D и Ki: Беги, Агуст, беги!

Солнце медленно поднималось над горизонтом, проникая сквозь полуприкрытые занавески, чьи первые лучи падали прямо на спокойное лицо, пробуждая из глубокого сна. Чимин недовольно жмурился, пытаясь укрыться от яркого света, который проникал в комнату. А затем тянется за телефоном, чтобы посмотреть время и узнать, есть ли у него ещё шанс поспать. Но стоило руке потянуться, как телефон начинает неприятно звенеть и жужжать. Это означало лишь одно: новый ёбаный день начался. Он растянулся на кровати и попытался найти более комфортное положение, чтобы укрыться от назойливого солнца. Но независимо от того, какую позу он принимал, лучи света все равно проникали сквозь щели в занавесках, настойчиво падая на его лицо. С глубоким вздохом Чимин решил смириться с этим фактом и встал. Он осознал, что даже сейчас ему напоминают о его нынешней жизни обычного человека. Нащупав кровать, Пак понимает, что рядом никого нет. Видимо, его любимый муж уже давно съебался, не разбудив его. «Просил же» — мысленно твердит он, чувствуя очередное раздражение, которое сразу не уходит. Сколько раз он просил Мина поднимать его раньше, потому что сам Чимин с трудом заставляет себя поднять свой зад. А тут и теплое тельце рядом, и руки, что нежно обнимают, пытаясь разбудить. Но проснувшись самостоятельно, в одиночестве, Чимин не ощущает ничего, кроме злости и обиды. Теперь ему придется всё делать в одиночку, здесь, в их совместном гнёздышке. Снова умываться, снова делать себе завтрак, а после сесть и есть в полной тишине. Иногда он мог позволить себе включить музыку, но та музыка, которая играет, совсем не радует. Чимин вышел из спальни и направился в ванную комнату, чтобы освежиться. Взглянув в зеркало, он увидел отражение своего лица, подсвеченного лучами утреннего солнца. Его когда-то розовые волосы больше не были такими яркими, и он вернул свой настоящий цвет, когда с Юнги решили отказаться от прошлого и начать жить настоящим. Под «настоящий» подразумевалось и отказаться от всего того, чем они занимались раньше. Он больше не тот сногсшибательный Ки, который раньше был совсем неуправляемым, сбегая в ночи на поиски приключений на свою ж… Сейчас ему исполнилось двадцать восемь, а кажется, будто все тридцать. Что уж сказать про Юнги, то из хладнокровного и горячего Ди превратился в настоящего Агуст Деда. Время летит быстро, дни становятся такими однотипными, что кажется, что так оно и есть. Когда в последний раз было что-то особенное и захватывающее? Чимин уже и не вспомнит. После возвращения, Юнги предложил ему пожить для себя спокойно, без рисков быть убитым. А кто такой Чимин, чтобы сразу начинать с ним спорить, отказывая? Конечно, риски есть всегда и везде, не в зависимости от того, какую жизнь ты живешь. Но отказавшись от уличных бродилок, владением криминального дела или принятия особо опасных заказов, их жизнь стала чуть-чуть спокойней и безопасней. Этому радовался конечно не Чимин. А Мина, видимо, всё устраивало. Чимину надоела эта спокойная жизнь и обычная работа. Каждый день, просыпаясь рано утром, он отправлялся в кафе, которым владел Тэхён, готовить одно и то же меню, встречать одних и тех же посетителей. Хотя его знаменитый латте был вкусным и ресторан пользовался хорошей репутацией, Пак почувствовал, что что-то пропало из его жизни. Он начал скучать по адреналину и опасности, которые сопровождали его прежнюю криминальную деятельность. Он скучал по непредсказуемым ситуациям, когда каждый день был новым вызовом, и его навыки и