Новый Саурон

      Единый выкрик короля гоблинов, что раздался из динамиков, разнося по пещерам гул его приказов и сотни буровых машин, резко завели двигатели. Словно рёв глоток монстров, двигатели пришли в движение и подробно крови вырабатываемая от переработки топлива энергия, вселяя жизнь во всевозможные механизмы, заставляя механические махины двигаться. Вздымая огромные пылевые облака, буры начали прогрызать горную породу, разбрызгивая во все стороны грязь и куски породы. Не спеша марширующие в авангарде тролли с массивными пушками, за которыми выстроились первые легионы, что скрывают свои тела за плотными шинелями с противогазами, для защиты от пыли двигались за техникой. Все поголовно вооружены стрелковым оружием и грантами на поясах, что самыми первыми ворвутся в бой.       Рёв двигателей и работу буров конечно же услышали дворфы на разных участках и дозорные тут же предупредили о чём-то ужасающем, как немедля были подняты гарнизоны. Закованные в совершенную дворфийськую сталь с ног до головы, словно скалы пехота выстроилась у опасных регионов под прикрытием укреплений, на которых позицию заняли стрелки и приводились в действие стационарные орудия. И на фоне всего этого великолепия особенно сильно выделялись закованные в полностью белоснежные мифриловые латы элитные воины – гордость королевства дворфов и их самое сильное оружие. Разделённые по несколько гарнизонов по разным чертогам в несколько боеспособных самостоятельных когорт, они стали причиной погибели тысяч тёмных тварей. Одна из самых могучих армий Средиземья готовилась встречать врагов, кем бы они не были. Только вот они не явно ожидают того, с чем столкнуться…       Всего пара секунд, как жуткий рёв неизвестного врага стал более отчётливо слышен, и воины готовились принимать первый удар, как машины пробивали горную породу. Вид массивных механических чудищ выходили с диким рёвом из-за созданных пылевых завес заставили даже самых старых и опытных воинов вздрогнуть, но абсолютно никто не побежал. Дети Ауле лишь со всей силы сжали своё оружие и раздались первые крики офицеров, приказав стационарным оружиям стрелять. Снаряды дворфийчских стреломётов и камни с громким стуком бились об броню буров, повреждая в некоторых местах обшивку. Иногда пронзали или вменали, десятки штук получили весьма серьёзное повреждение и взорвались с оглушительным взрывом, подняв столь пыли, но большая часть таки достигала дворфийських стен и продолжали бурить. Крепкие стены детей Ауле сразу не поддавались, а потому механических монстров по законам осадной войны закидывали камнями, болтами, потоками кипящего масла. Последнее оказывалось весьма эффективным и часто проливалось на двигатели, попросту устраивали очередной взрыв, разрывая на части кусок стены, справляясь с работой буров куда быстрее.       Массивные закованные в моргульскую сталь тролли с пушками под их габариты были вторым, что увидели дворфы. Они успевали их заметить, как раз перед тем, как снайперы хобов вооруженные винтовками с оптическим прицелом и удлинённым стволом сделали первые выстрелы. Выцеливая дворфоф у стационарных орудий, они отстреливали их, не давая их снарядам повредить группам троллей. Но они не всегда успевали, как здоровяки умирали пронзённые стрелами или снесённые камнями, что вдавливали их броню внутрь, но смертей среди них было немного. В целом они успевали подойти к стенам или построениям врагов, спустив курки своих массивных пушек. После первого грохота отдача заставляла троллей приподнять своё оружие чуть вверх, но за ним обязательно следовал второй. Десятки взрывов сотрясали стены и убивали сидящих за бойницами стрелков и разрывали на части стационарное оружие, а те же, кто стрелял по рядам закованной в дворфийськую сталь пехоту, после повторного взрыва пораскидывало в стороны. Крича и завывая от жутких ран, разорванных конечностей или посечённые осколками, раненные медленно умирали под грохот пушек и гул двигателей буров. Те же, кто был в эпицентре взрывов, просто разрывало в кровавый фарш и повреждённые осколки доспехов с оружием.       