Дитя Порочного Принца

***

      — И что ты хотела поведать мне, моя дорогая невестка, в столь ранний час? — проговорил Корлис Веларион, заходя в Морской Зал. Мозаика нежно поблескивала в утренних лучах солнца, и я в который раз поразилась тому, как же огромен и удивителен здешний мир. И зачем только Таргариены столь отчаянно сражаются именно за Вестерос, словно на нем свет клином сошелся?       — Остров Смерти и Возрождения, — я опустилась прямо на пол и поджала под себя ноги, — мой отец сейчас там. И он ранен, — на слове «ранен» мой голос предательски дрогнул, — и я не знаю, совершенно не знаю, как помочь ему!       — Вот значит как, — задумчиво проговорил Корлис, опускаясь подле меня, — говоришь, остров Смерти и Возрождения? С самого Рока ещё никто не забирался столь далеко.       Лорд Веларион провел пальцем по кроваво-красной эмали, а после прочертил меж множества островов к Дрифтмарку.       — Сколько дней может занять путь? — взволнованно проговорила я, — нужно отправляться как можно скорее, каждый час может быть на счету?       — Что именно произошло с твоим отцом, девочка? И как вас занесло столь далеко? Не столь давно мне пришла весть, что Деймона на черном драконе видали в Волантисе. С чего вдруг вы решили отправиться не в Вестерос, а туда, куда путь был запрещен под страхом смерти ещё самим Старым Королем?             — Отец хотел увидать свою павшую родину, — поникнув проговорила я, чувствуя как глупо звучат эти слова, — он был столь разбит после смерти Караксеса, и потому я решила, что это поможет ему снова стать самим собой…       — Я хорошо отношусь к Деймону. И если бы не он, на Ступенях и дальше бы царствовал Кормилец Крабов. Уверен, твой отец способен и на более великие деяния. Но напрямую нарушать законы короля Джехейниса я не намерен даже ради него. Скрыть экспедицию к берегам Древней Валирии практически невозможно, а у Отто Хайтауэра есть шпионы повсюду. Да и потом, если Деймон столь тяжело ранен, как ты говоришь, откуда мне знать, что он сможет продержаться до прибытия кораблей? При попутном ветре путь в лучшем случае займёт не менее дюжины суток. А в худшем случае — дорога может отнять и пару лун. Воды у берегов Валирии прокляты и кишат гигантскими змиями, кракенами и спрутами. Говорят, порой море там начинает светиться и петь песнь, что сводит с ума и заставляет бросаться за борт. Сам бы не поверил, если бы не встретил парочку заброшенных кораблей, призраками мотающихся по волнам. Ладно, поведай мне, что же такое приключилось с твоим отцом?       И я начала свой сбивчивый сказ. Поначалу мой голос дрожал, но постепенно, видя с каким вниманием меня слушает Морской Змий, я говорила все более и более уверенно. Корлис не перебил меня ни разу, ни разу не усомнился в моей истории. Как ни странно, нападение гигантского червя не столь сильно удивило его, словно он догадывался, что в проклятых землях могут водиться столь ужасные твари.       — Ты говорила с отцом, после того, как он упал? — спросил Корлис, когда я закончила.       — Да…       — Он мог шевелить руками, ногами?       — Кажется да…       — У него шла кровь изо рта или были какие другие серьёзные раны?       — Нет, я не видела ничего подобного.       — Значит хребет и легкие целы, как в прочем и его бедовая голова. Если внутренности не разорвало, то будет жить. А напротив — погибнет в ближайшие пару дней.       — Папочка, — всхлипнула я, пряча в ладонях лицо, — это я во всем виновата!       — Мне жаль дитя, — Корлис было протянул руку, дабы утешить меня и тотчас отдёрнул, — твоей вины нет в случившемся.       — Лорд Веларион, так ты отправишь суда на помощь моему отцу? — спросила я, заламывая в отчаянии руки, — на острове множество сокровищ, что были созданы ещё в Великой Валирии. Они просто бесценны! А ещё там…       — Дитя, я не готов так рисковать. И потом — война с Триархией не закончена. Каждый корабль, каждый матрос сейчас у меня на счету.       — А если… Если я пообещаю родить наследника Плавникового Трона?       — Лейнор не может возлечь с женщиной, — ответил Корлис, однако по внимательному взору его небесно голубых глаз было ясно, что Морской Змий прекрасно знал, что же именно я имею в виду.       — Я говорю не о нем, — проговорила я, потупив взор, — обещаю, я больше ничего не расскажу принцессе Рейнис.       — Она не глупа и все равно все поймёт, — ответил Корлис, с интересом разглядывая меня, — в ты ещё слишком мала, девочка, для подобного. Да и дети Лейны вполне могут наследовать плавниковый трон, пусть и это не вполне отвечает традициям нашего Дома. Но ладно, я отправлю пару шхун на поиски твоего отца. Есть у меня знакомые контрабасисты, которые были бы не прочь заработать и не боятся браться за любую работу.       — Спасибо, — тихонечко ответила я.       — Можешь не благодарить, невестушка, — Корлис аккуратно поднял меня с пола, — мы ведь теперь одна семья. И обязаны помогать друг другу всегда и во всем.       Этой же ночью с причала Дрифтмарка в сторону Волантиса отплыли две шхуны. «Морская Дева» и «Верный Ветер» — так они назывались. Более о них мне не было ничего известно. Я попросила Корлиса Велариона вручить капитану одного из них письмо, предназначенное для моего непутевого отца, в коем подробнейшим образом расписала опасности, исходящие от тварей, что заполонили руины Валирии. Уж не знаю, прочел ли мое послание, исписанное крупными корявыми буквами, Морской Змий прежде чем запечатать его, но поглядывал он на меня с ещё большим интересом, чем прежде. Однако продлилось это не столь долго: вскоре и самому лорду Велариону пришла пора отправиться в путь. Война за Ступени вновь набирала обороты. И сейчас у Триархии появился новый могучий союзник: Дорн все же решился вступить бой.       Прошел день, два, а мой отец и не думал умирать. Отлеживался, позволяя стонать себе лишь в беспамятстве или во сне, да порой пытаясь тщетно меня убедить, что с ним все в порядке. Единственное, что я могла сделать — это укрывать его крылом от ночной прохлады, да перетащить поближе поклажу с едой и питьем. Потянувшись за фляжкой Деймон охнул, обхватил грудь руками, и вновь повалился на землю. Я аккуратно подтолкнула к нему флягу хвостом, и отец, немного прийдя в себя, жадно начал ее осушать.       На третий день он смог подняться и даже доковылять до брега. Слава Богам,то ли Порочный Принц был по природе невероятно крепок, то ли я смогла поймать его столь ловко, но травмы, полученные им при падении оказались не так страшны, как я поначалу боялась. Порой я задумывалась о том — стоило ли вообще просить Корлиса отправлять корабли нам на помощь? Не знаю, но тогда я и правда была ужасна испугана и потому готова на все ради спасения своего столь любимого и столь непутёвого папы.       — Не думаю, что нам стоит вновь возвращаться туда, — проговорил Деймон, кивая в сторону брега, чернеющего на фоне алого неба, — обследуем остров, а после возвратимся в Дрифтмарк. Обещаю, Алисса, я заберу тебя и больше никогда-никогда не брошу. А после — мы направимся куда ты пожелаешь, моя славная верная малютка.       Я лишь тихонько вздохнула — отец ещё не знал, что я более не принадлежала ему безраздельно как прежде.       — Уже лучше, но «а» должно звучать дольше и глубже. Повтори ещё раз — Аногар.       — Аногар — кровь, — послушно проговорила я, а затем повторила вновь, — Аногар…       — Запомни, Алисса, если ты и впрямь желаешь выучить валирийский язык, то должна его полюбить всей своею душой. Понять его красоту, философию его форм, начать мыслить на нем. Да, это тяжело по началу, но после тебе откроется удивительный мир книг. Ты сможешь не покидая спальни путешествовать в далекие страны, сквозь века и эпохи, повстречать тени давно ушедших королей и великих воинов, попытаться разгадать загадки Древности…       — Да, братец, будь твоя воля — давно бы убежал в Цитадель, дабы стать мейстером и сутки напролет проводить время среди своих любимейших фолиантов, — фыркнула Лейна, подставляя лицо солнцу, — не волнуйся, Алисса, я сама так и не смогла в полной мере осилить язык предков. Он тяжел и сложен, порою коварен в своих формах. Чуть ошибешься в одной из букв, и вместо приветствия случаем можешь пожелать кому-либо скорой погибели.       — Это когда вместо Rytsas ты случайно сказала послам из Волантиса…       — Давай не будем это вспоминать! — вспыхнула Лейна, — все порой ошибается. Да и не стоит Алиссе запоминать столь ужасные вещи. Лучше подумайте, что бы нам такого прикупить на ярмарке!       — А может лучше расскажешь, что там у тебя с юным лордом Флорентом? — лукаво проговорил Лейнор, а после участливо склонился ко мне, — Алисса, ты не устала? Если хочешь, я могу понести тебя на плечах.       — Спасибо, — поблагодарила я своего супруга, после того как меня подняли словно пушинку и усадили на плечи. Простреленная нога успела знатно так разболеться, хоть мы и не ушли столь далеко . Причал был слишком близок к Высому Приливу, дабы ехать туда на лошади или плыть на галере, и все же даже этого столь небольшого пути было достаточно, чтобы окончательно выбить меня из сил.       — Сир Рой прекрасный человек, но не думаю, что матушка одобрит наш брак, — печально улыбнулась Лейна, — мейстер сказал, что она не раз отправляла письма в Бобровый Утес и Хайгарден, так что полагаю в скором времени и я обрету супруга в одном из Великих Домов.       — Ты все ещё тоскуешь по Деймону? — покачал головой Лейнор, — Лейна, ты достаточно разумна, чтобы понимать, что это за человек. Прости, Алисса, но ты и сама знаешь, на что способен твой отец, особенно в минуты гнева.       — Я знаю, каков Порочный Принц. И все же мне думается, что он гораздо лучше, нежели чем пытается казаться. И знаешь, что я люблю даже больше него самого? То, какой я чувствую себя подле него! Сильной! Свободной! Отчаянной! Способной на все!       — И все же я надеюсь, что матушка подыщет тебе другого не менее достойного жениха, что будет носить тебя на руках и благодарить богов за их неслыханную щедрость. И потом, сестра, ты уверена, что Деймон любит тебя?       — Как думаешь брат, что важнее: любить или быть любимой? — спросила Лейна, накручивая на палец выбившуюся серебристую прядь, — мне самой важнее любить, гореть этой любовью. И я уверена, мое пламя растопить даже самое заледенелое сердце! Разве солнце своим ярким светом не заставляет в ответ светиться на ночном небосводе? Уверена, я смогу сделать своего принца счастливым и пробудить все лучшее что сокрыто в нем!       — Лейна, я считаю, что любой костер угаснет без должного количества дров, — покачал головой мой супруг, — любить должны оба, иначе страданий не избежать.       — Так значит, ты думаешь, что любовь и забота не стоят совсем ничего? — грозно вскинула голову Лейна, — и я не достойна любви?       — Лейна, сестрёнка, я говорил не об этом. Лишь дурак, подобный нашему королю, может отказаться от столь удивительной и прекрасной леди. И все же я считаю глупым растрачивать жар своего сердца в тщетной надежде растопить лед в чужой груди . А что думаешь ты, Алисса?       — Я бы хотела, чтобы в первую очередь любили именно меня, — ответила я чуть помедлив, — и я была бы рада, если бы нашелся человек, способный принять меня такой, какая я есть. Но, полагаю, во всем свете не сыщется подобного безумца. Да и это уже и не столь важно.       Оставшийся путь мы проделали молча. Я любовалась морской гладью, разноцветными парусами шхун, стремительным полетом чаек, чей резкий крик странной печалью отдавался в моей груди. Лейна так же взирала в сторону моря, явно тоскуя о моем блудном отце. А Лейнор… О чем размышлял мой супруг, я даже не представляла.       