Jackals

Под охраной шакалов Чонгук и Намджун провели два дня. Военным приносили воду и еду, в сопровождении они справляли нужду, и им позволяли помыться. К Намджуну захаживала местный врач, она занималась перевязкой раны, проверкой швов и их обработкой, интересовалась его самочувствием. Чонгуку не нравились моменты, когда нога врача вступала в эту комнату. За женщиной в маске тут же заходили ещё шакалы, они не произносили ни звука, но лишь один их вид навевал не очень позитивные мысли. Тэхён сказал, что они не пленники, однако их держали взаперти и подальше от остальных шакалов. В первый же день к ним подослали двоих шакалов, они сообщили, что на данный момент самый безопасный для их жизней вариант — это пробыть какое-то время здесь. Как бы комично это ни звучало, но с шакалами четвёртого отряда им действительно было надёжнее. Чонгук и Намджун провели эти два дня за размышлением, взвешиванием плюсов и минусов столь неожиданного союза, старались принять верное решение, несколько раз поругались друг с другом на почве возникших разногласий. Намджун категорически отказывался на сделку с дьяволом, но каждый раз Чонгук пытался убедить, что именно дьяволу сейчас стоит начать молиться. Полковник и сам был не рад оказывать содействие шакалам, он не забыл свою семью, павшую от рук шакалов. День, когда молодой солдат вернулся домой и обнаружил разбросанные конечности своей матери и сестры, забыть невозможно, только эгоистом он быть не мог, не мог думать о прошлом, живя с осознанием того, что чем больше он упрямится, тем больше людей теряет свои семьи, познаёт его горечь и боль. Решение альфы приняли под конец второго дня. Чонгук постучал по двери и её тут же открыли. — Мы хотим поговорить с вашим лидером, мы готовы дать ответ. Как и ожидалось, шакал ничего не ответил, он лишь шире открыл дверь, указывая, что они могут выйти. Шакал связался с лидером через наушник, докладывая. Каждый раз проходя по коридорам здания, Чонгук видел настороженность шакалов по отношению к ним, гул голосов тут же прекращался, а шаги замедлялись, никому не нравилось присутствие военных на их территории. Военных завели в выделенную под ещё один кабинет комнату, впустить в кабинет Сигмунта Тэхён их не смел, он не настолько доверяет мужчинам, чтобы позволить подобраться так близко. В комнате был лишь деревянный стол и несколько стульев, стоявших рядом друг с другом, на краю стола полковник заметил проектор и ноутбук. Несколько минут альфы ожидали лидера отряда шакалов и его людей, ведь пока мужчины свободно проводили время, шакалы только начали подниматься из своих кроватей, после ночи бодрствования. Первыми в кабинет зашли Нуала и Кэрри, одна из девушек громко чихнула, но на это никто не обратил внимание, за ними шёл Тэхён, уткнувшись в планшет, позади него остались Чимин и Гил. Среди них не было лишь Соён с Мини Мэй, девушек решили не тревожить, они многое пережили. Стоило членам основного отряда зайти, как присутствующие здесь до них шакалы скрылись за дверью. — Что вы решили? — Тэхён перешёл сразу к сути, омега прошёл вперёд и сел за стол, напротив военных, подле него тут же расположились близняшки. Чимин и Гил продолжили стоять, они не желали делить один стол с военными и ясно выражали свою неприязнь. — Сначала ответьте, — Намджун уже начал привыкать к столь бдительному надзору за ними, — есть ли у вас доказательства смерти чиновников? Нуала отошла от Тэхёна и включила проектор, на заранее подготовленном экране тут же возникли фотографии тел. Каждое бездыханное тело принадлежало политикам, что некогда управляли их страной. — Здесь нет лишь президента, — Тэхён также вставил сюда фотографии отрубленной головы Ким Муна. — А этого убили уже мы. Намджун и Чонгук не удивились тому, с какой лёгкостью Тэхён произнёс последнюю фразу. — Всех их убили люди Мин Юнги, насчёт местонахождения президента мы не в курсе, но предполагаем, что он, как и Ким Мун при жизни, перешёл на сторону террористов, — по лицам мужчин Тэхён предвидел следующий вопрос и поспешил ответить. — Чиновников убили не мы, нам не было смысла пачкать об них руки, они не мешались. — Однако Ким Муна вы сами убили, чем же он вам помешал? — Намджун словно давал себе ещё времени подумать. — Ким Мун собирался продать свою страну террористам, связался с ними, убедил в том, что перешёл на их сторону, а в последний момент струсил и пошёл на попятную, собираясь передать военным всю собранную информацию. Задачей шакалов было устранить его прежде, чем он предаст вам свои находки в логове террористов. Здесь даже Намджун должен признать, что шакалы действовали на опережение. — Вы говорите о союзе, но каким вы его видите? Малая часть военных согласится на подобное, если вообще согласится. Чонгук почти не слушал Намджуна, генерал пытался убедить себя, что не совершает ошибку, когда Чонгук для себя давно всё решил. Полковник смотрел на лидера шакалов, он видел усталость во взгляде, но его восхищало, сколь гордо и ровно омега восседает на своём месте. Мужчина видел его падение, но сейчас перед ним вновь лидер шакалов, которого не поставить на колени так легко, хочется отбросить всё и узнать самочувствие омеги, но ему нельзя, остаётся молча наблюдать. — Скорее это будет мирным договором, при