Quentale os alma ten Noldor

      Отпускало медленно. Я крепко сжимала чашку горячего отвара двумя руками и смотрела в стык стены с полом. На душе было пакостно. Я дважды порывалась подняться и пойти обратно, но Рестэ серьезно заявила, что если я попробую уйти, она раздобудет верёвку и привяжет меня к месту. Что я сделала все, что могла, и убиваться наизнос не надо. Согласна я не была, но сопротивляться сейчас оказалось слишком сложно.       - И что она только о себе возомнила?- Рестаниль явно была очень зла.- То, что она дольше была целителем ещё не значит, что она может так обращаться с тобой.. Да со всеми нами! Ты хотя бы что-то пыталась придумать, чтобы спасти их, когда стало ясно, что наши чары и лекарства не работают, а она, она! Она просто отвернулась!       Я на эту отповедь только вздохнула. Задним числом можно было подметить много странностей, но почему-то до сего дня они каким-то образом замыливались, казались... Неважными.       Потому что это была моя ошибка. Я сама сидела и ждала неизвестно, чего. Признания, доверия, понимания? Вместо того, чтобы работать, просто... Расслабилась, принимая всё, как данность и игнорируя происходящее вокруг. Взгляды, тычки, смешки, пренебрежение,- с таким я за обе свои недлинные жизни сталкивалась впервые, и стратегию поведения избрала самую неверную из возможных. Почему-то оставаясь уверенной, что все сработает, как надо, я совершенно позабыла, что здесь я... Больше не слабая. Не жертва обстоятельств, не безвольное тело под препаратами, от которых ни бояться, ни радоваться иногда было невозможно.       В памяти тускло вспыхивали моменты не-моей уже жизни, подкрепляющие убежденность в одном: главное- перетерпеть. Но нужно было не терпеть, а действовать.       Умом я понимала, особенно сейчас- это ведь было на поверхности, просто взять себя в руки, и... Но раздавать советы, даже себе из прошлого, было куда проще, чем действительно делать хоть что-то.       И в том, что я шла по пути наименьшего сопротивления не было ничьей вины, кроме моей собственной.       Я потянулась обхватить себя за плечи, и сквозь тонкую ткань рукава почувствовала неровность кожи там, где болезненной меткой такого же не-моего прошлого оставался след от клейма. Его невозможно было свести, хотя я пыталась и даже как-то задумала делать притирания, но кожа на этом месте зажила давным давно, и старый шрам был, конечно, несколько раздражающим, но ради его уничтожения срезать себе кожу, чтобы заживить по-новой, я, мягко говоря, желанием не горела. Не настолько он меня беспокоил.       Мысли об Ангамандо странным образом отвлекли от угнетающих размышлений о том, как глупо и по-детски я вела себя с момента, как оказалась в новой крепости.       О не-моей жизни в голове всплывали разрозненные воспоминания, полные постоянного страха и напряжения, сосредотачиваться на которых было жутко. Если постараться- я, может, смогла бы вспомнить что-то дельное о жизни эльфийской девочки в Ангамандо. Но как это могло понадобиться? Мне- никак. Хотела ли я этого? Определенно, нет. И уж точно не сейчас.       Мы с Рестэ сидели в тишине в одном укромном местеске крепости, которое заприметили уже давно.       Рестэ думала о чем-то своём. Я себя ела проедом.       Сколько возможностей было упущено!       .. а хирургия. Как же она, как же все знания, что я так скрупулёзно структурирована, пытаясь в точности воспроизвести все прочитанные учебники, просмотренные лекции, разговоры с моими же лечащими врачами, среди которых хватало практикующих хирургов?       Наверное, я всегда была странной. Кому ещё в голову пришло бы в свободное время кроме фэнтези и сказок читать университетские статьи, лежа в больнице? Будто медицины вокруг меня мне было мало.       