Звёзды в ночном небе

      Я не могла отпустить её холодные руки, я долго не могла забыть ту секунду, когда лишилась всего. Никто не мог мне помочь, я тонула в собственных мыслях, я буквально сама себя убивала. Я не могла простить себя за то, что стала приманкой для Аи. Не могла себе простить то, что из-за меня Аи умерла. Я из раза в раз представляла другие сюжеты развития события. А если бы я не пошла за цветами? А если бы меня вообще не было?.. Была бы Аи жива? Как бы всё получилось?..        — Аи… — я сидела в углу её комнаты и повторяла имя матери, будто она услышит меня. Будто бы сейчас скажет мне что-то вроде: «Алиса, не плачь, всё будет хорошо». Будто бы она сейчас меня прижмёт к себе, погладит меня по голове, по спине и поцелует в висок… будто она споёт мне свои песни, будет танцевать передо мной… так будто бы она жива…        — Алиса, — зашла тихонько Руби, а вслед за ней и Аква, — по новостям сказали, что у… сталкер мамы покончил с собой… — проговорила она тяжело. Я подняла свои глаза на них. Оба близнеца потеряли искры в глазах, стали бледными, будто трупы. Это я виновата в том, что они сейчас такие.        — Понятно, — вновь опустила я голову.        — Детишки, — послышался голос Мияко, — мы не можем оставить вас здесь, поэтому собирайте свои вещи, вы переедите к нам с Ичиго.        — Я не поеду никуда, — проговорила я громко, чтобы Сайто слышала. Мияко заглянула в комнату и выдохнула:        — Я понимаю, что вам тяжело, но ведь… — я подняла на неё свои глаза и посмотрела в её.        — Я никуда не пойду. Это мой дом, — я ещё больше прижалась к углу, хотелось просто стать единым целым с этой стеной, чтобы никуда не уходить. Жить здесь…        — Алиса, так никуда не годится, успокойся ты уже, — вдруг начала Мияко, — Аи не будет рада такому твоему поведению!        — Да что ты говоришь?! Ты не знала о маме ничего! Не смей говорить за неё! — выкрикнула я. Близнецы молча стояли рядом, они смотрели на меня своими пустыми глазами. Мне было стыдно смотреть на них. Я убила Аи…        — Алиса, — послышался тихий голос Аквы, — пожалуйста, давай уедем к президенту Сайто и к Мияко, — но голос его почему-то звучал так, будто он сам не хочет никуда, впрочем, не удивительно, он очень сильно любил Аи… Так сильно, что, кажется, больше никого не полюбит.        — Хорошо… — но я не хочу сейчас доставлять ещё больше проблем близнецам. Они потеряли свою маму, вряд ли хотят, чтобы я тоже умерла… хотя, думаю, это было бы к лучшему… ха.       Я небрежно встала и пошла к детям, Руби аккуратно приобняла меня, а Аква благодарно посмотрел в мою сторону, но мне было стыдно, и я просто отвернулась от него и вырвалась из объятий девочки, спешно направляясь к выходу.        — Ты ничего не хочешь взять с собой? — спросила Мияко. Я хотела сказать «нет», но вспомнила про песок. Я подошла к полке и взяла тот самый подарок, который подарил Рюсуке, или как там того придурка звали, мразь сдохла, так и не поплатившись за своё преступление, я не смогу его прикончить своими руками, не смогу отомстить за Аи… может вырезать всю его семью… нет, он всё равно мёртв, не сможет испытать чувство потери близких и родных. Так что же мне делать? Как мне жить дальше, я даже отомстить этому придурку не могу… я абсолютно бесполезна.       Смотря на этот песок, я вспоминала тот день, когда Аи вернулась после мини-концерта и принесла с собой эту вещицу. Она так светилась от радости, она так берегла этот подарок… а эта мразь убила мою маму, ту, что берегла его дешевую херню из какого-то третьесортного магазина в какой-то в деревушке…        — Алиса, нам пора, — с этими словами я подошла к Мияко и в последний раз посмотрела на квартиру, в которой прожила совсем недолго, всего-то какую-то жалкую неделю… но на деле, я пыталась попрощаться с Аи, в этом самом коридоре я потеряла смысл жизни, потеряла маму…        — Пока-пока, — сказала я прежде, чем навсегда уйти из этих стен.

