Не будь таким суровым!

Соник сидит в Нямбургере над недоеденным чили-догом и нервно стучит по столу. Чили-доги — это самая любимая еда героя Мобиуса. Он мог съесть три, а то и десять и не наесться. А сейчас остывшая еда лежит спокойно на тарелке уже зная, что ее никто не будет есть. Друзья заметили настроение Соника и сидя в полной тишине, её нарушало лишь частое постукивание пальцем по уже старой доске. -Соник, что-то случилось? — спросила Стикс, уже думая не завладели ли его мозгом, а тот он странно выглядит. Названный тяжело вздохнул и остановил свое увлеченное действие. Он посмотрел на друзей, думая стоит ли говорить или нет. Но выбора особо не было, ведь он не знает, где прокололся. -Тейлз объявил мне бойкот. Никакого секса пока я не пойму, где накосячил, — сказал и поскреб пальцем дырку. -А ты уже понял, где накосячил? — спросил Наклз. -Если бы уже понял, то не сидел бы с таким видом, будто меня избили и унизили. Что за дурацкие вопросы?! — с раздражением прикрикнул на ехидну, но в следующую секунду смягчился. — Прости, я не хотел срываться. Просто этот бойкот длится уже две недели. Я не могу больше терпеть. Скрежетание пальцем участилось. Он почти отковырял все занозы -Сначала думал, что проблема в романтике. Я же не умею сочинять стихи и рассказывать стоя перед окном ночью. Это какой-то бред. Но, когда я пришел к нему с этим предположением, он захлопнул дверь перед моим носом. Я даже прифигел от этого. Потом посчитал, что я не слишком заботлив. Принес из пекарни пирог, но я опять встретил дверь закрытой перед самым носом. И так продолжается две недели. Меня все сводит с ума. Эми сочувственно посмотрела на ежа и с грустью вздохнула. Эй так нравится эта пара. Хоть раньше она сама таскалась за ним и уговаривала сходить на свидание, но она была по настоящему рада за Соника и Тейлза. Они шли друг другу. Она пережила это с крошечной болью в сердце, но не стала зацикливаться на ней. -Тогда попробуй поговорить с ним. Может что-то узнаешь и сможешь исправить это, — сказала подруга и улыбнулась. -Ну, я уже пробовал, но могу еще раз попробовать. Спасибо, Эми, — сказал и молниеносно убежал, оставляя завтрак и мчась в мастерскую. Дверь оказалась в мастерскую, слава богам, открытой, а около самолета возился владелец помещения. Соник зашел внутрь и уши лиса дернулись на звук. -Чего тебе, Соник? — спросил, не смотря в его сторону и спрыгнул с летательного аппарата. Еж внимательно проводил его взглядом, когда тот подошел к ящику с инструментами и взял что-то похожее на гаечный ключ. Каждое движение завораживало. Эта талия, ноги, переставленные одна за другой при ходьбе. Хвосты, что терлись друг о друга. А ушки спокойно висели, иногда подрагивали. Сонику так хотелось потрогать их. Поцеловать и почувствовать под рукой их подергивание. Так он и застыл. Привел его в себя щелчок перед глазами. -Эй, ау. Земля вызывает Соника. Десять минут стоишь и не двигаешься. Что с тобой? — спросил, переставая вести руками и отошел, увидев как тот пришел в себя. -Я… Я… А. Я хотел спросить… — мысль вновь ушла. Спустя минуту молчания, лис решил продолжить. -Спросить? И о чем же? — говорил, засовывая в механизм руку и скрепя ключом. -Как ты себя чувствуешь? Как настроение? Как дела? — спросил так, пытаясь подойти к проблеме помягче. -Нормально. Хорошо. Отлично, — ответил также быстро на вопросы. -Может хочешь поесть? Я принесу, что захочешь, — сказал подходя ближе. -Нет, спасибо. Я утром перекусил. Ух, — сказал, разминая плечи от долгого действия. — Наконец закончил. Довольный работой, он спрыгнул со своего самолета и сел на стул, что находился около стола. Лис застонал, когда сел и помассировал себе плечи. Соник увидев, как тот стона, пытается облегчить боль, подбежал и зашел сзади, кладя руки на плечи. Сначала голубоглазый вздрогнул от прикосновения и хотел повернуться, как руки просто оставили его на месте. -Я сделаю тебе просто массаж. Ничего больше, — сказал разминая плечи. Тот перестал сопротивляться и