котором, для начала, мы перестанем убивать друг друга, а дальше посмотрим. Тэхён хотел добавить, но дверь в комнату резко отварилась и на пороге появился запыхавшийся шакал, кажется, он сильно спешил сюда. — Лидер! — Шакал собирался выпалить всё на одном дыхании, но заметил военных и вовремя взял себя в руки. — Вас ждут в больничном крыле, он пришёл в себя. Не веря словам, все члены основного отряда, включая Тэхёна, тут же хотели броситься в больничное крыло, наплевав на военных и на то, сколь важно сейчас провести переговоры с ними, однако виду, что их всполошила эта новость, никто не подал. Шакалы не должны показывать себя, сейчас перед военными должны оставаться холодные и безразличные ко всему живому. — Идите, — Тэхён кивнул Гилу и Чимину, они меньше всех хотели находиться здесь. Нуала и Кэрри предпочли остаться, да и не спрашивал их никто, это их обязанность. — Как вы уже упомянули, не всё так просто, шакалы из других отрядов тоже не согласятся работать бок о бок с военными. Особенно шавки, добавил про себя Тэхён, но в слух решил не говорить — Поэтому на данный момент всё, что мы можем — это согласиться на мирное сосуществование. — Вы ведь спасли нас не просто так, — Чонгук догадывался, что шакалы нарыли всю возможную информацию на них, и даже понимал, почему спасли именно их двоих. — Что мы должны сделать для вас? Тэхён хотел поскорее закончить и пойти к Сигмунту, он желал собственными глазами увидеть его. — Мы знаем, сколько людей доверяют вам, сколько обязаны вам, а также сколько последуют за вами. Именно поэтому выбрали спасти вас, — о Сокджине Тэхён не говорил ни слова, не желал вмешиваться в происходящее между Сокджином и его братом, Тэхёну всё ещё непонятно, почему альфа предал родного брата, но это его не касалось в любом случае. — Вы сможете донести до своих людей крупицу реального положения дел. — Откуда вам известно про Мин Юнги и что вы можете рассказать? — Вновь раздался голос Намджуна, но вопрос также интересовал Чонгука. Тэхён на пару минут стих, Хосок позволил ему рассказать им о Мин Юнги, при условии, что дальше ушей полковника и генерала это не уйдёт, однако сейчас Тэхён решал для себя, что он может рассказать, а что пока не стоит. — Мария, владелица кровавого жемчуга, рассказала незадолго до своей кончины, — Намджун собирался кинуть яд в ответ, Чонгук пнул его ногой под столом, заметив. — Это должно остаться чётко между нами, теми, кто находится сейчас здесь, никому ни слова о том, что вы в курсе про Мин Юнги, даже своим людям. Мы мало знаем о Мине, лишь то, что не он затеял войну, а его отец. — Вдаваться в подробности жизни Юнги он не стал, об их связи с Хосоком также умолчал, Тэхён и без того дал военным слишком много информации. — А теперь, когда у вас закончились вопросы, мы хотим услышать ваш ответ. — Мне тошно признавать и подтверждать свои слова, но мы согласны на союз с вами, каким бы он ни был. Намджун вынес вердикт, всё решено, и назад дороги нет. — Мы собираемся вернуться и убедить военных, тех, кого сможем, на мирное соседство с вами, но вы ведь понимаете, что мы не можем дать гарантий того, что военные согласятся? — Мы понимаем, а также советуем поспешить. Как вы уже догадались, именно вы цель террористов, сейчас вам не помешают союзники, способные вам помочь, — Тэхён встал из-за стола, военные последовали его примеру. — Наши люди отвезут вас обратно, вам передадут, как выйти на связь с нами. Когда дверь за ними закрылась, по наушнику Тэхён связался сопровождающими шакалами. — Отвезите их обратно, возьмите с собой ещё двух шакалов, только незаметно. Не оставляйте их, следите и докладывайте о каждом шаге. Шаг влево, шаг вправо — убивайте сразу, не мешкайте. — Думаешь, они действительно согласны на союз с нами? — Недоверчиво спросила Кэрри. — Думаю, да, они осознают своё положение, как и мы — своё. Шакалы ждали возле палаты Сигмунта. Джинна не пускала никого, для начала ей самой нужно было проверить состояние стратега. Когда женщина вышла из кабинета, все тут же подскочили к ней. — Состояние Сигмунта стабильно, но вы должны понимать, что три месяца довольно большой срок, понадобится какое-то время на полное восстановление. Будет лучше, если вы не будете на него давить. — К нему можно? — Спросил Чимин с надеждой. — Вы можете пройти, но не долго. Когда все вошли в палату, Джинна перехватила Тэхёна за руку. — Соён и Мини Мэй сказали? Младшие сёстры — единственные, кого сейчас здесь не было. Девушки почти не выходили из своей комнаты, а Тэхён не решался на разговор с ними, слишком труслив для того, чтобы увидеть увечья, нанесённые Киёном. Лидер прекрасно осведомлён о том, что душевные раны намного сильнее и на них страшнее смотреть. — Чуть позже я пошлю кого-нибудь сообщить им. Тэхён уловил сочувствующий взгляд Джинны и прошёл в палату. Все буквально окружили Сигмунта, но больше всего поражало, что даже сейчас возле него сидел Гил. Может, хотя бы у них, наконец, наладятся отношения, и больше уши лидера не услышат вечные споры. Хотелось бы верить. За прошедшие месяцы Сигмунт исхудал, щёки впали, а на руках отчётливо просвечивались вены. Мужчина находился в полусидячем положении, благо, больничная кушетка позволяла держаться в подобном положении. Нуала и Кэрри придвинули стулья ближе к койке, Чимин, заметив вошедшего лидера, пересел со стула на диван, как можно дальше. Тэхён на подобное тяжело вздохнул, но на освободившийся стул так и не сел, оставшись стоять около двери. Он чувствовал себя лишним в этом счастливом моменте. Чимин не закатывал Тэхёну истерик, не спорил и не кричал, он не разговаривал с ним без надобности, даже военные вопросы передавались через других шакалов, больше не были слышны нравоучения и недовольных взглядов на спине Тэхён не ощущал из-за очередной кружки кофе. В их спальне Тэхён не появлялся, провёл две ночи в кабинете Сигмунта. Чимин, в большей степени, старался не пересекаться с лидером, даже во время операций ставил себя как можно дальше от его расположения.  —  Ты проспал три месяца, теперь даже не смеешь жаловаться на то, что ты хочешь спать, — сказала Сигмунту Кэрри. Остальные рассмеялись, даже на лице Тэхёна промелькнуло подобие улыбки. Не заметив среди шакалов самых младших, стратег задал вопрос об их отсутствии. Не то, чтобы Сигмунт считал, что каждый обязан присутствовать здесь в этот момент, но проведя несколько лет с четвёртым отрядом он слишком хорошо всех их знал. Шакалам пришлось пересказать всё, что произошло за последние пару дней, Джинна просила не нагружать его сильно, поэтому рассказали лишь то, что ему нужно было знать. Рассказ о случившемся с Соён и Мини Мэй давался тяжело, перед глазами стояли события ночи, когда после пыток Киёна они вернулись на базу, в ушах всё ещё звенело от слов Джинны, о том, что именно Киён сотворил с Мини Мэй. Никто не хотел вспоминать и говорить об этом, но это случилось, прошлое не изменить, с этим остаётся только жить. После пересказа Сигмунт потребовал, чтобы ему принесли ноутбук и все записи. Тэхён был категорически против, стратег только что очнулся, он сидит с трудом, пару дней он его к работе не подпустит, а потом, так уж и быть, закидает всем, чем можно. — Я достаточно отдохнул, — твёрдо заявил Сигмунт. Дело было в другом, Сигмунт помнил все ядовитые слова, брошенные Тэёном, он считал себя жалким, слабым, не способным ничего сделать, именно поэтому решил приступить к работе сразу же. Желал наверстать упущенные три месяца и избавиться от слов Тэёна в своей голове. Тэхён сейчас его прекрасно понимал, но хотел дать ему хотя бы немного прийти в себя. Сигмунт приступил к работе лишь спустя несколько дней, Соён и Мини Мэй пару раз заходили, чтобы проверить его состояние, хоть стратег и сказал, что это не обязательно, однако бета не забыл поблагодарить Мини Мэй за плед, ведь именно он спас ему жизнь. Тэхён проводил дни в палате Сигмунта, рассказывая о том, как всё обстояло, вводил в курс дела. Много работать лидер ему не позволял, Джинна была солидарна, Сигмунта откровенно бесило, что его записали в список смертников, но сделать ничего с этим не мог. Сигмунт слушал в пол уха, стараясь уделить больше времени оставленной для него информации. Выглядел он неважно, как бы стратег ни пытался скрывать, но ему явно нужно было нормальное восстановление, а не постоянный штурм камер видеонаблюдения. — Я не хочу тебя нагружать ещё сильнее, но скажи, — Тэхён не особо горел желанием общаться с кем-то сейчас, однако Сигмунта нужно было отвлечь, — ты тоже считаешь, что я поступил неразумно? — Почему спрашиваешь меня? — Сигмунт отправил ноутбук в спящий режим и отложил на стул. — Они мне правду не скажут. Никто, кроме Чимина не высказывал своих претензий, однако на лицах было написано, что не одобряют, винят. На самом деле так казалось только Тэхёну, ему чудилось, что он видел на их лицах то, что отражали его собственные мысли. — Я смотрю на вещи со стратегической точки зрения. Давай взглянем правде в глаза, если взять три наших отряда, не считая шавок, то нас осталось всего двадцать тысяч, Юнги уже захватил Анголу, Иран, Таиланд, Англию, Германию, Францию, и это не считая еще трёх стран, захваченных его отцом. Каждая из этих стран занимает не самое последнее место по численности вооружённых сил, сейчас он играет с нами из-за Хосока, но его шахматная партия не будет длиться вечно, ему надоест и от нас останутся щепки. Союз с корейской армией даст нам возможность продержаться ещё, а если мы сможем привлечь на свою сторону ещё пару таких союзников, то получим шанс даже победить. Убивать Юнги бесполезно, вспомни слова Марии: они как гидра, на месте одной отрубленной головы тут же вырастет новая, поэтому война не закончится, пока не избавимся от всех, а для этого нужна армия куда больше нашей, — Сигмунт старался говорить всё чётко, но речь всё ещё давалась ему с трудом и столь долгое общение быстро утомило его, язык начинал побаливать. — Остальные понимают это, просто мы все оставили слишком много шрамов друг другу. — Сигмунт взял с тумбочки таблетки, достал одну и положил на язык, быстро запивая водой. — Мария упоминала о двух приближенных к Юнги, как думаешь, может ли Тэён быть одним из них? — Мария всегда знала слишком много, не исключено. — Кто бы мог подумать, что нашими союзниками станут военные, — дабы уйти от разговора о Марии, сказал Тэхён. — Это точно, — Сигмунт скривился, — но союзники — это враги у которых есть общий враг, а чем сильнее ненависть к врагу, тем могущественнее союз.

