только, что он любит сесилии, о чем я вскользь слышала от Властелина Камня. Но у нас в Ли Юэ их нет, поэтому я заменю их на цинсинь. Так или иначе они кажутся самым близким вариантом. Сесилии? Цинсинь? Музыка? Он пытался собрать все воедино, и в глубине сознания всплыла идея, хотя он немного сомневался, что из этого выйдет лучший подарок. — Не переживай так сильно, Сяо, — прочитав противоречивые чувства на лице Сяо, успокоила его Гань Юй. — Пока он исходит от сердца, любой подарок станет для него лучшим. Сяо прокрутил эти слова в голове, вздохнул и кивнул. *** По крошечному жилищу Сяо разнесся тихий глухой стук, когда бамбук, над которым он последний час работал, был брошен на пол и в итоге закатился в угол. Ему не стоило даже думать сделать Венти флейту с цветочным рисунком. Его руки предназначались для сражений и убийств, их испещряли раны и кровоподтеки — они не годились для создания произведений искусства и музыки. Тем не менее он был уже на полпути, так близко к успеху после всех неудачных творений, которые снова и снова пытался сделать. Если бы он сдался, у него не было бы подарка, а от этого все его усилия стали бы бесполезными. Встав с места, он поднял недоделанную флейту и вернулся к работе. *** Когда Сяо прибыл на гору Аоцзан, банкет по случаю дня рождения был уже накрыт и готов принять звезду вечера. Еды было много, и она до краев заполнила круглый стол, так что едва хватало места для всех столовых приборов. Возле каждой тарелки стояли винные бокалы, а под столом бутылки дорогого османтусового вина Чжун Ли, окруженные желтым щитом, чтобы не разбились. Или, может, чтобы Венти не выпил их все еще до того, как они приступят к трапезе. Все были заняты последними приготовлениями. Хранитель Облаков суетилась над едой и следила, дабы все было идеально, при этом споря с Владыкой Лун, заявляя: — Да, нефритовые мешочки нужно заменить, в них не хватает ингредиента! На что Владыка Лун кричал в ответ: — Нет, я не менее пяти раз проверил рецепт, он точно правильный! Гань Юй, по-видимому, переставляла тарелки, во время перепалки сдвинутые Хранителем Облаков и Владыкой Лун. А Творец Гор изо всех сил старался успокоить этих двоих, правда, безуспешно. Властелина Камня, на удивление, нигде не было видно. Видя, что ему тут абсолютно нечего делать, Сяо проскочил мимо троицы и, присев на один из каменных табуретов, стал ждать. Он бросил быстрый взгляд на свой пояс, чтобы убедиться, что подарок Венти по-прежнему крепко пристегнут к телу. Бамбуковая флейта оказалась на месте, изящно нарисованные на ее коричневом корпусе сесилия и цинсинь сияли под пробивающимся сквозь листву над головой светом. Он от облечения вздохнул. — Сяо, — позвал знакомый голос, и, обернувшись, он встретился взглядом со своим Арх- бывшим Архонтом, выглядящим слегка раздраженным. Впрочем, раздражение, похоже, было направлено не на него. — Прости, что беспокою, но не мог бы ты забрать пьяницу с Тростниковых островов? Боюсь, он потерялся, учитывая, как долго не посещал Ли Юэ, неудивительно, и он попросил тебя помочь, — Чжун Ли воздохнул. — Конкретно тебя, — после паузы добавил он. Рот Сяо на мгновение приоткрылся, а голову заполнило смятение. Почему меня? — хотел спросить он, но вместо этого ответил: — Да, конечно, без проблем. Встав с табурета, он сразу же направился на Тростниковые острова, исчезая в бирюзово-черной вспышке и позволяя свои силам со скоростью света нести его к Венти. *** — Сяоооооооо! — услышал он знакомый зов своего имени, стоило дымке сил рассеяться в воздухе. Теперь он находился в долине островов, ног касалась влажная трава, что свидетельствовало о недавнем дожде. Он повернулся в сторону голоса, и прямо позади оказался Анемо Архонт Мондштадта с ослепительной улыбкой на лице, с развевающимся ветром, словно махая Сяо, зеленым плащом