Quentale os alma ten Noldor

      До конца тяжелого во всех отношениях дня время текло преступно-медленно. От этого не спасала даже работа, пусть Лаирендил и настаивал, чтобы я ушла к себе, отдыхать.       Все присутствующие в лазарете пациенты не нуждались в моей срочной помощи, но сменить шину на сломанной руке или обновить повязку вместе с мазью на ране я была способна, как и остальные начинающие целители. Набранный опыт положительно сказывался на базовых навыках целительства, не учитывающих Дары высших сил.       Я периодически поглядывала вдаль, на двери, ведущие в коридор с палатами, но каждый раз одёргивала себя. Вряд ли после всего услышанного и увиденного Нельяфинвэ захочет видеть рядом кого-то, и меня в том числе... Но хотелось убедиться, что всё в порядке. Прямо тянуло... И как тут можно не поддаться?       Не выдержав к моменту, когда время как раз подошло к ужину, после окончания ненормированного рабочего дня время я плюнула на все "но" и отправилась прежде на кухню, чтобы после навестить самого важного своего пациента.       Приемы пищи у Майтимо уже отошли от жидких бульонов, но твёрдые блюда всё так же были под вопросом, и лёгкие, мягкие супы отлично выручали в этом плане. Заглянув на кухню, я вооружилась столиком на колёсах, едой, и направилась к палате Майтимо.       Путь был неблизкий, но пролетел в считанные минуты.       Я постучала в дверь, и заглянула тихо.       Эльф не спал. И даже не отдыхал, черт бы побрал остроухую скотину, а сидел на краю кровати.       Я бросила столик у двери, едва не влетая в палату, и вмиг оказалась рядом с ним.        - Лорд Нельяфинвэ, вам ещё нельзя вставать!- Я замерла в шаге от нолдо, он поднял голову, и наши взгляды встретились. В стальных глазах сверкала решимость.- Прошу, вернитесь в постель, вы ещё недостаточно...       - Когда же будет достаточно?- Лорд растянул губы в странной усмешке, отворачиваясь.- Я лишь хочу посмотреть в окно. Или грязным предателям этого не положено?       Я поперхнулась вдохом, неверяще глядя на нолдо.       - Что вы такое говорите..?!        Двери скрипнули едва слышно.       - Прошу прощения, Лорд Нельяфинвэ.- Раздался привычно-сдержанный голос Лайрэ от дверей.- Я оскорбил вас, не желая того, и приношу свои искренние извинения.       Майтимо едва заметно поморщился       - Как я могу принять их, если в сути своих слов ты был куда ближе к истине? Мы в гневе и упорстве своём вызвали гнев Валар на весь наш народ, и в итоге бо́льшую его часть оставили, опасаясь предательства. Власть... Не должна была стоить стольких жизней.       - Вы правы, Лорд Нельяфинвэ.- Согласие с таким обвинительным приговором Лорда самому себе всколыхнуло во мне волну возмущения, и я осуждающе уставилась на Лаирендила, но тот, как ни в чём не бывало, продолжил.- И именно по этому я приношу извинения.- Целитель приблизился, останавливаясь рядом со мной, и поклонился.- Бессмысленно винить того, кто раскаялся. Вы ненамного младше Владыки Нолофинвэ, и в надежде на вашу разумность, я прошу, вернитесь сейчас в постель. Как только вам можно будет подняться- поверьте, вы узнаете об этом первым.       - Нет. Я должен...- Брови упрямо сошлись к переносице. Майтимо упёрся раскрытой ладонью в матрац, отталкиваясь, и одним движением распрямиться, сделал шаг... И ноги его подогнулись, заставляя неуклюже завалиться вперёд. Мы с Лайрэ среагировали моментально, подхватывая- он под здоровую руку, я под вторую,- и удержали его на ногах.       Нельяфинвэ громко дышал, как после долгой, утомительной пробежки. На лбу выступила испарина, ослабевшие ноги заметно подрагивали, но решимость на лице ясно давала понять- пока это упёртое существо не доберётся до окна, попыток своих он не оставит.       - Зачем вам это, Лорд Нельяфинвэ?- Почти взмолилась я, поддерживая нолдо под локоть, чтобы не дай Эру не давать лишнюю нагрузку на предплечье.       Мужчина упрямо сделал шаг. За ним ещё, и ещё... У самого окна он уже практически повис на Лайрэ, опираясь на моё плечо, однако решимости не растерял ничуть. Лаирендил, что примечательно, молчал. Глядя на него, я посчитала излишним комментировать странную ситуацию.       Лорд перевёл дыхание, медленно распрямляясь, и поднял голову, глядя на горизонт.       