инстинкты находили свое применение. В течение нескольких недель Чимин притворялся, что все в порядке. Он продолжал улыбаться, приветствовать посетителей и готовить блюда, но его сердце говорило ему о другом. Оно тянулось к возбуждению и приключениям, которые он оставил позади. Однажды, когда Пак взглянул на свои ножи для готовки, его глаза засветились, вспоминая о своих навыках владения оружием и том, как легко он мог использовать их для защиты или атаки. Это было то, что он искал — возможность почувствовать себя живым и на грани опасности. С тех пор Чимин стал тайно тренироваться, осваивая новые приемы и поддерживая свою физическую форму. Он проводил ночи, вспоминая свои старые операции и тайные планы, которые он раньше строил. Его кровь застывала от возбуждения, представляя себе возможность вернуться к своей прежней криминальной жизни. — Ваш заказ готов, — натянув улыбку на лицо, объявляет Чимин, ставя перед клиентом его латте, но получается как-то вяло. — Благодарю, — усмехнувшись, благодарит с интересом его мужчина, бегло бегая глазами по всему стройному телу перед собой, — куколка. С этими словами мужчина разворачивается и уходит, а у Чимина внутри всё кипит от злости и скрежет зубами от желания ёбнуть. — Ебало протри, ебанат, — тихо бубнит себе под нос Пак, фыркая. И так. Каждый. Ебаный. День. Как его заебали люди, подобные таким животным, как этот страшный мужчина, от которого пасёт самым дешевым одеколоном и сигаретами. Парень еле сдержался, чтобы не спиздануть что-то по типу: «Как же от него пасёт» или «Блять, я тебя сейчас шваброй протру!» Благо этот конч быстро забрал свой заказ, ляпнув что-то мерзкое под конец, и съебал. Сегодня Тэхёна с ним не было, что было весьма странно. Он звонил ему, но тот не брал трубку и в сообщении написал лишь: «Занят, перезвоню позже. Присмотри за кафе, пожалуйста. Сегодня не приду.» Второй запасной ключ всегда был у Чимина, так что после завершения рабочего дня без проблем закроет помещение. Интересно, чем же таким он занят? В голову посещали очень пошлые мысли, представляя, как Тэ со своим любимым «Чонгук~и». Вот так вот его друг нежно называл своего парня, безумно любя и во всем ему подлизывая. Хотя у Пака до сих пор с этим парнем лютые мужские тёрки, из которых до сих пор так никто не осмелился выйти. Но Тэ и Юнги находят это забавным, так что реагируют нормально, когда в очередной раз они вдвоем устраивают стычки, вперемешку с руганью. Прохладный вечер окутал улицы, когда солнце начало скрываться за горизонтом. Шум городской суеты постепенно утих, и наступило время, когда улицы наполнились мягким светом уличных фонарей. Чимин закончил ещё один день в своём ресторане и вышел на балкон. Воздух был освежающим, дышать им было легко и приятно. Лёгкий ветерок ласкал его лицо, по небу медленно проплывали розовые и фиолетовые оттенки заката, словно картина, созданная самой природой. В его руке была сигарета, которую Пак медленно поджёг и вдохнул дым. Он наблюдал за городом, простирающимся перед ним, и позволял своим мыслям блуждать на свободу. Дым из сигареты танцевал в воздухе, образуя загадочные узоры, которые рассеивались под дуновением ветра. Чимин наблюдал, как смуглый дым исчезает в ночном воздухе, словно несущий с собой его заботы и напряжение. Он вдыхал и выдыхал, ощущая приятное жжение в груди. Сигарета была его способом отстраниться от суеты и войти в свою личную рефлексию. Она помогала ему забыть о проблемах и на время погрузиться в свой внутренний мир. Чимин наблюдал за городским