И теперь. Что я сделала теперь вместо того, чтобы начать хотя бы с демонстрации и объяснения азов? Рисовала, записывала и переписывала черновики на чистовую, чтобы получилось полноценное пособие.       И ничему, совершенно ничему больше не учила окружающих.       Дура.       Ну какая же дура!..       В коридоре, ведущем к нашему уютному закутку, послышались приближающиеся шаги. Я напряжённо замерла, невольно хмурясь, и вскоре траурную тишину нарушил Тауриндэ в сопровождении двух воинов в лёгком доспехе,- из тех, что оставались в крепости на всякий случай. Я взглянула на советника Лорда. Тот посмотрел на меня и качнул головой в сторону коридора.       - Лорд Нельяфинвэ требует тебя, Альмирель. Не знаю, что ты натворила, но он выглядел крайне хмурым, когда велел мне срочно отыскать тебя, и сразу отправить к нему.       Я непонимающе хлопнула ресницами, с трудом осмысляя услышанное. Голова была забита совершенно другими мыслями, и принесенные Тауриндэ новости совершенно выбивали из проложенной колеи.       Я переглянулись с Рестэ, медленно кивнула, и поднялась, отставляя чашку в сторону. Если Антэмистэ действительно пошла жаловаться... Придется держать ответ, как полагается. В конце концов, Лорд Нельяфинвэ ведь не будет ко мне предвзят, верно?..       За время пути я постаралась остудить голову и немного прийти в себя, отвлекаясь от ненужных сейчас угрызений совести. Причина срочности была кристально ясна, однако ситуацию это упрощало мало.       Рестэ зачем-то пошла за мной, и я была благодарна ей, но волновалась, как бы гнев Антэмистэ не отразился и на ней тоже. Я не хотела доставлять проблем единственной подруге, но практически все мысли сейчас занимал грядущий разговор и сил ругаться с Рестэ все ещё не было.       Двери приемного зала распахнулись перед моим лицом, впуская внутрь нашу небольшую процессию.       Лорд Нельяфинвэ дожидался нас, но в комнате он был не один. Здесь же стояла госпожа Антэмистэ, и выглядела так, будто заочно уже выиграла неясный спор.       Я не знала, что мне следует говорить, и зачем именно меня позвал Лорд, но его хмурый взгляд говорил о том, что беседа пойдет в не самом приятном ключе. Антэмистэ, едва завидев меня, сощурила холодные глаза и продолжила прерванную, по всей видимости, речь.       - И она даже не скрывает своих грязных козней, мой Лорд! Неужели вы готовы рисковать жизнями простых эльдар, лишь оттого, что доверились этой прислужнице Врага?       - Я прошу тишины, Антэмистэ.- Весомо проговорил Нельяфинвэ, и от его тона у меня по спине пробежала дрожь. Таким его голос мне слышать не доводилось прежде.- Ты уже сказала своё слово. Черёд Альмирель на него ответить.       За спиной тихо закрылись двери, и Тауриндэ приблизился к Лорду, вставая за его правым плечом.       Я подобралась, готовая отвечать за что бы то ни было, и вся обратилась в слух.       Нельяфинвэ кивнул, начиная неторопливо:       - Скажи, Альмирель, знакома ли тебе эта книга?       Лорд потянулся в сторону и положил на ближний ко мне край стола… Мою книгу? Мою книгу! За другими вещами на столе прежде я ее не замечала, но теперь не смогла, да и не пыталась скрыть удивления.       - Да, мой Лорд, я узнаю её. Это мои записи…       - Что я говорила! Она даже не пытается скрыть, что все эти ужасающие вещи написаны ее рукой, и порождены ее разумом!- Вклинилась возмущённо Антэмистэ, но Нельяфинвэ поднял руку, жестом заставляя ее моментально умолкнуть. Я непонимающе глянула на госпожу главную целительницу, чуть нахмурилась и качнула головой.       - Значит, ты согласна с тем, что то, что находится на страницах этой книги, написала ты собственной рукой?