на плечах. Он быстро поправил берет, затем убрал лиру и в знак приветствия поднял руку. — Сколько лет, сколько зим! Как поживаешь? — улыбаясь, он подскочил к Сяо, и тот почувствовал, как лицевые мышцы растягивают губы в маленькой улыбке. С трудом подавив этот порыв, он опустил уголки губ. — Нормально, лорд Барбатос, — ответил он, но как только закончил предложение, губы Барбатоса тут же надулись. — Зови меня Венти, Венти, Венти! Мне казалось, я уже говорил, что не нужно быть со мной таким вежливым, — заныл он. — Иначе возникает чувство, будто мы совсем не знакомы. А это, знаешь ли, ошибочно! Учитывая, сколько раз общались, мы уже должны были стать друзьями, нет? Общались в смысле он спасал меня, — прошептала часть Сяо, однако он после миллисекундного колебания кивнул. — Венти, — попробовал он. — Вот это мне нравится! — его улыбка вернулась. — Как в последнее время обстоят дела с твоей кармой? Надеюсь, не слишком плохо, — легкое беспокойство было заметно на его лице, пока он с ног до головы внимательно осматривал адепта. Сяо прекрасно понимал, о чем спрашивает Венти. Тебе нужна моя помощь? — Нет. Лекарства, которое Властелин Камня регулярно дает мне, хватает, — ответил он, как бы говоря: я в порядке, пожалуйста, больше не беспокойся обо мне. — Ах… но ведь лекарства не должны быть приятными, да? Музыка точно гораздо приятнее! — Позволь мне помочь! Глаза Венти были полны ожидания и надежды, и Сяо никак не мог понять, почему. Этот разговор велся уже сотни раз и всегда заканчивался одинаково. Сяо до последнего отказывался, а Венти в конце концов сдавался, но потом в какой-то момент карма Сяо переполнялась, и у Венти не оставалось выбора, кроме как прийти ему на помощь. Сяо никогда не хотелось обременять Венти постоянным спасением его от лап неизбежной смерти — и он говорил ему об этом — хотя Архонт ни за что бы не остался в стороне. И сокровенная эгоистичная часть Сяо… была счастлива, что он не покидал его жизнь. — Но-, — хотел было запротестовать Сяо, однако сегодня разговор пошел немного по-другому. — Сегодня мой день рождения, ну же, исполни мое желание. Позволь хотя бы один раз сыграть тебе в обычный день! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста? — большие аквамариновые глаза Венти не дали Сяо вновь отказать ему в просьбе. — Я-, — он открыл рот, не зная, продолжать ли отказываться или уступить, только вот не успел закончить предложение, как его опять перебили — на сей раз не Венти. Вдалеке раздался пронзительный крик — крик, доносившийся от постоялого двора «Ваншу». Места, которое он мог назвать домом. Его ноги инстинктивно развернулись в ту сторону, и на мгновение он подумал бросить Венти, дабы проверить, что там, но ноги удерживали его на месте, пока он искал глазами лицо Архонта. Оставить его в такой глуши было бы невежливо, и, насколько он знал, это могла оказаться ложная тревога. В ту же секунду, как только второй крик пронзил воздух, на лице Венти возникло серьезное выражение, все улыбки и веселье исчезли. Сяо точно знал, что они собираются делать дальше. Оба бросились к источнику звука. По мере приближения крики становились все отчетливее — к счастью, все они походили на вопли ужаса, а не боли. Когда они достигли постоялого двора «Ваншу» и показалась деревянная платформа на первом этаже, увидели беснующих под лестницей монстров — пеструю смесь из хиличурлов, магов бездны и попрыгуний. На лицах посетителей двора был написан страх, и они, тесно прижимаясь друг к другу и истошно вопя, карабкались по лестнице вверх. При обычных обстоятельствах Сяо бы избежал людей, чтобы не повлиять на них своей кармой. Но сейчас был не тот случай. Он снял со спины нефритовое копье и, подталкивая медлительных смертных к верхним платформам, бросился вперед. — Отойдите, не приближайтесь! — крикнул он, и