пейзажем, освещённым огнями уличных фонарей. Сквозь дым он различал высокие небоскрёбы, огни машин, а также небольшие группы людей, идущих по улице. Он задумчиво размышлял о своей жизни, о том, как быстро все меняется и как он сам изменился за последнее время. С каждым вдохом сигаретного дыма парень ощущал, как его мысли успокаиваются и становятся более четкими. Он осознавал свои мечты, свои стремления, и понимал, что его душа ещё не совсем готова принять спокойную жизнь. Он ощущал жажду приключений, адреналина и возбуждения, которые так давно уже не испытывал. Отрекаясь от своих мыслях, телефон в кармане домашних штанов зазвонил. Он неожиданно остановился, ощутив лёгкое покалывание в животе от неожиданности. Взяв телефон, Пак посмотрел на экран, заметив знакомый номер, и улыбнулся, тут же принимая вызов. — Ну привет, что-то ты долго, — усмехнувшись, говорит Ки, тут же слыша усталый выдох на другом конце связи. — Извини, день какой-то невезучий, — устало твердит Тэхён, ощущая головную боль, — То мать позвонила, требуя немедленно приехать. Я сказал, что Чонгук вполне может приехать, так как сегодня ему нужно в ночную смену идти на работу, но она не согласилась. Потом в очередной раз Гуки устроил мне лекцию о том, почему моя мать так себя ведёт и это меня прям вынесло. Сил уже совсем не осталось, я ничего не хотел. Чимин тихо смеётся. — Что сейчас этот додик делает? Привыкнув к такому обращению Чимина к его парню, Тэ уже никак не реагирует и молча поворачивается, рассматривая своего парня. — Лежит на диване, телек смотрит, — спокойно выдаёт он, не отрывая взгляда, — скоро на работу пойдет. А твой что делает? — А мой как ушёл с утра, так и не вернулся, еблан, — обиженно произносит Пак, фыркнув трубку. Внутри него бушует настоящий ураган эмоций и не выговоренных слов, — Я уже так устал, Тэ, складывается ощущение, что наша эта «спокойная жизнь» куда-то скатывается. Не сказать бы, что я изменился и… — Ты не изменился, — перебив, Тэ извиняется, а Пак лишь вздыхает. — А вот он да, стал каким-то отстраненным и ленивым, что ли? Я понимаю, что работа, но я ведь тоже устаю! И мне нужно внимание! А он придёт, поест, потом ляжет и уснёт! Я молчу про секс, Тэхён-а! — Чимин отчаянно кричит, выкинув окурок в пепельницу, — Дед ебаный, даже не написал сегодня. Вот придёт, всё ему выскажу! — А что, трубку не берёт? — Не-а. На самом деле, это уже не первый случай, когда Мин вот так просто сбегает через день-два, не сказав ни слова. В первый раз Пак испугался и решил, что Мина сбил камаз, но тот лишь хмыкнул, твердя, что на работе завал и время от времени они с Гуком будут задерживаться на работе. Вот только Чонгук работает в ночную смену, а Юнги — с утра. Так почему и куда уходит столько времени на работе, что у того нет времени позвонить и пукнуть ему в трубку, что всё хорошо и он жив? — Мне попробовать узнать у Чонгук~и? — О, нет, — от такого слащаво-нежного прозвища Чимин наигранно мычит, — я хочу сам узнать. Тэхён насторожился. — Что ты собираешься делать? Чимин хихикает, а затем разворачивается и идет в свою комнату, чтобы подобрать свои самые лучшие наряды и образы, которые у него когда-то были. Рыща в своем шкафу, Пак находит свой бледно-розовый кейс, обклеенный наклейками «Hello Kitty», стразами и блёсками. От такого зрелища у Ки перестает биться сердце. Его вдруг резко откинуло в мир ностальгии и по тем ярким дням, когда он был не просто мальчишкой, а самым настоящим Китти — наёмным убийцей, разгоняющий на розовом байке. — Котёнок Ки вернулся!