- Продолжал тем временем Лорд, и его странно спокойный тон отрезвлял лучше любых успокаивающих разговоров с Рестэ. Я повела плечами, кивая.       - Я писала в этой книге, но не знаю, всё ли, что написано в ней сейчас, написано мной. Несколько дней назад я потеряла ее и до этого момента мне казалось, что я недостаточно тщательно искала. Однако теперь мне представляется, что она пропала не сама по себе… Что именно интересует вас, мой Лорд? Я готова ответить за каждое слово, которое было написано моей рукой. В чем… В чем госпожа Антэмистэ меня обвиняет?       Лорд сосредоточенно нахмурился, глядя на закрытую книгу. На обложке из кожи были продавлены рисунки трав и цветов, которые я выводила тонкой палочкой, пока размышляла о тоне записей и редактуре. На несколько тяжёлых мгновений повисла гнетущая тишина, и после Нельяфинвэ вновь взял слово.       - Антэмистэ уверяет меня, что смерть отряда, вернувшегося вчера из разведки- дело твоих рук. Что ты озлобились, услышав об участи орков, которых они повстречали, и прокляла каждого на смерть, мучительную и долгую. Что ты на самом деле прислужница Моринготто. Что ты смогла обманом расположить к себе Владыку Нолофинвэ, а ныне водишь за нос всех в этой крепости, стремясь снискать высшего положения и заполучить в свои руки всю власть, какую только возможно. Подтверждением этому,- он раскрыл книгу на месте, где лежала закладка, и я с трудом удержала лицо- там была изображена схематично, но вполне точно и красочно, топография мышц,- служат эти пугающие изображения.       Я... начинала понимать. Таблицы, схемы, быстрые зарисовки с подписями, неясные определения- всё это само по себе вызывало вопросы, а вместе- и подавно. Но книга была раскрыта на развороте, где сверху располагалась изящная надпись "Строение тела".       Я почти не использовала привычных и знакомых по прошлой жизни терминов, чтобы не создавать нестыковки с несуществующими здесь древними языками, упрощала как умела, записывала на квенья и старалась держаться единого стиля.       Однако далеко не надпись приковала к себе всё внимание Лорда. Его лицо почти не изменилось, однако Тауриндэ, тоже прекрасно видящий все иллюстрации, в ужасе отступил.       Перемены в моем лице не укрылись от Антэмистэ, которая, кажется, уже праздновала победу. Нельяфинвэ же продолжал.       - Так же, как и способ врачевания, что ты демонстрировала в Барад Эйтель. Своими чарами ты навела морок на Лаирендила, внушив ему, что учиться и учить этому- благое дело, и после твои речи помутили разум Рестаниль, - Лорд перевернул несколько страниц и открыл разворот с расчетами пропорций для лекарств, которые я вела, по привычке, обычными цифрами, а не тенгвами.- Так же никому в крепости неизвестны эти странные символы, что начертаны здесь. Язык ли Тьмы это, особый шифр, или что-то иное- угадать никто не взялся.       Нельяфинвэ умолк, наконец, впервые с начала этой отповеди встречаясь со мной глазами. Снежное серебро обратилось холодной сталью, и острием укололо в самое сердце. Я больше почувствовала, чем увидела - Нельо хотел верить мне, но слова Антэмистэ и книга, содержание которой не видел никто, кроме Рестэ, были весомыми, прочными доказательствами. И не как мой друг, но как Лорд, который обязан защищать всех, кто верен ему, он не мог позволить себе сейчас руководствоваться сердцем. Лишь холодным разумом.       Я сжала ладони в кулаки, и медленно расслабила. В глазах на миг мелькнула печаль, но тут в душе поднялось что-то, чего я прежде никогда не чувствовала, и описать в моменте не могла. Будто второе дыхание открылось- и я стойко приняла этот взгляд, не склонив головы. От тревоги и самобичевания не осталось и следа. Я готова была говорить. И заговорила.       - Благодарю за разъяснения, мой Лорд. Пожалуй, теперь сложившаяся ситуация ясна мне куда как лучше. Да, всё, на что вы указали в этой книге, написано моей рукой. Но в этом нет ничего ужасающего, и ничего, в чем были бы даже отголоски Тьмы. Это- секрет моего Дара, который прежде я раскрывала только своему наставнику. Я не считала необходимым делиться им с теми, кто не готов был слушать мои слова всё это время. Стоило мне раскрыть рот, как госпожа Антэмистэ называла мои измышления и идеи глупостью, отсылая заняться стиркой или уборкой целительских палат. Я, каюсь, до последнего момента верила в то, что мне недостает опыта работать здесь так же, как это было в Барад Эйтель. Что доверие не возникает из ниоткуда. Однако сегодня я ясно поняла одно- доверия госпожи Антэмистэ я не добьюсь, сколько бы не исполняла ее поручений и сколько бы ни стремилась доказать, что мои мысли направлены на то, чтобы жизнь и работа целителей становились проще и лучше. Всё, написанное и изображенное здесь,- я указала на книгу,- выдержка знаний, которые я сохранила по воле Создателя, пересекая грань этого мира. Он не только даровал мне силу исцелять, но и позволил сохранить крохи того, чем был наполнен мир, в котором я родилась впервые. Где я умерла. И который я покинула прежде, чем воплотиться в Арде. Клянусь всем, что имею- я никогда не служила Тьме и Моринготто, как высшему её воплощению.       Я выпалила всю эту речь, кажется, на одном дыхании, неотрывно глядя на Лорда. Он хмурился поначалу, не понимая, к чему именно я веду, однако сейчас в его глазах зажглось удивление.       - Я верно понимаю, что ты утверждаешь, будто есть иной мир, помимо Арды?       - Верно, мой Лорд.- Я склонила голову.- Символы, на которые вы указали- цифры расчетов, записанные так, как было принято там. И в этом мире не существовало чар, способных заживлять раны. Там целители могли полагаться лишь на собственные знания и всё то, что окружало их- природу вообще, растения, минералы, поведение животных и птиц. Столетия наблюдая за миром вокруг, они совершили множество открытий, благодаря которым раны и болезни можно было исцелять. Не все способы, испробованные ими, чтобы найти верный, были простыми и чистыми. Какие-то приводили к смертям, но многие и многие давали, если не результат, то знания о том, как этого результата достичь. Как сохранить здоровье и жизнь тех, что нуждается в помощи. В книге, которая лежит перед вами сейчас, я записала то, что спасало и может спасти десятки, сотни жизней. Это то, чем, даже в неполной мере, пользуется Лаирендил, и чему обучает своих помощников. Это то, чему я хотела бы обучить всех, чтобы даже неспособные к магии исцеления могли сделать что-то большее, чем смотреть, как погибает кто-то дорогой для них. Вчера я предположила, что состояние отряда, вернувшегося из разведки, может быть вызвано необычным ядом. Ядом, который попал в их тела не через раны от вражеского оружия, но через пищу и воду,- пусть и не могу знать, как именно...       - Крыса, сбежавшая из подвалов Ангамандо, так и останется крысой!- Яростно возмутилась Антэмистэ. Её лицо пылало праведным гневом,- мой Лорд, она обманывает вас, как вы не видите лжи в этих словах?! Я слушала тебя каждый раз, и каждый раз дивилась наглости, с которой ты лгала всем вокруг! Иной мир? Вздор! Это Морготовы происки, никогда эльдар ещё не опускались так низко, чтобы протыкать иглами, поливать соленой водой и резать живые тела ни в чем неповинных сородичей!       - Что, лучше резать мертвые?- Обронила я негромко и Антэмистэ замолчала, едва успев вновь открыть рот.