***

      Прошло ещё некоторое время, мы жили с Сайто и скрывались от СМИ, дни летели быстро и без всякого интереса, что близнецы, что я просто не хотели мириться с потерей Аи. Не спорю, всем было тяжело, но многие решили жить дальше, порой вспоминая Аи. Когда в квартиру ворвались полицейские, то первым делом они забрали Руби, да так, чтобы она ненароком не увидела труп Аи. С нами было тяжелее, ведь мы мало того, что видели весь инцидент, так ещё и «проводили» Аи на тот свет. Чувствовали, как холоднеет её тело, как гаснет жизнь в её глазах… до сих пор не могу забыть, с глаз не сходит та сцена. Меня и Акву записали к психологу, а ещё мы часто ходили в полицейский участок, так как были свидетелями… особенно часто звали меня, так как я была схвачена в заложники, так как моей жизни угрожала опасность и прочее.       Руби постоянно сидела в телефоне, читая комментарии к статьям об убийстве Аи. Её сильно задевали те слова, которые были адресованы нашей матери. Некоторые говорили, что это было неизбежно и тому подобное. Лишь малая часть комментариев была на нашей стороне, ну, если это можно так назвать. Единицы говорили, что сочувствуют, что им жаль и так далее.        — Что значит неизбежно? Почему? — я выдохнула, Аква смотрел куда-то вдаль, будто его здесь нет. — «Бесполезно что-либо предпринимать?», если айдола убивают за то, что она влюбилась? Почему? Что за тупость?! Вы влюбляетесь в айдолов направо и налево! Разве не эгоистично это отрицать? Ты просто выплёскиваешь всё на неё, потому что сам не можешь найти себе девушку! Сдохни, импотент сраный! — Руби в слезах смотрела в телефон. — Почему в интернете всё так жестоко? После смерти мамы я сама хочу умереть… Почему если ты популярен, то должен такое терпеть? «Цена славы»? Говорит, что фанаты должны приравниваться к богам… Не используй таких заумных слов, чтобы оправдать всё ваше давление на нас!       У нашей маленькой сестрёнки была слишком бурная реакция на такие комментарии и отзывы, наверное, у меня была бы похожая реакция, будь я «жива». Чувствуй я хоть что-то помимо пустоты внутри.       Но вот спустя пару дней пошёл снег, а после все забыли о сталкере и Аи, будто бы сам снег укрыл смерть нашей матери. Все забыли о ней.        — Эй, если вы трое не против, хотите стать моими детьми формально? — присела на корточки перед нами Мияко, она предложила стать её детьми, но она же скорее всего понимает, что мы не будем считать её мамой. — Конечно, ваша мама — Аи, и только она. Вы не обязаны воспринимать меня как вашу маму… — я краем глаза посмотрела на близнецов, в глазах которых была пустота, не было тех звёздочек, тех искр… лишь мрак, пустота и опустошённость, отсутствие смысла жизни, отсутствие какого-либо желания что-то делать и вообще идти дальше. Думаю, у меня был похожий вид, поэтому, увидев нас, у неё на глазах появились слёзы, она будто бы потеряла всякую надежду. — Но я воспринимаю вас, как своих детей… Что скажете? — но в ответ было лишь молчание, минута, две… три. Она всё никак не могла дождаться нашего ответа, я думала, что она сейчас сдастся и возьмёт свои слова обратно, но вдруг Руби заплакала. Для неё не всё потеряно, быть может, она в прошлой жизни была ребёнком, вот и быстро оправилась. Я не могу считать её предательницей, я, напротив, рада, что она не будет жить прошлым и обретёт своё счастье. Я хочу, чтобы и Аква был счастлив, отпустил Аи и жил дальше, нашёл в будущем девушку и… и чтобы они были рады жить…

***

      Нам, детям Аи, запретили присутствовать на похоронах Аи, так как мы дети, а ещё лишние проблемы со СМИ нам не нужны. Поэтому мы просто сидели в машине и ждали Мияко. Аква мониторил экран телефона, Руби смотрела в окно, вид которого выходило на здание, где все прощались с мамой.        — Алиса, Аква, мама сказала, что я в будущем смогу стать айдолом. Как думаете, я смогу?        — В чём смысл? Если хочешь заработать, существуют и менее требовательные профессии. Сама знаешь, какие фанаты эгоисты. Влюбишься в кого-то, и тебя будут считать предателем и ублюдком.        — Аква прав, — начала я, — но если ты хочешь, то пусть будет так.        — Угу, я понимаю, но даже так… мама была невероятной.       После этих слов стало понятно всем, Руби сможет преодолеть этот момент и будет жить дальше, будет смеяться и радоваться, как и все обычные подростки и дети. Единственное, что меня сейчас беспокоит — это Аква. Мне непонятен ход его мыслей, то он серьёзен, то он жутко улыбается.        — Я… Мне надо выйти, — внезапно сказал Аква, спешно открывая дверь машины.       Он вышел, а вслед за ним вышла и я. Мне не нравится то, как он себя ведёт, следить нехорошо, но я не могу его оставить, Аи будет рассержена, если я оставлю его одного в такой момент, в такой период его жизни.       Мальчик пошёл к беседке, в которой курил режиссёр, тот самый, что снимал фильм вместе с Аи и Аквой. Что Аква забыл здесь? Какое дело у него может быть с дядькой?        — Эй, режиссёр, — заговорил Аква, я села под окном и вслушалась в разговор.        — А, мелкий, ты… ну это…        — Не надо никаких соболезнований, — режиссёр удивился. — Вместо этого у меня к вам одна просьба.        — «Просьба»? — переспросил он.        — Станьте моим опекуном, — вдруг выдал этот мальчишка. Я не сдержала своего удивления и упала на сухие ветки, хруст которых услышали Аква и режиссёр.        — Кто там? — спросили они, я тихонько зашла в беседку.        — Это я, Алиса, — тихо ответила я.        — Что ты здесь забыла, Алиса? Ты должна была быть с Руби в машине, — грубо произнёс Аква, такое впервые.        — Ответь, почему ты хочешь, чтобы режиссёр стал твоим опекуном? — он отвел свои глаза. — Т-тогда, пожалуйста, станьте и моим опекуном!        — Нет, будь с Мияко, так будет легче всем… и лучше. Позаботишься о Руби…        — С Руби всё будет хорошо, а что касается тебя, то я сомневаюсь! Я не могу тебя бросить! Дядька, удочери меня! Я стану актрисой! Сделаю всё, что захочешь, только прошу, не разлучай меня с братом!