К тому моменту, как тролли потянулись к сумкам перезаряжать оружие, хобы как раз заняли свои позиции и обрушили огненный шквал из пуль на разбитые позициям дворфов. Небольшие, но разогнанные до огромных скоростей снаряды мяли простую дворфийськую сталь и плотно вонзались в тела детей Ауле, чаще всего убивая их или причиняя невыносимую боль. Закованные же в мифрил чаще переживали несколько залпов, но таких быстро находили офицеры и указав в сторону стрелкам по белоснежным дворфа, как в них немедля летел просто ужасающей силы поток пуль, от которого выживали лишь те, что скрывались за щитами. Прочие же страдали от вонзающихся в тела нескольких пуль, что проходила в местах сочленения доспехов или попадали в прорези для глаз. Когда же тролли перезарядили своё оружие, то вновь совершили единый залп, но вот те, кто стрелял по пехоте, выстрел зажигательными снарядами. Они взрывались с меньшей силой, но достаточной, чтобы на несколько сотен метров расплескать легко воспламеняемую жидкость. Пещеры, крепости и галереи быстро наполнились воплями подожжённых дворфов и зловонием палёного мяса, что едва угадывалась на фоне ужасающего аромата выхлопов от не прекращающих работу буров.       Стоило обработанному камню породы таки поддаться, как водители немедля эвакуировались зажав все рычаги и педали на максимум, а машины продолжали прорываться вперёд. Не везде удачно. В некоторых участках поля боя они попросту обрушали на себя часть стены, основание которой подкопали, что часто провоцировало очередной взрыв, но те же, что прорывались, не останавливались и ехали по пехоте. Мелкие дворфы и так не слыли резвыми стремительными бегунами и даже от страха перед ужасающими механическими махинами, они не могли уйти далеко и раздавливались в кашу под массивными гусеницами окатывая кровавым потоком с потрохами тех, кто был близко к ним. Таким образом, машины продолжали свой смертоносный путь, как авангард хобов уже подходил к стенам вплотную и начал активнее заниматься истреблением врагов за ним, а основные войска уже вступали в битву.       Волна хобов, перед таранным ударом которых обязательно шли вперёд гранаты или пара залпов тренированных стрелков, что выстраивались в три шеренги и по выкрику командира делали по одному выстрелы и садились на колени, перезаряжая ружья, пока стреляли стоящие позади них. Бронированные легионы, не редко в дополнение к холодному оружию несущие вместо щитов пистолеты, посылая во врага пули, пере тем, как схлестнуться с ними в рукопашной. Закованные же в мифрил воины продолжали сопротивляться больше прочих, даже если они попадали под обстрел зажигательными снарядами. Горящие словно какие-то ужасающие статуи, с оружием в руках и под невероятный жар, размахивали оружием, обрывая сотни жизней нападающих. Но так или иначе, это всё была лишь задержка для легионов хобов, что продолжали идти по территориям дворфов.       Один бастион за другим падали за несколько часов битв и не смотря на потери буровых машин, запас их был ещё значительным и хобы продолжали идти вперёд. За пол дня от начала боёв, они подошли опасно близко к Кхазад-Думу и дворфы начали эвакуировать всё мирное население из второго чертога. Поток беженцев успел сбежать как раз к тому моменту, как войско короля хобов подошло к столице детей Ауле. Теперь же это были не разделённые части армии, а весьма существенная сила, которая объединилась в ходе продвижения и подогнали больше техники. Только вот и враги собрались с силами и вывели на поле боя, все возможные силы, на границе восточного чертога. Помимо тысяч пехоты, в бой вышел и первый легион. Воинство, всецело закованное в белоснежный мифрил, вооруженное оружием из этого же чудесного материала, во главе со своим королём встречали подступающие тёмные орды.       В громкоговорители раздался крик короля и тут же разнеслись тысячи приказов среди отдельных армейских частей тёмного воинства и раздался грохот десяток пушек. Канонада взрывов разрывала ряды дворфов и сносило напрочь часть построений и их постройки, а за ними из рядов пехоты вышли техно-пауки. Гремя своими конечностями и исторгая из себя потоки парового двигателя, что привёл все их механизмы в движения, здоровые механизмы стремительно приближались к разбитым рядам их врагов, что снова выстраивались в боевое построение, перекрывая пустоты. За пауками начали стремительно бежать тролли с тяжелым оружием, а вот по приближению к позициям дворфов на пауков обрушился град стрел и болтов. Большая их часть максимум только впивалось в чёрный моргульский металл, из которого состояла обшивка машин, но они не одного не остановили. Когда пауки подходили к построениям дворфов, от них начал исходить громкие щелчки и по прошествии нескольких секунд они взрывались с оглушительным грохотом.       