- Повторять тернистый путь тех, кому магия была недоступна? Чтобы потерять больше жизней и прийти к тем же выводам? Я не готова идти на такое. Если желание спасти жизни сейчас и здесь это что-то, чего полагается стыдиться, то, возможно, мне действительно стоило остаться под покровительством Владыки Нолофинвэ. Там, где эти знания принесут пользу. Мы могли спасти. Если не всех, то хоть кого-то. Хотя бы попытаться. Но вы с невиданным упорством убеждали меня, что это всё глупости. Я не хочу и не буду отрицать, что смерти воинов из вернувшегося отряда- моя вина. Но не потому, что я прокляла кого-то, мой Лорд. А потому, что не смогла быть достаточно настойчивой и убедительной. Если это достойно наказания- я безропотно приму его, каким бы оно ни было.       Я покаянно опустила голову, чувствуя, как зло горят щеки.       В образовавшейся вновь тишине вдруг заговорила... Рестэ.       - Позвольте и мне сказать, Лорд Нельяфинвэ,- раздался негромкий, но будто звенящий голос.- Всё время, что я провела подле Мирэ, я видела и слышала все, что видела и слышала она. И я готова поклясться, что она ни словом не солгала вам. Она множество раз предлагала госпоже главной целительнице изменить что-то в сложившемся укладе, однако госпожа Антэмистэ раз от раза отвергала эти предложения. Ровно так же, как вчера- госпожа отослала Мирэ прочь, а я... Я слышала, что она сказала. Это есть в книге. Меня... Редко примечают в целительских палатах. И пока другие были слишком заняты, я тайком испробовала то, о чем шла речь.       Мне казалось, что прежде в кабинете было тихо? О, нет. То были лишь чуть затянувшиеся паузы в разговоре.       Сейчас же тишину можно было пощупать, как большой шарик из ваты. Антэмистэ, я видела краем глаза, гневно уставилась на Рестэ.       - Ты посмела... Ослушаться меня?       Но Рестаниль, как ни в чем не бывало, продолжила:       - Да. И он жив сейчас. У меня хорошая память, мой Лорд, а Мирэ- мудрая наставница. Я сделала так, как помнила, вложила в это чары, чтобы вышло лучше. С вечера на утро не смыкала глаз, следя за тем, что происходит. И, да- это сработало. Алассур забылся тревожным сном всего с пару часов назад, но он жив. Я не могла пойти против слова госпожи Антэмистэ открыто,- никто не позволил бы мне этого сделать. Если бы к Альмирель прислушались,- возможно удалось бы сохранить если не все, то хотя бы некоторые жизни. Однако, я ослушалась слова госпожи Антэмистэ, сделав так, как велели сердце и разум, вопреки страхам. И если это достойно наказания- я безропотно приму его, каким бы оно ни было.       На Антэмистэ было страшно смотреть. Она побледнела, сравнявшись цветом с выстиранными и выбеленными бинтами, стирка которых вечно поручалась нам.       Я не видела выражения лица Нельяфинвэ, глядя на подругу широко распахнутыми глазами.       - Почему ты... Не сказала раньше?- Вырвалось у меня невольно.       Рестэ только вздохнула, и сквозь решительность на ее лице явственно проступили печаль и усталость.       - Потому что хотела выждать, чтобы убедиться, что мне не кажется. Потому что не думала, что госпожа Антэмистэ способна на подобную подлость. Потому что надеялась, что утром тебе будет лучше, и мы вместе сможем доказать твою правоту.       Она виновато улыбнулась мне и прямо взглянула на Лорда. Я тоже обернулась к нему. И застыла.       Мне казалось, что Нолофинвэ в лесу или Макалаурэ в коридоре крепости выглядели страшно. Мне казалось, что такие прекрасные создания, как эльдар, любые удары судьбы переживают, надев на лицо непроницательную маску возвышенной гордости. Но то, что я видела сейчас на лице Нельяфинвэ можно было назвать лишь из последних сил сдерживаемой яростью.       - Ты, Мистэ... Ты клялась моему отцу в верности.       Голос его звучал стыло.       - Клялась, что ничто не встанет преградой между тобой и тем, чтобы защищать жизни всех, кто оказывается в твоей обители. Так что же теперь ты творишь?       