Зайчик. Альтернатива

Прошло несколько дней с тех пор, как у меня случился этот приступ. Пару раз мне снились кошмары, о том моменте. Каждый раз в уши въедался этот голос, зовущий меня по слогам, как ребенок только учащийся говорить. Оля тогда сильно испугалась за меня, да и родители тоже беспокоились. Однако всё очень быстро стало как раньше, родители снова ссорились, Оля быстро стала жизнерадостным лучиком света. Всё вроде бы как всегда, но каждый раз перед сном, когда я выглядывал в окно ночью. Было такое чувство, будто сам лес с его обитателями смотрели и изучали меня. В очередной раз проснувшись, я глянул на календарь, что висел в моей комнате около стола. — Среда. — Тихо проговорил я. Завтра последний день каникул, и это значило, что скоро придётся идти в школу. Встав с кровати, и одев очки, я пошёл вниз. Мама как всегда стояла за плитой, а отец уже собирался на работу. — Антон, уже проснулся. Разбуди Олю и садитесь за стол, а я уехал. Пока. — Сказал отец, махая мне меховой перчаткой, и выходя на холодную, и заснеженную улицу. Послушав его совет, я пошёл будить Олю. Подойдя к её двери, я постучал в неё три раза. — Оля, вставай, кушать пора. Мне почему-то никто не ответил. — Оля. Оля вставай. Тишина наполнила весь дом. Уже не было звука стучащего об доску ножа, ни звука кипящей каши. Даже запахи пропали, остался лишь холодок, быстро пробегающий по телу. Рука потянулась к дверной ручки, пальцы начали сжимать дерево что окаймляло железную оболочку. Тело начало дрожать от холода, а рука трястись. Зажмурившись, я резко повернул ручку и распахнул дверь. В лицо тут же ударил сильный ветер, окно Оли было распахнуто, на телевизоре бил белый шум, а казавшиеся вдалеке деревья росли прямо рядом с нами, и своими ветвями начали врастать в комнату. — Оля! — Крикнул я, и побежал к окну. За ним оказался черный непроглядный лес, и тропинка, подобная той на которой я встретил те силуэты. Блестящие в снегу обертки конфет уводили в глубь леса. Бегло оглянув тропинку, я заметил Олю. Она шла в курточке и шапке, её белые волосы буквально сияли как снег на поляне под лучами солнца. — Оля! Стой!!! Не ходи туда! Я быстро смахнул вниз. Накинув на себя лишь куртку поверх майки, и обув отцовские резиновые тапки, я выскочил на улицу и побежал за Олей. Обогнув дом, и устремившись в лес, я кричал Оле чтобы она остановилась. Её небольшой силуэт шёл по тропинке всё глубже и глубже, вообще не реагируя на меня. Один тапок увяз в снегу, нога вынырнула из него, и я продолжил бежать. Деревья начали сходиться друг с другом, будто тропинка закрывалась за мной, и если я не ускорюсь, то окажусь в замке. Ветки начали цеплять лицо и одежду, одна из веток хлестнула мне по щеке, отчего у меня выступила капля крови, пришлось закрыть лицо руками, но я уже почти не мог видеть Олю. Запнувшись об корягу правой ногой, я упал в рыхлый снег, который начал меня засасывать. Я выскользнул из ловушки одним рывком, но потерял второй тапок, ноготь на большом пальце сломался, и из пальца начала течь кровь, ногу словно ударяло током каждый раз как я на неё наступал. Оля уже почти была рядом, я вытянул к ней левую руку чтобы до коснуться, я почти до неё дотронулся, как в лицо попала кровь, на стекло очков попали капли крови, время будто остановилось, я не видел ничего кроме размытого красного пятна. И тут начала играть музыка флейты, та самая которую я слышал тогда. Пульс участился, кровь забилась в венах и артериях, отчего те выступили на голове, сердце уже готово вот вот выпрыгнуть из груди, стало тяжело дышать, будто гирю поместили в лёгкие. Около моего уха я услышал тихий вздох, отчего моё сердце буквально начало биться в конвульсиях. И я внезапно проснулся. Сердце бешено стучало, а тяжесть тела была сопоставима с уровнем страха, который вырывался из глубин моего сознания. Дышать было невозможно, я даже не мог пискнуть. — "Неужели я так и помру!? " — Стрелою промчалась мысль. — Тоша, ты не спишь? — Раздался голосок Оли за дверью. Я хотел сказать, ответить, но не мог. — Тоша, там опять эта сова, прогони её! — "Я сейчас Оля, сейчас приду! " — Беззвучно сказал я у себя в голове. Скрипнула дверь, я чувствовал как в проёме стоит напуганная Оля, вся в слезах. — Тоша. — Шмыгнув носом проговорила Оля. Она подошла к моей кровати, сперва я увидел её белоснежные волосы, она почему-то была повернута ко мне боком. После пяти секундного молчания, она наконец повернулась. Около её лица сверкал окровавленный нож, лицо всё было измазано в крови, а её милая кофточка с зайкой сейчас напоминала красную мокрую кофту, которую выбросили на свалку пять лет назад. Глаза были пустыми как у мертвеца. Она беззвучно подняла нож вверх, над моей шеей, и так же беззвучно и легко вонзила его. Кровь брызнула мне на лицо, а на личико Оли, по мимо засохшей крови попали ещё пару капель. Она подняла нож вверх, и вонзила мне его в живот, потом ещё и ещё раз, пока моя простыня не покрылась тремя литрами моей крови. — Тоша, проснись. — Сказал мне кто-то голосом сестры. Я открыл глаза, на улице уже давно было светло, надо мной стояла Оля, в своей милой кофточке, её лицо было чистым и светлым, и рядом с ним не блестел окровавленный нож. Я машинально сорвался и обнял сестру, по щеке побежали слезы. Я тихо заныл. — Тоша, ты чего? — Обеспокоенно спросила сестра. Вытерев слезы и сопли, и тихо проговорил — Ничего, ничего страшного. Ведь теперь мы вместе. Остальной день прошёл спокойно, без каких-либо происшествий, однако в голове у меня крутилась мысль о моих снах, что они предвещали что-то. Но что это "что-то" Непонятно. Заснув под эту мысль, мне вновь приснился сон.