все, разинув от шока и ужаса рты, попятились назад, видя, как на лице Сяо появляется маска. Он наносил удары, пинки, вонзал острый конец копья в сердце каждого монстра, наблюдая, как из их тел вытекает и брызжет черная кровь, прежде чем они исчезают. Кто-то позади него испуганно захныкал — он знал, что приводит людей в ужас своей жестокостью, но у него не было выбора. Как-никак в его обязанности не входило объяснение смертным того, что это необходимо для их безопасности и при убийствах кровь неизбежна. Его работа — бесконечно убивать. Пока сражался, он понял, что монстры устраняются быстрее обычного. Как только осознание пришло в голову, мимо уха просвистела стрела и угодила в грудь хиличурла прямо перед ним. Сяо перевел глаза на Венти и увидел решимость с проблеском опасности в его остром взгляде. Он поднял лук и, натягивая тетиву и прицеливаясь, материализовал Анемо стрелу. В эту короткую секунду Сяо не мог не заметить, как угасающий свет заходящего солнца идеально падает на его лицо, подчеркивая то, как он сосредоточен, как перед каждым выстрелом делает крошечный неосознанный вдох. Он понял, что никогда ранее не видел первого Архонта в бою. Теперь же, увидев… пришел к выводу. Он был неземным. К сожалению, его мысли не могли задерживаться на Венти. Он вернулся к хаосу, продолжив бесконечные убийства, а Венти сражался рядом с ним. Окружающая его дымка становилась все плотнее и плотнее, в то время как он непрерывно отнимал жизни, а темный туман клубился вокруг конечностей и тела, угрожая поймать его в ловушку, затянуть и задушить. Причинить боль. Однако Сяо был погружен в битву и не мог остановиться, пока она не закончится. Не то чтобы не хотел. Он не мог, пока не погибнет последний монстр, ведь на кону все еще стояли жизни людей. Копье с противным хлюпающим звуком вонзилось в последнюю попрыгнунью, и, распадаясь на части, она упала на землю. Адреналин от боя быстро покидал тело. Прошло так много времени с тех пор, как он одновременно сражался с таким количеством монстров, и после Разлома он еще не вернулся в норму. Когда сознание прояснилось, он понял, что края зрения поглощает дымка, карма распространяется и атакует его в наиболее уязвимый момент. Тогда же почувствовал, как тяжелые цепи сковывают его удушающими страданиями, острой, невыносимой болью, усиливающимися в голове безжалостными криками- Мягкое прикосновение, легче перышка, к плечу ненадолго вырвало его из глубин боли. Он поднял взгляд и заметил сильное беспокойство в нефритовых глазах, глазах, которые видели все и вся на лице внешне молодого юноши. — Венти, — неосознанно склоняясь к прикосновению в погоне за теплом, и чтобы удержать понемногу ускользающее облегчение боли, выдохнул он. — Вытащи меня отсюда. Пожалуйста. Люди не- Не успел Сяо закончить фразу, как руки подхватили его и понесли на запад. Крепко удерживаемый Венти, он свободно висел в воздухе и пытался найти успокоение в проносящемся мимо ветре, ласкающем кожу и взъерошивающем волосы. Немногим погодя он погрузился в спокойное, но мучительное забвение. *** Нежная нота проскользнула в пустое, лишенное сновидений состояние Сяо, витая вокруг, пока не коснулась звена кармы и не разорвала его. Сяо слышал это. Чувствовал. За ним последовало следующее звено, а потом еще одно. Каждая строчка мелодии вплеталась между удерживающими его цепями, разрезая их, как нож мягкое масло, и медленно освобождая его. Как спасаемый утопающий, он изо всех сил пытался всплыть на поверхность, пробиться сквозь глубины кармы, боли и забвения, чтобы достичь реальности наверху. Получить больше музыки, прикоснуться к мелодии, найти единственного способного сделать это для него человека. Наконец-то он смог поднять тяжелые веки, и глаза сразу же отыскали исполнителя песни. Венти сидел на краю утеса, его пальцы искусно летали