расслабился, когда каждая кость отдавалось приятной болью от рук ежика. Он всегда умел делать массаж. Его руки водили по телу и так нежно, что казалось в них можно утонуть. Словно они были чем-то божественным, что одарили его. Ежик услышал как тот застонал и оказался доволен своей работой. Понемногу дыхание стало греть жёлтые ушки. Они сначала дёрнулись от неожиданности, а потом опустились. Ежик нежно поцеловал сначала одну, а потом другую. Он оставил маленькую слюнку на каждой, помечая, что это принадлежит ему и никому больше. Дальше он опустился пониже и стал целовать шею, оставляя засосы. В этот момент лисенок резко пришел в себя и вскочил, оставляя ежа недовольным своим планом. -Ты что это делаешь? — сказал высоким, чем обычно, голосом. Ежа даже это забавило. Лис стоял весь красный, а ушки и хвосты подрагивали. Он был милым, когда сердился. Но двухвостый сразу успокоился и потер лицо рукой, пытаясь смыть с себя гнев и усталость, что вдруг накатили. -Я же уже сказал тебе. Не будет ничего, пока не поймешь, что сделал, — лис отвернулся и пошел собирать инструменты, что расположились на земле, пока он искал нужный. Ежик тяжело вздохнул. Да так будто весь мир возложил на единственного его одного эту ношу. -Я уже не знаю. Я перепробовал все. Пытался быть романтичным, заботливым, разве что в ноги не кланялся и пятки не лизал. Этого ты ждешь? Такое поведение ежа разозлила лисенка. -Нет, я жду от тебя не этого, — резко повернулся и размахивал руками. — Но если ты и понять не можешь, то терпи и дальше. Ежик со злостью потопал к двери. -Тогда смотри, чтобы я, когда я утром проснусь, не оказался в чужом доме с незнакомой девушкой, — сказал и захлопнул дверь за собой так сильно, что старый дверной косяк треснул. Злой, он идет к своему дому. Нет, он не хотел такие слова своему любимому. Тейлза он любил всем сердцем. Даже если он не показывал этого, но всегда любил его. Любил его за его гениальность, за внешность, за сердце. Ему все нравилось в этом маленьком лисенке. Но то, что тот закрылся от него, перестал общаться и вообще не подпускал к себе, жутко бесило. И первое, что пришло в голову он ляпнул, не подумав ни о последствиях, ни о том, что самому лису станет больно. Просто сказал и ушел. Он себя винил и не понимал, о чем он думал. Уже около хижины он остановился и ударил себя по голове. Хотел вернуться, но стало стыдно. Он переборщил и прекрасно это понимал. В памяти стали возникать картинки, как сейчас возлюбленный сидит в мастерской и плачет. Из-за него плачет. Ноги сами повели обратно, а совесть мучила его всю дорогу. Постучав в мастерскую дверь ему никто не открыл. Тогда он заглянул сам туда, но там было пусто. Тогда он зашёл к самому в дом лису. Тоже тихо. Но синие ушки уловили вдалеке какие-то звуки. Пройдя внутрь с спальни донеслись эти звуки. Ежик аккуратно прошел внутрь и увидел Тейлза, сидящего в обнимку с ногами и поджатыми хвостами. Он плакал и пытался вытереть слезы, но они раз за разом текли. Ежику стало стыдно. Он не хотел довести его до слез. Просто ляпнул не подумав. Пока лисенок плакал и вытирал глаза, Соник проскочил внутрь и сел на кровать, приобнимая своего любимого лиса. Тот вздрогнул от неожиданности и сначала не понял, что происходит, но ощутив знакомое тепло, перестал всхлипывать. -Чего тебе? — спросил недовольным и дрожащим взглядом, чувствуя как слезы не перестают лить. -Прости меня, пожалуйста. Я правда не хотел так тебя обижать. Прости. Лисенок слушая как тот говорит, уткнулся мордочкой в руку и стал слушать дальше. -Я сделаю для тебя все что хочешь. Буду целыми днями помогать тебе в мастерской. Буду делать для тебя все, только прости меня. Лисенок слабо улыбнулся и замурчал. Не этого он конечно ожидал от любимого ежа. Ему казалось, что тот всегда холоден с ним. Будто хочет от него только поцелуев и секса. Но в душе сам знал, что он нежный и чувствительный. Просто не показывает, чтобы не казаться слабым. Ведь есть те, кто обязательно воспользуется этим и