Смотря за тем, как разлетаются в стороны ошмётки воинства детей ауле и вздымаются потоки крови и покорёженного металла, король хобов отдал приказ к общему наступлению и сделать второй залп орудий. К тому моменту как пушки снова выстрелили, тролли подошли на расстояние выстрела и спустили курки своего оружия. Десятки всполохов, разбавляемые зажигательной смесью, наполняя поле боя криками ужаса и боли, когда хобы пришли в движения. Бронированные воины в полном комплекте лат шли несколькими рядами, между которыми бежали стрелки с винтовками, пуская залп за залпом по утратившим единство рядам дворфов. Добивая тех, кто выжил или продолжал гореть, создавая сумятицу на поле боя. Тролли-стрелки как раз перезарядили своё оружие, как мимо них пронеслись ряды панцирной пехоты и сделали залп в следующие ряды пехоты и по строениям.       Крики, грохот, зловоние крови и палёного мяса, но даже это всё не могло заглушить боевой клич и рёв Дурина VI, что ворвался в бой во главе первого легиона. Закованные с ног до головы в мифрил воинство без труда рассекала сталь и плоть хобов, убивая их одного за другим. Единым строем, они прошлись по тёмным легионам, нанося им с каждой секундой всё большие и большие потери. Когда стало понятно, что панцирную пехоту просто смяли, король приказал трубить отход и воинство немедля развернулось назад, пока стрелки и тролли заняли позиции. Отступив воины высвободили линию огня и первыми сделали залпы тролли. Десятки выстрелов за раз. Как разрывными, так и зажигательными снарядами, раскидали в стороны часть защитников и подожгло их. Но мало кого убило. Только вот это создало замешательство и замедлило продвижение детей ауле, которого хватило пехоте отойти ещё дальше, открыв вид стрелками. Залпа за залпом обрушился на порядком сломанным рядам пехоты первого легиона, а потому поток пуль сумел-таки принести результат, пронзив тела дворфов в уязвимые точки. Не всех, конечно, но куда большую часть они таки смогли поразить, пока иные прятались за щиты, по которым удобно было целиться троллям.       Дурин VI же не мог умереть ни под градом пуль, ни от взрыва, ни от осколков. Броня, в которую он одет- одно из величайших творений детей ауле, ровно, как и секира, что некогда принадлежали Дурину I. Ничего удивительного, что с такими могучими артефактами, даже продвинутое оружие не могло ему навредить. Он попадал под град пуль, ловил снаряды своим телом, укрытый с ног до головы зажигательной смесью, полыхая словно факел и по нему попадали артиллерийские снаряды, но он продолжать бежать, когда весь его первый легион умирал под смертоносным шквалом. Дробились мифриловые доспехи и разлетались на осколки оружие и щиты, таки достигая пределов переносимым металлом давления, но король с дикой яростью продолжал прорываться вперёд.       Но не успел король Кхазад-Дума добежать до первого же врага, как раздался огромной силы подземный толчок. С потолка посыпалась пыль и окалывались небольшие камни. Часть воинства хобов и троллей удержалась на земле, в то время как другая просто попадала на землю, но все так или иначе выглядели чертовски перепуганными и растерянными. От первого толчка Дурин VI остановился и начал осматриваться по сторонам, всем своим естеством ощущая нечто ужасающее, забыв про легионы хобов, что резко стали для него несущественной угрозой. Раздался второй подземный толчок, от которого большая часть воинства владыки тьмы почти поголовно не устояли на земле, а король Кхазад-Дума продолжал смотреть по сторонам и искать своего врага.       Раздался третий толчок, с которыми разъехалась в сторону земля под ногами воинства хобов укрывалась стремительно расходящимися в сторону трещинами. Часть воинов рухнула в образовавшиеся провалы, но большее число просто бросили оружие с техникой и побежали прочь со всех ног, но далеко убежать не успели. Завывая словно монстр, огромной силы поток пламени вырвался из-под земли, ударившись в потолок пещеры и расходились по земле на несколько сотен метров, обратив часть воинства и отступающий авангард в пыль, моментально расплавив даже тяжелую технику. Но этот поток не ударил по королю Дурину, который лишь приподнял руку без топора ко лбу, смотря сквозь пламя, что потоком било и в его сторону, но артефакты его защищали. Оплавилась и растеклась горная порода, что окружала место разлома теча словно мёд, вместе с частью дворфийських построек, но вскоре огонь прекратил распространяться в стороны, но продолжал бить вверх стеной пламени.       