На окно упал солнечный луч. Время близилось к закату, и тёплое летнее солнце как раз вышло на сторону, куда смотрели окна.       Майтимо подставил лучу лицо, и свет огненными всполохами заиграл на рыжих прядях. Так завораживающе, что я засмотрелась немного... И протянула руки, по наитию открывая защёлку и распахивая створки. В комнату ворвался свежий, прохладный ветерок, растрепав Лорду волосы, и тот вдруг улыбнулся- свету, теплу и ветру, прикрыв глаза.       И стал вдруг таким... Что словами не передать. Улыбка Майтимо была прекрасна.       Конечно, ему нельзя было ни вставать, ни на улицу, но, Эру и все его Айнур, как же чувствовалась теперь эта нехватка такого простого удовольствия в жизни, как любоваться заходом Анар и дышать свежими воздухом, не испытывая мучительной боли.       Да и... Выходило, что это первый закат, который он видит, не будучи в плену...       Мы послушно простояли на одном месте до тех пор, пока последние лучи не скрылись за вершинами гор, окружающих лагерь. Спасибо эльфийской выносливости, я даже почти не устала. А Нельяфинвэ выглядел, впервые за всё время с момента пробуждения таким... Наполненным. Не равнодушным. Просто счастливым и расслабленным.       Лаирендил довёл Лорда до постели и помог лечь под одеяло. Майтимо не сопротивлялся, и благодарно кивнул целителю. Тот ответил так же, кивком, и вышел. Я же опустилась на своё законное место, по левую сторону от выздоравливающего нолдо, и взяла его за руку... Чтобы почувствовать, как мои ладони впервые сжимают в ответ. Я вскинула недоуменный взгляд на Нельяфинвэ, встречаясь с лучащимися почти детской радостью глазами, и, услышав негромкое "спасибо", совсем расплылась, чувствуя, как горят щёки и даже уши стремительно покрываются румянцем.        - Это было глупое решение.- Силы воли хватило только на несерьёзное ворчание.- Глупое и опасное. Вы могли покалечиться.       Нельяфинвэ тихо фыркнул, прикрывая глаза, и расслабился на подушках, позволяя мне, наконец, заняться работой. Самые серьёзные раны затягивались нехотя, шрамы и вовсе крайне упрямо не желали сходить от раза к разу, но я чувствовала, как от этих чар Лорду становится легче, и от этого и мне самой становилось чуть легче- на душе.       Когда я открыла глаза после - Нельо уже мирно дремал, и на губах его ещё блуждала почти-мечтательная улыбка, какой не случалось даже от самых светлых и прекрасных песен Финдекано. Плохо, конечно, что пациент пропустил ужин... Но не криминально. Можно будет посчитать это частью обязательной психотерапии.       С этого дня о том, что в лазарете пребывает Лорд Первого дома, стало известно если не всем, то каждому заинтересованному в вопросе. Жить стало чуть сложнее - у лазарета Лорд Нолофинвэ распорядился сменять караул стражи круглосуточно. Якобы для общей безопасности, и роптать на Финголфина никто не смел, однако все, в сути своей, понимали цель наличия у каждого входа по одному-двое облаченных в лёгкий доспех воинов с мечами.       Иногда в этом карауле бывал Вистано, и мы могли поболтать хоть немного, обменявшись улыбками. До того я была слишком занята, и всё свободное время уходило на сон.       Теплую летнюю пору сменила осень.       Лорд Нельяфинвэ с завидной скоростью возвращал себе былую силу, и ещё не совсем уверенно, но вполне бодро перемещался по палате, периодически держась за стенку. В меню вошли лёгкие пюре из овощей и вываренное на пару мясо.       Лорд никому не отправлял писем, и всё больше времени проводил с Финдекано, безмерно радостным оттого, что друг понемногу приходит в себя. Я тоже радовалась, но тише и чуть в стороне. Приятнее было наблюдать так, убеждаясь, что всё сделанное за эти тяжёлые дни и недели- не зря. Что старания оправдываются. Что этот эльф не станет тенью самого себя после пережитого, а научится жить заново.       Нельяфинвэ больше не заговаривал со мной о резне или кораблях, но мы часто говорили на отстранённые темы. Я пересказывала услышанные новости- о договорах по обмену провизии, о подготовке к холодам, о новых стычках с орочьими отрядами у границ лагеря и бытовой ерунде... И было в этих рассказах что-то очень умиротворяющее, на мой взгляд. Особенно радовало то, что Лорд действительно слушал, хоть причин этому я понять и не могла до конца- ведь то же самое, и даже куда красочнее, мог рассказать Финьо...       