доберется до слабого места. И чтобы так не было, он закрылся и сделался неуязвимым. Но лис знал, каков он на самом дела внутри. Просто не признавал. -Хорошо, Соник. И спасибо тебе. Уже успокоившись, они сидели на кровати в обнимку и наслаждались тишиной. Еж поглаживал мягкую шерсть на спине. А Тейлз уткнулся мордой в руку, вдыхая аромат шампуня кокоса. Они наслаждались этим, пока Соник первый не решил прерывать эту тишину. -Раз уж мы помирились, скажи за что ты на меня обиделся? — спросил, отрываясь от долгих объятий. Лисенок внимательно посмотрел на ежа и отодвинулся от него. -А ты как думаешь? Буду обижаться на тебя только из-за пустяков? Вообще-то ровно год настал с того момента, как мы начали встречаться, — говорил, чувствуя обиду на него. — Мало того, что ты не вспомнил, так и ещё сказал, что это полный бред. -Когда это я такое говорил? — удивился, не припоминая этого. -В тот самый день, когда мы еще смотрели кино. В фильме парень сделал сюрприз, чтобы обрадовать свою девушку. Ровно месяц, когда они поцеловались и ты сказал, что все эти даты и так далее — полный бред. Что только дурак будет вспоминать такое. А я… Я тогда приготовил тебе тоже сюрприз, — слезы опять предательски стали собираться в уголках. Соник взял рукой за затылок и повернул голову к себе, соприкасаясь лбами. -Прости, я не знал, что это так для тебя важно. Я исправлюсь, обещаю, — сказал выдыхая. Сбитое дыхание обоих чувствовалось через край. Тогда Тейлз посмотрел на губы ежа и двинулся вперед, оставляя едва весомый поцелуй на его губах и отстраняясь. Ежик возбудился. Его рука придерживала затылок, а сам он поддался вперед и углубился в страстный и ненасытный поцелуй, но в тоже время старался быть нежным. Он повалил Тейлза на кровать, заседая верхом на нем. Далее приступил к шее, оставляя засосы одна за другой. Хвосты обвились друг с другом, вжимаясь все сильнее и сильнее. В воздухе витало возбуждение. Стоны доносились от лиса, когда еж стал спускаться все ниже, целуя нежную грудку, талию, а потом он настиг маленького пениса, что начал подрагивать. Зеленоглазый сначала поцеловал его со всех сторон, а потом облизнул. Лисенок застонал и посмотрел на эту картину. Еж увлекаясь самим процессом без остановки облизывал, не давая хоть маленького перерыва. -Соник… — жалобно простонал и тот остановился, смотря на красного как помидора возлюбленного. Зеленоглазый с хитрой улыбкой подполз к лису и углубился в поцелуй, надрачивая уже мокрую головку. Тот пытался его отодвинуть, но руки обмякли и стало слишком хорошо. Язык без капли стыда проходился по каждому уголку чужого рта, затрагивая язык. Когда сперма оказалась на одеяле, лис лежал не совсем понимая, что было, пока еж искал в тумбочке около кровати смазку и победно улыбнулся, когда рука настигла желаемого предмета. Он намазал ее на руку и растер. Раздвинул ноги и двумя пальцами залез в дырку. Лисенок дернулся и пытался отодвинуть хоть ногами, но еж прижал их рукой и стал водить и пробираться пальцами поглубже. Голубоглазый застонал громко, но прекратил сопротивление. На глазах собирались слезы. Ежик вынул пальцы и сел на кровать, пытаясь тоже снять возбуждение. Тогда Тейлз сел и они поменялись местами. Лис стал облизывать и посасывать чужой член, будто ел какое-то лакомство. У Соника сбилось дыхание и он чувствовал как скоро кончит и остановил уже увлекшего лиса. Перевернул его и вставил член медленно, продвигаясь вперед. От обоих послышались стоны. Когда вошел до конца, чуть быстрее стал двигаться телом назад и вперёд. Коснулся маленького пениса и стал надрачивать еще раз. Лис учащенно дышал. И когда процесс почти кончился, оба кончили и свалились на мокрую кровать. Ежик на последок слизнул капельки слез и обнял своего возлюбленного. -Ты кончил в меня. Я тебя убью, — сказал лис, уже засыпая. -Как скажешь, — улыбнулся в ответ еж. Оба заснули. На следующий день лисенок отчитывал того, за прошлую ночь, но скорее радовался чем по-настоящему сердился. Ведь теперь все хорошо.