Всего миг и из-за этой конструкции показались сначала очертания огромной рогатой головы, а после сначала вышло две руки, угольно чёрной плоти, укрытой паутиной огненно-красных трещин. И в следующий миг из столба пламени показалось всё массивное тело. Пятиметровый гигант с угольно-чёрной кожей, полностью укрытый пылающими жилами, под которых светились и глаза. Массивные крылья развиваются за спиной в районе лопаток, левая рука удерживает огромный пылающий пламенем клинок. Монстр перевёл взгляд на стоящего перед собой короля и издал яростный вой, замахнувшись мечом. Балрог пробудился.       Дурин VI удивился и даже немного испугался, но лишь обхватил двумя руками топор и выставил его перед своей головой, приняв на древко удар древнего монстра. Чудище подалось немного вперёд, давя на него со всей силой, но правитель Кхазад-Дума сумел лишь отвести клинок в сторону, но в следующий миг пылающий меч барлога превратился в длинный хлыст, что со всей силы ударил короля по телу, отбросив его в сторону. Удар расколол броню и прошелся по туловищу, откинув тело короля на десяток метров, остановившись только после того, как врезался в повреждённое здание. Пускай и потомку героя, вооруженного мощными артефактами, но он не мог рассчитывать на победу. Только вот сам балрог развернулся в сторону моего воинства. Сука, надо вмешаться, пока он ничего не уничтожил!       Мимолётно являюсь перед последним падшим майар в обличии багрового ока, чем привлекаю его внимание. Заметив меня он немного дезориентирован, но потом резко оскалился и заревел во всё горло, подняв над головой меч обращённый в хлыст…Но лишь для того, чтобы резко провалиться в созданый мной у него под ногами портал. - ПРОДОЛЖАЙТЕ НАСТИСК!       Последнее слово, что разнеслось эхом по территории пещер, и король хобов закричал о продолжении наступления. Оставшаяся часть моего войска отошли после пробуждения балрога и единым строем под крики офицеров, продолжили наступать. Дворфы окопались как следует и теперь через великий мост хобов встречали плотные ряды тех, кто пережили первичную бойню или введён в бой изначально. По приказу все остановились, а пушки подвели ближе к краю провала, что разделял западный и восточные чертоги, начав массированный обстрел позиций врагов. Позиции были сметены парой залпов, после чего первыми побежали механические пауки, что таранили оставшихся дворфов, снося своим весом или пробивали металлическими лапами. За ними вышли тролли как с огнестрельными винтовками и гранатомётами, так и вооруженные щитами с массивными молотами под свои руки, лишь не дали дворфам собраться воедино, как волна пехоты просто снесла их напрочь. Орда хобов волной распространилась по территории Кхазад-Дума, убивая всех, кого только может встретить, стремительно преодолевая пещеры, галереи и высеченные в камне постройки. Дети Ауле не в состоянии сдержать их дикий натиск, а потому ещё до преодоления моста, наследник ДуринаVI Наин I, приказал эвакуировать всех мирных жителей из города. Чтобы сдержать натиск моих слуг двофы начали уничтожать часть тоннелей своим порохом, чем выиграли достаточно времени, чтобы мирное население сбежало через западные врата.       Да, есть небольшие очаги сопротивления, но в целом можно констатировать факт – Кхазад-Дум пал. Чёрт, это конечно чудесная победа, которой я могу как следует насладиться, но из-за проклятого балрога у меня появились неотложные дела. Переношусь в Тень, оказавшись среди чёрного огромного куска камня, на котором стоит младший бог и неустанно машин своим оружием отмахиваясь от целых орд демонов. Не только клинком, но и сформированным в свободной руке пламенным хлыстом, он наносил удар за ударом, рассекая на части нападающие на него демонические орды, что продолжали и продолжали формироваться на своеобразной арене, кружа вокруг неё в форме бесформенных духов, что воплощались каждый раз, как для них освобождалось место. При чём балрог сильнее искриться и наполнен энергией, укрытый вдоль спины и до макушки головы потоком пламени, а крылья стали крупнее и истончают от себя чёрный дым. Точно, майар слабеют в материальном мире, а Тень к таковому отнести невозможно, вот он тут и резвиться во всю, терпя массовые атаки магическими конструкциями то и дело пропуская удары по телу. Но похоже, нынешние демоны весьма слабы и не могут его даже поцарапать. Что же, думаю, мне пришло время вмешаться.       