Боль. Усталость. Разочарование. Вот, что я слышала в этом голосе.              Антэмистэ смотрела на него с горечью и смирением того, кто идет на плаху сам, не нуждаясь в сопровождении палачей.       Я слушала, и осознала вдруг странную истину- Антэмистэ была главной целительницей ещё при Лорде Феанаро. Это было просто понять, задумавшись самую чуточку, это буквально лежало на поверхности, ведь я постоянно слышала, как долго она на этой должности.       Но никогда не сопоставляла.       Никогда не пыталась представить, сколько больных и раненых прошло через ее руки, сколько лет она прожила на этом свете, сколько опыта и знаний скрывается за всем, что она делает и говорит.       Вернее, пожалуй, я это чувствовала- и, может, потому не могла ослушаться? Глупая привычка верить тем, кто умеет командовать. Полезна, когда ты пациент. Губительна, когда ты- врач.       Ибо с годами приходят не только опыт и знания. С ними приходит и костность мышления, и слепая убежденность в собственной правоте. Ведь не может ошибаться тот, кто столько лет положил на изучение одной науки.       Нельяфинвэ тем временем продолжал.       - Я просил тебя присматривать за Альмирель, чтобы девочка не натворила глупостей. Быть ей наставницей и опорой там, где потребуется. Научить и направить Дар Творца в нужное русло. Подсказать, защитить, утвердить слово. И сейчас я слышу, что вместо этого ты выжидала момента, когда она совершит ошибку. Когда не сможет справиться с тем, с чем даже не должна, будучи младшей из всех, кто делит с тобой тяжелый труд врачевания. Что поняв своё бессилие в борьбе с чем-то неизведанным ты не ухватилась за малейший шанс сохранить жизни, а приняла смерть, как единственную, естественную данность. Что вместо того, чтобы открыто говорить с ней, ты украла то, что по праву тебе не принадлежит, прочла, и не обратилась к ней за вопросом и разъяснением, а вплела то, что узнала, в паутину лжи, в которую загнала сама себя... Скажи, есть ли что-то, что ты можешь сказать в своё оправдание?       - Нет, мой Лорд.       Главная целительница низко поклонилась, и заговорила, не поднимая головы. Говорила медленно, будто каждое слово давалось ей с титаническим трудом. Её голос был едва слышен.       - Я виновата перед вами. Виновна перед всеми, кто погиб по моей глупости, и их родными. Мне нечем искупить эту вину. Я приму любое наказание, которое вы сочтете соразмерным, однако... Смею просить лишь об одном- если вы решите меня изгнать, пусть это свершится не сразу. Дайте мне срок в несколько дней, передать то, что не успела, ученицам. Я всю жизнь верно служила вашему отцу, а после и вам, по этому надеюсь на вашу милость, мой Лорд. И о большем попросить не посмею.       Нельяфинвэ хмуро оглядел Антэмистэ и медленно выдохнул, силясь не вспылить снова и не сказать сгоряча то, о чем потом будет жалеть. У него была удивительная способность- сдерживать ревущее пламя. Тишина на этот раз повисла надолго.       Антэмитсэ замерла, не шевелясь. Остальные собравшиеся, включая Тауриндэ, боялись, кажется, даже вздохнуть излишне громко, лишь бы не сбить Лорда с мысли. И я боялась вместе с ними.       Тишину острием клинка разрезали слова:       - Слово Лорда нерушимо. И вот моё слово тебе, Антэмистэ... Твою судьбу решит та, кого ты смело назвала прислужницей Тьмы. Кого сегодня не единожды обвинила в предательстве и скрытых интригах против родичей Финвэ. Говори, Альмирель. Не от своего, от моего имени. Но помни- слова имеют страшную силу.       Я вздрогнула, непонимающе уставившись на Нельяфинвэ, но он был совершенно серьёзен. Он, что... Действительно ждал, что я вынесу приговор..?       