над отверстиями флейты, пока он, покачиваясь под выдуваемую мелодию, играл, а ветер в такт кружил его косички в воздухе. А Сяо просто сидел, ощущая на лице успокаивающий прохладный ветерок и с благоговением глядя на расположившегося всего в нескольких шагах от него Архонта, на то, как луна отбрасывает нежное сияние на его кожу — стоп, луна? Он помнил, что перед потерей сознания стояли сумерки, а сейчас была уже совсем ночь… как долго Венти облегчал его боль? К тому же сегодня день его рождения, и в данный момент Сяо отнимает у него время и силы, а ожидающие его на банкете адепты, должно быть, недоумевают, где они. Им нужно вернуться. Сяо хотел было подняться на ноги, но предательское тело оказалось слишком слабым, и он упал обратно на траву. Венти, видимо, услышал это, ибо флейта перестала играть, а сам он обернулся. — Сяо, ты очнулся! — Венти быстро подошел, правда, из-за полумрака Сяо не смог уловить выражение его лица. Часть его боялась, что он раздражен, хотя это совсем не походило на Венти. — Прости, — это первое, что вылетело изо рта Сяо. Он сглотнул. — Я опять создал тебе проблемы. Еще и в твой день рождения. Я- — Прекрати, — прижав указательный палец к его губам, отрезал Венти. — Мне нравится играть тебе. Всегда нравилось. Помогать тебе, даже в мой день рождения, всегда радует меня, Сяо, — но и после этих слов вина в глазах Сяо не исчезла. Венти хотелось одновременно и рассмеяться, и вздохнуть. Ему не хотелось, чтобы Сяо так относился к его постоянной помощи с кармой, ведь он делал это, потому что хотел. Ему хотелось чаще видеть его, но настойчивое желание Сяо не впутывать его в свои проблемы усложняло задачу. Впрочем, с другой стороны, то, что Сяо можно легко прочитать как открытую книгу, было… мило. — Идем, я тебе кое-что покажу, — Венти при этой мысли улыбнулся и, встав, протянул Сяо ладонь. — Разве нам не нужно возвращаться? — Сяо колебался. — Да брось, этот тупица и его друзья могут подождать. У нас еще вся ночь впереди, чтобы отпраздновать! — он схватил Сяо за руку и поднял его, а затем повел к краю обрыва, дабы сесть там. — Смотри. Красиво, не правда ли? — тихо спросил Венти, после чего взглянул на лицо Сяо, смотрящего на бескрайнее чистейшее море внизу, на окруженную бледно-желтым песчаным пляжем скалистую местность, на звезды и луну в небесах, и все это с осознанием красоты в золоте его глаз. — Где… мы? — шепотом, чтобы не нарушить мирную обстановку, спросил Сяо. — Утес Звездолова, Мондштадт, — Венти хихикнул, когда глаза Сяо, стоило ему узнать, в каком регионе находится, от шока еще сильнее расширились. — Монд-? — Тсс. Просто наслаждайся видом. И звездами. Его золотые глаза смягчились, и он, неохотно повернувшись обратно к небу, увидел, как яркие маленькие пятнышки света мерцают в темноте под песню проносящегося мимо их ушей ветра. Венти тоже взглянул наверх, однако заметил не звезды, а кое-что другое. — Погоди. А это случайно не наши созвездия? — он указал пальцем на звезды и невидимыми линиями соединил их в мальчика с лирой и птицу. — Бог песен и Златокрылая птица. Наблюдая, как теперь звезды выстраиваются в две фигуры, Сяо прищурился на небо. — Ты знаешь мое созвездие? — Конечно! Правда, скорее всего, не знаю всей истории, кроющейся за ним. Не хочешь рассказать? — Венти улыбнулся Сяо, который открыл рот и тут же закрыл, словно не зная, что сказать. Он не умел рассказывать истории. Особенно о себе самом. Тем не менее, стоило Венти спросить, он начал, сперва неуверенно, но под спокойным и ободряющим взглядом Венти продолжил, и слова, складываясь в рассказ о давнем прошлом, стали выходить легче. Когда он закончил, понял, что Венти все это время смотрел на него, и хотя его глаза казались пустыми, Сяо видел, что он погрузился в историю. Он не осознавал, насколько они близки, что их руки