***

Схватив свою знаменитую куртку с россыпью белых и розовых страз на плечах, он выбежал на прохладный воздух, не забыв прихватить своё оружие, закинутое за спину. Чимин, известный как Kitty, одет в свой характерный стиль, который является смесью уличной моды и рок-эстетики. На нём черные облегающие кожаные брюки, которые подчёркивают его стройную фигуру, в сочетании с этим он надел оригинальные высокие кеды с металлическими деталями или кожаными акцентами, добавляющими дерзости его образу. Под курткой он надел черную футболку с рисунком, который может быть ярким и выразительным, отражая его творческий стиль. Чтобы придать образу завершённости, Ки дополнил его аксессуарами. На шее он носит черное кожаное ожерелье с металлическими шипами, добавляющими нотку опасности и мистики. На запястье имеет кожаные браслеты, дополняющие его харизматичный вид. Китти стоял на крыше высокого здания, окруженного ночным городским пейзажем. Взгляд его скользил по огням города, танцующим на фоне темного неба. Ночной ветер ласкал его лицо и проникал сквозь его волосы, создавая приятное ощущение прохлады. Он глубоко вдохнул свежий ночной воздух, ощутив, как заполняются его легкие чистотой и энергией. Воздух был пронизан ароматами города: запахом асфальта, свежескошенной травы и даже немного аромата цветов, проникающих с близлежащих скверов. И, закрыв глаза, парень позволяет себе насладиться моментом. Он наконец-то свободен, пусть у него осталось не так много сил после рабочего дня, но он всё ещё стоит на ногах, наслаждаясь. Ветер легко колыхал его одежду и шептал свои ночные секреты на его ушко. Он ощущал себя частью этой бесконечной ночи, полной возможностей и загадок. В этот миг на крыше здания напомнил Чимину о его свободе и независимости. Здесь, на высоте, он чувствовал себя свободным от границ и ограничений, способным воплотить свои самые дерзкие мечты и идеи. Следующий вдох наполнил его лёгкие энергией и решимостью. Он открыл глаза, взгляд его направился в ночную бесконечность. В темноте его глаза светились, отражая его внутренний огонь и решимость принять вызов этого мира. Чимин улыбнулся, чувствуя, как в нем пробуждается жажда приключений и новых испытаний.

☠️☠️☠️

Чимин стоял перед входом в бар, в котором он, когда-то в прошлом, часто убивал ночное свободное время. Это место было известно не только своими коктейлями и атмосферой, но и тем, что собирались здесь влиятельные главари банд, опытные убийцы, торговцы наркотиками и другие люди сомнительной репутации. Вход в бар был засекречен, чтобы обеспечить приватность и безопасность посетителей. Чимин знал, что чтобы попасть внутрь, нужно проявить особую смекалку и найти правильные связи. Ему пришлось долго исследовать городскую подпольную среду, чтобы получить контакты, которые помогли бы ему проникнуть внутрь этого закрытого мира. Чимин ввел код, который ему был предоставлен когда-то, и дверь плавно открылась, раскрывая путь внутрь. Переступив порог, его встречают два довольно больших мужчины в деловом костюме. Те, узнав в нем Китти, спокойно пропустили без лишних вопросов, а потом двое охранников косо друг на друга посмотрели, удивляясь возвращению их когда-то постоянного посетителя. Чимин огляделся. Он чувствовал, что находится в месте, где привычные правила не действуют, и где люди, собравшись вместе, решают судьбы и деликатные вопросы. Прошло много времени с тех пор, как «Эбони» был местом веселья и радости. Внутри, звуки джаза и ритмы R&B заменились темными мелодиями электронной музыки, а красочные картины — угрозами и тайными встречами. Чимин направился к барной стойке, на залившейся оранжевым светом которой стоял мужчина с уверенной осанкой. Заказав себе свой любимый коктейль, Ки не обратил никакого внимания на бармена, который сразу молча принялся выполнять заказ. Музыка отдавалась в ушах не так сильно, как если бы он протиснулся чуть глубже через толпу на танцпол, на котором уже танцевало и развлекалось не мало людей. Да, всё-таки