********

Кабинет Сигмунта для сна больше не подходил, а в спальне его никто не ждал, Тэхён направился в кровавый жемчуг, пройдут годы, но только в этом месте ему будет спокойно, лишь здесь сможет находиться в безопасности от мыслей, может, даже удастся нормально поспать. Джинна перед отъездом лидера всучила ему банку со снотворным, Тэхёну это не понравилось, однако, сам не ведая зачем, взял банку с собой. Со сном у него также проблемы, только теперь в подарок шёл Киён. Тэхён не представлял, какие кошмары мучают сейчас Соён с Мини Мэй, девушки превратились в тень, их не видно и не слышно, к Сигмунту они ходили тайком и лишь из его уст Тэхён узнал, что они были у него. Гил пытался несколько раз зайти к девушкам, узнать об их самочувствии, но альфе оставалось лишь скребсти дверь, он даже начал опасаться, что из-за Киёна омеги теперь не подпустят его к себе, не находил себе места, срывался на грушах и шакалах-новичках, успокоили мужчину слова близняшек и Чимина, ведь их девушки тоже не пускали к себе. Соён и Мини Мэй закрылись, спрятались от всего мира, спрятались от них, и это была соль на открытую рану. Никто их не винил и не осуждал, в том числе Тэхён, он даже не требовал, чтобы они приступили к своим обязанностям, язык не повернулся. Тэхён лишь сдерживал себя и сажал на цепь своих людей, ведь уничтожить Киёна хотелось больше всего, но он неприкосновенен. Чёрт бы его побрал. В кровавом жемчуге стояла тишина, Тэхён вновь разместился в комнате Марии, но также не мог позволить себе прикасаться к её вещам, поэтому собирался сесть на пол, завернувшись в куртку. Звук шагов привлёк его внимание, омега выхватил из ножен катану и встал в стойку, готовясь атаковать. — Так и знал, что рано или поздно застану тебя здесь, скучал по мне? Тэён стоял в дверном проёме, ухмыляясь, обратив внимание на катану в руках Тэхёна, альфа поднял руки в сдающемся жесте. — Я пришёл с миром, расслабься. Тэхён не двигался, но и катану из рук не выпускал. —  Я знаю тебя несколько лет, ты не убьёшь меня, не выслушав. Не глупи и опусти катану. — Ты предал нас, навредил Сигмунту, а теперь думаешь, что я буду тебя слушать, — Тэхён сделал первый шаг. — Ты сейчас заговорил со мной, это даёт мне понять, что я прав. А за стратега прости, не любил я его никогда, забирал на себя слишком много внимания Гила. Тэён говорил так спокойно, будто не было всех этих месяцев. — Ты альфа, а ведёшь себя, как истеричная омега увидевшая своего альфу с другим. Неужели и капли гордости не осталось в том, кого я знал? Я никогда не прощу тебя за Сигмунта, не прощу за предательство и за тот вред, что ты нанёс Гилу. Я убью тебя, а твою голову принесу Гилу, как трофей, — рыкнул Тэхён, омега не собирается выслушивать лживую речь Тэёна, пробовали, проходили. Упускать шанс убить Тэёна нельзя, и Тэхён ринулся вперёд, но резко затормозил, заметив на себе красную точку. Паразит взял его под прицел. — Ты можешь не верить, но я пришёл уберечь вас, называй, как посчитаешь нужным, — видя огонь и злость в глазах Тэхёна, альфа поспешил перейти к причине своего визита, Тэён не собирался вредить бывшему лидеру, но только так Тэхён будет слушать. — Один из верных псов Юнги возвращается из Америки, армию с собой он не ведёт, пока, что уже хорошо для вас, но не стоит расслабляться, Сан может составить конкуренцию даже Киёну. Сан является доминантом и он опасен, на форме его людей нарисован белый волк, выделяющий их из всех террористов, это альфы и беты под всеми возможными таблетками, они творили с людьми такое, что даже шавок в рай без очереди пропустят. Тэхён, держи себя и свой отряд от них подальше, не приближайся, я видел, как Сан и его люди резали людей по кускам, вам с таким не справиться. — Я больше не верю твоим словам, не после того, что ты сделал. — Дело твоё, я своё сделал, — Тэён повернулся к нему спиной и собрался уйти. — И да, Тэхён, не приходи сюда больше, кровавый жемчуг под надзором террористов. Я хочу дойти с тобой до финала, а не узнать о глупой смерти четвёртого лидера. В этот раз Тэён пришёл не для причинения вреда, альфа хотел поговорить. Тэён сделал это не ради Тэхёна и остальных, лишь ради Гила. Кажется, мужчина знает, что такое любовь и кто научил его этому чувству. Понял и признал в тот же день, как ушёл, но пути назад у него нет и никогда не будет. Тэён осознает каждое своё действие, никто не вынуждал и не заставлял, изначально выбрал кем быть, просто не ожидал, что другой альфа заставит неосознанно его любить.

********

Тэхён собрал всех в палате Сигмунта, его, как и остальных, удивило, что Соён с Мини Мэй тоже пришли, девушки не смотрели никому в глаза, их головы были опущены, они сели подальше от всех, не желая пересекаться с ними никаким образом. Гил сжал кулаки, но ничего не сказал, мужчина хотел больше всего их поддержать, ведь он обещал, что большой и грозный альфа их защитит, а в итоге с ними не было никого. Тэхён также старался не смотреть на девушек, ему было стыдно перед ними, но омега не замечал, как дрожали девушки, не встретив даже секундного его взгляда. Не успел Тэхён раскрыть рта, как по наушнику ему сообщили, что полковник и генерал едут к ним. Пришлось отвлечься и дать указания надеть всем маски, а также самому принести маску для Сигмунта. Чимин собирался привезти кресло каталку, но Сигмунт покачал головой. — Они должны доверять нам, если нужно, то пускай видят нас даже в таком состоянии, — проговорил Сигмунт, выпив очередное лекарство. Намджун и Чонгук удивились, когда их сопроводили в другое место, не ожидали увидеть шакала на больничной койке. Полковник тут же нашёл взглядом Тэхёна, кажется, под какой бы маской омега ни скрывался, он будет находить его всегда. — Вам удалось убедить своих людей? — Спросил Сигмунт, стоило им пересечь порог. Возле него стояли Нуала и Кэрри, а рядом сидел Гил. Соён и Мини Мэй расположились у окна, Тэхён был ближе ко входу, стоял, оперевшись на стену, Чимин был у противоположной стены. — Как мы и