слегка соприкасаются, ноги сталкиваются друг с другом, пока они то и дело покачивают ими с края утеса. На таком близком расстоянии он мог разглядеть смешанную с вековой мудростью наивную нежность на его лице, еще более божественном под мягким лунным светом. Он очень красивый. Сразу после этой мысли он увидел, как Венти, выходя из ступора, моргнул, а его щеки зарделись. На Сяо внезапно обрушилось осознание. Он сказал это вслух. На этот раз тем, кто неистово покраснел, стал Сяо, несмотря на прохладную ветреную ночь, почувствовавший, как жар щиплет щеки. Он принялся искать, что бы еще сказать или сделать, чтобы отвлечься, а потом вспомнил о своем подарке на день рождения Венти. — У меня, эм, есть для тебя подарок. Он потянулся к пристегнутой к поясу флейте, но ничего не нащупал, когда попытался ухватиться за основание. Смятение и паника охватили его, и он в поисках флейты опустил взгляд, но там оказалась лишь половина инструмента. Должно быть, сломался во время боя. — Что случилось? — раздался голос Венти. Без слов вытащив поломанный инструмент, Сяо продемонстрировал ему остатки флейты. Разочарование захлестнуло его, когда он пробежался пальцами по обломанному острому краю. Он так много работал над этим подарком, а теперь он испорчен. Вот так просто. Лишь потому, что он не подумал на время боя оставить его в безопасном месте или хотя бы попробовать как-то уберечь. — Это твой подарок мне? — спросил Венти, и часть Сяо забеспокоилась, что он тоже разочарован. Венти протянул руку и дотронулся до флейты, но вместо того, чтобы коснуться обломанного конца, погладил изображение сесилии и цинсинь, прослеживая тонкие линии и белую краску. — Это ты нарисовал? — в голосе Венти слышалось благоговение, а не разочарование, как Сяо ожидал. Он даже ничего не сказал о поломке. — …Да, — кивнул Сяо и отпустил флейту, когда Венти аккуратно забрал ее из его рук. Он не мог понять, почему тот обращается с ней, как с сокровищем, хотя она была испорчена и больше не могла исполнять прекрасные мелодии. — Прости за сломанную флейту. Я сделаю для тебя другую- — Нет! Эта и так совершенна. Произведение искусства! Я и не подозревал, что ты умеешь так хорошо рисовать! — восхищаясь сложными деталями, которые никогда бы не смог передать, даже если бы попытался, воскликнул Венти. — Мне следует подарить тебе другой подарок, — с виной в голосе настаивал Сяо. Словно задумавшись, Венти на какое-то время замолчал, и Сяо вскинул бровь. Но прежде чем успел спросить, что у него на уме, вздохнув, Венти прошептал: — Если настаиваешь, — он вскочил, преодолевая разделяющее их небольшое расстояние. — Что-, — нечто мягкое и теплое коснулось губ Сяо, и запах сесилий окутал все его существо, манящий и освежающий. Он хотел попробовать больше вкуса Венти, однако тот отстранился, а на его лице возникла яркая улыбка с ноткой нервозности. — Я приму это за подарок на мой день рождения, — ухмыльнулся он, подмигнув застывшему на месте Сяо, щеки которого залил ярко-красный румянец. В его голове стоял лишь гул, ибо все шестеренки уже давно с визгом остановились. Барбатос, он- Святые Архонты. И, возможно, его мозг дал сбой, поскольку он, словно в трансе, медленно поднял руку и потянулся к лицу Венти. Подавшись к нему, он захватил его губы своими в поцелуй. А потом отпрянул назад и наблюдал, как тот же жар вспыхивает на щеках Венти, его глаза в приятном потрясении расширяются, а в искрящейся зелени отражаются звезды. — С днем рождения, Венти. . . . (После этого они вернулись на гору Аоцзан, причем барда практически переполняло счастье, а адепт от смущения был полностью красным. — Что случилось? Где вы оба были? — подняв брови, спросил Чжун Ли. — Да так, отвлеклись немного, ничего особенного, — пожал плечами Венти. Всю оставшуюся ночь они весело праздновали его день рождения).