это место продолжает быть притоном для всего криминального мира, завлекая и погружая всё больше людей в эту сторону мира. — Вот ваш заказ, — достаточно громко говорит бармен, чтобы его точно услышали, поставив бокал на стойку перед очередным посетителем. — Спасибо, — отвечает Ки, повернувшись и наконец-то посмотрев на мужчину перед собой. И их взгляды встретились на мгновение. Он улыбнулся, но в этой улыбке сквозила искренность, словно они действительно долгие годы были друзьями, знающими друг друга лучше, чем кто-либо другой. — Китти! — с восторгом и радостью произнес бармен с широкой улыбкой на лице. — Давно не виделись, где ты пропадал? Я думал, ты где-то залёг на дно. Ни слышно не видно. — Видимо, ни одна тайна не может остаться скрытой от тебя, Хоби, — ответил Чимин с легким намеком на их общее прошлое, начиная пить, — А ты всё также прекрасно делаешь коктейль. Чон Хосок поднял бровь, его улыбка стала еще шире. — Дело в том, что я знаю, как правильно разливать напитки и как отпускать слишком многословных посетителей. Хоби, он же Чон Хосок — владелец этого ночного клуба, был неотъемлемой частью атмосферы «Эбони». Его высокий статный стан, прикрытый черной сорочкой с рукавами, был как будто создан для этого места. Он был харизматичным и опытным барменом, он внимательно слушал каждого посетителя и, казалось, мог прочитать их желания по глазам. В его глазах светилась дружелюбная насмешка, как будто он знал множество секретов, но решил их хранить. — Так, где ты был, что так давно сюда не приходил? Я скучал по тебе. Хоби потянулся к парню через стойку, намереваясь поцеловать, как он всегда это делал. Но Чимин не такой, чтобы позволить себе этому случится, а потому резко встал и замахал свободной рукой, типа «нет-нет». — Давай без этого, Хо. — Ну Ки-и, — сладко и разочарованно тянет чужое имя Чон, хмуря брови, — Ты же всегда разрешал мне это делать. — Эм, я замужем. — Что?! В его глазах промелькнуло короткое мгновение недоумения, словно он не ожидал услышать такую информацию. Его брови приподнялись, и он на секунду замолчал, как будто размышляя о том, что ему только что рассказали. — Замужем, говоришь? — Хо повернулся к Чимину, его взгляд был полон интереса, словно он хотел узнать больше об этой стороне Ки, которая оставалась далекой от его общественного облика, — Ну, никогда бы не подумал, что у нашего Ки-убийцы есть место для такой стороны жизни. Чимин усмехнулся, с пониманием глядя на Хосока. — Люди удивляются, когда узнают, что за маской некой сущности скрывается что-то большее. Чон Хосок закачал головой, его улыбка стала более невеселой. — Да, ты всегда был одним из тех, кто умеет изумлять. Давай надеяться, что твое личное счастье сбалансирует все эти твои опасные делишки. — Возможно, — проговорил Чимин, его голос звучал задумчиво. В этот момент в его глазах проглянуло нечто, что могло быть тоской или даже ностальгией, но оно быстро исчезло, словно не давая себя разгадать. — В этом и проблема, что не сбалансировалось. Прошло уже столько времени, когда мы с моим горячо-любимым муженьком договорились бросить это дело вместе. Но сегодня я решил, что больше терпеть не намерен, всю эту спокойную и скучную до ужаса жизнь. Я привык к рискам, понимаешь? — Да, бросить то, чем ты жил — очень сложно. Я понимаю, поэтому до сих пор промышляю своим грязным делом и содержу этот притон, ха-ха. — Только, к сожалению, это только я один осознал. — Так-так, стоп, — Хосок перевернул в своей голове всю сказанную Ки информацию, — то есть, твой муж тоже замешан в криминальном деле? — Конечно, именно благодаря криминалу нам удалось встретиться, — Чимин гордо улыбнулся, вспоминая тот день, когда он встретил Ди, — Одна банда недоумков чуть его не убила, но я спас его! Чтобы он без меня делал, придурок… Чимин достал из своего кармана под XROS 2 (конечно) розового цвета со вкусом черри и ощущение кислинки на языке. Закурив, он выдохнул дым, ощущая сладость, приятно растекающую по горлу. Воспоминания