Я перевела взгляд на Антэмистэ, которая все так же не поднимала головы, но нельзя было не заметить, как вся ее фигура закаменела, ожидая жестокого вердикта.       Я же... Я попросту не знала, что сказать, и как сказать так, чтобы не натворить больше бед, чем уже случилось.       Несмотря на всё, что было между мной и Антэмистэ, я никогда не желала ей зла. Мне было обидно до слёз, страшно, горько, но я не испытывала, не могла почему-то испытывать ненависти к женщине, которая посвятила жизнь целительству. Посвятила всю себя тому, чтобы спасать жизни. И оступилась, испугавшись перемен.       Я вспомнила, о чем напутствовал меня учитель Лайрэ, наставляя перед долгим путешествием. Слушать своё сердце- единственное, что нам иногда остается...       И я слушала сердце. И говорила- от сердца.       - Госпожа Антэмистэ... Вы во многом были неправы. Не стану делать вид, что всё это время меня не задевали ваши слова и слова тех, кто верил вам. Не стану врать, что искренне считала справедливыми ваши придирки и пренебрежение. Работа, которую вы мне поручали- работа слуг, но не целителей. Однако... Я не держу на вас зла. Мы не враги. Я верю, что вы стремились защитить тех, кто попадал под вашу опеку, и не желали навредить никому. Если решать позволено мне- я не хочу вас изгонять. Все могут заблуждаться. Все совершают ошибки...       - Но это не просто ошибка. Мои заблуждения стоили жизней. Разве могу я после такого и дальше управлять целительскими палатами..?       - Что скажешь на это, Альмирель? Может быть, ты сама хочешь стать главной целительницей?- Подал вдруг голос Тауриндэ.       - Нет.- Я медленно, но уверенно покачала головой.- Я уже однажды говорила, что, как только появится возможность, хочу отправиться в путешествие. Чтобы мой дар и мои знания принесли как можно больше пользы. Чтобы я многому могла научить, и многое показать. Всем, кто желает смотреть и учиться. Для меня это больше бремя, чем награда...       Я вдохнула поглубже и продолжила так же серьёзно:       - Потому, вот моё слово: вы останетесь на той же должности, на которой были прежде, однако должны будете изучить всё, что я успела записать, и всё то, что не успела пока- тоже. И не просто изучить, а использовать на благо, как и следовало изначально. Это- справедливо. Нет вины, которую нельзя загладить. Нет ошибок, которые невозможно исправить. Пока мы живы- возможно сделать всё, или как минимум- нужно стремиться к этому. Отказаться от чего-то окончательно и забыть, оставив в сердце горькую обиду- просто. Но если вы чувствуете вину- сделайте всё, чтобы искупить её. Вы... Согласны с таким решением?       Антэмитсэ медленно распрямилась и взглянула на меня так, будто на самом деле видела впервые в жизни. А может и впрямь- впервые увидела не тот пугающий образ, в котором видела отражение всех своих тревог и опасений изменчивости будущего, а просто- меня.       - Это твоё окончательное решение?- Нельяфинвэ, кажется, успокоился, пока я произносила свою длинную речь.       - Да, мой Лорд.       - Антэмистэ?- Обратился он к женщине и та рвано вздохнула, кивая как-то отрывисто.- В таком случае, мне нечего добавить.- Проговорил Лорд с расстановкой.- Мирэ, можешь забрать свою книгу. И я попрошу тебя задержаться. Остальные могут возвращаться к своим делам.       Я приблизилась к столу, поднимая нелегкий сборник заметок и прижимая его к груди. Нельяфинвэ не смотрел прямо на меня, а я остерегалась смотреть в его глаза прямо сейчас, боясь увидеть там неодобрение или разочарование.       За спиной раздались шаги.       Прочь вышел даже Тауриндэ, оставляя меня и Лорда наедине.       Кажется, мне предстоял еще один непростой разговор. Но теперь я совершенно терялась в догадках о том, в чем он будет состоять...