говорили, — Намджун прошёл в середину комнаты, — не все согласятся на сделку, однако большую половину убедить нам удалось, спасибо вашей флешке с доказательствами, — перед тем, как военных отвезли, Тэхён передал одному из шакалов флешку с необходимой информацией, он посчитал, что на слово никто не поверит, на флешке также была видеозапись их разговора в комнате для переговоров. — Остальные военные всё ещё ставят под сомнения наш союз, но рано или поздно они смирятся. — А что насчёт остального? — Тэхён не услышал главного. — Нам также важно знать, что военные не соберутся толпой, чтобы нас убить. — Никто из военных не посмеет вас тронуть, — проговорил Чонгук, глядя омеге в глаза, ему хотелось убрать эту чёртову маску с его лица, — мы об этом позаботились. — Где гарантия, доказательства, что военные будут сидеть сложа руки по отношению к нам? — Чимин смотрел на военных с полным презрением и ненавистью. — Гарантию хочешь? Может, тогда сначала сам предоставишь её нам? — Огрызнулся Намджун. Намджун не собирался выяснять отношения, генералу было тяжело убедить военных в необходимости этого союза. Это отняло у них не один час, ведь для начала пришлось разговаривать с другими генералами, а с этими людьми тяжело договориться. Мужчина понимал вопрос шакала, самому хотелось бы получить гарантию, знать, что он не рискует своими людьми напрасно, но её не было, оставалось лишь поверить на слово. — Военные согласились на союз, для всех нас это уже огромное преимущество. Тэхён пересказал слова Тэёна, никому не понравилось, что предатель был настолько близко к их лидеру, хотели высказать Тэхёну за его опрометчивость, но при долбанных военных должны были держать лицо, будто их не волновало ничего. Тэхён внимательно следил за реакцией Сигмунта, но даже если стратег и напрягся, он никак себя не выдавал. Сигмунт умел держать себя в руках, в отличие от них. — Подтверждения его слов у нас нет, — сказала Кэрри, скрестив руки на груди, — он вполне мог соврать, чтобы приблизиться к тебе. — И у него это прекрасно вышло, — чуть ли не прорычала Нуала. — Тэён не стал бы так рисковать, судя по всему, он занимает не последнюю должность, раз Юнги провернул столь масштабную операцию, даже завёл своих людей на территорию шавок ради отвлекающего маневра, — последние слова были сказаны Сигмунтом тихо, а рука невольно потянулась к месту, куда ранил его Тэён. — На камерах видеонаблюдения нет появления террористов, только Тэён, — про себя Сигмунт в очередной раз выругался, ему было неудобно делать всё, используя лишь ноутбук и планшет. — Проверь дальше, один держал меня на мушке. Все уставились на Тэхёна, даже военные. — Ты... Чимин решил не продолжать мысль и вовремя себя успокоить. — Может, объясните кто такой Тэён? — поинтересовался Чонгук. — Судя по всему вы хорошо с ним знакомы, в отличие от нас, если не забыли. Полковника больше волновал опрометчивый поступок омеги, сегодня он мог бы не вернуться к отряду, но так легко рассказывает, словно каждый день таков. Хотелось знать о Тэёне, чтобы самому шею свернуть. — Тэён состоял в нашем отряде, — осторожно начал Чимин. — Он был шакалом? — Спросил Намджун. Чонгук также перевёл своё внимание на снайпера, до этого мужчина смотрел лишь на Тэхёна. «Состоял», «был» эти слова пробуждали болезненные воспоминания, странно говорить о близком так, как будто он давно умер. — Да. Пока не предал нас. Скорее всего сейчас он правая рука Юнги. Общие факты, которые знали все среди шакалов, не более. — Нашёл, — наконец произнёс Сигмунт, вытаскивая всех из своих дум. — Там действительно был ещё один террорист, но вот что интересно, после того, как Тэён вышел и уехал, прошёл час, террорист не двигался с места, продолжая следить, пока рука с томагавком не ударила его в спину. — Тэён, — выплюнул Гил. — Значит, он сообщил вам информацию, а после убил своего. Не думаю, что он солгал.  Шакалы задумались над словами полковника, но всё ещё не верили. — Нужно сообщить первой и второму, если это правда, то нам стоит быть начеку. Вам тоже лучше предостеречь своих людей, — Тэхён посмотрел на генерала, а затем на полковника. — Доминантные альфы — редкость, но они опасны даже для нас. — Как же нам повезло: что не псих — так доминант, — Нуала не могла промолчать, но быстро закрыла свой рот, глядя на Соён с Мини Мэй, девушки никак не отреагировали, стояли молча, будто находились не здесь вовсе. — Я думал вы на подавителях и не можете чувствовать других, — Намджун оглядел всех присутствующих, — Извините, за бестактность, но из имеющихся у нас сведений о шакалах, вы запаха не имеете, а, как известно, длительное принятие подавителей влияет на возможность чуять чужие запахи. Генерал поднял тему, которую шакалы не любили. — Для нас были изобретены иные подавители, они полностью блокируют выработку феромонов, даже способны избавить организм от течки и гона, смотря в какой дозе принимать, конечно, но при этом мы чувствуем чужие запахи, хоть и слабо. Именно так они работают, — объяснила Кэрри — Вот только феромоны доминанта способны сшибить даже нас, — хмуро закончила Нуала. Резко стало тихо, информация о доминантном альфе и его людях настораживала. Альфам тяжело, когда на них давят более сильные, это неприятно, однако для омег феромоны доминанта ещё хуже. Среди военных парней и девушек омег не так много, из-за соображения мер безопасности для них же, никто служить не запрещает, однако не каждый омега согласен отказаться от свободной жизни и права завести семью, но, как заметил Намджун, среди шакалов омег предостаточно. Генерал никогда не задумывался, что сражался с омегами на равных, а иногда даже проигрывал им, может, где-то очень-очень глубоко в душе он восхищался, но сейчас мужчина понимал, что омеги среди шакалов могут серьёзно пострадать. Не заключи они союз, генерал бы воспользовался этой информацией, но теперь, возможно, стоит взять Сана на себя и не подпускать его близко, а ещё лучше избавиться до того, как он выпустит свои феромоны.