о прекрасном прошлом до сих пор терзают его, но еще больше болит сердце от осознания, что ему пришлось нарушить данное Юнги обещание о том, что стоит завязать с Китти и стать обычным человеком с именем — Пак Чимин. Но быть Чимином очень и очень скучно, а жить одинаковыми днями так вообще. Время идет с невероятной скоростью, а ему еще столько всего хочется сделать, а не просто тухнуть за кассой в кофейне его лучшего друга Кима. Высказав всё Хоби, на душе стало как-то в разы лучше. Хосок умеет слушать и действительно во всем поддерживает Чимина, чем Тэхён, с которым такое вряд ли можно обсудить. Тэ слишком чистый для всего этого дерьмового мира, в котором погряз Чимин. Пак продолжал беседу с Хо, но его внимание внезапно было украдено мельком знакомой фигурой. Где-то чуть дальше от себя он увидел человека, который, казалось, забылся в своих размышлениях, уставившись на бокал пива, словно в нем скрывались все ответы на вопросы. Чимин вздрогнул ненамного, словно кто-то незаметно пробежал по его спине. Он оторвал взгляд от Хосока и несколько секунд не мог отвести глаз от этой фигуры. Это было как-то странно знакомо. Тонкая улыбка скользнула по его губам, когда он наконец узнал эту фигуру. Там, за барной стойкой, сидел никто иной как сам Джей Кей, он же еблан-ебаный додик Чон Чонгук. И хуле он тут вообще делает?! Этот вопрос крутился в голове у Пака, что, не объясняясь перед Хо, просто встал и быстро направился к знакомому киллеру. Подходя к нему, Чимин ощущал, как его нервы напрягаются. Его шаги были осторожными, как будто он боялся нарушить невероятно хрупкое равновесие. Каждый его взгляд был прикован к Чону, а в ушах звучало словно шум суеты вокруг затихал, словно звук ветра, унесенный вдаль. Когда Ки встал сзади Кея, его рука резко и грубо легла на чужое сильное плечо, которое когда-то было пристрелено им. Тот почувствовал его присутствие и медленно поднял глаза, встречаясь с его взглядом. В течение секунды, которая показалась вечностью, они просто смотрели друг на друга, словно в поиске ответов на множество вопросов. — Ты чо тут делаешь, уёбище. Неужели решил вернуться в свою грязную жизнь и загрязнять ею других? Чонгук немного приподнял брови, его выражение лица оставалось нейтральным, словно он тоже был взволнован, но делал все возможное, чтобы это не показать. Он отпил из бокала пива, словно давая себе время для размышлений, прежде чем сказать что-либо. — Чимин, — ответил Чонгук, его голос был спокойным, но в нем проглядывал оттенок удивления. — Никогда бы не подумал, что встречу тебя здесь. Взгляд Чимина на Чона стал жестким и недовольным, словно он выражал ту злобу, которая кипела внутри. Его глаза сузились, словно ножи, готовые пронзить все тайны, которые он намеревался разгадать. В этот момент он чувствовал себя предательством, предательством человека, который решил вернуться в мир, который он уже покинул. — Кто бы мог подумать, что ты вернулся в своё теневое прошлое, — произнес Чимин, его голос звучал злобно и насмешливо одновременно. — Скажи, это ты решил вернуться в этот мир из спокойной жизни? Чонгук встретил недовольный взгляд Чимина сдержанным выражением лица. В его глазах проглядывало что-то непередаваемое, что нельзя было сразу разгадать. Он поднял брови и вздохнул, словно готовясь к непростому объяснению. — По твоему внешнему виду я вижу, что сюда ты тоже не на маскарад пришел, Ки, — ответил Чонгук, его голос был спокойным, но в нем слышалась некоторая определенность. — Тебе ли сейчас меня судить? А сам-то нихуя себе. Чимин сжал челюсти, его недовольство лишь усиливалось. В его глазах сверкало разочарование и даже болезненная обида. Он не мог понять, как можно было так обманывать. — Как давно ты продолжаешь врать Тэ о том, что всю ночь пропадаешь в ночных сменах? — процедил Чимин сквозь зубы, его голос звучал как отголосок гнева, который он старался сдерживать. — Так вот какая у тебя работа обычного законопослушного гражданина страны. Взялся за свои грязные