Резко распускаю вокруг себя поток энергии, что поглотил собой всё то многообразие демонических бестелесных сущностей, а те, что продолжали нападать на балрога просто разбежались в стороны. Сам младший майар развернулся в мою сторону, когда я стоял в своей гуманоидной дымной форме, возле которого во вспышке энергии явилось трое напитанных моей силой демонов гордыни. Огромные чешуйчатые монстры, размером с самого балрога, радостно скалились, готовые в любой момент наброситься на младшего майар. - Дам тебе последний шанс. – Как можно более спокойным голосом говорю в сторону пламенного сторонника Моргота. – Прекрати эти глупые нападки на меня и моих слуг. У нас с тобой общие враги, нам нет причин…       Миг и пламенный хлыст изгонялся под не естественным углом и полетел в мою сторону. Один из демонов гордыни перехватил его рукой и намотал на свой кулак, укрытый тёмно-фиолетовым светом. Моментально намотав себе на руку часть кнута он потянул его на себя пока двое его товарищи кинулись в сторону балрога. Младший майар лишь немного подался вперёд, но сумел устоять на месте и занёс для удара свой пламенный клинок. Мимолётная манипуляция от меня и чёрный дым моментально укрывает всю руку балрога с мечом, оттягивая её назад, не давая ударить. Оба демона гордыни высоко прыгнули за пару метров до цели и нанесли один огромной силы удар по голове младшему майар. Один удар отколол правый рог, а второй пришелся на челюсть, заставив уже однорогого мимолётно посмотреть вниз.       Но в следующею секунду младший падший майар взревел во весь рот и мощное пламя выжгло напрочь сковывающий его руку дым и меч немного увеличился в размере. Один стремительный взмах и по пояс один из демонов был разрезан на части и не доводя до паха, балрог резко развернул меч в сторону второго, пронзив его насквозь. Удерживающий хлыст демон не успел ничего сделать, как реликт простым и незамысловатым движением дёрнул хлыст на себя, и массивный демон гордыни оторвался от земли, налетев лицом точно на его меч, рассечённый пополам. Мои демоны распались на бесцветные огоньки, что слились с потоками сырых энергий Тени, а я в тот момент раскрываю очередной портал под ногами балрога, в который он проваливается с диким рёвом. Блять, как же жжется! Его хлыст изогнулся под не естественным углом, когда видимым осталась лишь голова и вытянувшись ударил меня по животу. Сука, форма гуманоидного тела развеялась в месте соприкосновения с хлыстом, став по краям огоньками, в месте отсечения частей. Всё же правильно, что я не вступил с ним в бой лично в этом измерении, а отвлёк его демонами гордыни. Может, я и победил бы, но это стоило бы мне огромных усилий.       Но если говорить совсем откровенно, то мне не следовало в принципе затаскивать балрога именно в этот мир. Что же, даже существа с многовековым опытом могут ошибаться. Так, надо взглянуть на него сейчас…Ага, как и рассчитывал он в Желтой Пустоше, что во вселенной Экзиго континента Рейкар. Жуткое место, где даже орки и их заклятые враги саргаты жить не могут. Выжиная каменистая пустошь без каких-либо ресурсов к существованию, что тянется на долги тысячи миль. Балрог стал выглядеть не столь угрожающе; всё пламя на теле погасло, крылья уменьшились, хлыст растворился, а меч вернулся в прежнюю форму. Перепад сил не сказался на нём в лучшую сторону, а потому он просто сидел и дёргал головой из стороны в сторону, старался встать, но похоже из-за головокружения у него проблемы с координацией, и он падает на землю. Такое состояние долго не продлиться, а потому надо вмешиваться.       Открываю портал и прохожу через него, паря в паре метров над балрогом, что тут же начал разворачивать в мою сторону голову. Мимолётное желание и вот, поток моей энергии вырывается из гуманоидноой формы и оплетать массивное тело младшего майар, что успел лишь взмахнуть рукой с мечом, рассеяв один из потоков, но на большее его не хватило. Тёмный кокон из дыма полностью скрыл тело реликта, после чего прошло всего пару минут, как он развеялся, а ко мне подлетела небольшая сфера красно-чёрного цвета с яркими пылающими жилками. Разум и сущность полностью уничтожены, а вот энергия надёжно запечатаны. Рискованно же я действовал, но зато теперь у меня в руках есть довольно мощный ресурс для создания могучих артефактов…Хотя осколок младшего божества можно во многих проектах использовать, но на данном этапе лучше его пока приберечь.       