Страстная сцена

Он снимает с нее одежду медленно, словно маленький мальчик, с диким восторгом разворачивающий подарок на свой день рождения. А ведь действительно, сегодня его день рождения. Тонкий шелк ее белья приятно холодил его пальцы, и он, не сдерживаясь, шумно выдыхает, через нос. Черное кружево лифа плотно обнимает сливочно белую кожу Грейнджер, во рту Драко становится слишком сухо. - Хочу тебя. Всего два слова сказанные хриплым, совершенно, не скрывающим возбуждения голосом, относят его за пределы сознания, и Драко с огромным трудом и колоссальным усилием воли заставляет себя сосредоточится. Пальцами второй руки он скользит к кромке ее трусиков, сдвигая резинку все ниже и ниже по тазовой кости, сглатывает, заметив небольшой след от своих зубов, который уже начал трансформироваться в небольшое темно-фиолетовое пятнышко. «Моя»! Это вспыхивает слишком ярко в его голове и отдает новой волной возбуждения… его член болезненно твердый, вынуждает его сильнее стиснуть зубы… Он медленно, истязая сам себя, обводит языком метку, что оставил ранее на нежной коже Грейнджер, и одновременно резко сдвигает в бок ее трусики. Блядь. Блядь. Блядь! Горячо, влажно и тесно. Он чувствует вкус ее стона, потерявшегося в накопленном воздухе и их совместном дыхании… и чуть разводит пальцы… Гермиона выгибается в спине и он мягко, но сильно давит ей на живот, вынуждая принять прежнюю позицию. Невыносимо, дико невыносимо хочется ускориться… но он силой стискивает зубы и сдерживает себя, совершая медленные, ленивые толчки и лишь скользит взглядом по ее телу… все еще ища, иные доказательства ее принадлежности ему… - Боже, Драко… Ее всхлип, когда он хищно втягивает кожу на внутренней стороне бедра и тут же жадно зализывает языком пульсирующий участок. Он становится ярко розовым на ее алебастровом бедре, и Малфой, не удерживается от порыва царапнуть его зубами, при этом чувствую, как пульсация в его члене, только усиливается…. А Грейнджер пытается ухватиться за его плечо, слабо царапая, при этом, пытаясь насадить на пальцы сильнее и глубже… Ее влага и желание сводят его с ума, и последние остатки самоконтроля летят в Тартар. Он трахает ее пальцами все жестче и жестче, совершенно не сдерживая себя и причиняя ей легкую боль, совмещая это с поцелуями и легкими укусами. Она близко. Она рядом. Она принадлежит ему. Это лучший подарок на его день рождения. Вот она закусывает губы, пытаясь сдержать стон… Он не сдерживает себя и приживается к ее распухшей от соков и страсти пульсирующей и открытой промежности и шепчет: - Моя… Его шпрот тонет в ее сладостном протяжном стоне… Он медленно вытаскивает из нее влажные и горячие пальцы и обхватывает ими свой член, он пульсирует… медленно проводит ими размазывая ее влагу по себе… облизывать сухие губы… и поднимает взгляд на Грейнджер. Ее бедра украшает россыпь его жестких поцелуев и они горят алым… Он удовлетворенно хмыкает и тянет ее ближе к себе, прямо за резинку белья. Она приоткрывает губы и еле слышно выдыхает: - С днем рождения, Драко… Блядь. Его сил, лишь хватает на то, чтобы провести головкой члена по ее распухшим алеющим складочкам и усмехнуться очередному стону… Она, как всегда нетерпелива с ним… Его девочка. Драко медленно входит в нее и замирает, глядя в широко распахнутые глаза, чуть приоткрытый в стоне рот… насаживая ее глубже на себя, он наклоняется прямо к ней и шепчет на ушко: - Кончи для меня, мой лучший подарок… И спускаясь ниже впивается в ее нежную грудь… Пьянящий, не сдерживаемый ничем стон обоих разносится в накопленной от жара комнате.