дела и еще как-то смеешь смотреть Тэхёну в глаза. Чонгук вздохнул, его выражение лица оставалось невозмутимым, но в его глазах проглядывала какая-то глубокая тревога. — Почему ты только на меня наезжаешь?! — Кей закричал, не выдерживая такой наглости, — А сам то не лучше. Но Чимин не хотел слушать объяснения. Он ощущал, как злоба и разочарование борются внутри него, и он просто молча повернулся, отвернувшись от Чонгука. Его взгляд устремился вдаль, словно он искал выход из этой темной, сложной ситуации. Но всё, что он увидел перед собой, это до быстрых ударов в сердце знакомое любимое лицо. Лицо его мужа. Его Юнги, он же — его Ди. — Вы чо, суки, совсем ахуели держать меня за идиота?! — Чимин, успокойся, — просит вдруг Юнги, ощущая, как слова коверкаются между собой, не зная, как лучше объясниться. — И ты еще смеешь что-то сейчас говорить?! Его муж стоял в своей привычной одежде, которую он носил в связи со своей работой в криминальном бизнесе. Только волосы не блондинистые, которые были раньше. Весь образ прошлого Агуста не совсем тот, но всё же Ки уверен, что перед ним стоит не его любящий семейный муж, а уже Агуст — глава одной из самых больших группировок во всём Сеуле. Ди был одет в свою характерную стильную и немного бунтарскую одежду, которая отражала его личность и статус. На нём всё та же черная кожаная куртка с множеством молний и металлических деталей, создаваемая впечатление небрежной смелости. Куртка выглядела как символ его авторитета и силы. Под ней надета темная футболка с оригинальным принтом, а на шее блеснула серебряная цепочка, подаренная когда-то самим Ки. Юнги выбрал узкие черные джинсы, которые подчеркивали его стройную фигуру. На ногах были кожаные высокие ботинки, добавлявшие к его виду нотку агрессивной уверенности. Чимину так и хочется снять их и въебать своему мужу по лицу за то, что держал его за идиота о «спокойной, счастливой и безопасной жизни» со словами: будем, как обычная среднестатистическая семья! Тьфу на тебя, Мин Юнги. — Так это, блять, всё твоя идея?! — и слов не хватает, чтобы описать то, как Чимин зол, когда Юнги наконец-то смог объясниться. Да он готов прямо сейчас достать свой нож и прирезать своего горячо-любимого муженька! — Н-не совсем, то есть, — Юнги бьет себя по лбу, чтобы не заикаться, — мы с Чоном вместе. — Только меня сюда приплетать не нужно! — Я всё Тэхёну расскажу! — начинает угрожать Ки, перекрикивая двоих сразу, — Ааа! Как я зол! Боже! — Нет, Чимин, пожалуйста! — Ебало офф, Джей-ёбаный-Кей! А Хоби, который стоял за барной стойкой перед ними, и наблюдающий за всей этой суетой, молча допивал уже купленный бокал пива Джей Кея. — Вы оба просто отвратительные дятлы, которые не понимают, чего мне стоила эта ваша «спокойная жизнь»! Какая спокойная у тебя жизнь, оказывается, Агуст Ди. Да я блять как придурок, сдерживал это ебаное обещание, данное нам обоим! А ты вот как поступаешь. Давно чудишь за моей спиной, м? — Всего месяц, любимый… — Не смей так ко мне обращаться, ебанат. Да я хочу задушить тебя прямо сейчас этой цепочкой, которую я тебе подарил на нашу годовщину! Дятел ты ёбаный, совсем не ценишь меня! — парень тяжело дышит, ощущая, как вся скопившаяся боль и обида за все годы свободно вылетает из его уст, не желая прерываться, — Я верил блять, играл во всю эту счастливую супружескую жизнь обычной семьи, ждал каждый вечер после работы тебя, лелеял, готовил ужин, целовал. А ты то и делал, что врал за моей спиной и никакой отдачи я от тебя не ощущал. Про секс я вообще молчу! Знаешь сколько у меня тестостерона накопилось за этот месяц?! Юнги молчит, как рыба в воде. Он и есть рыба, если судить по гороскопу, самый настоящий карась. Стоит и глазами хлопает, но, как видит Ки, понимает свои косяки. И вот, когда все давно невысказанные слова сказаны, Пак готовит перейти к другому этапу — наказание. И это понимают оба обвиняемые мужчины, из-за чего все их тела напряглись, даже у ни в чем невиноватого Хосока. — Беги, Агуст, беги!