          ********

Когда все собрались расходиться, полковник попросил Тэхёна поговорить с ним наедине, наверное, не будь на людях Тэхёна масок, он бы увидел лица, которые запомнил на долгое время. Лидер не отказал полковнику, посчитав, что это важно и направился с ним в комнату для переговоров, своих людей Тэхён оставил, полковник не столь глуп, чтобы нападать на чужой территории. — Что с тобой? — Требовательно спросил Чонгук. — О чём ты? — Тэхён не понимал, что от него хотят. — Я не бесчувственный шакал, чтобы не заметить, как у тебя руки трясутся, — Чонгук схватил Тэхёна за запястье и приподнял перед своим лицом его ладонь. — Этот Тэён что-то сделал? Чонгуку хотелось врезать себе, он не должен был проявлять столько внимания к шакалу, переживать за него, но ничего поделать с собой просто не мог. Лидер шакалов будил в нём старые, утерянные чувства, заставлял видеть то, чего мужчина много лет не замечал, ему не нужно было даже называть своего имени, чтобы вызвать подобный эффект. — Я мало сплю и пью много кофе, — Тэхён вырвал свою руку из захвата. — Ложь. Я следил за тобой всё время, ни разу на поле боя у тебя не дрогнули руки, ни разу не видел, чтобы вы были такими. Что вы скрываете за масками: лица или истинные эмоции, человечность? Нужно быть дураком, чтобы не заметить. Шакалы прячут лица, эмоции, мысли, но Чонгук видел другое, мужчина смотрел, как шакал рвётся вперёд, чтобы спасти своих близких, видел, как шакалы закрывали спины друг друга, как спасали от смерти, а ещё он видел лидера, павшего на колени. Полковник не знал, что сделали с теми девушками, куда отвели, но это явно вынудило парня перед ним пасть, забив на гордость. — Я прекрасно вижу, что с тобой происходит. Считаешь, что в случившемся только твоя вина, — Чонгук говорил о том, что видел, у него не раз тряслись руки, после проваленной операции, после информации о том, что кого-то из военных взяли в плен. — Ты пытаешься подставить плечо своим людям, но даже ты не способен ничего сделать. – Своё мнение засунь себе в задницу, — Тэхён почувствовал, как ярость постепенно подступала к горлу, никто не посмеет лезть к нему в голову, тем более военный. – Нет. Я не заткнусь, потому что тебе нужно услышать, что что бы ни произошло, твоей вины в случившемся нет. Я вижу тебя насквозь, я сам знаю, что это такое — чувствовать вину, когда твоих людей... Тэхён больше не выносил это слушать, он схватил полковника за грудки его футболки и прижал к стене, больно ударяя его головой об неё. — Не смей лезть мне в голову! Мы заключили союз, но у тебя нет права промывать нам мозги, особенно мне, — Тэхёну не нравилось, что мужчина назвал его отряд бесчувственным, злило упоминание Соён и Мини Мэй, да что он может знать? Полковник не знает, что такое пытка для шакалов, полковник не в курсе, что сделали с девушками, он даже не имеет права открывать свой грязный рот в их сторону.  — Тебя и остальных не касается то, что происходит у нас, заруби это себе на носу. — Помнится, ты знал, кто я такой, но все равно общался со мной в парке, ты не говорил прямо, но тебе нужна была поддержка. Ты выглядел так, словно на тебя свалился весь груз забот и проблем, — Я хотел помочь, забрать проблемы себе, чтобы ты не сидел совсем один под гнётом цунами из проблем, хотелось добавить полковнику. — Теперь я хотя бы представляю, что именно тебя гложило, так давай поговорим, как в те дни. Тэхён рассмеялся и отпустил Чонгука. Тэхёну действительно стало смешно, его смех был искренен, на его голову упал ещё один герой, мечтающий поговорить с ним. Не будь Чон военным, стал бы лучшим другом Чимина. — Полковник, не знаю, что вы придумали себе, — Тэхён вновь перешёл на вы, задевая этим Чонгука, — но как вы сами сказали, я изначально знал кто вы, всё моё нытье было лишь игрой. Знай своего врага и жизнь станет чуточку проще. Чонгук не верил в яд, испускаемый Тэхёном, но его слова задевали, мужчина лишь надеялся на то, что сможет узнать немного о состоянии Тэхёна, но он просчитался. Тэхён не будет говорить с ним о том, что у него внутри, а тем более показывать перед ним свою слабость, больше нет. Мужчина вышел из комнаты, громко хлопнув дверью, звук его шагов отлетал от стен, сев в машину, он проигнорировал вопросительно поднятую бровь Намджуна. Сейчас ему хотелось куда-то деть свой гнев из-за неудачного разговора. Спустя несколько часов Чонгук успокоился, осознал, что ему не следовало вести себя так неосторожно. Омега прав, он не смел лезть к нему в голову, шакалы и военные не друзья, лишь вынужденные союзники.

