Пожиная проблемы мы будем вознаграждены

"Собеседование" шло куда дольше чем Роджер мог ожидать. Оказывается Джейдан был неплохим мужиком, хотя со своими странностями. Механик почти не сомневался что отлично сработается со Стэнфордом, т.к Роджер показался ему приятным человеком, хотя иногда достаточно резко мог реагировать на самые безобидные вещи. Больше всего пожалуй в Роджере механика привлекла страсть к мотоциклам. Когда Стэнфорд невзначай спросил о байке стоящем у одной из стен, у двух мужчин завязался разговор о мото-транспорте, и ввыяснилось что у них одинаковая страсть к байкам. Обстановка была лёгкой, непринужденной. Запах табака, алкоголя и благовоний (которые оказывается стояли на одной из высоких полок), уже казался не таким непривычным, а вскоре обещал стать чем-то родным, просто потому что обстановка сама располагала к себе. Роджер не мог поверить насколько ему сейчас повезло, насколько вся ситуация буквально подстраивается под него, и насколько все идет хорошо. Стэнфорд был безумно рад, сколько и насторожен при этом - он был приверженцем рассуждения что не может быть все настолько хорошо без какой-либо зацепки. Этой зацепкой был Ник, что вообще не был расположен к Роджеру никаким боком. Все что он делал было для его дочери. Понимая насколько она счастлива, он просто не мог сделать по другому. Ник понимал что теперь у него больше власти и контроля над ситуацией, поэтому он уже не был настолько насторожен, но при этом обстоятельства не совсем радовали его. Все повторялось - он и раньше ничего не делал со Спрингтрапом просто не желая разочаровывать свою дочь, понимая что его слишком часто нет рядом для того чтобы Далия была счастлива. В этом заключалась вся его проблема. А проблема Роджера была в том, что он до сих пор винил себя. В этом плане не изменилось вообще ничего. Он винил себя, он не мог жить с осознанием того что все изменилось только поверхностно. Ведь Роджер даже не помнил толком ничего. Он не помнил что делал в те роковые моменты, не помнил что думал тогда. Для него это было просто сном. Как будто кто-то руководил им, контролировал его разум. Но.. Имело ли это основания? ... Роджер страдал расстройством личности. Возможно многие спутают это с раздвоением личности, но это немного не то. Роджер не мог объяснить что с ним происходит, не мог даже понять что он делает, и не мог ничего с этим поделать. Да и был ли в этом толк? Что-то иное брало над ним верх, верх над его сознанием, над разумом и самоконтролем. Не он контролировал себя тот момент что перевернул его жизнь. Роджер не способен убить человека, тем-более ребенка. Он просто не сможет этого сделать, не сможет заставить себя. Но было в его подсознании что-то чужеродное, что способно и не на такое, что способно на самый кровавый кошмар, способно устроить бойню невообразимую человеческому разуму. Не Роджер убил тех детей, их убило нечто другое, то что вообще не должно было связаться с Роджером. Под влиянием чего-то гораздо сильного чем собственный разум, Роджер сотворил те ужасные вещи, даже толком не понимая что он делает. Все эмоциональные травмы, болячки и обиды вылились в нечто большее чем просто в оскверненное подсознание. Все имело куда большие обороты. Роджеру нужна помощь, но кто может ее оказать? Дети не способны справиться с этим, кто вообще может настолько проникнуться Роджером, чтобы помочь ему? ... Роджер не убийца, не он сделал все то что было сделано его руками. И его еще можно было вытащить из адской смеси отчаяния и ужаса. Роджер вернулся в свой новый дом уже ближе к вечеру. Запах алкоголя, собственного перегара и сигарет впитался в его одежду. Роджер не много выпил, но этого хватило чтобы сознание слегка мутилось, и запах недавно выпитого алкоголя чувствовался на расстоянии метра. Зайдя уже в официально свою спальню, слегка помутневшийся взгляд Роджера упал на рабочую охранную форму. От одного ее вида было тошно. Стэнфорд сморщился. Уже через несколько минут смятая одежда отправилась прямиком в мусоропровод, вместе с частичкой воспоминаний, которую не хотелось хранить в своем сознании