Портовый город встретил нас шумом и гамом, заставив на время отбросить горести и печали. Со всех сторон доносились приветствия и поздравления, песни и веселая музыка. Глядя на благодушные весёлые лица людей, их яркие одеяния, я невольно повеселела и с интересом принялась разглядывать узкие улочки, беленые домики с разноцветными ставнями, небольшие площади, что были украшены фонтанами. Потоки воды, искрясь, бились из пастей кракенов, кувшинов русалок, и, всевозможных диковинных птиц и зверей. То там, то здесь я слышала незнакомую речь: вот смуглый как сама ночь господин в высоком цветастом тюрбане что-то упорно доказывал лавочнику, а вот величественно прошествовала вереница одетых в злато и серебро чужестранцев с длинными косами и узким разрезом глаз. Я чуть голову не свернула, чуть не окосела, пытаясь узреть все и сразу. А, оказавшись на шумной многолюдной ярмарке и вовсе обо всем позабыла.       — Это же.., — взволнованно прошептала я, ощутив столь знакомый аромат, по которому успела невозможно соскучиться.       — Горячий шоколад. Слыхала о таком? — проговорила Лейна, — Лейнор, полагаю тебе стоит угостить свою супругу этим чудным заморским напитком.       Нам сразу освободили лучший стол, стоило лишь зайти в харчевню. Я с интересом глазела на хозяина сего заведения — тонкого и высокого мужчину, с кожей цвета напитка, коим он щедро угощал посетителей. Минута-другая, и на нашем столе уже стояли глиняные кружки, источая невероятный аромат и огромное блюдо самых разнообразных сладостей, коих я прежде никогда не встречала.       — Не торопись, Алисса, — засмеялась Лейна, завидев с какой скоростью я начала поглощать шоколад, — ещё обожжешься ненароком.       — Как вкусно! — воскликнула я, со стуком ставя кружку на стол, — можно ещё?!       Я опустошила ещё три кружки, а после невероятно довольная откинулась на спинку стула и потянулась к тарелке со сладостями.       — Алиса, хочу тебя сразу предупредить, — Лейна сжала в тонких изящных пальцах некое подобие конфеты, — это саранча, засахаренная в меду. Обожаю.       Юная леди Веларион положила сладость в рот, и блаженно зажмурилась, а после облизала перепачканные в сахарной пудре пальцы.       — Если матушка узнает, то нам всем не сдобровать, — покачал головой Лейнор, — не каждому мужу понравится целовать свою прекрасную даму после того, как она лакомилась насекомыми, пусть и засахаренными в меду.       — Деймон как раз никогда и не был против подобного, — улыбнулась Лейна, — именно твой отец, моя дорогая сестрица, был тем, кто впервые угостил меня этим заморским лакомством.       Мне сразу представился Порочный Принц, с блудливой улыбкой наблюдающий за тем, как юные девы с удовольствием лакомятся сластями, даже не представляя из чего те состоят.       — Не хотите попробовать? — лукаво улыбнулась Лейна, весело сверкая своими невероятно синими очами, — уверена, вам обязательно понравится!       Лейнор лишь скривился в ответ, а я все же решилась взять с блюда несчастное насекомое. Долго разглядывала на свету, прежде чем положить в рот, однако ни лапок, ни усиков так и не увидала.       — И правда вкусно, — с удивлением проговорила я, — неужели и правда саранча?       Лейна многозначительно приподняла серебристую бровь, а потом весело рассеялась.       — Нет здесь никаких насекомых, можете есть спокойно. Но то, что Деймон как-то меня угощал засахаренной на меду саранчой, абсолютная правда! Думаю, твой отец хотел меня напугать и смутить, да только напал не на ту! Я с удовольствием съела все блюдо, да ещё и пальчики облизала! А когда полезла к Деймону с поцелуями — видела бы ты его лицо!       Я фыркнула, а мой супруг расплылся в широкой улыбке, коя, однако, вскоре угасла.       — Лейнор, что такое? — участливо спросила Лейна, — с тех пор как отец покинул нас ты сам не свой.       — Я должен был отправиться вместе с ним. Но, видимо родители и впрямь считают меня бесполезной тряпкой, раз оставили здесь, на Дрифтмарке! В то время, как Морской Туман мог бы легко переломить ход войны!       — Лейнор, ты нужен здесь. Кто защитит Дрифтмарк, если флотилия отца будет разбита…       — Для защиты Дрифтмарка было бы вполне достаточно Вхагар или Мелеис! Пойми, сестра, я готов к войне! И я не страшусь ни ран, ни смерти, если это принесёт мне признание! Подумай, кто я в первую очередь в глазах всего Вестероса? Мужелодец? Трус? Или кто похуже?       — Лейнор, братишка, ты не трус, — я накрыла изящную ладонь Лейнора своей крошечной ладошкой, облачённой в перчатку из черной кожи, из которой было выполнено и все мое нехитрое одеяние, состоящее из длинного облегающего платья, штанов, и сапожек, что доходили мне до колен, — я обязана тебе жизнью! Если бы не ринулся нам на помощь в самый разгар битвы, то мои кости давно бы покоились на дне морском…       — Лейнор, драконы не столь всемогущи, как все считают, и не делают нас бессмертными. Вспомни печальную судьбу принцессы Рейнис, супруги-сестры Эйгона Завоевателя! Мераксес на момент гибели была крупнее Вхагар, и по размерам не столь уж и сильно уступала Балериону Черному Ужасу. И все же они так навсегда и оказались погребены среди жарких песков Дорна. А принц Эймон, наш дед? Разве хоть что-то предвещало его погибель на сапфировом острове Тарт?       — Ты права, сестрица, война, конечно, преисполнена опасностей даже для нас, драконьих всадников. Но разве смерть не поджидает нас и в мирное время? Разве Весеннего Принца Бейлона сгубил меч или болт арбалета? Мейгор Жестокий, пройдя чрез бессчетное множество битв, погиб прямь на железном троне, когда за дверьми стояли стражи, облаченные в доспехи и с мечами наперевес. Так стоит ли избегать битв и сражений, если погибели может поджидать нас повсюду и в любую минуту?       — Прошу извинить мою наглость, мой дорогой лорд, — раздался низкий голос за моею спиной. Я оглянулась: хозяин харчевни склонился пред нами в глубоком поклоне, — но слышал, вы рассуждали о таинстве смерти? Ваш покорный слуга знаком с одной ведьмой, коей известно прошлое, настоящее и будущее, от чьего взора не укрыться и самой смерти. Поговаривают, что она долгие годы была жрицей в Асшае и даже посещала край Теней. Вижу, вы не верите мне, но обещаю, мой дорогой лорд, мои дорогие леди — это знакомство не будет стоить вам ничего, если лишь вы сами не решите наградить мою добрую знакомую за ее могучий дар.       — Звучит интересно! — воскликнула Лейна, поднимаясь из-за стола, — прошу, отведи нас к ней прямо сейчас! Не терпится увидать эту всезнающую колдунью!       — Лейна, да таких шарлатанов отыщется в каждом порту не меньше десятка, — поморщился Лейнор, — да и разве не мы сами слагаем собственную судьбу?       — Какой же ты скучный братишка. Тогда я отправлюсь одна! Что скажешь, Алисса? Не испугаешься страшной колдуньи из Края Теней?       «Не думаю, что после Ведьмы Харренхолла меня можно будет напугать какой-то шаралатанкой», — подумала и кивнула в ответ. Солнечный безмятежный день, веселая ярмарка, вкуснейший горячий шоколад — разве здесь могло затаиться зло, порождение темной магии? Ну ладно, не считая меня, конечно же…       — Ну ладно, — со вздохом поднялся вслед за нами Лейнор, — не оставлю же я своих девочек…       Веселье на пристани все набирало обороты, привлекая толпы зевак. Вот карлики, верхом на свиньях устроили своеобразный турнир, с громкими воплями тыкая друг в друга палкам и выкрикивая страшные ругательства. Вот юная девушка-жонглер, ловко балансируя на бочке, управлялась с полдюжиной ножей, что подобно серебряным птицам вылетали из широких рукавов ее туники. Лейна чуть задержалась, наблюдая за нею, а после, сняв с пальца перстень с крупным нефритом, положила его в потрепанную шлюпу, что держал на коленях ещё совсем крохотный мальчик.       — Запомни, леди Лейна Веларион всегда будет рада видеть тебя и твою сестрицу в Высоком Приливе, — проговорила она, взъерошив напоследок мальчишке его грязные длинные локоны.       — Моя дорогая сестра, забота о ближнем — это конечно прекрасно. Но не столь прекрасно, если в твоих прекрасных волосах снова заведутся блохи. В прошлый раз нас матушка собственноручно остригла нас наголо — помнишь?       — Мой дорогой брат, разве можно забыть те ужасный парики, что нам пришлось носить почти с год, прежде чем волосы достаточно отросли? – хохотнула Лейна, — и все же, разве то маленькое приключение того не стоило? Пойми, Лейнор, жизнь слишком прекрасна и удивительна дабы прятаться от нее за высокими стенами замка.       — Не думаю, что твоему будущему супругу понравятся подобные изречения, — вновь покачал головой Лейнор, тряхнув гривой серебристых кудрей.       — Не волнуйся, братишка. Я выберу ПРАВИЛЬНОГО супруга, которому будет нравиться во мне абсолютно все, — ответила Лейна, и я поразилась тому, как уверенно прозвучали ее слова. Неужто, у юной леди Веларион уже есть на примете жених? Или…Или она столь уверена, что Деймон вернётся за ней? Конечно, Лейна заслуживала большего, нежели чем мой непутевый отец. И все же… Все же я была бы рада, если бы юная леди Веларион стала мне матерью и продолжила столь рьяно заботиться о маленькой принцессе Алиссе…       — Пришли, — проговорил наш прожатый, откидывая тяжелую ткань и пропуская вглубь багряного шатра, одного из многих, что расположить на пристани у одного из кораблей — черного дерева, с такими же багряными парусами и звероподобным монстром, искусно высеченном на носу. Внутри нас укутала непроглядная тьма, пропитанная пряными заморскими ароматами, и прежде, чем мои глаза смогли различить хоть что-то, из недр раздался скрипучий каркающий голос:       — Что привело в мою скромную обитель столь высоких господ?       — Мы хотели бы узнать наше будущее, достопочтенная госпожа! — весело проговорила Лейна, — это ведь правда, что твоему всевидящему взору открыты прошлое, настоящее и будущее? Столь великий дар…       — Скорее проклятье… Да и что важного в нем? Всем нам уготовлено лишь одно — смерть… Разница лишь в том, когда и как Неведомый придет за нами. Неужто про это хотите спросить у меня?       — Нет! – проговорил Лейнор, тщетно пытаясь вывести нас прочь из шатра.       — Да, — в один голос проговорили мы с Лейной. Мое сердце забилось в груди подобно встревоженной птице. Мне хотелось одновременно и выбежать из душной темноты навстречу яркому солнцу, вновь оказаться среди весёлой толпы, позабыв обо всем. И в тоже время я жаждала знать. Знать, какие ещё испытания готовят мне Боги этого столь прекрасного и столь жестокого мира.       — Вас всех сгубит любовь, — таков был ответ.       — И когда… Когда это случится? И как? — я сама вздрогнула от звука своего голоса.       — Так много вопросов… Зачем… Зачем вы хотите об этом узнать? Вы не получите успокоения и не сможете ничего изменить … Морская принцесса погибнет от бремени на далекой-далекой земле. Принц — от предательства и кинжала. А ты, проклятая принцесса… Как интересно… Троих мужей вижу я у тебя. Три древа произрастут из твоего чрева: огненное, ледяное и насквозь пропитанное горьким ядом проклятья. Проклятья, что наложишь ты сама на себя. А что насчет смерти — тебе никогда не будет покоя, маленький демон. Долго, долго будешь летать по всему свету, не человек и не зверь, пытаясь умчаться как можно дальше от невыносимой боли, терзающей душу. Да разве можно от нее убежать?       — Достаточно! — вскричал Лейнор, волоком вытаскивая нас наружу, — ладно Алиса ещё дитя! Но ты Лейна! Неужто не видишь, что это гнусная шаралатанка?       Лейна рьяно начала возражать брату, но я уже не слышала их, мыслями уносясь далеко-далеко. Маленький демон — так меня называла Алис, треклятая ведьма Харренхолла. Значит… Значит и та, что обитала в темном шатре тоже настоящая колдунья? И ее страшные слова — правда? Пока юные Веларионы были увлечены спором, я откинула тяжелый полог и вновь шагнула во тьму. На этот раз пламя свечи своим тусклым пляшущим светом освещала шатер изнутри.       — Простите, — я нерешительно шагнула к старухе, сгорбленной и морщинистой, лишенной волос и зубов, кошмарно изуродованной старостью, — я хотела…       — Не позволяй одноглазому дракону влюбиться в тебя, — проговорила она своим скрипучим голосом и широко распахнула глаза, белёсые и слепые, — запомни это маленький демон… И может тогда… Тогда ты сможешь спасти и себя, и других…       Первый корабль возник на горизонте по утру, спустя десять лун после своего отбытия из Дрифтмарка. «Морская Дева» — узнала я алые алые паруса. Интересно, а что стало с «Верным Ветром»? Отстал он, или морская пучина погладила его? А может он стал жертвой гигантского кракена или морского змея? Нехотя я оставила дремлющего отца и поднялась в воздух. И правда, корабль оказался один. Немного покружив над ним я возвратилась обратно и пару раз громко рыкнула, дабы пробудить отца ото сна. Деймон, уже практически полностью оправившийся после полученных травм, сел и сонно потёр глаза. А после, завидев на горизонте корабль, тотчас вскочил на ноги.       — Алисса! В этом не было никакой нужды! — рассержено воскликнул он. Я лишь в ответ покачала своей огромной шипастой башкой. Как не было? Это я могу питаться местными гадами и совсем не нуждаюсь в воде. Люди же хрупкие создания, местная живность быстро отравит их жалкую плоть. И неужто я не заметила, что провизии почти не осталось?       — Мой принц! — капитан корабля, кряжистый и невероятно рыжий, словно поцелованный пламенем, преклонил пред моим отцом колено, когда наконец корабль причалил к песчаному брегу, — какое счастье, что мы наконец вас отыскали! Слава Семерым, ветер был попутным, и всю дорогу нам сопутствовала невероятная удача!       — Я правильно понимаю, что сюда вы прибыли по приказу старика Корлиса? — проговорил Деймон, кривя губы в презрительной усмешке.       — И не только. Ваша малютка дочь ужасно беспокоится и с нетерпением ожидает вашего возвращения, мой принц. Держите, это послание принцесса просила передать вам сразу же по прибытию и настоятельно требовала прочесть как можно скорее.       — Вот как.., — отец тотчас сломал печать и развернул пергамент. Я не видела лица Деймона, но сразу ощутила как напрягались мышцы на его спине.       — Алиса… Седьмое пекло, откуда тебе все это известно? — проговорил он, комкая в ладонях письмо и хмуро смотря на меня. Я лишь улыбнулась своей зубастой пастью в ответ и расслабленно растянулась на солнце. Впереди нас ждал долгий путь, неплохо бы набраться сил перед ним.       — Должен был быть ещё один корабль. Где он? — сквозь дрему донесся до меня голос отца.       — Прошу меня извинить, мой принц, его капитан — женщина. Марильда смела и до безумия любопытна. Вот и решила ненадолго причалить к берегу — ведь уже столько лет прошло со времен Великого Рока. Да и детишкам ее, Алину и Аддаму, полезно взглянуть на родину их отца. Слыхали наверное, что папаша то их никто иной, как сам Корлис? Только прошу, не говорите об это его супруге, Почти Королеве! Знаете же ее нрав: ещё скормит ни в чем неповинных детей своему дракону! Они же ещё совсем дети и совершенно не виновны в грехах родителей. Верно?       «И правда, не виновны,» — подумала я, открывая глаза, дабы узреть, как на горизонте уже успел показаться и второй парусник.