спустя десять лет

      Нам исполнилось по шестнадцать лет, со стороны покажется, что мы отпустили Аи, ведь прошло уже десять лет, мы уже скоро поступим в старшую школу. Все десять лет я играла в разных фильмах, сериалах и тому подобное, в узких кругах меня хорошо знали, как восходящую звезду мира кино. Я стала инструментом для брата, который стал одержим мыслью о мести.

два года назад

       — Мне кажется, что наш отец виноват в смерти Аи, — он просветил меня в свой план. Я была удивлена, что он таким поделился, но была одновременно безумно этому рада, он попросил никогда не говорить об этом Руби, мол, лучше не стоит её вмешивать в свои козни. — Я и тебя не хотел, но ты уже влезла в мои планы тогда, на похоронах.        — Хочу заметить кое-что, — он посмотрел на меня, — я не ваша сестра, ты же в курсе.        — Как ты…        — Я… я давно это знаю. Остальное неважно, используй меня в своих целях.        — Ты понимаешь, на что только что согласилась?        — Да, я помогу тебе прикончить мразоту, которая убила Аи, поэтому, будь добр, не убивай его в одиночку, я тоже хочу.        — Понял, — он хмыкнул чему-то, а я улыбнулась ему.

настоящее время

       — Сколько ещё можно, Руби? — произнёс недовольно Аква.        — Подождите вы, оба, — завязывая свой бантик, произнесла Руби. — Форма нашей школы такая милая, но очень неудобная!        — Поспеши, Руби, — сказала я, — не стоит нам опаздывать в первый же день.        — И ты туда же, Алиса, нечестно! — пробурчала она, я посмеялась.        — Не слишком ли короткие юбки у вас? — осмотрев нас, спросил Аква.        — Братишка, говоришь так, будто ты старый дед.        — То-то, — улыбнулась я.        — Мы пошли, мама, — сказала Руби, смотря на фотографию, где были изображены мы… Я, Аква, Руби и Аи. Уже взрослая девушка первая вышла из дома, а Аква мельком на меня посмотрел и произнёс тихо, так, чтобы только я услышала:        — Не зря тебя называют хорошей актрисой, — я вздрогнула. Его не обмануть.        — О чём ты? — несмотря на понимание всего, я решила побыть дурочкой, которая ничего не понимает. Это часто помогает.        — Ты похожа на Аи, — я удивилась ещё больше и замерла, а Аква пошёл вслед за сестрой.       Чем я на Аи похожа? Мы ведь совсем не похожи… совсем… но слышать такое от братика равно комплимент. У Руби появились новые кумиры, новые любимчики, она знала почти всех знаменитостей. Несколько раз даже подавала анкету на становление айдолом, но приходил отказ. И я с Аквой тут со-о-овсем не при чём. Естественно, в кавычках. Пускай я и уважаю выбор нашей сестрёнки, однако повторить судьбу Аи я ей не позволю. Как и сказал Аква, лучше Руби не вмешивать, это слишком опасно, слишком… тем более Руби теперь живёт настоящим, нечего тянуть её обратно.        — Алиса, у тебя же сейчас нет никакой работы, верно? — я украдкой кивнула сестре.        — Я свободна, а что?        — Давай как-нибудь сходим в кафе, я хочу погулять с тобой! Аква вряд ли согласится на такое, наверное, снова пойдёт к тому страшному режиссёру…       Аква шёл сзади, что-то упорно раздумывая, а я с Руби, взявшись за руки, шли чуть впереди, болтая и смеясь. Аква знает, как я изменилась с момента ухода от Аи, если бы не актёрское мастерство, то, кажется, многие подумали бы, что я какой-нибудь dead inside, как Аква. Он вообще перестал улыбаться и смеяться, а я… а моя жизнь стала сплошной игрой, где надо каждый день, каждый час, минуту, секунду и миг притворяться, что всё хорошо, что я забыла обо всём, но глубоко внутри я пожирала себя чувством вины за смерть Аи, наверное, это глупо, но я каждый день навещаю её могилу, принося самые разные цветы и прося прощения.       Что ж, Аи, ты можешь не волноваться, я защищу твоих детей. Обещаю.