Нельяфинвэ полюбил подолгу сидеть у окна, любуясь небом, в любое время дня или ночи. И я разделяла его восхищение.       Иногда, когда вечером выдавалась минутка, я оттаскивала к окну кресло, уступая его Лорду, сама устраивалась на стуле, и небом мы любовались в тишине вместе.       Небо здесь было невероятным: россыпи звёзд, будто щедрый пахарь посеял зёрна, набирая полные горсти в ладони, мерцали на ночном небосводе, и Исил в своём неизменном цикле то становилась тоньше, то округлялась, становясь похожей на головку сыра. Днём же всё это сияющее великолепие затмевал пылающий Анар, прокатывающийся ровно от Востока до Запада, уходя куда-то за грань зримого и сменяясь со своей более нежной подругой.       Покидать палату Нельяфинвэ не горел желанием. И я могла его понять- слуги в крепости вполне имели возможность устроить неприятную подлянку для гостя, в отличии от лазарета, где заправляли всем целители, крепость была опаснее. Лорд Нолофинвэ так же настаивал на том, чтобы Майтимо оставался на месте. Здесь он мог без лишних глаз переговорить с племянником, что случалось теперь едва ли не регулярно, и лишаться этой удобной возможности Лорд не спешил.       Я же, вновь заполучив чуть больше свободного времени, стала выбираться из крепости на прогулки, и с удивлением отмечала вместо шатров ровные улочки, где эльдар споро отстраивались, возводя очень милые на вид домики.       Как выяснилось, постройки у эльфов умеют успешно держаться не только на глинобетоне, но и на эльфийской магии, видов которой я насчитала и без того несколько штук.       Чтож. Стоило признать, что эта самая эльфийская магия- весьма полезная штука, и в сравнении с ней мои силы не казались совсем уж невероятными... Или я старалась так думать, чтобы не возвращаться к мыслям о своей исключительности. Те нервировали ровно так же, как ранее.       Крепость Нолофинвэ, а вернее, её лазарет, казался оплотом спокойствия и уравновешенности в этом пугающем, огромном мире, который так и норовил сделать очередную пакость.       Я по праву считала это место своей обителью,- от разработки плана постройки до заполнения помещений мебелью и посудой с лекарствами, до расписания работы медиков- каждый процесс был мне известен, как главному организатору, и это было... Волшебно.       Нашлось, наконец, время начать курсы по хирургии для Лаирендила. Учитель внимал, цепко ухватывая нужную информацию, и выглядел довольным, объевшимся сметаны котом. Я объясняла теорию, как могла, подробно, и в темно-медовых глазах постепенно начинало появляться понимание.       Тонкие, ловкие пальцы легко повторяли в действии то, что я старалась описать, руки ничуть не дрожали, а дельные вопросы радовали, как ничто другое.       Лайрэ был великолепным учеником, совершенно не вызывающим нареканий, и, мне думалось, это обучение для него стало хорошим способом отстраниться от ситуации с Нельяфинвэ, сдав его на поруки мне и другим целителям. Может, и не более терпимым и терпеливым, однако опасающимся идти против слова учителя и делать пакости нолдорану. Пусть и не покидающему пределы просторной палаты.       Осень понемногу кренила весы времён года к зиме, и на улице становилось всё прохладнее. Несмотря на это, Финдекано стал понемногу вытаскивать друга на улицу, совсем ненадолго, но всё же. Теперь, когда пациент перестал умирать так активно, я только и могла, что радоваться этим подвижкам в обретении здоровья и душевного равновесия.       Майтимо даже начал писать братьям. Я не была уверена в том, что это хорошая идея, но не заговаривала о подобном- братья, с которыми он рос (и, вероятно, сам растил, как самый старший) были его семьёй. Даже если оставались странными и не очень приятными для меня.       Да и... Раздавать такие непрошенные советы Королю над всеми Нолдор было бы крайне некультурно и неосмотрительно. И потому, я молчала.       Хотелось многое спросить именно у Майтимо. О том, что случилось на самом деле, когда их корабли причалили к этим берегам, о том, чем он сам руководствовался, идя на заведомо провальные переговоры с Морготом, о... О многих вещах.       К сожалению, это было бы ещё более не моё дело, чем советы относительно общения с братьями.       И решимости мне на подобное не хватало.