********

— Ты в своём уме?!  — Залетая в зал для тренировок, крикнул Чимин. — Когда ты со мной не разговаривал, мне нравилось больше, — съязвил Тэхён, просунув голову в футболку, он сморщился от того, как неприятно футболка прилипала к мокрому от тренировки телу. — Я рад, что тебе весело. Как тебе в голову пришло пойти одному с военным, не взяв с собой никого?! — Тон Чимина переходил на истерящий. — Я не говорю о том, что ты поехал в кровавый жемчуг, снова один, что, если бы Тэён схватил тебя? Мы не знаем следующий шаг Юнги, не можем рисковать ещё кем-то, потому что тебе захотелось вспомнить былое, — Чимин упёр руки в бока, осуждающе глядя Тэхёну в глаза. — Сигмунт сказал, что мы должны учиться доверять военным, это я и пытаюсь делать. А что касается борделя, мне было больше некуда идти. Вряд ли ты желал видеть меня в нашей спальне. — Не нужно давить на жалость, я бы сам ушёл, но не позволил тебе уехать, не одному. — Я давлю на жалость? — Тэхён хмыкнул. Омега сел на скамейку и облокотился локтями на колени. — Даже забавно, я столько лет делал всё, что ты хотел. Взять малолетних омег? Пожалуйста, бери, я возьму за них ответственность. Захотел отблагодарить Гила и Тэёна? — Имя Тэёна он выплюнул, — давай примем их в основной отряд. Я слишком грубый, я не должен становится таким, как... — Прекрати, — Чимин перебил его. — Как Киён и остальные лидеры, хорошо, я найду в себе это хорошее дерьмо, чтобы ты был счастлив, чтобы не смотрел на меня осуждающе. Правда глаза колит? Я делал всё, Чимин, я выполнял каждую твою прихоть, лишь бы кто-то из нас был счастлив, — Тэхён поднял на него взгляд, – но стоило мне единожды не выполнить твою просьбу, отказать тебе и ты отвернулся от меня.  Чимин опустил голову в пол. Впервые Чимин не стоял, гордо подняв голову, давал слабину. Тэхён внимательно изучал стоявшего перед собой снайпера, он не пытался его задеть, обидеть, лишь сказал горькую правду. Тэхён слишком сильно дорожил Чимином, боялся потерять и делал всё, но Чимин отказался от него из-за одной ошибки. — Я всегда думал, что защищаю тебя и весь отряд, но сделать ничего не смог, я чувствую вину каждый день, каждый час, каждую ёбанную секунду. А знаешь, что хуже всего? Что когда ты был мне по-настоящему нужен, ты отвернулся.

********

Террористы без дела долго не сидели, они вновь напали на базу военных, Чонгук и Намджун прибыли туда сразу, как получили информацию от шакалов. Нужно будет поблагодарить их за предупреждение. В этот раз всё было иначе, военные подготовились, собрали куда больше людей, чем в прошлые налёты врага. Военные могли смело похвастаться перед шакалами, что смогли дать отпор. Вот только шакалы в стороне сидеть отказались, они ворвались на базу через двадцать минут после прихода террористов, чем перепугали добрую часть военных, полковнику и генералу пришлось напоминать, что шакалы теперь их союзники и им вреда не причинят. Сколь захватывающее и невероятное зрелище предстало перед глазами террористов, военные сражались плечом к плечу с шакалами, прикрывали их спины. Чимин находился под надежной опекой Нуалы и Кэрри, Тэхён им головы открутит, если они отойдут хоть на шаг. Слова Тэхёна не давали Чимину покоя пол дня, он думал о своих поступках и о том, что сделал для него Тэхён, лишь сейчас пришлось отбросить все размышления и сосредоточиться на своих целях, подходящей точки для снайперов здесь не было, приходилось драться в рукопашную. Чимин не любил ближний бой, крики, хруст ломающихся костей, отрубленные конечности, запах крови вызывали кислый ком в горле. Проверив обстановку, Чимин не обнаружил генерала, спросить у Сигмунта он тоже не мог, камер в этой части не было, поэтому всё, что мог их стратег — следить за индикаторами с пульсом и сообщать о потерях. Снайпер заприметил лестницу, ведущую на третий этаж, туда ни шакалы, ни военные ещё не могли пробраться, террористы вынудили на ближний бой на первом и втором этаже, с первым этажом шакалы быстро управились, на втором пришлось задержаться. Вместе с близняшками Чимин стал пробиваться сквозь террористов, ему нужно было найти генерала Кима. Третий этаж был уже завален трупами террористов и военных, пришлось двигаться аккуратно переступая. Трупы террористов никогда не вызывали в Чимине чувства стыда или совести, он не испытывал жалости к тем, кто ворвался в их мир и лишил всего. Говорят, что война это тоже жизнь, к которой ты привыкаешь, но Чимин был иного мнения.  Спустя пару часов все террористы были мертвы, выжившие военные радовались и горевали одновременно, это была их первая победа, но мёртвые тела товарищей напоминали какой ценой досталась им эта победа. Шакалам повезло больше, благодаря вернувшемуся Сигмунту никто из них серьёзно не пострадал и даже не умер, что не могло не радовать. — Переверните тела, осмотрите их форму, — отдал приказ Тэхён своим людям, краем глаза лидер заметил вернувшихся близняшек и Чимина с генералом. Тэхён не переживал, за них, знал, что его люди непременно спустятся живыми. — Думаешь, среди них есть люди Сана? — Поинтересовался Чонгук, подошедший почти вплотную к омеге. Тэхён положительно кивнул головой. Тэён сказал, что Сан вернётся без своих людей, но проверить не будет лишним. — Тэхён, защитите военных, встаньте вокруг них, — проговорил Сигмунт в наушник. — Всем военным в центр, шакалы окружите их! — Скомандовал Тэхён, не задумываясь. — Делайте, что он говорит! — Крикнул Намджун, понимая, что приказ шакала вызвал у военных ступор. Генерал, как и остальные, не знал, что происходит, но блондин спас ему жизнь и явно не для того, чтобы расстрелять, загнав в круг. — Шавки здесь, — весь четвёртый отряд насторожился, их кулаки сжались, от альф в отряде послышались рыки. Каждый знал, что сделали шавки и их жажда, желание вцепиться в глотку врагу, усиливались с каждой секундой. — Нуала, Кэрри, быстро к Гилу, — дал указания Сиг. Близняшки отошли от Чимина, на их место встал генерал, несмотря на то, что ему тоже лучше было оставаться