Так, пришло время подводить небольшие итоги. Планы короля хобов оказались удачными и в сочетании высоких технологий с накопленной армией, он успешно провёл блицкриг, уничтожив Кхазад-Дум. Зачистка всего титанического размера города заняла ещё целых пять дней, но это моим планам не повредило. Буровые машины начали прорываться сквозь обваленные дворфами туннели, инженеры проводи электроэнергию и осматривать многочисленные шахты и рудники, в особенности с мифрилом. С балрогом я разобрался лично, пускай сначала и допустил небольшую ошибку, но в конечном итоге всё обернулось для меня выгодой. Сука, надо же было забыть о том, что этот реликт спит в корнях Мглистых Гор. Конечно же массовое применение взрывчатки разбудило его не хуже, чем лично докопавшие до его логова шахтёры.       Жалко только вот, что большая часть население Кхазад-Дума сбежала, пускай армия и перебита. Тем не менее это несколько сотен тысяч ремесленников и шахтёров, что точно пустят корни в Синих Горах, начав оказывать содействие моим врагам. Будь у меня все ещё форпосты хобов на территории бывшего королевства Эрегион, можно было б и помешать, но их уничтожили, а потому пути беженцев ничто не помешает. Грёбанные остроухие Элронда охренеть как эффективно почистили все укрепления и лагеря хобов всего за несколько дней. Теперь же часть всадников поделилась с беженцами дворфов своей провизией, дали им тёплую одежду и сопровождают до Синих Гор. Население Арнора также им активно помогает всем, чем могут, чтобы немного облегчить путь. Тем не менее, падение одного из самых могущественных государств на территории Арды смело можно назвать победой. Хоть где-то за последнее время я достиг существенных результатов.       Арнор с Гондором так и продолжают держаться. Пускай и удалось повредить башню Амон-Сула в последнем сражении пушечным выстрелом, но это скорее слабое утешение, а не достойный результат. Действуя единым фронтом, эльфы и люди успешно отражают атаку за атакой, нанося моим силам весьма существенные потери. Что толку от артиллерии, если её всадники нолдор в буквальном смысле режут на части, а людские стрелки пробивают броню словно фольгу. Даже с пороховым оружием сражаться с нынешним человечеством и всеми их союзниками весьма сложно, а всё из-за того, что эльфы раскрыли им чуть ли не все тайны, которыми их только надел как Эру, так и их создательница Йованна. Противостояние давно вышло на совершенно новый уровень, но даже так есть радостные моменты. Азог и Больг завершили очистку долины Андуина от людских племён и теперь оказывают давление на Лориен и Лесное Королевство, чем на время заменили сумеречных эльфов, что начали восстанавливать свои силы после того как пресекли помощь эотеод Гондору.       Во всей этой ситуации я не могу понять одного. Какого хера эльфов стало аж на столько много. Они сражаются на одном фронте с Арнором, мешают моим силам в Андуине, поставляют людям высококачественное снаряжение и продолжают их учить…Так минутку! В каноне Толкиена эльфы обладают весьма специфическим посмертием и время от времени воскресают, чтобы вершить судьбу мира. У меня кстати есть пример подобного, чем является Глорфиндел, что умер в Первой Эпохе, а теперь ведёт армии нолдор на арнорском фронте. Хм, хотя каждого ли просто остроухого возвращают из чертогов Мандоса…Ладно, теперь нужно внимательнее сосредоточиться на том, как протекают бои на моих полях сражениях в Средиземье. Если я начну часто видеть знакомые лица из воспоминаний Саурона, скорее всего это означает худший вариант из возможных для меня произошел и тогда можно будет послать конспирацию к чёрту.       Только вот вопросик, если я надену кольцо, то не обрету ли я полную природу майар? Тогда я ослабну в Арде, и по идее, это должно быть одной из ключевых черт моего нынешнего вида. Да частично должны были произойти перемены, учитывая тот факт, что сущность Саурона смешалась с моей, но он то был младшим божеством, а мой вид таковыми не является. Надо что-то придумать, чтобы отсечь себя от проклятого Кольца, а то в этом направлении я уже десятилетия ничего не делал. Только вот что же можно такого сделать с ним, учитывая тот факт, что я уже всё…Минуточку! Кольцо фактически создано богом при определённых условиях, а значит, чтобы его изменить нужен другой бог.       Пустить на это останки балрога? Нет, он был даже ниже Саурона в иерархии, и я только потрачу его энергию в пустую. Нужно найти сферу Фен’Харела, а заодно и от самого Жуткого Волка избавлюсь, чтобы в будущем не смел мне угрожать. Сосредоточение мистической силы, фактически созданное из сердца Титанов, должно хватить, чтобы отсечь мою душу от Единого Кольца.