в круге. Чимину сейчас было не до него, он готовился сдерживать альф их отряда, если придётся. Девушки встали перед Гилом, Соён била дрожь, она словно вновь оказалась в их квартире, перед глазами Мини Мэй, а в ушах крики. Гил закрыл собой Соён и протянул свою руку, Соён ухватилась за неё, как за спасательный круг. Тэхён стоял в самом центре, в затылок ему почти упёрся полковник, встать рядом с ним ему не дали шакалы, но он был готов в случае опасности схватить Тэхёна за предплечье и затолкнуть за свою спину. Киён появился как обычно в своей манере, лёгкая плавная походка сопровождается смешком и хлопками в ладоши, за его спиной, словно гиены во время охоты, следуют шавки. Военные не понимали, почему шакалы закрыли их от своих же, за спинами шакалов им было почти ничего не разглядеть. Намджун и Чонгук не могли спустить глаз с лидера шавок, они видели у него на поясе меч в ножнах, мужчин посетила одинаковая мысль. — Какая прелестная картина, самим не противно? — Поинтересовался Киён. Соён, сильнее сжала руку Гила, ей хотелось убежать, а лучше оглохнуть, чтобы ничего и никогда не слышать из пасти Киёна. — Особенно тебе, — Киён обращался к Чимину. Генерал бросил заинтересованный взгляд на парня возле него. — Что тебе нужно? — Тэхён хотел быстрее спровадить Киёна, чувствовал, как тонкие нити, удерживающие его людей, трескаются, как его собственные цепи ломаются. — Между военными и шакалами действует союз. Ты не смеешь их трогать или позабыл? — Я?! Забыть?! Как я мог, это ведь была лучшая ночь моей жизни, когда я вкусил плод своей милой Мини Мэй, — Киёна даже не смущало присутствие военных. Гил отпустил руку Соён и выступил вперёд, близняшки не успели среагировать, Тэхён вовремя выставил прямо перед горлом Гила катану, затормаживая его, близняшки крепко сжали его за предплечья, удерживая. Шакалы четвёртого отряда ждали приказа растерзать Киёна, каждый альфа и омега был готов вырвать подонку сердце за девушек. — Закрой пасть, псина! Не смей произносить даже её имени! — Эх, ты так и не научил своих людей вести себя, — Киён зацепился за спину Гилу, ему открылся вид на дрожащую Соён. — Привет, сестрёнка, надеюсь, кошмары на мучают? — Шавки за спиной Киёна гнусно рассмеялись. Смех длился не долго, генерал не успел спохватиться, как Чимин застрелил одну шавку. — Следующая полетит тебе в голову, если не закроешь свой рот. — Забавно с вами, меня за безобидную заботу застрелить грезишь, — обиженно пробурчал альфа, —  а генерала возле себя не трогаешь, ещё и спиной этих ублюдков закрываешь. — Ты от них ничем не отличаешься, — не опуская пистолет ответил Чимин. — Может быть, — задумчиво произнёс Киён. — Я, кстати, не с пустыми руками пришёл, — один из шавок передал Киёну мешок. Киён кинул мешок в ноги Тэхёна, он раскрылся и из него выкатилась отрубленная голова Рокси. — Думаю, ты бы хотел её получить, после всего, что она сделала. Кого-то из военных вырвало прямо на пол, кто-то пытался сдержать позыв. Тэхён, как и остальные шакалы, могли смотреть лишь на неё. Пока военные видели голову человека, шакалы видели голову той, кто воспитала их, создала на свет. Ни радости, ни горя они не испытывали, пустота и больше ничего.

********

Тэхёна Чимин застал в их спальне, после душа лидер накинул на себя толстовку и собирался уходить. — Мы только вернулись, куда ты? — Нужно съездить к Хосоку, он должен угомонить свою шавку. — Вряд ли убить Рокси было его приказом. Ты ведь знаешь, Хосок ей верно служит, точнее служил. Тэхён прекратил сборы и уселся на кровать. — Я должен извиниться. — Ты правильно сделал, что выстрелил, я бы не хотел перерезать глотку Гилу. — Я не за это пришёл извиняться. Ты был прав, прости, что не поддержал. Просто это тяжело, я пережил столько пыток, издёвок Киёна, но ничего не сравнится с изнасилованием, мне словно душу изрезали на мелкие кусочки, — голос его дрогнул. — Когда к нам явился Сокджин, я понимал каждое его слово, хотел сам убеждать тебя, сколь выгоден этот союз, но воспоминания того дня не выходили у меня из головы. Я не боюсь военных, я боюсь того, что они могут сделать с любым из нас, а я не хочу этого. Я представляю, что ощущает сейчас Мини Мэй и я разозлился. Тэхён не перебивал, внимательно слушал и запоминал каждое слово. — Прости и ты меня, я должен был найти время поговорить с тобой, чтобы узнать, что ты чувствуешь. — Как думаешь, может, теперь нам стоит собрать яйца в кулак и узнать, что чувствуют те, кто больше всего в этом нуждается? Лидер понял о ком речь. К Хосоку он так и не поехал, в соседней комнате их ждали две одинокие растоптанные души, которым нужно было внимание своего трусливого лидера. Девушки долго плакали, рассказывали события той ночи и начинали плакать ещё громче, никто не думал обвинять их в слабости и соплях, ведь они не были слабыми, не каждый переживёт пытки Киёна и сможет о них рассказать, Соён и Мини Мэй успокаивались в объятиях Гила, столь большой альфа мог обнять хрупких омег и спрятать от всего. Соён рассказывала о том, как они боялись, что основной отряд откажется от них, когда узнают, что она ничего не смогла сделать, когда узнают, кем является их старший брат, до этой ночи откровений никто и подумать о таком не смел. Тэхён сказал девушкам то, чего никому не говорил, а именно о их силе, о том, какие они невероятные, раз смогли держать столько в себе и не рассказать сразу, основной отряд разозлился из-за глупых мыслей девушек, их даже отругали. Нуала и Кэрри рассказывали забавные истории, пока Тэхён курил на подоконнике, а Чимин и Сигмунт несли всем чай и кофе. Рассвет шакалы встречали в кругу семьи, Тэхён глядя на спящих Гила и девушек, придавивших его своими телами, на близняшек на полу в обнимку, Чимина и Сигмунта на второй кровати, куда после улегся и он, действительно понял, что у него есть семья. Не такая, как у всех, но она была, и это грело душу, впервые за несколько месяцев, а возможно лет, Тэхён и остальные спали, не видя кошмаров, их сны сегодня оберегались.